Обычный вечер в башне Мстителей

Две богини сумасшествия, ехидства и сарказма, известные больше как Маргрезэ и Вертэнди, сидели за компьютером и печатали похабные стишки, которые предложила посочинять Маргрезэ. Богини толкали друг друга локтями в бока, потому что сидели на одном стуле, и пошло хихикали. Их идиллию прервал Тони Старк, который попытался к ним подкрасться и тайком посмотреть, что же они такое пишут. Поскольку богини не хотели, чтобы им мешали сочинять похабности, они предусмотрительно набросали вокруг себя круг из резиновых уточек, словно защищались от Вия (как будто бы он смог им повредить). Тони наступил на одну из маленьких желтых уточек и в ответ на осуждающие взгляды богинь, быстро свернувших свою писанину, спросил: - А что это вы тут пишете? - Фанфик про тебя и Лестата, - молниеносно ответила Вертэнди. - Про кого? – озадачился Тони. - Да про Лестата. Вон он уже к тебе сзади пристраивается, - коварно ухмыляясь, сказала Маргрезэ. Тони обернулся, действительно почувствовал чьи-то руки у себя на бедрах. Это и вправду был вампир Лестат собственной персоной, в новеньких, блестящих, будто вылизанных сапогах. Он соблазнительно улыбался, обнажая свои белые вампирские клыки. Лестат подмигивал Тони и не спешил убирать руки. Тони всё же сумел вырваться из цепких вампирских клешней с зеркальными ногтями, в которых отражалась половина комнаты, и отбежал на безопасное расстояние, приняв боевую стойку. Боевая стойка заключалась в том, что он держал в руках кнопку, вызывающую броню. - Мон шер, что же ты отбиваешься? – удивленно спросил светловолосый вампир, закидывая свою тушку в кресло. - Уберите свои руки, мужчина, - запоздало, видимо, от шока, возмутился миллиардер. - Мон дью, какой же я мужчина? Я же юноша! Меня обратили в восемнадцать лет! – зашелся от негодования Лестат, нелепо размахивая рукой перед своим лицом. - Да тебе триста лет, старикан! – заорали богини. - А вам каждой по тысяче, старухи, - огрызнулся Лестат, поудобнее усевшись в кресле и приобняв свою ногу в сапоге за колено. Безумие расползалось по комнате. Зашел Тор, поигрывая молотом. Он обозрел комнату своим полубожественным взглядом и сразу вычислил среди присутствующих чужака. - Вы чьих будете? – обратился он к незнакомцу. - Что значит чьих? Я своих буду, чай, не крестьянин я, - ответил Лестат из кресла, пытаясь подбочениться. Выходило у него скверно, ибо аристократ из Лестата был такой же, как из богинь – адекватные люди. Пока Тор разговаривал с Лестатом, Тони попытался сбежать за броней, потому что кнопка не действовала. Старк направился к двери, ведущей в его любимый гараж, не теряя надежды и снова и снова нажимая на кнопку, зажатую в руках. От этих манипуляций траектория движения Тони была не слишком ровной. Богини наблюдали за этим с улыбками на лицах, как вдруг в их милые божественные головки пришла странная мысль. - Смотри, это же бежит Джек Воробей! – указала божественным перстом на внезапно появившегося в комнате мужчину в костюме пирата Магрезэ. - Капитан Джек Воробей, - поправила ее Вертэнди, подняв не менее божественный перст вверх. - Броня! Броня! Где же броня? – кричал Джек, проносясь мимо обалдевшего Тони Старка, уже передумавшего бежать за броней. - Пора укреплять башню. Слишком много посторонних, - задумчиво проговорил Тони, опасливо косясь на сидящего в кресле и любующегося на свое отражение в сапоге Лестата. - Где моя шайка? Эти грязные свиньи реквизировали мой корабль, а теперь еще и броню. Разве это команда? – Капитан Джек Воробей остановился посреди комнаты, пару раз пошатнулся, сделал пару загадочных пассов руками, открыл было рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Внимание всех присутствующих в комнате людей и богов так и было бы приковано к Джеку Воробью, но тут в комнату вошел Стив Роджерс. - Кто-то сказал «команда»? Кто-то хочет собрать Мстителей на миссию без моего ведома? Я понимаю, Америка — свободная страна, но мы с вами — уже сложившаяся команда, и я бы хотел, чтобы меня уведомляли о случаях... - начал вести патриотическую речь прямо с порога знаменитый Капитан Америка, решивший, что его сместили с поста лидера Мстителей. - Да как же ты меня бесишь! Получи, дурацкий зануда! - вспылила вдруг Вертэнди и запустила в Стива неизвестно