Только мой

Наруто задохнулся, когда Учиха его поцеловал. Сколько давно забытых чувств и эмоций всколыхнуло это просто касание губ! Радость, счастье, трепет, нежность, сумасшествие, горечь, тоска – все это ворохом скрутилось в блондине. Замерев на несколько мгновений, Узумаки страстно ответил на поцелуй черноволосого красавца. Его губы поддавались наглым губам Саске, и он покорно позволял руководить собой, сдаваясь на милость победителя. Язык брюнета вторгся в давно покинутую им территорию, вспоминая её и узнавая заново. Это такое сладкое чувство, ощущать свою власть над телом и душой любимого человека, свободно раскрывать себя, не стыдясь ни чувств, ни желаний, зная, что тебя примут и ответят взаимностью. Два парня, брюнет и блондин, лежали на осколках когда-то дорогого стола и самозабвенно целовались, растворяясь в друг друге и в страсти, снова вспыхнувшей между ними. Они боролись за главенство, пытаясь доказать свое первенство и силу, пытаясь утвердить свое доминирование над оппонентом. Руки Учихи стянули верх с блондина и уже вовсю гладили его грудь, бока, спину и шею, уделяя особое внимание ключицам и впадинке между ними, зная, как это заводит Солнышко. Губы брюнета оторвались ото рта Наруто и опустились на его шею, выцеловывая на ней неизвестные узоры, иногда впиваясь зубами и ставя на ней метки собственности, которые просто обожал Учиха, особенно на теле этого блондинчика. Сам Узумаки просто таял, позволяя себе расслабится и полностью открыться перед Саске. Так давно он в последний раз целовал эти тонкие, жесткие губы, глядел в ониксовые холодные глаза, в минуты близости загоравшиеся неземным светом, отпускал на свободу желания тела и полностью отдавался ощущениям. Руками он притягивал голову брюнета ближе к себе, не давая тому и шанса оторваться. Вдруг, Саске резко притянул блондина к своей груди и перекатился, придавливая уже своим телом любовника к осколкам. - Бля, Учиха, ты ублюдок! – закричал Наруто, отрываясь от губ любимого и попытался столкнуть с себя брюнета, чтобы сесть. Но ему не дали, только крепче прижали к полу. Тогда блондин резко подкинул бедра вверх и руками столкнул с себя Саске. Тот не ожидавший такого поворота событий, позволил блондину столкнуть себя и впечатался лицом в пол и во все те же осколки. - Ауч! – заорал Учиха. – Больно! - А мне, блядь, не больно голой спиной на стекло? У меня и без этого с ним не очень хорошие отношения, - Наруто сел и приложил ладонь к щеке. - Прости, Солнышко. Я совершенно забыл об осколках, - брюнет попытался сесть, опираясь на руки и тут же снова ойкнул. Стекло впилось в незащищённые ладони. Узумаки встал на ноги и помог подняться Саске, стараясь не задевать пострадавшие участки тела. С горем пополам тот поднялся и застыл, смотря в глаза цвета весеннего неба. - Эм, я думаю, нам нужно обработать царапины и ссадины с синяками, - предложил Наруто, все ещё поддерживая брюнета, а тот и не думал отстраняться, лишь теснее прижимался к родному телу. - Что? – спросил тот, будто в тумане, а потом словно очнулся. – Да, точно. Идем в ванную, там аптечка. Пара направилась в указанную комнату. Саске оторвался от блондина, но взял его за руку и вел за собой, показывая дорогу. Открыв дверь в нужное помещение, парням открылся вид на просторную светлую комнату, в которой была ванна, рассчитанная как минимум на четверых, душевая кабинка, большое зеркало, несколько полок, небольшой шкафчик и стиральная машина. Подтолкнув Наруто к стиральной машине, Саске открыл шкафчик и достал оттуда аптечку. Поставив её рядом с Узумаки, он достал вату и антисептик, начиная обрабатывать ссадины, оставшиеся на загорелом теле