Эй, Ис, почему ты всегда такой грустный?

-Эй, Ис, почему ты всегда такой грустный? Этот вопрос часто задавали этому одинокому парню. Он был еще довольно молод по меркам страны, но выглядел очень серьезным, что добавляло ему возраста. Исландия мало с кем общался. Исключением был разве что его старший брат Кетиль. Почему Халлдор был таким — не знал даже он. До одного дня. В этот день был день рождения Америки. Приглашены практически все страны. В том числе Халлдор. Поначалу парень не хотел идти. Но долгие уговоры Дании вынудили согласиться. Будучи в гнусном настроении, он поехал вместе с Норвегией. Долгая дорога дала о себе знать болью во всем теле. Уставшие, они поплелись в ночной клуб, где вечеринка была в самом разгаре. Громкая музыка, алкоголь, много еды и людей-это так в стиле Америки. Виновник торжества как обычно сиял. Альфред был просто в отличнейшем расположении духа. Норвегия и Исландия решили подарить подарок за двоих. Точнее, решил и выбирал Кетиль. Халлдор понятия не имел, что лежало в небольшой яркой коробочке. Если честно, ему было откровенно всё равно. Главное, чтобы не с пустыми руками. После того, как коробочка уже находилась в руках у счастливого Джонса, Норвегия решил куда-то отлучиться. Он сказал брату, чтобы тот держался поближе остальных Скандинавов, но Эрлендсон проигнорировал его слова. Бар Джонса был богат ассортиментом. Виски, мартини, сакэ, водка, вино, портвейн, коктейли и еще множество алкогольных напитков. Халлдор выбрал коньяк. Бармен, взглянув на Исландию, сказал, что тому еще рано пить крепкий алкоголь. Но тот бросил в него такой мрачный взгляд, что снифтер с жидкостью цвета темного дерева тут же оказался перед ним. Не долго думая, он запрокинул в себя весь бокал. Закашлявшись от непривычной горького вкуса, он попросил налить еще. Со второго раза ему уже стало уже гораздо лучше. В этот самый момент за соседний стул к нему сел, пожалуй, последний, с кем он хотел разговаривать сегодня. -Эй, Ис, почему ты всегда такой грустный, — перекрикивая музыку, сказал парень с глазами цвета янтаря, волосами с рыжеватым отливом, длинной завившейся прядкой с правой стороны и с неизменной радостой улыбкой. В нем Халлдор узнал младшего из итальянских братьев. Халлдору столько раз задавали этот вопрос, но он ни разу не ответил никому, даже своему брату. Но то ли алкоголь так ударил в голову, то ли сама душа рвалась высказаться. Эрлендсон сказал идти за ним. С собой он захватил бутылку коньяка, оставленную барменом. «Так легче рассказывать, » — подумал он. Над небом нависли тучи. Луны, как и звезд, не было видно. Но ночь все-таки была по-июльски теплой, несмотря на прохладный ветер. Погода располагала к душевному разговору. Венециано и Халлдор сели на скамейку. -Каждая страна теряла когда-нибудь людей. Но бывают люди, которые сильно впечатываются в память. Ты ведь понимаешь меня, Венициано? Варгас, немного поразмыслив, кивнул головой. -К тому времени я уже выглядел лет на 15, — Продолжил Халлдор. — Я познакомился с ней весной 1782 года. Её звали Мьёдль. Тогда ей было еще только 14 лет. У Мьёдль были непривычные для этих мест глаза цвета молодой травы и ярко-рыжие, как огонь, волосы, а еще милые веснушки. Помимо красоты это была еще и очень умная девочка с необычайно красивым голосом певчей птицы. Она часто пела. Перед глазами Халлдора предстал этот воссозданный в памяти образ низкорослой девочки. На глазах выступили слёзы. Он поспешил сделать глоток коньяка. Феличиано внимательно смотрел за всеми его движениями. -Мы познакомились с ней случайно, ранней весной. Она пришла на реку, ловить рыбу. Совсем не девичье занятие. В то время я уже был там. Улов у меня никак не шёл. Зато у Мьёдль всё было, как по маслу, рыба будто нарывалась на крючок. Я спросил что-то про наживку, так и завязался разговор. А потом и дружба. Халлдор сделал еще один глоток и поморщился от горечи. -Мы договорились встречаться раз в три дня, чтобы ловить рыбу. Каждую встречу я очень сильно ждал. У меня не было других друзей. Многие родители запрещали своим детям со мной общаться, якобы я колдун. Я как выглядел пятнадцатилетним, когда им было десять, таким и оставался до их старости. Мьёдль тоже запрещали. Каждый раз мы встречались тайно, вдалеке от большого скопления людей. Встреча за встречей, разговор за разговором. Так постепенно в моём сердце проснулось совершенно новое для меня чувство — влюблённость. Поначалу я отвергал эту мысль, Мьёдль ведь мой друг. А потом с головой окунулся в это чувство. И я точно знал, что ко мне она испытывает тоже самое. Так пролетело в тайных встречах полтора года. Мьёдль исполнилось пятнадцать. В начале лета я признался ей в своих чувствах… Боже, как же я ненавижу себя за то, что я страна, — Исландия допил коньяк. Размахнувшись, он выкинул бутылку в направлении деревьев. Его уже подшатывало, поэтому он чуть не упал. -1873 и 1874 оказались для меня, наверное, самыми кровавыми в жизни. Всё началось с землетрясений. А потом, 8 июня, раздался первый взрыв. С неба падал пепел, летом земля была словно в снегу. Постепенно организм многих людей отравлялся. Частые взрывы наносили большой ущерб не только мне, но и многим другим странам. Неурожай, голод. Мьёдль однажды попала под кислотный дождь, ее тело покрылось волдырями и язвами. Она сама по себе была очень худенькой и очень болезненной. Это случилось только из-за меня, когда Мьёдль узнала от моего брата, что мне плохо. Мьёдль настолько боялась за меня, что совершенно забыла о себе, представляешь, Венициано? После она слегла. Тело содрогал кашель с кровью, её лихорадило. Температура поднималась под сорок. Иногда её рвало. И каждый раз, видя меня, она счастливо улыбалась… Из-за неурожая и нехватки лекарств она… Милая, милая Мьёдль… Халлдор резко замолк. Повисла тяжелая пауза. Феличиано стало совсем грустно. Ему тоже захотелось напиться. -Я ненавижу себя за то, что являюсь страной, -продолжил Халлдор.- Я помню абсолютно всё. Я бы все отдал, лишь бы забыть, что было раньше и начать жить с чистого листа. Мьёдль умерла 15 октября, тогда пошёл настоящий снег и засветило солнце. Я ненавижу себя за то, что не мог умереть вместе с ней. Исландия не выдержал. Слезы сами вырвались наружу. Как долго он держал всё в себе. Но тут Италия высказал очень умную мысль, похлопывая собеседника по плечу. Её, наверное, слышал каждый хоть раз в своей жизни. -Халлдор, она всегда жива в твоем сердце.