Роза с окровавленным стеблем или Человеческий кукловод

Ночь прошла мимолетно. Открыв глаза, Сакура тут же подорвалась и посмотрела на часы. — Блин! — выругалась она, но вовремя вспомнила, что сегодня суббота. — Твою мать… — шумно выдохнула девушка и, закатив глаза, рухнула обратно на подушку. Ох, что вчера было-то? Почему-то она первым делом вспомнила вовсе не Саске, а красноволосого парня, которого, как Сакура только что обнаружила, не было в комнате. Оторвав взгляд от заправленной койки сожителя, Сакура уронила его на поверхность своей прикроватной тумбочки. Совсем неожиданно девушка обнаружила на ней подарок, от чего вопросительно вскинула брови. Роза? К тому же очень… красивая. Лишь взяв ее в руки, студентка поняла, что она деревянная. А выглядит как настоящая, залакированная и очень изящная, как сама Сакура, только об этом зеленоглазая совсем не задумывалась. Откуда она тут? Неужели Сасори ее оставил? Может таким образом хотел загладить вину за тот маленький инцидент с духами? Девушка улыбнулась, вернув красивый подарок на тумбу, и отпихнула от себя ногами одеяло. Желания валяться в постели у Харуно вовсе не было, она решила встать и быстро одеться не заходя в ванную, пока ее соседа нет в комнате. Свесив с кровати ножки, девушка стянула с себя футболку и, опустившись на колени, стала искать в тумбочке что-нибудь стоящее. Ах, вот, зеленая майка, которая очень подходит к ее глазам, когда-то так говорила и бывшая подруга Яманака, чтоб ее на двести тонн разнесло. Нацепив черный лиф, она буквально за пару секунд не успела натянуть эту чертову майку, и разумеется, в комнату зашел Акасуна! Начался денек… Сакура в последний момент прикрылась не надетой майкой, густо покраснев от смущения. Ну что он за человек-то такой?! — Ну, может выйдешь? — недовольно посмотрела она на вошедшего, который, судя по взгляду, и не собирался покидать комнату только из-за того, что его соседка переодевается. Сасори нагло прошел вперед, словно девушка ничего только что не говорила. Его взгляд снова пустой, но Сакура уверена, эта пустота — есть какая-то маска, которая скрывает за собой что-то невообразимое и опасное. И она почувствовала это вчера. Очень хорошо почувствовала. Поэтому теперь всеми способами решила сторониться его. Но как же это сделать сейчас? И вообще, может было бы лучше, если бы тогда он не спас ее от Кабуто? Ох, ну и бред! — Сасори?.. — отчаянно пискнула она, когда парень подошел к ней почти вплотную. — Что это значит? — Возмутилась Сакура. Что же делать? Ударить, убежать? Но руки как магнитом приклеились к груди, а ноги словно приросли к полу. Она только и могла сейчас смотреть испуганным взглядом ему в глаза. Сасори буквально прочувствовал все ее данное внутреннее состояние, благодаря умению хорошо читать по глазам, кстати. Ведь он должен знать, что чувствует по отношению к нему его кукла. — Ну чего ты дрожишь так? — с тем же пустым взглядом, но такой загадочной легкой улыбкой тихо спросил он и аккуратно, как к фарфоровой куколке, коснулся теплой рукой ее плеча. — Я же тебе нравлюсь. Мурашки мощной волной прошлись по всему телу студентки. Да, он нравится ей, и можно даже признать, что по внешности он не отстает от Саске, но что будет дальше, когда он добьется этого? Ведь в данный момент Сакура уверена, что он всего лишь хочет от нее телесной близости. Акасуна резко вырывает из ее рук майку и отбрасывает куда-то в сторону. Теперь девчонка, до невозможного смущенная, признав поражение, просто опустила руки, оставаясь в одном лифчике и ночных шортиках, а глаза ее по-прежнему напуганы. Судя по всему, что только можно прочитать в ее глазах и в поведении, Сасори установил факт, что она еще совсем ребенок. И его это только приятно устроило: девочка, такой ценный экземпляр и даже невинна. Это просто подарок. Парень хочет соблазнить ее, ну или хотя бы убедить ее в том, что она и сама этого хочет. Его рука обхватывает ее за талию и прижимает