после их бурного выяснения отношений. - Извини, Наруто, я не собирался вот так... – неопределенно закончил хозяин квартиры - Да ладно, я ожидал подобного, - вздохнул блондин, отводя в сторону глаза. – Итте... - Извини. Мне нужно быть нежнее? – уже не улыбаясь, спросил Учиха. - Не помешало бы, - согласился Наруто, все также, не смотря брюнету в глаза, пока тот обрабатывал костяшки пальцев. Несколько следующих минут прошли в молчании, пока Саске обрабатывал царапины на спине, в появлении которых виноват он сам. Когда были обработаны все пострадавшие участки тела, парни поменялись местами и теперь, замерев на стиральной машине, сидел уже недовольный брюнет, который не отрывал пристального взгляда от полуобнаженного тела, стоявшего почти вплотную к его собственному и по прежнему действовало на него и определенные участки тела. Дыхание Учихи стало прерывистым и сиплым, а в штанах стало заметно теснее и отнюдь не комфортнее. Да, Солнышко по прежнему заставлял его сердце учащенно биться, ускоряя пульс и пробуждая желание, томление по вожделенному, но не доступному сейчас телу любимого. Саске плотно сжимал губы, но не проронил ни единого стона или слова боли, только кривился, когда блондин обрабатывал царапины на бледном лице. Брюнет молча вытерпел все неприятную процедуру, изредка задерживая дыхание и сжимая кулаки. - Ну вот, все ссадины обработаны. Кажется, - солнечно улыбнулся Наруто, выбрасывая использованную вату. - Спасибо, и... Прости меня, ещё раз, я действительно не хотел... – начал было говорить Учиха, но был остановлен рукой, накрывшей его губы. - Не надо, я понял. Давай просто выбросим это из головы. - Хорошо, как скажешь. Выпить хочешь? – предложил хозяин квартиры, приподнимая левую бровь в вопросительном жесте. - Можно, виски то осталось. - Пошли на кухню, там посидим. Показав гостю кухню, Учиха отправился в комнату с разбитым столом, чтобы взять бутылку. К сожалению и стол, и бутылка, и бокалы разбились, оставив лишь осколки, покрывавшие собой весь ковер гостиной. Не имея иного выбора, Саске направился в кабинет и, прихватив оттуда очередную бутылку виски, вернулся на кухню. - Ого, это же «Aberfeldy Single Cask», ведь так? - Да, 14 лет выдержки. - Вкусы и запросы у тебя не уменьшились и не изменились, только их стоимость возросла, - в ответ на это Учиха только пожал плечами. - Скажи, - запнулся брюнет, - как ты прожил эти два года? - Честно? – переспросил Наруто и, получив в ответ неуверенный кивок, продолжил. – Это было трудно и непривычно, особенно первое время. За весь тот год, что я провел с тобой я сам и моя жизнь изменились до неузнаваемости. Я стал совершенно другим человеком. До встречи с тобой я был до ужаса наивным и доверчивым, а потом... ты раскрыл мне глаза на жизнь, показал и доказал, что все далеко не так, как кажется на первый взгляд. Ты снял с меня розовые очки. Но в этом были и свои плюсы. Я приспособился к реальной жизни, научился принимать решения, хотя постоянно задавался вопросом, как на происходящее отреагируешь ты сам, когда узнаешь. Я всегда думал сперва о тебе, а уже после о себе. Но я никогда об этом не жалел. В наших отношениях было много всего: счастье, радость, нежность, тепло, горечь, боль, предательство, обман и недоверие, ревность и много всего прочего, но мы продолжали держаться один за одного, как утопающий за соломинку. - Да, не взирая ни на что, мы продолжали жить дальше, быть вместе всем назло. - Ты сейчас попал в самую точку своей последней фразой. Я терпел всё, все твои выходки, закидоны и придирки, потому что любил тебя и считал, что я поступаю правильно, чем-то жертвуя ради нас. Я изменился для