Милые привычки

      Саске ушел... Хлопнуть дверью выражая свою обиду ему не позволила гордость. Были бы одни, столь ледяного спокойствия и прямой осанки не было бы... Была бы истерика, громкие слова, громкие звуки, надутые губы, обиженные до слёз глаза, самоубийственное поведение, где уже не понятно хочет ли он убить своего старшего брата или навлечь чужой гнев на себя.       Саске... Что-то внутри заныло предвещая скорое расставание. Каждый день вместе, каждая секунда отсчитывала миг, когда придется расстаться... Начать жить с чистого листа. Глупо, больно...       Зачем он ввязался в то, что заставит его уйти и бросить самого дорогого сердцу человека? Это даже не его война. Игра Данзо... Игра родителей, кланов, деревень, отступников. И на кону этой беспощадной всестерающей, вечной бури... огненного шторма! На кону извечной игры в войну и силу - биение сердец простых людей. Жизни. Много жизней...       Он любил все эти жизни. Он хотел сберечь их все, ведь за столько дней прожитых в месте его колыбели, он привязался и полюбил.... В каждом дворе, лице, улице Конохи. В каждом воспоминании живёт осколок его души. Отстаивая мир в Конохе, он эгоистично хотел уберечь себя. Воспоминание себя о себе...        Обман. Сладкий самообман... Спасать Коноху. Свой клан и в то же время исполнять прихоти наемников, извазываясь в чужой крови. Кто станет его жертвой?        Нет! Не думать! Отстраниться, иначе с ума сойдёт!       Он ДОЛЖЕН это сделать! Уйти, чтобы сберечь. Как бы низко не пришлось пасть, в итоге он поднимется! Сейчас жалость к себе... Любая жалость была опасна, она могла заставить его передумать, сломаться...        Недопустимо! Если он хотел сберечь - нужно было уничтожить свое желание к Саске. Нужно вспомнить, что ещё одна его стихия - огонь! Нужно спалить все свои чувства, свою жизнь, как есть - до тла... До донышка и пепла, выжечь свою прошлую жизнь, чувства. Для него не должно быть ничего. Все грехи, его тьма должна быть не внутри, а снаружи. Открыть клетку души, бережно задвинуть яркий витраж, убрать из глаз его маленького братишку. Только так выйдет пойти дальше, искупаться в этой грязи и сделать всё то, что должен!       Буря внутри миновала. Тьма его Инь забралась в мысли холодным темным пламенем, даря спокойствие... В месте с его внутренним состоянием, изменилось и пространство снаружи. Шум в комнате резко стих. Наемники почувствовали перемены в нем, и это странным образом отразилось и на них...       То, как его чакра с водной спокойной и мягкой, пошла черно-красной рябью, скрывая за своей тьмой его истинное лицо... Или просто обнажая то, что давно спало, и было знакомым для всех в этой комнате. Давая ощущения похожести. Единства... Чакра Итачи вплелась в общее панно чакр присутствующих людей, и больше не была чем-то чужеродным или ненавязчиво-одталкивающей... Сейчас. В этом состоянии, он смог влиться в их общий феншуй* и стать подобным им...        Конан вышла из комнаты и чуть насмешливо, но устало улыбнулась, смотря на на его перемены и давая знак, простым кивком головы... Подобное ее состояние и улыбку до глаз мог вызвать только один человек. Пейн! Значит её второе сердце тоже не против его самоуправства...       Хидан тут же растянул губы в хищной улыбке расслабившись и развалившись на диване чуть ли не сталкивая подобравшегося и по деловому перевязывающего высокий хвост Дея. Забуза тоже оскалился в нетерпении от скорой драки... Кабуто не таясь достал из рукава маленькую белую змейку, ему нужно было передать сообщение своему санину...       Хаку привалился к плечу возбужденного Забузы, вглядываясь в лицо туманника преданными глазами, и явно любуясь. Ледяному нинзя не было дела до их склок (умник сразу понял, что будет так как сказал Итачи), но вот такое выражение любимого туманника будоражило и возможно возвращало его в их прошлое ...       Что же! Итачи прикрыл глаза... Яркое нетерпение опалило огнем изнутри прорываясь наружу, покрывая кожу россыпью игольчатых "мурашек". Он поднялся...       Они все приняли свое безмолвное решение... Все согласны, осталось только его слово... Сердце забилось внутри выдавая нетерпение. Последний этап! И он свободен! Саске свободен... Они обыграют Данзо. Хоть на час, хоть на миг, но у него будет преимущество... И возможно клан будет жить...       - Кабуто! – Итачи заговорил первым. – Проведёшь нас...

