The Walk

/ Рядом / Уже в который раз Аллен тяжело вздохнул. Он лежал на животе на своей кровати, перед ним располагался ноутбук. На экране виднелся кусок наполовину написанного эссе, но, хоть убей, Аллен никак не мог сконцентрироваться, чтобы закончить его. Спустя десять минут бессмысленного листания вкладок браузера Аллен сдался и отодвинул ноутбук к стене, чтобы спокойно развалиться на спине. Когда он закрыл глаза, слова Линали снова зазвучали в ушах. «Как ты думаешь, куда смотрит Канда?» Честно говоря, насколько ему было известно, Канда, вероятно, вообще никуда не смотрел. Правда. Они практически всегда вместе, наверняка Аллен заметил бы, если бы Канда проявил к кому-нибудь интерес? Совсем недавно он думал, что это могла быть Линали, но события показали, что он ошибался. Они оба были неправы, так что Аллен на самом деле не знает никого лучше, чем Линали… «Или… может быть, ты тоже слишком близко, чтобы видеть картину полностью?» Что бы это значило? Аллен еще раз тяжело вздохнул. — Неужели твоя домашняя работа действительно настолько сложная? — Черт возьми… — Аллен чуть не подпрыгнул на кровати. Он повернул голову в сторону источника голоса: Канда почти сидел на окне его спальни, и одна нога уже касалась пола. — Серьезно, не мог бы ты уже просто войти через парадную дверь, как нормальный человек? — Разве твой отец не дома? — лицо Канды скривилось. Аллен не мог осуждать его за то, что тот не хотел столкнуться с Кроссом, который иногда мог быть раздражающе властным, особенно если находился дома уже несколько дней. — И твое окно было открыто. — Тогда заходи и закрой его уже, — признавая поражение сказал Аллен и привстал, садясь у изголовья. Он взял ноутбук в руки, чтобы дать Канде место на кровати, если тот захочет сесть. — Что ты здесь делаешь? — спросил он, хотя Канде никогда не нужна была особая причина для визита. Он получил ответ, который, в общем-то, и ожидал: — Просто пришел, — фыркнул Канда и довольно бесцеремонно упал на кровать. Аллен быстро подложил свою гигантскую желтую круглую подушку рядом со стенкой, прежде чем Канда ударился бы о твердую поверхность головой. Канда открыл один глаз и поворачиваясь к Аллену, спросил, — Почему ты не хочешь, чтобы я был здесь? — Вовсе не так! — быстро ответил Аллен. Потому что после того, как он облажался в прошлый раз, ему действительно не хотелось, чтобы Канда… разозлился? Нет, неправильное слово. В тот раз Канда выглядел не злым, а… раненым. И Аллен больше никогда не хотел быть причиной этому. — Не ходи вокруг меня на цыпочках, это раздражает, — Канда прервал ход его мыслей и затем вздохнул. Он приподнялся, чтобы сесть рядом с Алленом, и уставился в экран его ноутбука. — Так над каким же домашним заданием ты так ломаешь голову?  — Просто эссе по английскому … — на самом деле вовсе не эта проблема сейчас беспокоила Аллена. Он медленно закрыл ноутбук. — По правде говоря я собирался сделать перерыв, когда ты пришел. — Хм, дело твое. Послушай, — Канда легко наклонился, чтобы пригладить волосы Аллена, и с ухмылкой заметил, — Ты, наверное, слишком много думал, у тебя даже волосы торчком встали. По какой-то неизвестной причине эта большая теплая рука заставила что-то в груди Аллена трепетать. «Или… может быть, ты тоже слишком близко, чтобы видеть картину полностью?» Почему слова Линали снова звучат в его голове? / Мальчик / Сколько Аллен себя помнил, Канда всегда был рядом с ним. Когда Кросс взял его, Аллен почти не разговаривал, продолжая оплакивать трагическую потерю любимого отца. Тиедолл — добрая душа — живущий по соседству, протянул руку помощи Кроссу, у которого не было совершенно никакого опыта в воспитании детей. Когда аккуратные попытки Тиедолла не сработали, он обратился к своим четырем сыновьям. Наверняка у одного из них получится наладить общение с Алленом? Мари попытался первым, будучи самым старшим и самым спокойным. Аллен вспомнил, как он сидел рядом и мягко пытался вывести его на разговор. Мари сдался через три дня: Аллен продолжал молчать. Возможно, большая разница в возрасте и еще большая в росте была более, чем тревожащей для маленького Аллена. Следующим пробовал наладить общение Дейся. Он был ближе по возрасту и размеру, и также был полной противоположностью Мари. Он смеялся и улыбался, пытался заставить Аллена пошевелиться, играл с ним в игры. После второй попытки, то ли заскучав, то ли разочаровавшись, Дейся сдался. Чаоджи перестал пытаться через день. Аллен вспомнил несколько заикающихся фраз, прежде чем Тиедолл вывел его из комнаты. И вот так-то началось их общение