к своему хозяину. Сакура чувствует, как он пробирается этой рукой под ее лиф, а вторую кладет на поясницу. Только сейчас она осознала, что он себе позволяет. Отчаянно забившись в его руках, девушка вырывается, и звон от пощечины пронзает стены комнаты. Снова Акасуна забыл о ее характере… Как он мог? А это, оказывается, чертовски неприятно. Нет, разумеется пощечина тоже неприятна, но еще противнее оказалось то, что Сасори упустил из виду подобный случай. Сакура далеко не из глупых девочек, которые легко раздвигают ножки. Хоть у него никогда не было проблем с девушками, ему придется вести себя именно с ней более осторожно. Но все же теперь он хочет заполучить ее, подчинить еще сильнее. Ярко-красный, почти как его собственные волосы след от руки четко отразился на его щеке. Сакура не на шутку испугалась, заволновалась. Может не стоило так поступать? — Сасори… — взволнованно произнесла Харуно, с ужасом наблюдая, как след от пощечины все никак не сходил с его красивого лица. — Прости, Сасори… Акасуна лишь сквозь боль усмехнулся, всем своим видом продемонстрировав, что извиняться не за что, более того, извиниться стоит ему. Сакуре стало очень неприятно. Не зная, как же подавить в себе это чертово ощущение, она уже сама приближается к нему и аккуратно, боясь причинить лишнюю боль раздраженной коже, как можно нежнее прикасается губами туда, где еще виднелся отпечаток от ее же ладони. Губы сразу же ощутили горячую кожу. Сасори поразился такому внезапному всплеску ее чувств. Вулкан, конечно, внутри этой девушки слишком непредсказуем, и при ее желании может выдать такое извержение, что «мама, не горюй». — Ты слишком странный… — отстранившись, прошептала она. Ей невообразимо захотелось прикоснуться к его губам своими. Пустота его глаз отталкивала, но одновременно затягивала, словно объемная визуализация. Она притягивала Сакуру, да так буквально, что девушка и не сразу осознала, как она ласково целует его, получая наслаждение от каждой доли данной секунды. Акасуна, теперь-то тоже осторожно, кладет свои руки на ее тонкую талию, где-то в глубине души торжественно ликуя. Сакура приоткрыла рот чуть шире, чем и воспользовался парень, углубив поцелуй как можно сильней. Такой поток нежности сразил девушку, заставив обвить его шею руками, не желая останавливаться. Харуно не знает сколько прошло времени, но когда Сасори оторвался от ее губ, она поняла, что ей давно не хватает воздуха. Девушка открыла глаза и робко взглянула на него, сбивчиво втягивая в легкие как можно больше воздуха. Снова его взгляд выражает пустоту… Даже после такого! — Эта роза — олицетворение твоей изящности, я сегодня ночью ее сделал, — вполголоса произнес он, придерживая одной рукой ее за талию, а другой убирая с ее лица розовые пряди, — для тебя. Сакура снова залилась краской. Каким же он умеет быть… импозантным. Теперь точно можно определить, что этот парень является неплохим ценителем красоты. Сакуре еще никто не выражал свою симпатию так красиво, как это сделал Сасори. Может он и не притворяется? Мало ли, почему у человека может быть такой пустой взгляд… пугающе пустой. Нет, он добивается чего-то совершенно другого. И та история с Кабуто… ТОЧНО! Кабуто! Сакура совсем позабыла, как она могла! Девушка в миг стала серьезной и, отпрянув от парня, дотянулась и натянула-таки свою майку, которую он отбросил, как оказалось, на кровать. Сасори заинтересованно стал прожигать сожительницу взглядом, в ожидании интересного продолжения. — Вчера Кабуто пропал. — Похолодевшим голосом произнесла она в глаза соседу. — Да? — на секунду Сасори изобразил удивление, но даже это было наигранно, чего он и не скрывал. Он так преподнес эту реакцию, словно и не удивлен такой новости. Хотя почему это словно? — Он же оставался там один, без сознания… — И ты считаешь, что в этом замешан я? — удивительно, но голос Акасуны ни на капельку не дрогнул. Он звучал все так же безразлично и