тебя, стал таким, каким ты хотел меня видеть: надежным партнером, прекрасным любовником, удобным сожителем, то есть готовил и убирал, следил за порядком, не вмешивался в твои дела, придерживался определенных рамок и не прыгал выше своей головы, додерживался установленных правил и запретов. - А как же ложь и тот случай с Гаарой? - Это были вынужденные меры, теперь ты, надеюсь, понимаешь, почему мне пришлось поступить именно так, а не иначе, держа тебя в неведении. - Возможно, - нехотя согласился Саске. – Но ты мог просто сказать обо всем мне. Это облегчило бы жизнь тебе, предотвратило множество проблем и неприятностей, и сохранило множество наших нервных клеток. - Нет, я не мог и не хотел. Если бы я рассказал тебе, то поставил бы тебя под удар и навлек бы на тебя лишнюю опасность. Тем более, зная тебя и твой препаскудный характер, ты сразу бы ринулся решать все проблемы, рубя с плеча. И получилось бы из огня да в полымя. А так мы отделались малой кровью. - Да, но... Разве все это стоило того? - ТЫ стоил того! - Ты все такой же упрямец. - Но до тебя мне ещё очень далеко. - Ну, я бы поспорил. - Ладно, забыли. Это был всего лишь один твой недостаток из десятков других. - Да неужели? Теперь ты решил высказать мне все, что обо мне думаешь и что тебе во мне не нравится? - А почему собственно и нет? Раньше у меня не было такой возможности, так почему бы не воспользоваться предоставленным случаем? - Что ж, вперед. Я внимательно тебя слушаю, - Саске сложил руки на груди и выжидательно уставился на блондина. - Твой характер просто ужасен, но я к этому привык со временем и научился с ним справляться. Но твое поведение... Все твои измены... Знаешь, каково мне было сидеть дома, дожидаясь тебя и знать, что в это время ты, скорее всего, трахаешь очередного парня? Что он стонет под тобой, а ты ловишь кайф, не думая ни о чем и выбросив меня из головы? Думаешь, мне было приятно встречать тебя и вдыхать запах пота, секса и алкоголя, когда ты приветственно обнимал и целовал меня? Мне было хорошо, когда я знал, что ты несколько часов назад был объятиях своего очередного траха? Тебе было бы приятно узнать о таком? - Но ты с самого начала знал, кто я и какой человек. Я сразу предупредил тебя, что на верность ты можешь не рассчитывать. Что не так? - Ты сам не мог определиться, кто ты и чего хочешь. Вот что не так. Да, ты изменял мне направо и налево, но ты всегда возвращался ко мне, ты сам зародил во мне надежду, а потом сам и растоптал её. Ты никогда не хранил мне верность, будто тебе было все равно на меня и мои чувства, но в тоже время ты никого и близко не подпускал ко мне, словно я твоя собственность и никто другой не имел права быть рядом со мной и прикасаться ко мне. - Так и было. - Вот, а я о чем. Ты все такой же. Ты чересчур требователен к другим, особенно ко мне, зато к себе ни грамма. Другим ты ставишь запреты, условия и нерушимые правила, а себе даешь неограниченную свободу. - А как же наш уговор? Я согласился на все твои условия. - Да, а через месяц сразу же нарушил его по всем пунктам. Не так ли? - По правде говоря, я пошел на это сознательно. Меня бесило то, что ты пытаешься загнать меня в рамки, ставишь свои условия и чего-то требуешь от меня. До тебя никто не осмеливался делать подобное, - наплевав на все условности, Учиха сделал глоток виски прямо из бутылки и посмотрел прямо в глаза Наруто. – Ты был первым и единственным человеком, который занял место в моем сердце и в моей душе. Ты был тем человеком, ради которого я сам захотел поменяться, стать для тебя кем-то незаменимым, тем, без кого ты не сможешь жить. Со временем я добился своего. Я полностью завладел