Самостоятельный полет

      Я мучительно соображала, как ответить на вопрос так, чтобы не сказать ничего лишнего и не обидеть Трандуила. Ах да, это еще правдой являться должно.       — Неужели потеряла? — звякнули острыми краями кристаллики интереса.       — Оно… сломалось.       — Лисенок, этот материал не каждый меч повредить может. — Я все еще не теряла надежды что-нибудь придумать. — Тебе не кажется, что я имею право знать?       Обреченно вздохнула. Стоит признать, что дипломата или, на худой конец, торговца из меня не получится, ибо лукавить в стрессовых ситуация не получается. Они бы наверняка могли бы высказаться так, что и не подкопаешься. Да и Трандуил раз за разом умудрялся подобрать слова так, что сама мысль проявить характер стыдливо улетала в далекие дали.       Вещевой мешок лежал рядом с кроватью, так что вскоре обугленный остов подаренного колечка лежал на сияющей чистым белым светом ладони лихолеского Короля. Да уж, эльфы в темноте не пропадут. И все же интересно они все способны сиять или только мой так отличается?       Трандуил пристально рассматривал кольцо, но, к удивлению, не злился, глубоко в его эмоции я не лезла, хватало и того, что плескалось на поверхности — расчет, досада с легким привкусом раздражения и мрачная ирония.       — Если я спрошу — как умудрилась, ответишь?       — Тебе? Да. Вот только боюсь из-за этой честности, проблем у меня добавится.       Трандуил понимающе хмыкнул:       — Рад, что ты это осознаешь. Постарайся избегать любых разговоров, касательно Ородруина и Кольца Всевластия, мало ли какой стороной они повернутся. Ты к нему прикасалась?       — Даже толком не видела, — пришиблено мотнула головой.       — Ясно. Спокойной ночи, лисенок.       Роскошный плащ выскользнул из рук. Смотря на исчезающий в дверном проеме высокий силуэт Владыки, ощущала себя наивной дурехой. Что, так сложно было сообразить, что логическая цепочка — уничтожение Кольца Всевластия, разрушение Барад-Дура, освобождение узников драконом (позже в компании полурослика Цитадель Врага еще и ограбившего), спокойно продолжается наличием девчонки, способной сподвигнуть летающую змею на сумасшедшую затею. Для Трандуила это, наверняка, даже на детскую задачку не тянуло, не зря же он в начале разговора про Бильбо упоминал!       А Владыка, однако, знатно повеселился наблюдая, как я пытаюсь вывернуться из неприятной ситуации. Странно, что его знание о еще одной моей выходке, абсолютно меня не беспокоит, словно так и должно быть.       Нет, такие мысли посреди ночи ни к чему хорошему не приведут. Поэтому спать, спать и еще раз спать. Все обещания и клятвы принесены еще в Эреборе моему умудренному жизнью родичу.       Попытавшаяся было пробиться мысль, что Лихолеский Король старше и опытнее чешуйчатого дяди лет этак на две тысячи, была выпнута за границы сознания с особым зверством. Как минимум до утра.