***

      Когда все детали были обговорены, дверь в их квартиру отворилась впуская внутрь Шисуи ведущего за руку паренька с затуманенными глазами. За их спиной маячил нахмуренный Саске, всё ещё избегающий смотреть в глаза кому то бы ни было...        - А это кто? – Дейдара первым заговорил о седовласом мальчишке.       - Названый брат Сая. – Саске подал голос первым, упорно смотря в окно. – Я узнал его по имени на нашивке морской формы и однажды увиденном рисунку с альбома... Саю сообщили что он умер!       Больше не говоря и слова, Саске развернулся и ушел в спальню. Ну что же... Не многословно, но многое становиться понятным. Сай, был одним из детей КОРНЯ. Значит этот мальчишка тоже? Итачи перевел взгляд на Шисуи, но тот только отрицательно покачал головой.       - Он ещё не восстановился. Даже имени своего не знает и сейчас он уверен, что служка при буддийском храме, а раны получил при пожаре... Ни я ни Саске, так и не смогли ничего из него достать...       - Я не успею поработать с его сознанием. Да и вам пора уходить... Сегодня остаток ночи проведёте в квартире, в которой ты жил раньше... – Сейчас не было времени разбираться с мальчишкой. Да и Иньская чакра внутри - подгоняла. Требовала перестать тратить время на бесполезные вещи. – На рассвете вы должны уйти. Заберёшь парня с собой?       - Да. Поскольку мы оба официально мертвы, так должно оставаться и впредь. Если кто-то узнает, что он жив... Хоть кто-то из нас жив...       - Да. – В таком случае расследования не избежать. Его и так и так начнут, но чем позже тем лучше... И времени как всегда в обрез... Время - самая капризная из исчеслительных величин... Итачи нетерпеливым, перенятым у Саске движением, облизал отчего-то сладкую и липкую нижнюю губу, зло вгрызаясь в нее зубами, мысленно подгоняя себя. Стараясь не отвлекаться на чувства, убеждая себя, что нужно было проститься с Шисуи. Вот прямо сейчас. Пока действия их компании не привлекло чужое внимание, а вовсе не потому, что друг может не заметить изменения в нём... Но... Шисуи прикрыл глаз с раздражённой обреченностью смотря куда-то вправо и... Значит уже увидел? Так быстро!        Неужели так заметно, что в его сути уже нет места воде и её заменила огненная тьма? В душе колыхнулись сомнения, но... Нельзя сбрасывать настрой! Пока в нем полыхает, этот темный огонь - он даст силу остаться с холодным разумом. Итачи медленно выдохнул, прикрывая глаза и сильнее укутался в чёрную чакру Инь, обволакивая быстро стучащее сердце холодным пламенем. Чувствуя колючую боль внутри, пытаясь не закричать: "Пожалуйста пойми! Мне это нужно! Не отводи взгляд от моей тьмы! Я должен! Шисуи, только не ты пожалуйста! Только не ты!"...       И друг понял. Будто услышал его безмолвную мольбу. Будто понял по взгляду, по ничего не выражающему лицу, по всколыхнувшемся льду темной чакры. Шисуи улыбнулся и спокойно посмотрел в глаза... Принимая. Понимая...       Облегчение тут же затопило теплом начавшуюся расползаться пустоту. Вновь меняя вектор чакры, это было плохо. Но это было и в последний раз... Благодарность утопая во тьме не произносят. Хотя и само слово "Спасибо" так и не прозвучало с его губ. Шисуи принял и это... Тьма вновь опалила глаза, но вместо слез в них зажёгся мангекю...       - Нужно уйти сейчас? – Шисуи был внешне спокоен.       - Да. – Итачи тоже успокоился. Инь помогала в этом как ничто иное. – Дейдара и Хидан пойдут с тобой... Помогут незаметно перебраться на материк.       Шисуи кивнул. Они должны попрощаться? Сейчас всё не так просто как в Конохе. Тяжелее, запутаннее и сложнее. Но слова... Слов не было... Мангеке шаринган в глазах Итачи говорил громче тысячи слов. Вырванный глаз Шисуи вторил... Сложно. Между ними всегда всё было и просто и сложно одновременно... Между ними стояла Коноха и их дружба...       - Выживи. – Шисуи отвернулся не находя повода для иных слов, уводя с вмиг опустевшей квартиры потерянного ребенка с Корня.       - Идите за ним. – Итачи тоже не знал, что сказать. "Выживи?" - но Шисуи осторожен, его не просто убить... "Прощай?" - но они ещё встретиться. Их общая эгида, их притин - это Коноха и они обязательно возвратятся к этому истоку, вновь отогреются опьянённые ее теплом. Пройдутся под тенистыми деревьями около их квартала. Посидят в кафешках на светлых чистых улочках, слыша приветствия знакомых и шум мелких Учих играющих у "крутых" шиноби, ещё не знающих о боли шарингана...       У них ещё всё будет... Хотелось в это верить. Простые желания рождались внутри, но он знал, что никогда этого не скажет, потому что это тут же станет его слабостью. Но хотя бы себе можно было признаться...       Представить хоть на миг, что можно сказать такое в голос, а не орать в своей голове захлебываясь в агонии: "Я тоже хочу жить! Быть в месте в котором рос! Хочу любить и быть любимым! Хочу дружить и чувствовать поддержку! Хочу видеть спокойную старость своих родителей! Хочу быть счастливым! Разве я многого прошу?"... Но да... Многого...        Таким как он, рождённым ради битвы - счастье не положено. И жизнь тоже... Он орудие Конохи. Так его растили, так воспитали. Он просто не сможет поставить свои собственные желания выше благополучия сотен людей... Выше желания Саске...       Единственное воспоминание о брате и боль в сердце тут же отступила... Да, не только ради Конохи, а и ради Саске... Всё правильно. Так и должно быть... Он вновь успокоился стараясь заполнить себя тьмой. Чтобы больше этого не чувствовать. Да. На перестройку нужно время. Да. Сейчас он как маятник "скачет" из одного состояния в другое. Но скоро он приноровиться... Нужно только время...       Хидан и Дейдара ушли в след за Шисуи. Забуза и Хаку переместились в спальню. На кухне остались только он, все так же медитирующий на закрытую дверь, Конан и Кабуто. Последний возился с змеями, а вот Конан...       Боковым зрением Итачи увидел, что Конан смотрела на него и кажется, все понимала. Ее взгляд вновь стал отрешённо холодным, печальным. Она чувствовала, будто примеряя на себя их с Шисуи дружбу.       Что-то он расклеился! Нужно взять себя в руки... Привычная маска заменяющая ему лицо опять трещала по швам... Кололась на бесчисленные острые кусочки, что впивались в душу обдирая ее до крови. Оставляя шрамы и уродливые рубцы на местах, где должно было жить счастье... Его счастье, его радость и боль - Саске... Клан... Коноха...       Только один человек. Только одно место. Только одна семья... Три столба на которых ещё хоть как-то держится его сознание...       Карусель мыслей отпустила его. Напряжение спало и он погрузился в ещё одну пучину понимая, что безнадежно устал...        Расклеялся, сдался, показал всем, что и он может вот так зависнуть на пустом месте... Возможно со стороны он и выглядит отрешённо-задумчивым, но это всего лишь прилипший к лицу образ. Привычка, которую не сможет отмыть никакое внутреннее переживание... Но разве это важно? Тьма внутри нашёптывала - что нет. Совсем не важно... Чтобы он не делал, она приймет его любым... А всех несогласных... А впрочем, несогласных и не было...       ..... Скрипнула дверь спальни сбывая мысли. Итачи прикрыл глаза переходя на боковое зрение, скорее чувствуя чем видя как из спальни вышел почему-то чуть бледный Саске и молча сел за кухонный стол. Кабуто вскинул на него взгляд, но быстро подобрался... Из спальни действительно потянуло сквозняком.       Хаку!       Не сговариваясь, Итачи и Кабуто переглянулись и одновременно пошли в спальню, чтобы застать сплетённых в одном объятии, но слава Ками ещё не перешедших на грань прилюдии любовников.       - Забуза! – Кабуто окликнул туманника. – Прекратите немедленно! А если так невтерпеж - то идите ЗА деревню, через пару часов я вас найду! Нам всем нужно выспаться, а не устранять последствия вашего... нетерпения! Подъем к трем часам дня и до этого момента не хочу от вас ни единого шороха слышать!       - Расслабься. Ничего никто не делал... Ну обнял я мальчишку, неужели это преступления?– Забуза с самым невинным видом отпустил плечи наиграно-печально вздохнувшего Хаку.       - Да... Вы издеваетесь? А холод тогда откуда? – Кабуто в негодовании поднял брови. – Всё! Поиграли и хватит. Через пару дней вернёмся в лабораторию и можете делать всё что пожелаете! Но сейчас будьте добры, потерпите немного!       - Тц... – Хаку очаровательно надулся, но от Забузы отсел. – Как скажешь, "капитан".       - Итачи, присмотри за ними! – Кабуто повернулся к единственному шкафу, доставая оттуда последнюю годную к использованию подушку и одеяло. – Пойду устрою Конан место для сна.       - И как же он за нами присмотрит? – Неудовлетворённый и оттого весьма раздражительный Забуза, решил, что разговор не окончен... Только на его беду, Итачи чувствовал абсолютно всё то же самое и был не менее взвинчен...        В его глазах зажёгся мангекю шаринган, тут же пресекая все вопросы и возражения. Крыть эту технику, мечнику было не чем, разве что Хаку смог бы... Только вот, сам ледяной шиноби не был настроен на конфликт... Забуза замолчал и отвел взгляд - отступая... Пока что... Он вроде и не злопамятный, но Итачи сделал себе пометку быть с ним по осторожнее и не подпускать к нему Саске...       Поняв, что конфликт исчерпан, Итачи решил разобрать кровать а заодно поискать ещё одну подушку... В шкафу обнаружилась одна такая, весьма прохудалая и сбитая до комков, но... Ему более чем подойдёт, Саске придется отдать свою... Ещё одного одеяла не было, но это и не страшно...       - Опп... – Неопределенный звук со стороны Забузы, заставил обернуться...       Саске зашел в комнату... Явно после быстрого душа и... В Итачи едва не побелело в глазах, но мелкий совсем не отдавая себе отчёта был одет только в распахнутую рубашку едва прикрывающую грудь и голые ноги. Штаны эта бестолочь держала в руках...        "Благо хоть белье надел, нудист недоделанный!" – Итачи перевел предупреждающий взгляд на туманника, и тот тут же заткнулся не решаясь продолжать свою мысль... Хаку, кстати, тоже смотрел на Забузу и его взгляд был далек от дружелюбного. – "Нужно быстрее уложить Саске!"       - Всё. Всем спать! Конан я уложил на кухне... – В комнату возвратился Кабуто на ходу раздавая указания. – Чего застыли? По койкам! Саске, давай к Итачи! И выключаем свет...       Малыш тут же ощетинился пробегая взглядом по комнате.       - Почему я должен спать с Итачи? – Саске раздражённо одернул рукава рубашки, ослабляя манжеты. – Если нет места, может я поменяюсь с Хаку? Он тоже много места не занимает и у него отдельная кровать или...       Итачи чуть не подавился воздухом спеша перебить брата: – Исключено.        - Ужасная идея. – Кабуто тоже решил не оставаться в стороне, бросая предупреждающий взгляд на севшего Забузу. – Хаку спит отдельно, и это не обсуждается.       - Ну почему? – Саске был зол и не хотел униматься. От этого вел себя до неприличия безобразно.       - Потому что, в таком случае даже ложиться бесполезно. Никто не сможет выспаться... – Итачи попытался отвлечь брата, но мелкий явно не хотел спать с ним в одной кровати.       - Тогда я буду спать с Кабуто.       - Я похож на самоубийцу? – Кабуто заломил крашеную бровь, а Саске захлопал глазами явно ничего не понимая. Забуза фыркнул со своего места. И вправду, для наёмников их класса было сложно не заметить как с каждой секундой, пока Саске сверкает своими голыми ногами и едва прикрытыми ягодицами посреди комнаты, напряжение Итачи становиться всё ощутимее.       - Опять нет? Тогда я ложусь на полу...       - Лишних одеял у нас нет, все что было мы отдали Конан. – Итачи попытался прекратить этот фарс...       - Тогда иди спать к ней, а кровать оставь мне! – Ответ Саске заставил Итачи замолчать. Спать в месте с Конан? Да кто в здравом уме зайдет в "спальню" к девушке, которая нравиться, но которой не нужны эти отношения? К тому же там только один узкий диван, даже если он ляжет на полу... Делить одно пространство с ней... Когда он в таком состоянии как сейчас?        - Согласен значит? – Пауза затянулась настолько, что Саске осмелел начав задавать очень неприятные вопросы. И что ему на это ответить? "Да, был бы согласен, если бы у меня не было бы ехидного тебя, а у нее Пейна и Яхико". Нет. Нужно выбросить подобные мысли из головы, и уложить Саске в кровать.       - Хаку. – Повинуясь воли Итачи, глаза опалил шаринган, ловя на кратчайший миг взгляд ледяного шиноби, передавая мысль: "Усыпи Саске своими иглами"..       Итачи опустил глаза, периферийным зрением замечая две длинные спицы вылетевшие с верхней кровати и подхватывая на руки вмиг обмякшее тело брата.       - Вытащишь через две минуты. – Хаку зевнул и демонстративно отвернулся к стене.       - Спасибо. – Итачи аккуратно уложил брата на постель, стараясь не тревожить две длинные спицы в районе обоих запясть Саске.       Две минуты истекли довольно незаметно. Итачи потихоньку извлёк спицы с сожалением смотря на следы крошечных едва кровоточащих ран. Он вновь ранил брата. Хотя обещал себе этого не делать... Итачи поднялся обтирая спицы о изнанку своей футболки и оставляя их на кровати в ногах Хаку.       Вот и все. Щелчок выключателя погрузил комнату во тьму. Луна ещё не повернулась в их сторону, но за окном было достаточно светло чтобы увидеть ставший привычным за последние месяцы вид молочно-белой стены тумана.       Итачи перевел взгляд обратно в темноту комнаты.... Сейчас ему нужно будет лечь в кровать к брату... очень узкую кровать, где можно спать только тесно прижавшись друг к другу...       Сместив Саске на край, Итачи перебросил свое тело через брата. Ложась на бок и прижимаясь спиной к холодной стене. Что же... На утро его почки ему спасибо не скажут, но лучше уж это будет он, чем морозить вот так Саске...       Укутав мелкого в одеяло, себе оставив всего лишь маленький клочок, что не доставал до стены, Итачи закрыл глаза по давно вьевшейся привычке, заставляя себя быстро уснуть...