спокойно. — Получается, в этом по-любому мы с тобой замешаны, ведь мы оставили его… — А еще получается, что я зря спас тебя? — неизменным тоном перебил он ее. — Сасори, ты же знаешь, о чем я… — Да успокойся ты, куда он мог пропасть, если я только что с ним в лифте поднимался? — А?.. — у Сакуры дар речи пропал. Он что, прикалывается над ней? Харуно порядком надоело ощущение, что он ведет с ней какую-то игру. И чего он добивается этой игрой — она даже знать не хочет. — Он же пропал вчера… — Ну пропал, мало ли куда ездил. — Акасуна с усмешкой проследовал с этими словами к своей кровати и улегся, заведя руки под голову. — Все с ним в порядке, и кстати просил передать тебе, чтобы все-таки посещала дополнительные занятия. Промолчав, Сакура незамедлительно стянула с себя шортики и, нашарив в тумбочке первую попавшуюся юбку, одела, не обращая на соседа ни малейшего внимания. Нашарив в сумочке справку, которую должна была отнести Шизуне, нацепила сандалии и отправилась вон из комнаты. «А я чуть не возбудился…» — печально подумал Аксуна, лежа на своей кровати. Сакура быстрым шагом направлялась к комнате помощника коменданта, думая о том, что как только отдаст эту бумажку, она сразу же станет собирать вещи и навсегда покинет этого странного парня. Но в своей комнате Шизуне-сан не оказалось. Ну вот, теперь еще и искать ее придется! Харуно решила пробежать по лестницам в надежде встретить женщину за мытьем полов, но вместо этого наткнулась на самого Якуши Кабуто, собственной персоной! — Привет, Сакура, — улыбнулся молодой аспирант, словно вчера между ними и не произошло никакого инцидента. Может Сакуре и показалось, но она не могла не заметить этих странных огоньков в глазах парня. Огоньки, которые горели чем-то сумасшедшим. Странное описание, правда? Тем не менее, Харуно буквально ощутила это, но лишь на некоторое мгновение, да и плюс ко всему ей на данный момент было намного важнее найти Шизуне, чтобы, наконец, отдать ей эту чертову бумажку! — Здравствуйте, семпай, — мимолетно чуть склонила она голову в знак приветствия и собралась продолжить свой путь, но, разумеется, не так уж сразу! — Я слышал, что ты теперь с Акасуной в одной комнате… — как всегда ухватил он ее за руку, не давая ускользнуть от себя. Сакура остановилась и ошарашенно взглянула на парня. По всему телу пробежали мурашки. И она ужаснулась, осознав, от чего такие мурашки. Его рука холодная. Он что, в воде ее ледяной подержал полчаса? Якуши широко улыбнулся, и это оказалось еще одним поводом удрать от него куда подальше — он улыбнулся, словно психопат с горячкой. Да что же происходит?! Может, это у Сакуры крыша едет? Нет уж! Она просто съедет из этой комнаты, и на этом все! Высвободившись из холодной хватки Кабуто, Харуно помчалась вниз по лестнице, словно за ней следом погнались монстры. Аспирант лишь посмеялся вслух, забавляясь такой реакцией своей хорошенькой студентки, и спокойно продолжил свой путь туда, где его уже ожидали. — Дана… — произнес он, зайдя в комнату. — Встретил ее? — все так же пребывая в горизонтальном положении на своей кровати, холодным и стальным голосом спросил Акасуна, вертя в руках ту самую деревянную розу. — Шизуне-сан! Наконец-то, Шизуне-сан… — запыханная студентка нагнала женщину с ведром и шваброй в руках, которая лишь округлила глаза, испугавшись, что Сакура сейчас просто-напросто собьет ее вместе с ведром. Но Сакура вовремя затормозила и тут же сунула ей справку о переселении. — Господи, Сакура… — женщина ошарашенно попятилась, не понимая, что же произошло с этой девушкой, но, сняв перчатки, взяла бумажку и, пробежавшись глазами по тексту, сразу все поняла. Ну, разумеется, не совсем все — чего это она так горит желанием поскорее съехать оттуда, словно там не комната, а клетка с диким опасным зверем? Хотя… кто его знает. — Я могу идти вещи собирать? — вся в нетерпении спросила девчонка, держа обеими руками швабру, которую чуть не выронила Шизуне. — Ну