откуда (правда, впоследствии стало понятно, откуда) взявшимся сапогом. Стив моментально прикрылся своим щитом, с которым он зачем-то пришел в эту комнату. Сапог отрикошетил от гладкого металла и полетел прямехонько в Тони Старка. Мистер Старк тоже был не лыком шит и сумел поймать летящий в него сапог. Вертэнди же в это время сложила руки на груди и уселась обратно на стул в позе обиженной. - Что же ты его не любишь, ты же так к нему пылала страстью, - давясь от смеха, прошипела Маргрэзе. Божественная сестра ничего ей на это не ответила. Зато не стал молчать вампир Лестат. - А теперь я пылаю страстью к тебе, - проговорил он, облизываясь и призывно поглядывая на Тони Старка, сжимавшего в руках один из его сапогов. Тони нервно дернулся и выкинул сапог в неопределенном направлении. Однако судьбе было угодно, чтобы сапог прилетел в Тора, всё это время торчавшего в углу комнаты и не подававшего признаков разумной жизни. - Как посмел ты, смертный жалкий, попрать меня грязным сапогом? – подал он вдруг голос. - Что это Тор снова на шекспировском заговорил? – спросила Маргрэзе у Вертэнди. Ее сестра в ответ лишь пожала плечами – она всё еще дулась на Стива. - Слышь ты, дуболом нечесаный! Ты чей сапог грязным назвал? Да я тебя за такие слова на заборе повешу и свиньям скормлю! – выдал очень аристократичную тираду обиженный Лестат. - Фу, как грубо, - возмутился Старк. - Это он на древнем французском ответил на твой шекспировский, Тор, - коварно хихикая, ответила Маргрэзе. - Не разбираешься ты в древних изреченьях, дитя Мидгарда, - обратилась Вертэнди к Тони. - Права моя сестра, Говардсон, любитель огненного пойла. Ты посмотри, сестра, что с нами стало? Зараза эта и до нас дошла. Мы говорим с тобой, как будто только что мы вылезли из пьесы Вильяма нашего Шекспира, - делая широкие жесты руками, словно на сцене, вещала Маргрэзе, вскочив со своего стула. - Из всех присутствующих в комнате существ один лишь Говард, мир его праху, нормально говорил бы, без изысков. Поскольку Мидгарда он абориген, - подыграла сестре Вертэнди, а затем зашлась тихим смехом. Обе богини снова рухнули на единственный стул возле компьютерного стола, в очередной раз вызвав у всех удивление тем, что без проблем поместились на нем вдвоем. - Нет, я не в силах это слушать. Как смеете вы издеваться над моей речью? – гордо выдал асгардский бог. С этими словами Тор полетел под потолок с криком «Хеймдаль, открой!», но тот то ли не услышал, то ли сделал вид, что не услышал, в любом случае - не открыл, и Тор стал биться в потолок, как мотылек в лампочку. Безумие продолжило свое расползание. - А чего это Тор потолок пробить не может? Ты стены укрепил, Тони? – задумчиво потирая подбородок, спросила Вертэнди. Тони не успел на это ответить, потому что в комнату вернулся капитан Джек Воробей. Да еще и не один, а со всей своей шайкой-командой, причем пираты, активно кряхтя и радостно охая и ухая, несли несколько ящиков рома. - Смотрите-ка, а ведь капитан успокоился, - сказал Тони. - Конечно он успокоился, ведь мы ему подарили твою броню. Самую старую, которую не жалко. Марк I, - как бы невзначай ответствовала Маргрэзе, развернувшаяся к компьютеру и собирающаяся продолжать свою писанину. - ЧТО?! – крик Тони потряс здание, и на секунду богини подумали, что сейчас Тор таки улетит в Асгард, потому что от этого крика потолок должен был как минимум треснуть, а как максимум – сразу обвалиться. – Ты… ты… как ты могла?? Ты подняла руку на святое – на моего первенца, на маркушечку моего любимого! Что ты за человек-то такой! - Вот поэтому я замуж за Дума и вышла! – резко вскочила со стула и заорала Маргрэзе, сжав руки в кулаки. – Это всё потому что ты свою броню любишь больше, чем меня. И женился на своей броне! - Я… что сделал? – попытался было удивиться Тони, но не успел. В комнату влетела красно-желтая броня Старка, наряженная в розовое платье по последнему писку моды. Маргрэзе кипела от злости, поэтому она не заметила ехидной ухмылочки на лице своей сестры. Да и никто не заметил, потому что эта ухмылочка была на лице лишь долю секунды, а затем внезапно исчезла. - Мухухаха! – выдала броня вполне себе человеческим голосом. Тони был искусным мастером, и его роботы и брони давно уже не говорили мерзкими металлическими роботическими