***

      Ему верзлось что-то очень приятное... Итачи попытался перевернуться, но тяжесть одеяла не позволила. Спине было холодно но вот груди - жарко настолько, что волосы налипли на лоб и их захотелось сбросить... Итачи попытался поднять левую руку... Но ее придавило чем-то тяжёлым... Сквозь полудрёму он попытался пошевелить хотя бы пальцами... Они затекли да и ощущались как-то странно.. к тому же, в ложбинке между указательным и средним пальцем, обнаружилось что-то твердое... Камень? Но откуда в его постели камни? Он попытался его сбросить но просто проехался ладонью по странно отогнувшемся и тут же вставшему на месте "камушке", который теперь упирался в ладонь... Рядом тихо выдохнули сбивая всю дрёму...        - Что...– Он в недоумении открыл глаза, смотря прямо на белую шейку Саске. Подобная картина прямо под носом заставила насторожено замереть, аккуратно втягивая воздух вместе с остро-пряным запахом пота и... возбуждения, своего и... его?       Итачи медленно попытался понять в каком положении находятся все его конечности, с обреченностью осознавая, что он обнимает брата. А "камушек" в центре его левой ладони - это ни что иное, как выпирающий сквозь тонкую рубашку, напрягшийся от тепла и возможно трения - сосок Саске. Осознание окатило его огненной рекой, заставив задохнуться от тут же набравшего обороты сердца...        Стараясь даже дышать через раз, он с трудом сглотнул вмиг наполнившую рот прохладно-водянистую слюну и попытался успокоиться... Выходило плохо... Итачи аккуратно отнял ладонь от тёплого холмика груди брата и попытался вытянуть занемевшую руку из под Саске. Но у него не получилось... Мелкий заворочался разворачиваясь к нему лицом и утыкаясь носом куда-то в грудь. Съезжая чуть вниз и ложась головой прямо напротив колотящегося, неразумного сердца. Это было... опасно... Если мелкий сейчас проснется - скандала будет не избежать. Что делать? Что вообще можно сделать в подобной ситуации?       Саске подвинулся ближе, закидывая ногу на его ноги, прижимаясь ближе и упираясь ему в колено теплой, едва налившейся тяжестью эрекции... А вот это было уже вообще не хорошо, потому что собственный организм был не менее возбужден. И если Саске это заметит...       Итачи свободной рукой аккуратно сбросил с них одеяло, плавно но быстро переворачивая их тела, нависая над Саске и буквально выскакивая из постели. Но тут же падая на колени у кровати от резкой боли. Оказывается малыш каким-то образом умудрился зажать в руке кончик его связанных в хвост волос...       Ладно. На полу - это уже не так опасно как в обнимку... Малыш заворочался и кажется даже захныкал в возмущении шаря свободной рукой и ища свой персональный обогреватель...       Боясь его разбудить, Итачи подхватил одеяло, легонько и медленно укрыл малыша обратно. Сердце колотилось как ненормальное, руки только что обнимавшие брата - жгло, хотелось опустить их ниже... Коснуться себя, там где уже навязчиво всё напряглось и отдавало пульсацией от приливающей крови, но... Нельзя! Что угодно, но только не это! Не хотелось даже думать, как он выглядит, стоя на коленях посреди ночи около постели брата. А если он ещё и вольности себе позволит...       Забуза ведь уже точно проснулся от всего этого шума, у него чуткий сон. Да и у Кабуто тоже. Нужно помнить о них и успокоиться. Это просто реакция организма! Глупому телу нужен холодный душ... Как бы не хотелось к себе прикоснуться - сейчас этого категорически делать нельзя. Итачи прикрыл глаза, понимая, что даже не будь свидетелей, он всё-равно себе подобного не позволил. Не вот так, стоя у ЕГО постели. Малыш такого точно не заслуживал...       Глаза обожгло шаринганом, но все что Итачи себе смог разрешить - это уткнуться лбом в постель около руки Саске, вдыхая всё ещё стойкий запах их общего пота и возбуждения оставшийся на влажной простыне. Ощущая, как медленно остывает его собственное тело не укрытое обволакивающем теплом одеяла, не согрето гостеприимным теплом тела мелкого... Лишённое своей единственной защиты - безразличия... Саске с мастерством достойным редкостного умельца, умел проходя и не напрягаясь снимать с него абсолютно все слои защиты. Пробивать любую броню в сознании, как бы долго он ее не выстаивал. Но один только вид доверчиво жмущегося к нему малыша, смывал абсолютно всё. Он был перед ним так же беззащитен, как ветка перед волной цунами...       Немного продышавшись и придя в себя, Итачи попытался освободить свои волосы, но Саске держал слишком крепко. Просто так вытащить тонкие пряди не получалось... переборов неуместный смех с привкусом зарождающейся истерики, он глубоко вдохнул, медленно выдыхая...        Кто же знал, что в Саске она до сих пор есть? Эта привычка сжимать его волосы, чтобы Итачи никуда не ушёл пока он спит. Глупая привычка, но даже против нее у него было своё оружие...       Голос.       Саске всегда подкупало то, что с ним говорят, он расслаблялся и отпускал. Но то было в детстве, а сейчас? Не проснется ли мелкий если с ним начнут ворковать, уговаривая расслабиться. Да и то, что у них были свидетели... немного непривычно выставлять такое на показ, будто обнажать чувства и душу, признаваться в своей слабости и указывать на слабости брата... Это то, что было только между ними, и то что придется открыться вот так - напрягало. Но... Куда хуже будет если малыш проснется весь такой возбуждённый и увидит перед собой не менее возбуждённого старшего брата. Что же, стоило попробовать.       - Саске. – Первое слово... имя вышло слишком хриплым, но и довольно тихим, чтобы остальные не начали возмущаться. Впрочем, Итачи сейчас было всё-равно, пусть думают, что хотят. Спокойствие Саске важнее. – Ну же, малыш отпусти.       Он легонько погладил сжатые пальцы. Они дрогнули, но добычу так и не отпустили. – Саске, ну что ты? Разве так весело заставлять меня нарушать собственные клятвы. Я и так уже нарушил, всё что можно и всё что нельзя. Давай мелкий. Расслабся, ну же, будь хорошим маль... младшим братом... Ты же у меня хороший? Ты же отпустишь?       