И снова в Лондон

Я открыла глаза и уставилась в странный белый потолок. Голова раскалывалась, будто по ней ударили чем-то тяжелым. Ещё жутко ныли колени и правый локоть. Совершенно странные запахи меня пугали. Что, чёрт возьми, происходит? Последнее, что я помню, это как Джеймс утопал к себе в комнату… - Слава Богу! – прервал мои размышления мужской голос. – Ты нас так напугала. Я попыталась повернуть голову, чтобы увидеть объект, или объекты, которых я «так напугала». Но тут надо мной нависло абсолютно серьёзное лицо Оливера. - Ты как? – спросил он, пристально всматриваясь в мои глаза. Я пожала плечами: - Что случилось-то? Я не помню ничего. Оливер пододвинул ногой стул и сел рядом с койкой. - Я пришел домой и увидел тебя, лежащую на лестнице. Одну. Я сразу позвал Джеймса, мы позвонили в «скорую». Как ты умудрилась поскользнуться? Я округлила глаза. Что? Я поскользнулась на лестнице? Меня отвезли в больницу? Вот это новости! Когда я успела-то? И почему я этого совсем не помню? А Джеймс?.. - А Джеймс разве не услышал, как сто десять фунтов рухнули на деревяшки? – спросила я вслух. - Ооо, - Олли закатил глаза. – Он проклинает себя за то, что включил в наушниках музыку так громко, что не слышал вообще ничего. Что у вас произошло-то? Джеймс, судя по вопросу брата, ничего не рассказал. Я тем более не собиралась рассказывать. Я молча отвернулась, чтобы старший Фелпс не увидел мои наполненные не вовремя появившимися слезами глаза. - Где он сейчас? – тихо спросила я. - Отправил его выпить кофе и успокоиться. А то он всю палату вдоль и поперёк прошел уже раз триста. Я хмыкнула. - Хочешь, я позову его? – он поднялся со стула и направился к двери. – Саша. Позвать? Я смотрела на Оливера, не зная, что сказать. Да, конечно, мне хочется увидеть Джеймса, но гордость, обида и страх, переходящий в панический ужас, так и грызли изнутри. И что он подумает? О чем мы будем говорить? Как вообще с ним мириться-то? - Ясно, - так и не дождавшись ответа, Фелпс выскользнул за дверь. Я осталась в одиночестве и стала считать секунды, которые отстукивали механические настенные часы. Двести девятнадцать «тиков» - и дверь снова открылась. Я перевела глаза с секундной стрелки на появившегося в проходе человека. Джеймс в четыре больших шага преодолел расстояние от двери до меня и рухнул прямо на колени возле койки. - Прости, это я виноват во всем, прости, пожалуйста, - быстро затараторил он, взяв меня за руку. - За что ты извиняешься? – удивилась я. - Это же всё из-за меня, это я довёл тебя до такого состояния. Прости. Джеймс положил голову на кровать, укрыв мою руку, которую не выпускал из своих тёплых ладоней, и спрятав от меня лицо. Я провела свободной рукой по его каштановой шевелюре. - Перестань винить себя, Джеймс. Он замотал головой, поднялся с колен и стал ходить по палате. - А если бы с тобой случилось что-нибудь… - он вдруг замолчал на половине фразы. Ну да, со мной и так уже случилось. - …Что-нибудь ещё хуже, - запинаясь, закончил он. – И просто из-за того, что я не услышал. Из-за моей обидчивости этой дурацкой. Он снова сел на колени рядом со мной и посмотрел прямо в глаза. - Я люблю тебя, Саша, и с этим ничего не сделаешь уже, - Джеймс легко улыбнулся уголками губ. - Ну пожалуйста, ну ещё пару минут… - в палату спиной ввалился Оливер, резко обернулся и, пожав плечами, выпалил: - Сдерживал, как мог. Из-за его спины выглянул врач, немного не понимающий, что вообще происходит. Мы с Джеймсом одновременно фыркнули и затряслись в приступе смеха. Оливер довольно улыбнулся, решив, что свою миссию в великом примирении он выполнил. В этот же вечер меня благополучно выписали из больницы. - Зачем вы вообще меня туда запихнули? – шутливо бурчала я по дороге домой. – Ну падают люди в обморок, ну с кем не бывает? - Зато мы столько автографов нараздавали там, ты не представляешь! – улыбнулся Оливер, смотря на меня в зеркало заднего вида. - Вот оно что, - протянула я, и мы засмеялись. Джеймс как-то странно молчал всю дорогу. Но я старалась не придавать этому особого внимания. Видно, он до сих пор винил себя во всём произошедшем. И сейчас в этом разбираться было совсем не время. Оливер остановил машину возле большого супермаркета. - Почему-то я думала, что все знаменитости заказывают еду через Интернет, - ухмыльнулась я, открывая дверь машины. - Да мы вообще никому не известные личности, - в тон ответил Олли. Мы втроём бродили по залу между рядов со всевозможными товарами на полках. Рядом сновало огромное количество людей с тележками и длинными списками в руках. Казалось, что всех интересует только еда, а не то, что рядом ходят известные личности. Но тут я вспомнила, в каком городе нахожусь, и разом успокоилась – к такому здесь, по всей видимости, не привыкать. Оливер катил перед собой тележку и, смотря на полки, нагружал её необходимой для Рождественского ужина едой. Я шла рядом с Джеймсом, всё ещё молчавшим. Ну вот только давайте не будем впадать в очередную депрессию, как это было летом, ладно? Я взяла его за руку. - Джеймс? - Мм? - Всё в порядке? - Да, конечно, - он улыбнулся. - О чем ты думаешь? – не отставала я. Он хитро поднял одну бровь, делая вид, что сомневается в том, что мне стоит доверить какую-то большую тайну. - Не-а, не скажу. И тут в него будто вставили новые батарейки. Он стал болтать на тему Рождества и «что приготовить на ужин», смеялся и даже чуть не опрокинул на Оливера большую пирамиду из консервных банок. - Оливер, это нормально? – спросила я, когда Джеймс убежал куда-то в другой ряд. - Перемены в его настроении? Да, вполне. - Странный он. - Да ты сама такая же, - фыркнул Фелпс. Что? Я? Ну я же… Точно такая же как и Джеймс. Да уж, два психа нашли друг друга, что тут ещё добавить. Запихнув три огромных пакета в багажник машины Оливера, мы отправились домой готовиться к Рождеству. Ну хоть сегодняшний день сможет нормально закончиться? Без глобальных катастроф. Я улыбнулась своим мыслям и уставилась в окно, слушая фоном шутки близнецов.