иди, собирай, только Ли заранее сообщи, чтобы тоже в курсе был. — Да, спасибо! — склонилась она женщине и сразу же помчалась обратно, вернув инструмент для мытья полов. Поднявшись на свой этаж, студентка уже более-менее обуздала эмоции и теперь просто быстрым шагом направлялась в комнату, дабы поскорее собрать вещи. Остановившись у самой двери, Харуно немного собрала мысли в кучу и, потянув ручку на себя, зашла. — Слушай, — начала она, всеми силами изображая непринужденность, — к тебе нового соседа подселяют. Акасуна в непонимании чуть сдвинул брови к переносице, что явно свидетельствовало о неожиданности такой новости, но это ведь еще далеко не все. Сакура чуть неуверенно продолжила: — Теперь все будет как подобает: я буду жить с девочками, а ты с парнем… ну, в смысле… ну ты понял. — Усмехнулась она на последнем слове и прошла к своему месту, чтобы освободить его поскорее для Ли. Что? То есть как это, она переселяется? Сасори правда не ожидал. Нет. Он знал, что она хочет съехать, но чтобы добиться этого от коменды так быстро, учитывая данные обстоятельства. Твою мать! Все шло хорошо, но нет же, сначала этот хренов Якуши, а теперь еще и коменда такая щедрая ни с того ни с сего! Красноволосый крепко сжал в руке стебель деревянной розы, которую всю ночь делал для соседки, и чуть поджал губы от режущей боли. Хватка слегка ослабилась, выпуская капельку крови вниз к локтю, которая оставляла после себя алую тонкую дорожку. Эта роза, он выполнял ее со всей душой, вплоть до последнего острого шипа на ее тонком стебельке, эта роза — есть олицетворение этой девушки. Такая изящная, такая нежная на вид, но в то же время такая опасная, не дает себя взять, выставив острые шипы во все стороны. И сейчас он поранился об эти шипы, и решил пораниться еще и физически, чтобы хоть как-то перенести эту боль не только в душе. — Почему ты решила уйти отсюда? — все еще крепко сжимая острый стебель в окровавленной ладони, стальным голосом спросил парень, даже не глядя на то, как девушка в спешке собирает вещи. Сакура застыла на некоторое время, пропустив по телу мурашки от его вопроса. Она четко почувствовала от него агрессию. Продолжив собирать вещи, она постаралась не выдавать волнение в голосе: — Там мне будет комфортней. — М-м-м. — Протянул он, стиснув зубы от того, что сжал стебель в руке как можно сильнее. Краем глаза Сакура все-таки увидела, что он делает, и это отпугнуло ее только сильнее. Девчонка сглотнула, ужаснувшись такой картине. Господи, он же полный псих. Девушка быстренько сгребла с полок все вещи в ванной. Спустя полчаса сбора, на удивление быстро, ибо у девушек обычно это получается намного дольше, она стала осматриваться по всем углам в поисках какой-нибудь случайно забытой вещицы. Так, под шкафом туфли забыла, на подоконнике ободок. Пока девушка собиралась, Сасори не спеша слез с кровати, все так же продолжая мучить руку болью, и свободной рукой вытащил из тумбочки коробку, в которой находились разные запчасти от деревянных кукол. — Сакура, помнишь, тебе было интересно, чем я увлекаюсь? Сакура заинтересованно посмотрела на парня, который, словно трагично, склонялся над своими запчастями. — Я люблю собирать марионетки, — спустя пару минут молчания продолжил он. — В основном, это люди. — Харуно нервно вздрогнула от такого заявления, но тут же облегченно выдохнула, когда услышала продолжение: — Я часто снимаю мерки с настоящих людей, чтобы смастерить куклу, которая более будет походить на живую. А из тебя бы получилась очень красивая кукла, Сакура. — Он сказал это довольно опечалено, словно ребенком, ждал какого-то чуда, но оно не сбылось. Но стоило ли искать в этом какой-то подтекст? Конечно стоило. Что ж, тем не менее, розоволосая решила принять это как комплимент и, мило улыбнувшись, закончила со сбором вещей и стала сворачивать матрас. Внезапно в комнату постучали, и вошла Темари. — Привет всем, — поздоровалась весело блондинка, но