Итачи вновь на пробу потянул зажатые пряди волос, но безрезультатно... Мелкий держал, так же крепко, мелькнула и исчезла мысль: "Будто за поводок"... И что делать? Впрочем, оставалось последнее средство...        Итачи прикрыл глаза и тихонько, на грани слышимости и без слов, одним воздухом пропел уже давно подзабытую мелодию... Не колыбельная, их Итачи не знал, просто одна из популярных когда-то песен. Тихий напев помог... Знакомые звуки заставили мелкого расслабиться и Итачи быстро вытащил пострадавший от цепкий ручек кончик хвоста.       - Вот так. Умничка. – Укрыв Саске плотнее, и дав себе пару секунд полюбоваться на гладкое, а в свете луны необычайно белое на фоне черных волос - лицо. Хотелось убрать серебристо черные пряди, поцеловать высокий гладкий лоб, беспокойную складку у бровей, нос, губы... Последнее отрезвило. Нельзя! Нужно уйти! Сейчас уйти, пока ещё он может себя контролировать. Хотя красноватый отсвет от собственных глаз на стекле окна, в корне опровергал теорию о контроле.       Медленно, пятясь спиной, он сделал шаг назад. Потом ещё и ещё, упираясь спиной в двери, но все так же не желая отрывать взгляд от брата.       - И стоит так мучиться? – Тихий шепот от кровати едва нарушил тишину комнаты. Забуза действительно не спал. – Ты же хочешь мальчишку, так в чём проблема?       - Он мой младший брат... – Сам чувствуя попытку оправдаться в своих словах, Итачи упорно отстаивал перед собой и перед Забузой, право Саске на свободу выбора... На тот выбор, что малыш сделал не в его пользу...       - Это не мешает тебе его хотеть... И я всё ещё не вижу проблемы. – Забуза отвернулся к стене, тихо скрипнула кровать, что в тишине комнаты прозвучало как взрыв печати и напомнило, что нужно поскорее отсюда уйти. Но и ответить нужно. Если и не Забузе, то хотя бы себе...       - Он - не Хаку. Для него я не то, что он попытается сохранить вопреки всему. Я не смысл его существования...       - Ну да. – Забуза фыркнул уже гораздо громче. – Мой запрыгнул ко мне в койку как только понял, что я не против и своего пола, главное чтобы по миловиднее... А уж как он старается следить за внешностью... Видел тот походной бутик по уходу, что он вечно таскает за собой? Боюсь, что попытайся я ему отказать или изменить - и он тут же убьёт меня на месте... Эх... Как было хорошо, когда он был просто потерянным ребенком уверенным, что он мое оружие и не больше...       - Я всё слышу Забуза-сан... – С верхней кровати тоже послышался шепот. У Хаку был крепкий сон, но видимо не сегодня... – Ктому же... Итачи прав... Без желания и некого содействия... расслабления с другой стороны - это сплошная боль с отдачой в тошноту...       - Б*дь... Ты что, дитя неразумное? – Забуза повернулся лицом к верхней кровати. – Спи давай! Или мне попросить Кабуто, чтобы он тебя усыпил?       - Не нужно...        Как только они отвлеклись друг на друга, Итачи покинул комнату, не желая слишать их разборки. Ему и своих за глаза хватало...        Хоть возбуждение и спало до приемлемо терпимого, но вот на кухне проще не стало... Как-то совсем вылетело из головы, что здесь спала Конан...       Девушка неудобно свернулась на узком диване под своим красно-чёрным плащом, подложив руку под щеку, и неудобно свесив колени. Ее рост сыграл с ней злую шутку, заставляя поджимать ноги на слишком узком и слишком коротком ложе.       Конан. Ещё один соблазн на его голову. И дёрнуло же его за язык назвать ее имя. Мог взять кого угодно, но выбрал для этой миссии именно её... Она подходила им из-за своих техник и приближению к руководству, но вот будоражащий эффект от ее присутствия, он не учёл... В данный момент он был так взвинчен, что ему совсем ничего не стоило, шагнуть к вот этой кухонной кушетке. Разбудить её и дальше... Дальше будь, что будет, но вряд-ли она бы ответила ему отказом. Он видел это в ней. Желание чужого тепла, она бы точно среагировала на его возбуждение... Но... Нет! Стоп! Отбросить лишние мысли!        Отвоечь себя глядя как спокойное лицо единственной в их компании куноичи, белело в темноте, было проще, чем так же успокоиться смотря на Саске... Она отличалась. Блестящая капелька пирсинга -лабрета, притягивала взгляд к ярким, а в темноте практически черным, губам... Красивая, и обманчиво безопасная... Ее томная, печально-холодная красота, никогда не смогла бы оставить его равнодушным. Она была как бумажный цветок... Ее хотелось обнять, прижимая к груди и защищать...       Итачи едва подавил раздраженный рык, когда понял о чем думает. Защищать он ее собрался? Что за наивность, и когда можно будет с уверенностью сказать, что он от этого излечился? Да она любому фору даст! В прочем, это не больше чем очередное убеждёние себя ... Или всё-таки нет? Итачи сокрушено вздохнул, принимая правду - подсознательно он не хотел верить в это. Смотрел на нее вот такую беспечную и не верил...        Даже было немного странно как ей удается, так безмятежно спать в незнакомом месте. Наверное она так же как и все сильно устала. Но возможно свою роль сыграло сиротское прошлое? Кажется, она не знала дома и родителей, или всё-таки знала? Что вообще он знал о ней? Только то, что слышал с разговоров...        Соглава организации и деревни Дождя. Сильная... Возможно даже превышающая S класс. Храбрая. Защитница своей деревни. Но несчастная по множеству причин... Начиная от того, что росла сиротой, и заканчивая потерей друга, которого любила. Друзей... Скольких она потеряла до того, как они начали принимать в организацию наемников S класса?       Вопросы... на самом деле много вопросов, например почему они сменили формат своей организации... Что там говорил Мадара? Месть... Какое ужасное, выжигающее слово... Сегодня днём он намеренно ранил её, обозвав их с Пейном стремления самоубийственными... Наверное она ненавидит его. Ведь он с Конохи, и он потребовал... Просто потребовал неважно ЧТО...       