голосами. Тони полез обниматься и целоваться к своей броне, а та отпихивала его не в полную силу металлических рук. - Убери свои человеческие губешки, - сказала броня. - Ты должна завидовать, Маргрэзе, ведь я люблю броню, а тебя не люблю, - проговорил Старк и звонко чмокнул холодный металл. Броня лишь тяжело вздохнула и сделала вид, что закатывает глаза. Но поскольку это была всего лишь металлическая оболочка, закатывать ей было на самом деле нечего. - Ты всё врешь, на самом деле ты меня до сих пор любишь. Тем более и броня тебя совсем не любит, - обиженным тоном заявила Маргрэзе, сложила руки на груди и для пущей убедительности показала Тони язык. - Подтверждаю, - закивала головой броня. – Мистер Старк, я вышла за вас только ради ваших денег, которые я с удовольствием трачу на платья. Кстати, спешу вам с прискорбием сообщить, что вы теперь бывший миллиардер. Тони убрал от брони руки и принял такую же позу обиженного, как и Маргрэзе. - Твой Дум вообще мечтал на думботе, наряженном в платье, жениться, а тут ты подвернулась, - сказал мистер Старк и тоже показал язык своей бывшей пассии. - Нечего врать, Тони, - вступилась за свою сестру Вертэнди, до этого наблюдавшая за их перепалкой со стула, - этого всегда ты хотел, вот на броне и женился. - А Дум нормальный, - обрадовалась поддержке сестры Маргрэзе. – Витюша раскрылся как хороший человек. Мы всегда думали, что Дум – ненормальный злодей, а ты, Тони, нормальный. А оказалось всё наоборот. Богиня снова показала язык, Тони Старк так же не остался в стороне. Они больше уже не переговаривались, только строили друг другу рожи. Безумие, словно вылившаяся из ванны вода, плескалось по комнате и поднималось к потолку. Прошло несколько минут. В комнату решил заглянуть проходивший мимо Клинт, потому что ему казалось, что там то ли слишком тихо, то ли слишком тихо. Отворив дверь, Клинт просунул голову в помещение, и его глазам предстала следующая картина: слева в углу сидели богини, капитан Джек Воробей и вся его команда и пили ром, несколько ящиков которого пираты щедро принесли в башню Мстителей; Тор, неистово размахивая молотом, ломился в потолок, словно насекомое; в кресле в углу сидел белобрысый симпатичный незнакомец в бархатном камзоле и облизывал свою ногу (как позднее заметил Клинт, он облизывал сапог); посреди же комнаты стоял Тони Старк, который обнимал и целовал свою броню, наряженную в платье. - Ааа… - Клинт на мгновение задумался. – А где вы взяли столько рома? – не нашел ничего более подходящего для вопроса мистер Бартон. - Это моя заслуга, - вскинул руку с кольцами капитан Джек Воробей и очаровательно улыбнулся. - Спасибо тебе, мой сладенький, - раздался звонкий голос Вертэнди, а затем она сама отодвинула свободной от бутылки рукой одного из пиратов, сидящего у нее на пути, и начала целоваться с капитаном Джеком Воробьем, который явно был не против. Сидящий рядом с ним мистер Гиббс расплылся в блаженной улыбочке. Он решил, что сегодня на его долю выпадет не только бесплатная выпивка, но и женская ласка. Он, не убирая улыбочки с лица, пригладил волосы ладонью и развернулся к сидящей рядом с ним Маргрэзе. Сложив губы для поцелуя и прикрыв глаза, он потянулся к асгардской богине, но его губы натолкнулись на что-то твердое и холодное. Открыв глаза, он узрел каменный кулак. - Даже и не мечтай, - с ангельской улыбкой ответствовала ему Маргрэзе и пригубила рома. – Клинт, дружище, да ты проходи, не стесняйся. Что ты как будто в чужой башне стоишь, - радостно крикнула она Бартону. - Можешь присесть ко мне, красавчик, - раздался голос из кресла в углу. Блондинистый незнакомец оторвался от своего сапога и теперь улыбался во все свои острые и блестящие вампирские зубы. Безумие подкралось к Клинту. Он подбежал к Тони и, возмущенно размахивая руками, чтобы привлечь внимание окружающих, запел: - Посмотрите, А он ее целует, Говорит, что любит, И ночами обнимает, К сердцу прижимает… Маргрэзе отхлебнула из бутылки еще немного рома, приобняла мистера Гиббса к его несказанной радости и начала подпевать. А поскольку безумие наконец-то заполнило всю башню Мстителей, никому и в голову не пришло задать вопрос, напрашивающийся сам собой, - откуда американский супергерой знает текст песни российской группы «Руки вверх»...