Жёлуди

Лето – самая прекрасная пора, богатая во всех смыслах. Оно яркое и сладкое как сочная ягодка, вызревшая на солнышке, вымытая летними ливнями. Ароматы лета это и лесные стога, и перезревшая земляника, и малинники, преисполненные важных топтунов-медведей. Пусть их, этих неуклюжих громадин, думающих, что они повелители леса, принципиально не посещающих пункты голосования. Уилл, посмеиваясь, жмурясь от предвкушения будущего удовольствия, спешил на свою любимую ежевичную поляну, она находилась вблизи от его дома, на ней он часто играл с собаками, попутно набивая рот терпкой темной ягодой. Но в этот раз все планы были нарушены. Из своих сладостных грез Уилл вернулся самым наинеприятнейшим образом. Вся поляна была огорожена забором. На дереве возле ворот висела довольная светловолосая белка. -Вергер! Что за ерунда? Эта поляна общественное достояние! – прокричал Уилл, едва не выронив очки. -Ты олень или сатир? Я не стану разговаривать с таким непонятным существом, ну и уродец, - презрительно фыркнул Вергер. -Я представитель ФБР на всей территории Западного леса! – погрозил кулаком Уилл, - Ты нарушаешь закон, закрывая доступ к ежевичной поляне! -Вокруг нее растут мои дубы с моими желудями, на которых кормятся мои свиньи! -Никто еще не видел твоих свиней после откорма! Куда ты их деваешь? -Я продаю их за пределы Западного леса! – насмешливо ответил Вергер. -Но там же есть территории, где не действует закон о непоедании живых существ! – опешил Уилл. -Туда и продаю! – Вергер показал язык. -Да ты работорговец и убийца! Тебя привлекут к ответственности! – разозлился Уилл. -Если полезешь на мою поляну, тебя посадят за нарушение частной собственности! У меня есть документы на собственность, хочешь собирать ежевику – плати! -Сколько? – обреченно спросил Уилл. Вергер торжествующе запрыгал на ветке. Она угрожающе хрустнула, прогибаясь под ним. -Одна минута – один лесной орех! – провозгласил он. Уилл протестующее вскрикнул, всплеснув руками. Вергер презрительно засвистел. -Тогда вали, нищеброд! Я получил бумаги у мэра! Обошлось всего ничего, два ящика груши-дички. Сатир разозлился и молча пнул забор. Ветка, на которой сидел Вергер, задрожала и надломилась, опрокинув белку в клубы пыли. -Засужу-у-у-у! – взвыл Мэйсон. Но Уилла уже и след простыл. Опечаленный сатир поспешно удалился прочь, остановившись только, когда забор полностью скрылся из вида. Вечерело, комары внаглую пытались атаковать незащищенные шерстью конечности Уилла, но натыкались на корочку ФБР, которую профайлер всегда носил при себе. Где? Неважно! Ганнибал встретил Уилла на пороге. Чужестранец снял уютную квартиру в дупле исполинского дуба. Сатир пригнулся и вошел в жилище. Как входил сам Ганнибал с его роскошными рогами для Уилла оставалось загадкой, у которого начали ветвится рога после загадочной диеты чужестранца. -Эти котлеты точно соевые? – с подозрением спросил Уилл, принюхиваясь к запахам со сковороды. -Чечевичные, - с абсолютно честными глазами ответил Ганнибал. -Никогда не пробовал, - заинтересовался Уилл. -Ну и отлично, - с облегчением перевел дух мужчина, - мой руки и за стол, - Ганнибал принюхался, - а почему ты не пахнешь ежевикой? -Вергер забрал поляну ежевики, требует баснословную сумму за поминутную аренду! – пожаловался Уилл, - Предлог – поляна окружена дубами с его дурацкими желудями! -Мэйсон Вергер? Это местный бельчонок-бизнесмен? – Ганнибал задумался, шевеля губами будто смакуя вкус имени. -Я его ненавижу! – в сердцах сказал сатир. -Ну что ж, Уилл, полагаю, что смогу помочь тебе. -Ты подашь на него в суд? – жалобно поднял глаза Уилл, закусывая горе сразу половиной котлеты. -Нет, я с ним поговорю о желудях, я ведь психолог… - Ганнибал прервался и внимательно посмотрел на Уилла, - милый, ты вендиго, а не хомяк, не стоит так набивать защечные мешки чем-то помимо спермы… Сатир подавился. Ганнибал все также невозмутимо похлопал его по спине. -Ты в порядке? – спросил