Для нее этого достаточно чтобы начать ненавидеть. Холодно, устало но все же - ненавидеть. Интересно, он отличается для нее от всех жителей Конохи, или нет? Нужно будет извиниться. Как нибудь позже... Скорее всего она его простит... Пожалуй только она и сможет, ведь Конан не единственная, перед кем ему нужно извиняться. У него уже накопился целый список. Отец, мать, Шисуи, Саске и даже Данзо с Орочимару... Он виноват перед всеми, с разных причин. Пожалуй, ему стоило бы извиниться и перед Мадарой. Но... Правду то себе сказать можно? Он не станет этого делать... Не перед дедом точно! Старший Учиха использует его так же, как и Итачи его... С остальными... Возможно, Третий заслуживает его извинений, ведь Итачи подвёл его...       Завтра Коноха лишиться ценных клеток. И он поспособствует этому... А для этого ему нужна светлая голова! Так что хватит стоять! Да что же его так раздирает на части от мыслей! Хватит! Хватит...       Резко оборвав мысли, он зашёл в ванную комнату, захлопывая дверь и на ходу снимая всю одежду. На максимум выкручивая кран с холодной водой. Снять напряжение было бы практичнее, но не сейчас.... Он и так уже повеселил своим нетерпением половину команды. Представление окончено! Хватит с них, насмотрелись, ещё не хватало, что бы и наслушались...       Кстати, нужно будет что-то решить и с Саске. Организм молодой, он точно... Внизу все подобралось от одной только мысли о безсознательно выгибающемся брате... Дрожь его мышцев, каково будет ощущать его гладкое дрожащее, задыхающееся тело под своими руками, его твердые бусинки сосков, его губы под своими губами, рукам и....       "Нет! Стоп! Дыши...." – Итачи до боли зажмурился, пока под веками не побелело, тяжело упершись ладонями в стиральную машину, приседая от сведенного судорогой живота, скручиваясь и пытаясь вспомнить как нужно дышать. Пытаясь открыть глаза, чтобы хоть немного переждать приступ острого, выворачивающего на изнанку - желания...       Кое-как открыв глаза, он настойчиво начал искать хоть какие-то мысли в своей звенящей от пустоты голове. Нужно думать! О чем угодно, да хоть о технической стороне проблемы... Включить мозг и разложить по полочкам дальнейшие действия не обращая внимания на собственные желания!       Резко встав он быстро забрался на холодное, скользкое дно ванной, становясь под обжигающие своим холодом струи воды. Пар поднялся от тела тонкими нитями, наглядно демонстрируя как сильно он разгорячился... Закрыв глаза и задержав воздух, Итачи сунул под ледяную воду голову. Все возбуждение немного притупилась и почти схлынуло вместе с отрезвляющими ледяными струями воды, возвращая миру четкость и былую ясность... Вот так... Только стоя под ледяным потоком, ощущая колкие дорожки воды на лице, теле... можно позволить себе подумать о Саске...        Поллюции в возрасте мелкого вполне нормальны, но брату будет не комфортно проснуться утром и увидеть испачканное белье. Да его рубашка достаточно длинная, но...       Сейчас самым оптимальным вариантом будет разбудить его и отправить в ванную. Но как сделать это тихо? И не нарваться на скандал? Разве... Пусть думает, что проснулся сам... Впустить в комнату ворона с задачей "разбудить", а самому убраться на балкон...       Что же... Уже похоже на план... Холодная вода полилась ржавым потоком... Что за...? Очередная галлюцинация? Но такие бывают только после миссий... или.. в нос ударил металлический запах ржавчины, а по телу побежали рыжие дорожки. Выключив воду он глупо уставился на дно ванной. Боясь поверить в столь разочаровующий факт - вода закончилась... И не важно виновна ли тому какая-то авария, или ее планово отключили... Но, что теперь делать с Саске?       Допустим, в воздухе достаточно влаги, ванную он кое-как наберёт. Но для того, чтобы остудить возбуждение, вода должна быть холодная... Идти просить Хаку чтобы от заморозил воду? Нет! Бред полнейший!       Ладно... Пусть Саске сам решает как поступить... Захочет - просто искупается, а если... нет... Стоп! Внутренности вновь скрутило узлом... Не думать! Его НЕ касается, чем брат заниматься за закрытыми дверями! Он просто наберёт ему ванную и разбудит. Так будет правильно...       Итачи прикрыл глаза, сосредотачиваясь на окружающему пространстве. Вытягивая из него воду и омывая свое тело от ржавчины... Вот так... Все разводы смыло в слив, не оставив на его теле и капли влаги, высушив даже волосы. Они странно распушились... Надевая привычные шорты он краем глаза уловил свое отражение и едва сдержал улыбку.        Однажды Итачи видел кота подсвеченным солнцем... Вот та же полупрозрачная пушистость, образовалась и у него на голове... Похоже, он перестарался, возможно волосы сначала нужно было расчесать а потом сушить... Но да ладно, к утру улягутся...       Достав губку и банку с порошком он тщательно вымыл видавшую виды ванную, усердно отскребая от стенок желтоватый налет... Совесть было пискнула, что так тереть не обязательно и он подерет нежное покрытие ванной, но Итачи тут же задушил ее на корню! Он набирает ее для брата уж как-то один раз эмаль переживет его издевательства, не сотрётся!       Прикрыв глаза и вновь вытягивая с пространства воду Итачи продолжил тереть взмыленные стенки пока пена совсем не исчезла...       С удовольствием разогнув начавшую ныть спину, он окинул результаты своих трудов довольным взглядом. Чисто! Осталось только найти чем заткнуть слив... Открывая дверцы шкафа под умывальником он что-то подобное видел... так и было на одной из полок между стиральным порошком и моющим для туалета, затевалась черная пробка... Невольно подсознание подкинуло воспоминание о совсем иной пробке, которую вертел между своими тонкими пальцами Хаку, и мысли тут же пошли в ином направлении... "Согласился бы Саске носить в себе такую? И как бы он при этом... Стоп! Ни к чему... Не сейчас! Вот верну брата Орочимару, а потом можно будет и фантазировать... На расстоянии оно как-то безопаснее... Да и времени будет хоть до скончания веков..."        С трудом обуздав свою фантазию, Итачи заткнул злополучной пробкой слив и сосредоточился на вытаскивании воды с воздуха... Пришлось даже открыть двери в квартиру, чтобы доступ к улице был ближе.       Туман за окном ничуть не поредел но ванная была полной... Теперь самый ответственный момент - разбудить Саске...       Итачи призвал с улицы одного ворона, открывая ему двери и подставляя руку, для когтистых лап.       