Это не глюк, и не видение. Это реальность.

Чимину не здоровится уже несколько недель. То, кровь с носа пойдёт, то температура поднимется, то заболеет насморком и кашлем. В общем, Юнги намучался на славу. Решив, что Чимину нужно помощь врача, а не родственника, он собрал вещи Чима и начал его будить. — Чиминни~, просыпайся, солнце. — Мм? Юнни, зачем в такую рань будишь? — Потому что тебе надо кое-куда. Вставай, поехали. — Мммм… — но в ответ лишь мычание. — Давай-давай. Если хочешь поехать со мной — вставай, если нет, то поедешь один. Выбирай. — Хорошо, я встаю. После всех процедур, Пак сидит в машине Юнги и ждёт его. Тот, разговаривая с парочкой молодоженов по имени Тэ и Гук, иногда поворачивался и смотрел за своим любимым. Да, Чонгук сделал предложение Тэхену, и тот, не раздумывая, согласился, поэтому они посватаны. Но сейчас не об этом. Юнги заканчивает разговоры, ибо сейчас важны не разговоры, а человек, который сидит в машине, и направляется к нему. — Чимин, ты как? — Я в порядке, а мы куда? — у Пака лицо все бледное и температура еще держится, маленькая, но есть. — Мы в больницу, проведем обследование. Я просто хочу знать, что с тобой все хорошо. -Хорошо, — у него даже нет сил спорить или сопротивляться. Подъезжая к больнице, Чимина вырвало. И, если бы это было что-то из еды, нет… Это непонятное вещество. У Пака шок, у Мина не менее такое же выражение лица. Оба стоят и не могут шелохнуться. — Бегом во внутрь! — первым проснулся Юнги. Чимин ничего не сказал и двинулся в направлении дверей больницы. Дождавшись своей очереди, Пак заходит в кабинет врача, а в след за ним шагает Юн. — Здравствуйте, присаживайтесь, — сказал доктор. — Здравствуйте, — поздоровался Юнги. — Прошу Вас, выйдете, пожалуйста. Я хочу поговорить с омегой тет-а-тет. — Хорошо, буду ждать снаружи, — пробасил альфа и скрылся за стеклянной дверью. — Что Вас беспокоит? — Знаете, доктор. После одного случая, мне стало плохо и 2 недели это уже не проходит. — А что за случай? — Я был в сцепке с альфой. — Идём на кушетку, я посмотрю. После долгих осмотров, хмурых взглядом и тёплой улыбки, врач вынес вердикт: — Вы беременны. Я Вас поздравляю! — Чт.то? — Чимин был в шоке, но это мало сказано, он был в охуенном шоке, что пришлось вызвать обратно альфу в кабинет, чтобы поговорить с ним, вместо омеги, ибо тот только и делал, что плямкал ртом в беззвучном режиме. — Прошу Вас, заберите свою омегу домой. Я думаю, это скоро пройдёт. Это временно, — и, когда Чим выходил из кабинета врача, доктор ему коротко улыбнулся и подмигнул. До дома они доехали в тишине, а вот в доме уже грозился большой скандал. — Мать твою, Чимин?! Что ты от меня скрываешь? — Ты сейчас кричишь на меня? — омега положил свои руки на живот и посмотрел вдаль, наткнувшись взглядом на Тэху. — Да, кричу. Потому что это невыносимо! Хоть ты и болен, но должен мне рассказать правду. — Ничего я тебе не должен. Отвали! — сказав это, он, кряхтя, встал и направился в комнату Тэ и Гука, при этом бросил злобный взгляд на Юнги и помахав рукой Тэ, чтобы он шёл за ним, а Киму ничего не оставалось, как последовать за своим братом. — Купидончик мой, что случилось? — Юнги случился… Не слышал, как он кричал? — Слышал, но я не об этом, а о другом. — О чем? — недоумевал Пак. — О том, какой ты секрет скрываешь? — Тэ, блин, и ты туда же? — Нет, все сразу рассказать брату и обрадовать его, что он скоро станет дядей, а ты… Эх. — Стоп, откуда ты… — Знаю? От туда, как ты теперь держишь руки на животе, ведь раньше этого не было. Я сразу понял, как ты вошёл в дом в таком положении. — Братииик! — Иди сюда, мой пухлыш. — Эээй, какой я тебе пухлыш? — Ну, скоро им станешь, — и зареготали оба. А в гостиной оба альфы недоумевали от ситуации, происходящей сейчас в их жизни. Один — от того, что его омега сейчас, наверное, ревет, а второй — от того, что его хен сейчас не в лучшем состоянии. Выходя из комнаты, Чимин прошёл мимо Юнги, как будто, его вовсе не существует. Это не понравилось альфе, поэтому схватив за руку омегу, он потащил их к себе в комнату. Залетев в комнату, Юнги бросил на кровать Чимина со всей силы, а тот прикрывая свой животик маленькими пухлыми пальчиками, завалился на пол, тут же принимаясь взвывать и начинать плакать. — Ты что себе позволяешь? — со всей силы бьёт ладонью по кровати, так, что Пак аж подпрыгивает, не обращая никакого внимание на всхлипывающего омегу. А Чим все продолжает реветь, инстинктивно прикрывая низ живота. — Я… Ты… Как… Как ты посмел меня ударить? — отряхнув все слёзы, Чимин решил идти в бой. — Прости, я был слишком груб, — Юнги почувствовал свою вину, но было уже поздно. — Стой там, где стоишь! И не приближайся ко мне, понял? — Понял, только объясни, что ты от меня скрываешь? — Теперь я точно ничего тебе не скажу, - Чим развернулся на пятках и ушёл в гостиную, оставляя альфу одного, разбирать те мысли, что у него были в голове сейчас, одному.