тут же в ужасе открыла рот, увидев окровавленную руку Акасуны, которая продолжала сжимать тонкий стебель деревянной розы. — Вау, какие страсти… — непроизвольно прокомментировала она чуть громко. — Пойдем, помоги, — быстро отвлекла ее Сакура, складывая постельное белье. Девушки закончили со сбором, благо, вещей Харуно много не покупала во время проживания в этой комнате, и уже собрались выходить, как Сасори внезапно окликнул бывшую соседку. Сакура посмотрела парню в глаза, и чуть не всплакнула: Где уже привычная пустота?! Вместо нее в них полно чуть ли не слез. Это шутка?! Если да, то сколько можно шутить?! Сасори, ну что же ты за человек и человек ли ты вообще? Кстати хороший вопрос. Столько печали, нежелания прощаться и боли в его глазах, ей впервые так сильно жалко парня. «Хоть сейчас прыгай ему на шею и успокаивай. Так, это уже слишком, надо валить, пока еще хуже не стало.» — Что? — спросила Сакура, не выдержав торможения. Вместо всего, что можно было ожидать от Акасуны, он просто протянул ей эту чертову розу, которая так безжалостно изранила его руку. Теперь Сакура еще и растрогалась. В конце концов, это так… романтично, мать вашу! — Я все-таки для тебя ее сделал… — чуть хрипловато говорит он, расправив ладонь так, чтобы деревянный цветок просто находился сверху, удерживаясь за счет впившихся в окровавленную кожу шипов. Признаться, такое сотворить может только настоящий мастер, ибо даже эти безжалостные иглы на тонком стебельке заточены так четко, что трудно поверить — ручная это работа ли вообще. Сакура протянула ручонку, дабы принять его подарок, и аккуратно, нехотя испачкав пальчики в крови, взяла цветок из его ладони, стебель которого теперь окровавлен. Темари вздрогнула от вида ран на коже парня и, забрав у подруги чемодан на колесиках, решила, что их все же стоит оставить наедине и подождать Харуно за дверью, да и к тому же не любит она кровь. Захлопнув за собой дверь, Собаку-но чуть мечтательно вздохнула. И все-таки этот Акасуна милашка, умеет же быть романтиком. Даже по рассказам Сакуры ей не хочется верить, что этот парень какой-то там ненормальный и может быть опасен. Вот ведь какая ирония. Но подруге виднее, в конце концов, ведь она пожила с ним в одной комнате, чтобы захотеть в итоге съехать. — Сасори, я не понимаю… — Что тут непонятного? Взяла ее, а теперь иди. Сакура в непонимании молча покинула комнату, пытаясь подавить в себе раздражение ко всему происходящему. Теперь она еще и виноватой себя чувствовать должна! Спустя полчаса в комнату, где Сасори теперь пребывал один, раздался стук. — Привет, — зашел парень с забавной стрижкой под горшок и смешными круглыми глазами. Акасуна лишь закрыл лицо рукой, осознав, с кем ему теперь придется жить: довольно шумный, заядлый спортсмен, много говорит. Но все это ему еще придется пережить. Красноволосый покинул комнату, прихватив с собой побольше наличных, и до самой поздней ночи прошатался по темным улицам, попивая купленный крепкий алкоголь. — То, что ты сделал с Кабуто, конечно, непростительно, но тем не менее, это очень сильно шокировало меня. — Хриплым голосом усмехнулся появившийся ректор, которого старшекурсник моментально узнал. — Орочимару, так это действительно вы. — Чуть затуманенным взглядом посмотрел он на бледного мужчину. — Акасуна… — словно пробуя на вкус эту фамилию, протянул он. Похоже, столь, можно сказать, неуважительное обращение студента к нему, как к ректору, его вовсе не задело. Он просто проигнорировал это. — Знакомая фамилия. А ты, должен признаться, превзошел все мои ожидания. — М?.. — парень вскинул брови, не понимая, о чем это он толкует. Ректор лишь усмехнулся и устроился рядом с Сасори на скамье, забрав бутылку и отправив ее в урну. — Эй! Она вообще-то денег стоит. — Здоровье молодого гения стоит гораздо больше каких-то там денег. — Мужчина недобро сверкнул своими змеиными глазами, чем насторожил парня. — Ну, у тебя куча вопросов ко мне.