с Кандой. Вероятно, потому, что он был последним вариантом — самым близким по возрасту — Тиедолл возлагал на него все свои надежды. Канда никогда не был общительным и дружелюбным, поэтому стать нянькой для ребенка с психологическими проблемами — определенно было проблемой. Он покорно продолжал выполнять свои задачи с едва скрываемым неудовольствием. Через пару дней постоянный хмурый взгляд и частое цоканье языком сумели проникнуть сквозь туманное сознание Аллена, вызвав тем самым нервное подергивание детских глаз. — Oi, — начал Канда, когда наконец заметил реакцию на свое присутствие. — Не знаю, что там с тобой, черт возьми, не так, но тебе нужно избавиться от этого, Стручок. Ты должен жить дальше. Дело было не только в грубом голосе или глупой кличке. Кто вообще дал право этому грубияну говорить такие вещи, как будто… Будто… — Ты. Не знаешь. Ничего, — голос Аллена был хриплым из-за долгого молчания. Говорить было больно. — А как я должен узнать, если ты молчишь? — Канда усмехнулся и подошел ближе, пока Аллен не был вынужден по-настоящему взглянуть на него. — Ты сейчас здесь. Ты все еще жив, так веди себя соответствующе. Очевидно, что это были не лучшие слова для скорбящего ребенка, но Канда был едва ли не подростком и не смог придумать ничего лучше. Он понятия не имел, насколько эти слова ранили Аллена и заставили что-то внутри него щелкнуть, что он начал кричать и бросаться на Канду с кулаками весь в слезах. Аллен точно не помнил, но это закончилось дракой, достаточно серьезной, чтобы оставить синяки на обоих. Даже Тиедолл забеспокоился, когда ему пришлось разводить их в стороны. А потом Аллен просто рыдал, словно пытался выплеснуть слезы и боль, скопившиеся за несколько лет, и остановился только через два часа, когда Кросс ворвался в парадную дверь Тиедолла, чтобы забрать его. В ту ночь Аллен плакал перед сном, а когда он проснулся утром, отчего-то в его груди стало легче. Он робко спрятался за Кроссом, когда позже в тот же день Тиедолл привел Канду, чтобы извиниться. Отчасти он боялся увидеть Канду. Но потом ему под нос сунули плитку шоколада. Когда Аллен наконец поднял глаза, хмурый взгляд Канды все еще был устрашающим, но вскоре смягчился, и Канда, посмотрев ему в глаза, сказал: «Извини». Это было грубое извинение, но Канда не двигался, пока Аллен, наконец, не взял шоколад из его рук и не ответил легким кивком. Возможно, это было началом их дружбы, потому что с того дня — даже если Аллен не перестал быть робким и начал говорить намного позже, в то время как Канда никогда не переставал хмуриться — Канда всегда оставался с ним, и постепенно Аллен начал чувствовать себя в безопасности рядом с недружелюбным парнем по соседству. / Глубоко / Есть вещи, увидев которые однажды, больше не сможешь развидеть. Линали задавалась вопросом, как она могла быть такой слепой. Нет, это тоже не совсем так. Возможно, раньше она не была слепой. Как сказал ей Лави — она была настолько сосредоточена на себе и своих чувствах, что просто не хотела видеть. Но теперь, когда она оглядывается назад… Должно быть, это всегда было настолько же очевидно, как и сцена, которая предстала её глазам прямо сейчас: Канда, позволял Аллену красть с его тарелки еду, называя того черной дырой. Затем повседневно вытер салфеткой соус на уголке губ Аллена, как будто в этом нет ничего особенного. Но самое очевидное, то, чего раньше не замечала Линали — это выражение лица Канды. То, каким мягким светом светились его глаза, как его губ коснулась едва заметная улыбка. Ей больно, потому что Канда выглядит настолько прекрасным только когда смотрит на Аллена. Она не уверена, что побудило её поступить так: сочувствие или, может быть, легкое негодование? Ей удалось отвести Канду в сторону после обеда — Аллену пришлось пораньше убежать в класс для проекта. Лави вскоре последовал за ним, вероятно, предчувствуя, что она хотела загнать Канду в угол. -Ты собираешься ему сказать? Канда некоторое время смотрел на нее, поначалу явно сбитый с толку из-за отсутствия контекста, но, кажется, довольно быстро понял. Доказательство того, что он на самом деле не такой тупой, каким его изображает Аллен. Но в данном случае Линали задается вопросом, а не Аллен ли тупой на самом деле. Когда Канда не ответил, она осторожно добавила: — Ты… не собираешься говорить ему? Никогда? — Канда по-прежнему молчал, но она определенно заметила искру эмоций в его глазах, и это поймало ее врасплох. Однако в следующую секунду они пропали, и Канда выглядел таким же спокойным и сдержанным, как всегда, когда наконец