он. -Прости, но все еще не могу привыкнуть, что ты так легко говоришь о таких неприличных вещах. -Как твой мужчина я могу говорить обо всем о чем ты готов выслушать, - Ганнибал положил салфетку на колени, взял вилку и нож. Уилл поспешно вытер руки салфеткой и скопировал движения психолога. -А кто такие вендиго? У нас о них и слыхом не слыхивали. -Это я. И ты. Не знаю, как тебя занесло в эту часть леса, наверное, аист заблудился, но ты определенно вендиго. Видишь, уже и рога ветвятся. -Да, - Уилл гордо кивнул, - мне очень нравятся эти новые рога, наверное, причина в повышенном потреблении крупяных изделий, - сатир кивнул на котлеты. -Разумеется, - аристократично кивнул Ганнибал, все также невозмутимо. -Сейчас так много работы стало, этот загадочный убийца-каннибал постоянно убивает обитателей леса, все боятся, - Уилл понизил голос. -Природа создает нас такими, какими мы должны быть. -О чем ты? – с подозрением насторожился Уилл. -О том, что этот каннибал тоже создан природой, - улыбнулся Ганнибал, поднимая бокал виноградного сока, - за тебя, самого прекрасного и умного мужчину с обалденно сексуальным телом. Уилл, успевший отпить сок, на последней фразе тоста подавился, шумно фыркая и отдуваясь. -Я бы хотел забрать тебя в свои края, Уилл, - неожиданно сказал Ганнибал, когда сатир пришел в себя. -Но у меня работа и собаки… - робко возразил сатир. -Работа тебе и там найдется, если захочешь работать, а не захочешь, можешь сидеть дома, я вполне могу содержать тебя, а собак можешь взять с собой, - Ганнибал промочил губы салфеткой. Уилл не знал что ответить. -А можно я тебя поцелую, Ганнибал? – с надеждой найти причину отложить сложный разговор спросил Уилл. -Можно, - кивнул вендиго. Уилл неловко поднялся и плюхнулся на колени Ганнибала, поёрзал, поудобнее устраиваясь. Психолог обвил руками талию сатира. Губы показались Уиллу очень горячими, одна рука зарылась в копну кудрявых волос на затылке, а вторая спустилась ниже талии, обводя контур основания хвостика. Уилл застонал Ганнибалу в рот, внезапно он почувствовал неудобство. -У тебя фонарик в штанах? – недоуменно спросил Уилл, елозя на коленях вендиго. -Я не ношу штаны, - всё также аристократично изысканно сдержанно ответил Ганнибал. Неожиданно он подхватил Уилла, усадив лицом к себе. По твердости предмета, пронзившего тело, сатир понял – это был не фонарик. За завтраком Уилл читал газету. «Сенсация! Мэйсон Вергер вернул жителям леса отвоёванную раньше ежевичную поляну. Теперь он собирается учиться петь фальцетом где-то в горах Тибета». Уилл поправил очки и подозрительно посмотрел на Ганнибала, раскладывавшего по тарелкам соевые отбивные с ежевичным соусом, вареники с ежевикой и ежевичный компот. -Ты уже успел поговорить с Мэйсоном? -Успел, - не стал отпираться вендиго, - пока ты спал, я настоял, чтобы он съел свои желуди и отправился в путешествие. Уилл расплылся в улыбке. -Спасибо, Ганнибал! Ты сделал доброе дело! Теперь я и все лесные жители могут пользоваться ежевичной поляной этого района. -Всё, что ты захочешь, любовь моя, - просто сказал Ганнибал, отправляя в рот кусок отбивной. Уилл почувствовал, как загорелись щеки. -Может, я немного опоздаю на работу? – вкрадчиво спросил сатир, касаясь под столом колена психолога. -Не возражаю, - хищно улыбнулся вендиго. Неожиданно в дверь постучали. Уилл разочарованно фыркнул, отложил салфетку и открыл дверь. В комнату ворвался перепуганный Джимми. -Доброе утро, доктор и Уилл, - кивнул он, - вы представляете? Мэйсон сожрал собственные яйца! Теперь он может петь как Фаринелли! Джек вызывает тебя на расследование! -Можно он закончит завтрак? – выразительно спросил Ганнибал. -А я уже поел, - невинно захлопал ресницами Джимми. -А я вам и не предлагаю, - Ганнибал выставил Джимми за дверь и перевел дух. Уилл убийственно посмотрел на психолога. -Желуди, значит? -Размер был точь-в-точь с желуди, - развел руками Ганнибал, - легко перепутать.