тобой, твоими мыслями, чувствами, мечтами, желаниями. И казалось бы - вот оно, то к чему я стремился. Я держал тебя в руках. Но мне было этого мало. Ты сдался. Ради меня ты превратился в безвольное существо, делающее только то, что хочу я и как мне нравится. Ты стал совершенно другим человеком. Куда то исчез паренек, который нагло и открыто бросил мне вызов в «Вавилоне», провоцируя меня сорваться, пасть под свое обаяние. Именно это в вечер нашего знакомства привлекло в тебе меня. Ты бросил мне вызов. - То есть, - медленно начал Узумаки, - я понравился тебе из-за того, что не пал сразу к твоим ногам? Не стал твоей игрушкой? - Да, изначально так и было. А потом ты тоже стал игрушкой. Не такой как все, конечно, но в тебе исчез мальчишка провоцирующий меня на действия, заставляющий из шкуры лезть, пытаясь быть тебе достойным противником. Позже в мою голову пришла идея. Не сказать что она была хорошая, но ничего лучшего не пришло мне на ум. Я решил вывести тебя из себя, заставив в порыве гнева или злости раскрыть себя, свои чувства, высказать мне все в лицо, а не таить в себе, продолжая притворяться милым, наивным и послушным мальчиком, моей ручной игрушкой. Я хотел заставить тебя проявить себя, вынудить бросить мне очередной вызов и выйти из своей скорлупы, скинув маску домашнего любимца. - И ты не придумал ничего лучше, как изменить мне и предоставить доказательства измены? Ты так хотел разозлить меня? - Да, но я не ожидал, что ты молча проглотишь это и не заикнёшься ни словом обо всем происходящем. - А фотографии и видео, это тоже твоих рук дело? - Нет. То, что они оказались у тебя, стало неожиданностью для меня, я даже не знал об их существовании. Скорее всего это сделал Кисаме, пытаясь таким образом отвадить тебя от меня, бросить, освободив свое теплое местечко для него. А потом тот случай, когда тебя избили... У меня душа ушла в пятки, когда позвонив тебе я услышал в телефоне голос врача и он сказал мне, что ты в больнице с сильными ранениями. Это был удар под дых. Уже увидев тебя живым и счастливо улыбающимся мне, я вздохнул свободно. Ты был жив. А потом я понял, что испытывая к тебе теплые чувства, я становлюсь слабым и уязвимым. Я не мог себе этого позволить. Не имел права. Поэтому я снова закрылся от тебя, пытался выбросить тебя из своего сердца и души. Но чтобы я ни делал, твой образ преследовал меня. Каждый раз трахая очередного парня и закрывая глаза я видел в нем тебя. Я пытался забыть тебя и убегал от этого, но ты преследовал меня, не давая забыть о себе ни на секунду. И я испугался. Не смотри на меня так, - вида шокированный взгляд блондина, Саске печально улыбнулся. – Я действительно боялся твоей власти надо мной. Я не хотел этого, считал, что от этого будет только хуже, что из-за тебя я стану тряпкой, послушной собачкой, которой ты сможешь помыкать, а она будет выполнять все твои команды и бегать перед тобой на задних лапках. Но даже тогда я не смог отпустить тебя. Я ревновал по любому поводу или даже без него. Особенно это касалось Гаары. Он стал для меня... словно красная тряпка для быка. Я бесился лишь при одном упоминании его имени, вспыхивал словно спичка... Наруто сидел и боялся поверить во все сказанное Учихой. Столько лет он терялся в раздумьях и сомнениях, пытаясь понять мотивы поступков и слов любимого, и только сейчас он сам во всем ему признался. Только теперь все встало на свои места. Но поздно. Их время уже прошло и кануло в бездну. Узумаки бездумно смотрел на почти пустую бутылку в руках бывшего любовника. «Алкоголь и вправду развязывает язык», - невесело подумал он. - А позже, уже после того, как я сам прогнал