сказал: — Все в порядке. Затем, прежде чем она успела возразить, Канда одарил ее слабой напряженной улыбкой и развернувшись, ушел. Она молча наблюдала за тем, как он отступает, и пробормотала себе под нос: — Мне кажется, ты не в порядке. / Поцелуй / Всегда поражало какая же удобная у Канды спальня, думал Аллен даже спустя столько лет. Возможно, потому, что это все-таки дом Тиедолла. Этот человек теплый, как утреннее солнце, и дом в фермерском стиле отражает это, даже в спальне Канды. Конечно, комната была самой маленькой, учитывая, что Канда — младший из четырех сыновей Тидолла. Но даже после того, как несколько лет назад Мари и Чаоджи уехали, Канде было слишком лень переезжать в спальню побольше. Кроме того, Тидолл подчеркнул, что всем его детям всегда будет место в этом доме. У кровати Канды черный металлический каркас и изголовье, а шторы и простыни были в серых оттенках. Но деревянный потолок, ковер из искусственного меха и один из пейзажей Тиедолла, размещенный над изголовьем кровати, придавали уютную атмосферу. И что еще более важно, не смотря на то, что кровать жесткая, лежать на спине было на удивление удобно. Так кто же мог обвинить Аллена в том, что он захотел вздремнуть? Кросс, скорее всего, сегодня не придет домой. А раз уж Тиедолл пригласил его остаться на ужин, Аллен решил, что он как раз успеет доделать домашнее задание. Что ж, с домашкой он закончил, и пока не было никаких признаков Канды, который отправился за продуктами с Тиедоллом. Можно ненадолго украсть кровать Канды, не так ли? Аллен не знал, сколько времени прошло, и в какой момент он заснул. Он чувствовал, как сознание блуждает, заставляя его то засыпать, то просыпаться, и едва заметил, как дверь открылась и кто-то вошел в комнату. Веки казались такими тяжелыми и отказывались открываться. Однако присутствие человека казалось очень знакомым, и Аллен подсознательно не чувствовал необходимости быть настороже. Даже когда кровать просела. Или когда он почувствовал пальцы в своих волосах, убравшие их назад, прежде чем опуститься на его руку. Или когда мягкое теплое дыхание коснулось его лица… Он чувствовал, как рука мягко прикрыла его губы, и в следующую секунду Аллен почувствовал, как кончики волос щекочут его лоб… А потом эти чувства пропали до того, как мозг Аллена смог полностью их осознать. В том полусонном состоянии, в котором он находился и задавался вопросом, не приснилось ли ему? Дверь закрылась с мягким щелчком, и глаза Аллена открылись. Тепло руки все еще чувствовалось на губах. И сейчас он полностью проснулся. Канда сейчас?.. Довольно долго Аллен с колотящимся сердцем просто сидел и смотрел на дверь. / Первый / На самом деле это было не в первый раз. Это не входило в его привычку, но иногда, как немного ранее, всплеск эмоций в груди Канды становился слишком сильным, чтобы сдержать его, когда он смотрел на глупого, забывчивого Стручка, так крепко спящего в его постели. Может быть, становится все труднее держать все это в секрете из-за эмоционального беспорядка, в котором он не хотел признаваться даже самому себе. Беспорядка, что был в нем после признания Линали, несмотря на очевидную влюбленность Лави в нее. И Аллен пытался подтолкнуть его к отношениям с кем-то другим, когда Канда смотрел только в его сторону с черт знает каких пор. Канда даже не мог вспомнить, когда это началось. Однажды он посмотрел на Аллена, и что-то щелкнуло. Он даже не был удивлен, когда впервые осознал свои чувства, и никогда не думал, что это так уж важно — в конце концов, они всегда были вместе. Так что не имело значения, сказал он это или нет, верно? Он был доволен тем, как складывались отношения между ними, так что ничего не нужно было менять, ведь так? Может быть, он ошибался. Конечно, если он продолжит подавлять свои чувства, однажды они обязательно выйдут из-под контроля. Впервые это случилось, примерно, когда Аллен только пошел в среднюю школу. Он не осознавал, как сильно ему не хватало Стручка, пока они, наконец, снова не пошли в одну школу и не начали обедать вместе каждый день. Несмотря на то, что Канда не понимал, насколько все плохо, пока однажды, Аллен не заснул в его постели во время разговора. Его внезапно одолело желание просто поцеловать… В тот раз он тоже прижал руку к губам Аллена, потому что он все еще контролировал себя. И не хотел вот так предавать Аллена. Это не входило в его привычку, не позволял себе часто следовать этим побуждениям. И был бы счастлив оставлять Аллена и дальше в неведении. Но чего Канда не знал, так это того, что на этот раз Аллен не спал.