Вот так... Умные глаза птицы отразили свет его шарингана окрасившись красным. "Разбуди Саске, но не навреди. Аккуратно, нежно не пугай, просто задень лицо крылом или потопчись по нему... Кричать не нужно."       Умная птица согласно опустила голову взмахнув черными, а в ночи практически туманными - крыльями, улетая в спальню...       Вот так... А теперь нужно уйти на балкон. Но... Ноги будто приросли к полу. "Я СКАЗАЛ УЙТИ!" Собственные мысли заставили тело двинуться... Воля управляла непослушной плотью, будто марионеткой. Кое-как доковыляв до балкона, он упал в кресло вцепившись в подлокотники, чтобы хоть как-то иметь связь с реальностью, чтобы не броситься туда. В теплую квартиру, обратно под одеяло к Саске... К его тёплому, нежному телу...       Саске... В уголках глаз защипало от подкатившей нежности... Тем временем, птица посланная разбудить его брата - вернулась. Итачи подставил ей руку, принимая когтистые объятья ее лап, зарываясь рукой в теплые перья, что только-что касались Саске... Мысленно поторапливая брата: "Ну давай же! Иди в ванную... Мелочь, не заставляй меня ждать и сходить с ума от ревности. От понимания, что они все видят тебя таким. Давай же Саске... Давай..."       Лёгкие шаги наконец побеспокоили его слух... Щелчок выключателя в ванной... Скрип двери... Пустой шум крана и... На грани слышимости "Чертов Итачи!".       Последнее заставило улыбнуться и расслабиться в кресле... Лёгкий всплеск и потревоженные пространство от чакры огня. "Он..." –Итачи едва не задохнулся от понимания и на не твердых ногах поднялся. - "Греет воду?"       Сердце заколотилось...       Шаг...ещё... Почему их балкон такой маленький? Итачи упёрся животом в ограждение... Блуждать глазами по едва прикрытым туманом окнам соседнего здания. Тупо повторяя про себя: "Он греет воду. Саске греет воду, значит.. это же ничего не значит, правда же?"       Закрыв глаза и пару раз продышавшись он неуверенно обернулся смотря на чёрный, отбивающий мутный лунный свет от стекла двери в квартиру. Он должен остаться здесь... Быть на балконе вдыхать этот пропитанный сыростью воздух, а не... Ему нельзя приближаться к той двери!       Забытый ворон в его руках замахал крыльями, задрал голову пытаясь заглянуть в глаза.       - Что мне делать? – Итачи от бессилия тихо выдохнул вопрос, даже не задумываясь у кого и что спрашивает.       - Делать. Делать. Делать... – Птица просто повторила за ним но в душе тут же поднялась буря...       "Делать..." Но ему как раз таки и ничего нельзя делать...       Аккуратно пересадив ворона на перила - Итачи сдался. Тихой тенью проскользнул в квартиру и остановился напротив темной двери. Вглядываясь в темное дерево, желая увидеть, и чувствуя... Что собственные грязные мысли рвутся наружу... Чувствуя взгляд Конан между лопаток, но уже не в силах отказать себе, в пусть даже такой мелочи, как слышать...        Всплеск. Всплеск... Ещё и ещё... Совсем не сложно представить, что вот там... Прямо сейчас за дверью... Тихий выдох... Судорожный вдох... Его, Саске вдох. И руки Итачи сами тянуться к двери останавливаясь всего в паре миллиметров... Дыхание само подстраивается под дыхание того, кто за дверью...       "Давай мелочь... Не нужно тянуть! Не хочу чтобы они слышали тебя... Твое дыхание только моё... Весь ты... Ками кто бы знал, как я люблю тебя!" - сдерживаемое возбуждение трансформировалось в нежность... Шаринган прожёг глаза до слёз... Или это ему и самому хотелось разрыдаться от собственного бессилия и злости?       Наконец за дверью все затихло, затихла и буря в душе Итачи. Мелкий одевался, а... У него не было сил сил даже чтобы пошевелиться. Пусто... Жалко... вот так стоять под дверью, зная что он сейчас выйдет, что поймет. Но притворяться, убегать, что-то врать... Сил не было. Желания тоже...       Замок щёлкнул, дверь с тихим хлипом отворилась выпуская чуть раскрасневшегося брата и запах... Запах недавнего, ещё не успевшего выветрится удовлетворения.       - Твою ж! Итачи! Что за... – Саске окутанный жёлтым светом, раскрасневшийся и разнеженный. Итачи непроизвольно сделал шаг вперёд, желая прикоснуться и одновременно все силы пуская на то, чтобы заставить руки слушаясь оставаться на месте.       - Эй! – Саске отступил назад, бесстрашно смотря прямо в горящие от шарингана глаза. – Ты чего? Не злись, а?       Злость? Но в Итачи не было злости, была лишь усталость. Мысли подобно птицам, ускользали стоило на них сосредоточиться и...       Он как в каком-то бреду просто зашёл в прогретую ванную, остатками благоразумия запирая дверь... Чувствуя нарастающую боль в висках вместе с пульсом набатом бьющим.. заглушающим мысли и... Он мягко говоря не знал зачем здесь... Зачем пугает брата, зачем делает вот это всё... Но... иначе просто не мог... Смотрел сквозь прикрытые веки, горящие, опухшие то ли от слёз то ли от шарингана и... Молчал... Наверное страшно для Саске, но... Слов не было... Хотелось обнять мелкого, зарыться в душистые волосы, чтобы хоть немного притупить боль в собственной груди...       Там ныло, кололо и болело... Но это было не сердце. Нет, отнюдь не сердце, ведь он как никто другой знал, где в человеческом теле расположен этот орган... В его груди болело что-то иное...       - Ты чего Итачи? – Саске пытался его растормошить. Итачи знал. Понимал, что поступает до ужаса странно. Непонятно зачем он здесь. Смутные желания бередили душу. И эта пустота... Ему ХОТЕЛОСЬ сорваться. Выплеснуть, выпустить всё, что было внутри... Но разум постоянно напоминал, что он не должен был сюда приходить.       "Не должен, не должен, не должен...Долг!" – Мысль зацепилась за последнее слово прокручивая его в голове. "Долг" - это то, что он мог понять. Долг - это то, что смогло хоть немного его отрезвить... Ведь, самым правильным было бы остаться на балконе... Правильным? Но когда и что в его жизни было правильным?       - Вот сейчас ты меня реально пугаешь. Нет, ну я знаю знаю, что ты мне сейчас скажешь "Не истери!" да? Ну а что мне ещё прикажешь делать? – Саске отошел максимально далеко от него. Ванная была не большая но...       - Не бойся. – Итачи усилием воли всё-таки смог выдавить из себя хоть что-то. – Я просто хочу поговорить.        - Страх? И как ты вообще понял что со мной? – Глаза Саске озарились алым светом. Шаригнан? Но почему сейчас, а не раньше? Неужели было настолько страшно, что даже фамильная техника отступила перед эмоциями, запрятавшись глубоко и не давая своему носителю и шанса на спасение?       - Думаешь у меня не было истерики, думаешь, мне не было страшно, как только меня накрыло пониманием, что со мной не так? Помнишь разнесенную тренировочную площадку на заднем дворе? Если да, то ты поймёшь масштаб той катастрофы... Той бури, что чуть не стёрла меня в прах, от одного осознания, что мой младший брат теперь дорог мне в совершенно ином смысле... И что мое тело, душа и разум больше мне не подчиняются как только дело касается тебя... – Итачи прикрыл глаза, больше не в силах смотреть в алые омуты, обрамлённые черными томое... – Страх - это самое нормальное, что вообще может быть в данной ситуации...       - То есть, теперь я по твоему тебя ещё и жалеть должен? Ну конечно же! Жертвой может быть только наш святой Итачи, которого Ками в лоб поцеловала и даровала треклятую любовь к брату!– Саске картинно развел руки и закатил глаза, окончательно расслабляясь. – А мне ЧТО прикажешь делать? Я этого Не.Хо.Чу! Понимаешь? Совсем не хочу, ведь тогда... Тогда мне придется сделать то, что я ненавижу больше всего на свете... А с тобой даже не знаю как такое осуществить... Потому что мне придется перестать с тобой общаться...и... я... не хочу этого...       Последние слова Саске выдохнул на одном дыхании и едва не плача...       - Не проклинай любовь Саске. Не будь так к ней снисходителен. – Итачи устало отступая, и натыкаясь на преграду в качестве стиральной машинки, прислоняясь к ней. – Ты всё поймёшь, как только и тебя на изнанку вывернет. Ни о чем другом думать не сможешь, только лишь бы хоть на час, на миг, на одну долю секунды побыть рядом и больше для счастья ничего и не нужно...       - И ты вот это вот всё чувствуешь? Ко мне? По лицу вообще не понятно... – Саске уставился на него будто на подопытную мышь, заставив Итачи испытать тень улыбки. Милый! Весь от широко раскрытых внимательных глаз, до позы этой напряжённой, будто ещё не решил, набрасываться с кулаками или лезть обниматься... хотя последнее теперь не о них... Саске и раньше тактильным контактом не радовал, что уже теперь говорить...       - Иди спать. Завтра... нет, уже сегодня тебя ждёт не лёгкий день. Наберись сил как следует...       - А как же ты?       - Я уже выспался... – Немного прикрыть глаза в отрицании и соврать было так же просто как и всегда. – Хочу поработать над деталями плана, пока ещё есть время. Иди спи и ни очём не волнуйся...       - Ну как хочешь. – Саске сладко зевнул. Сыто, расслабленно и кажется, обрадованный что кровать достанется ему... Итачи запретил себе думать, о причинах Саскиной податливой расслабленности... В бессилии сжал кулаки, чтобы случайно не протянуть руки, не обнять зарываясь носом в чуть влажные, растрепанные волосы...       Саске вышел первым, а Итачи отупело застыл на месте. На глаза попалась всё ещё набранная водой ванная с остатками пены и... Это уже была клиника! Совсем, совсем не нормально!       Погрузив руку в воду по локоть, Итачи быстрым движением выдернул пробку смотря как вода закручиваясь водоворотом быстро исчезает в сливе... Подхватив мокрое полотенце небрежно брошенное или просто упавшее на пол, он вытер им мокрую руку и забросил его в стиралку.       Приведя ванную в порядок он вышел обратно на балкон садясь в шаткое кресло... Вороны, тут же привычно слетелись к нему, садясь на колени и подползая под руки требуя ласки... Итачи по привычке зарылся пальцами в теплые и упругие перья одной из птиц... Закрывая глаза и незаметно для себя - засыпая.

***

      В пять часов утра, первые лучи поднявшегося солнца пробили густую пелену тумана. Окрашивая темный мир под веками в красный.       "Вот и выспался...." – Итачи лениво открыл глаза пытаясь понять, сколько времени он проспал. Выходило, что не так уж и много... пара часов в кресле качалке, за сон сойти не может, но спать уже не хотелось... Он потянулся всем телом тревожа воронов на своих коленях, те уже тоже проснулись и просто тихо сидели согревая его своим теплом.       - Утро. – Итачи по привычке поздоровался...       - утро. утро. Утрро.. – Вороны подхватили это слово в точности копируя интонацию и голос. Закрутили бородатыми головами, замельтешили крыльями...       - Ну тише... – Итачи погладил одну из самых активных птиц. – Разбудите мне всех...       Вороны послушно замолчали, вертясь и смотря на него своими умными глазами.       - Голодные? – Риторический вопрос оживил птиц- они всегда были не прочь поесть. – Сейчас что нибудь поищу...       Итачи тяжело встал, с досадой отмечая раздражительную слабость своего тела...       Войдя на кухню, он тихонько прошел мимо вздрогнувшей, но продолжающей притворяться спящей - Конан... Всё-таки разбудил... Но это и закономерно, она - шиноби. Жаль было ее тревожить, но что здесь можно сделать?        Серую полутьму кухни осветил слабый свет их холодильника... Похоже, в нем за эти дни ничего не изменилось.... Интересно хоть кто нибудь открывал его за эти дни?       Первая мысль, что пришла в голову смотря на практически пустое нутро "Шисуи! Ленивый как и всегда!"...        То ли чувство собственной безопасности то ли лень, не дали другу открыть крышку на двухлитровой кастрюле, где размораживалось пол кило мяса.. уже безнадежно испорченного и с душком...       Итачи подцепил пальцами мягкое чуть подгнившее до зеленевы мясо, вытаскивая его с кровавой юшицы прямо на столешницу. Один из любопытных воронов залетел в кухню, растревоженный гнилостным запахом, и с нетерпением попытался утащить весь кусок, но Итачи был готов, кладя руку поверх мяса, вжимая его в столешницу....       - Не будь жадным...– Он легонько одтолкнул взмахнувшего крыльями ворона, отрезая части от малоапетитного куска и бросая их обратно в кастрюлю.       - Жадным... Жадным... Жадным... – птицы подхватили новое слово поднимая шум...       - А ну тихо. Всем достанется... – Итачи вынес кастрюлю на балкон вновь садясь в кресло и начал прямо с рук кормить птиц.