тебя, лежа в очередной клинке на реабилитации... - Ты лежал в больнице? - Да, после твоего ухода я словно с цепи сорвался. У меня отказали тормоза и я пустился во все тяжкие. Мой организм такого не выдержал и я попал в больницу. Там-то я и помирился с Итачи. Он единственный на тот момент не отвернулся от меня и поддержал в трудную минуту. И вот, лежа в больнице и анализируя нашу с тобой совместную жизнь, я понял, насколько сильно ошибался. Я намеренно причинял тебе боль, незаслуженно, через свои собственные заморочки и проблемы. Я был виноват во всем. Вместо того, чтобы поговорить с тобой по душам или в конце концов набить друг другу морды, я молчал, скапливая все в себе. Да и ты был не лучше. - Ты прав. Мы оба тогда ошиблись. - Так может... - Саске поднял свои глубокие черные глаза и пристально посмотрел в голубые очи блондина. - Ещё не все потеряно? – с надеждой спросил он. Узумаки втянул воздух через сжатые губы и удивлении распахнул глаза. Неужели Учиха только что сказал... «Не может быть» - потерянно подумал блондин. - Саске, ты понял, что ты только что... - Да, я давно это понял и принял свои чувства к тебе. Я понял, что как бы я не пытался убежать, я не смогу уйти от самого себя, от своего сердца, в котором есть место только для одного человека. - И сейчас, следуя сценарию, я должен восторженно крича какой-то бред, броситься тебе на шею и зацеловать до полусмерти? - Ну, это бы просто великолепно, но я знаю, что ты этого не сделаешь. За то время, что провели порознь, мы оба слишком сильно изменились. Ты снова стал тем, кто покорил мое сердце одним своим словом, одним единственным взглядом, в котором читался вызов. Мне, людям, всему миру. - Возможно. И сейчас ты хочешь начать все с начала? - Жизнь снова свела нас с тобой, давая нам ещё один шанс. Я не хочу его упустить. А начать сначала... Это невозможно. Нереально начать то, чего, по сути, не было. Ты только отдавал, а я брал, ничего не отдавая взамен. Это не любовь. Она подразумевает равенство. Доверие. - И что нам делать? - Давай попытайся построить нормальные отношения, основанные на любви, доверии, искренности и верности. - Начнем все с чистого листа? - Нет, начнем писать новую главу нашей новой жизни, новую книгу, а предыдущую поставим на полку и будем изредка о ней вспоминать и перелистывать, чтобы не допустить повторения своих ошибок. - А ты поэт. Но знаешь, я тоже многое понял. Что бы я не делал, как бы далеко не убегал и не прятался, я не смогу жить без тебя и твоей любви. Не смогу вырвать свою собственную из сердца и всего тела. Ты стал моим наркотиком, который не выводится из крови, а я как наркоман нуждаюсь в следующей дозе и не могу отказаться от этой зависимости. - Тогда мы оба наркоманы и зависимы друг от друга. Так что ты скажешь? Мы можем попытаться стать нормальной парой влюбленных? Мысли блондина со скоростью света носились в его светлой головушке. Он был растерян, счастлив, напуган. Но тем не менее он понимал, что ни за что в жизни не откажется от предоставленной возможности. Саске прав, жизнь сама предоставила им второй шанс, а значит, грех им не воспользоваться. Но он не мог просто так уступить. Вот если бы Учиха доказал, что это не пустые слова, не его очередная прихоть... Но он не сделает ничего подобного. Он не такой. Ведь он альфа, он главный, он никогда не уступит своему партнеру, сколько бы тот для него не значил. Он всегда сверху. И тут, не дав себе и минуты одуматься, Наруто выпалил то, что никогда бы сказал, будучи трезвым и адекватно смотря на вещи. - А ты позволишь мне быть сверху? Размер широко распахнутых глаз Учихи мог сравниться с размерами футбольного мяча.