***

      Что-то я превращаюсь в жаворонка. Замотавшись по уши в одеяло, и выползя на балкончик, с грустью обозрела тонкую розоватую полоску, знаменующую приближение к небосклону дневного светила. Как бы не устанешь накануне, а проспать свыше десяти часов все равно не получается.       Зато можно со спокойной совестью запереться в ванной комнате и подумать о том, как реализовать пришедшую в голову с подачи Эглериона и его эмоциональной техники, идею.       Крохотные кристаллики в извлеченных из потайного кармашка вещевого мешка двух маленьких фиалах, приветственно засеребрились. Интенсивность их свечения за последние полгода заметно снизилась, и это при существенном увеличении объемов ауры. Вот только меня больше волновал их размер, совершенно не изменившийся за последние три месяца. Кто-нибудь может сказать хорошо это или плохо? А с другой стороны они были примерно равны с тем первым сияющим алмазом, послужившим фильтром для энергии, сконцентрированной в фиале.       Так ладно, гадать можно до бесконечности, а упускать идею по приданию им еще капельки совершенства не стоит.       Техника Эглериона помогает вытаскивать на поверхность все эмоции и проследить за причинами их возникновения, и самое, на данный момент для меня главное — это способность высвечивать… освещать?.. пусть будет концентрировать!.. основное (от слова «основание», то бишь первопричина) чувство. А у чувств, как бы странно это не звучало, существует своя энергетическая волна, а значит, в теории, эту технику можно применить к кристаллам. А уж, какими функциями я хочу наделить будущие амулеты, я уже давно определилась. Осталось только понять, как убедить кристаллы, что именно должно являться их основой… и целью.       Заодно перепотрошу сумку, извлеку запас цветных хрустальных фиалов и помещу в один из них кристаллик. Пора бы уже отходить от мысли о своей полной безопасности в Лихолесье, слишком сильно это несоответствие с моими представлением о Черном Лесе и его обитателях разниться с тем, что мне старательно демонстрируют. Рассудок мне жалко.       Свяжу собственную ауру с энергетической структурой кристалла — путь фильтрует, и эмоциональной сетью. Воздействие эльфийской магии на сознание, как оказалось, далеко не безобидно, так что иметь амулетик блокирующий подобные поползновения — предосторожность не лишняя.

***

      — Уважаемый целитель, долго Вы еще будете прятать список претенденток? Я ведь не гордая, найду, как до эльфиек донести предложение об ученичестве, даже если кричать на весь дворец придется.       Эглерион, даже не вздрогнувший, когда я без стука ввалилась в его рабочий кабинет, кажется, слегка обиделся:       — Юная леди, я детям от усталости напоминающим умертвия, работу не подбрасываю, а если Вам вдруг станет интересно, то знакомство с давшими предварительное согласие целительницами назначено на полдень.       — Да? — искренне удивилась я оперативностью эльфа. — То есть никаких пациентов на сегодня не запланировано?       — Одного в качестве демонстрации хватит?       — Более чем. Осколок один?       — В предплечье.       Я довольно зажмурилось — приятно общаться с понимающей личностью.       — Только, есть небольшая проблема. Как ты наверняка заметила, поверить в способность человеческого подростка, — ну, хоть, ребенком не обозвал, — извлекать проклятые осколки, для моих сородичей — задача не из легких.       — Поэтому, у нас сегодня пациент с подходящей травмой, разве нет?       Эглерион в задумчивости откинулся на спинку собственного стула, горка свитков на рабочем столе предупреждающе качнулась.       — Хочешь начать с демонстрации? Тогда стоит подобрать более сложное ранение.       — Не стоит, мне на задумку и так сил едва хватит.       Черная бровь заинтересованно приподнялась, а в каре-зеленых глазах заблестел интерес. Пришлось сознаваться и пообещать, позже продемонстрировать задумку уже в его присутствии.       — Тебя будет страховать Маэрод — вернее посидит в коридоре, ведущим к залу встреч, на случай непредвиденных обстоятельств.       Я только плечами пожала. Наставнику я бы даже поприсутствовать разрешила, все же есть определенная прелесть обучать собственного учителя. Но есть одно большое, но — он мужчина.       А в целом по ситуации, удивительно, что мое пожелание, пусть и одобренное Их Владычеством, лихолескими эльфами принято к сведению и покорно исполняется. Это если резонансу эльфы обучиться смогут, в противном случае, будет как минимум обидно — для всех, и чревато — для меня.       А пока, нужен долгий и вдумчивый завтрак, желательно в одиночестве. Следует разложить мысли по полочкам до того, как я встречусь с будущими ученицами.

***

      Наслушавшись вчера советов Маэрода и периодически поддакивающего и дополняющего Аурлора, решила составить простенький план по обучению, а то в моем неопытном исполнении, даже самая стоящая идея может оказаться провальной.       Выделенный для встречи и дальнейшего обучения зал, радовал простором, морем света, овальными столиками, креслами, обтянутыми винным бархатом диванчиками и тремя огромными окнами за невесомыми тюлями, подозрительно напоминающими паутину. Я даже их проверила — обычная ткань оказалась.       Приглядев себе столик сразу напротив двери, поспешила занять место. Если что отсюда буду видеть всех. Вытащив предусмотрительно изъятые у Эглериона со стола (у эльфа в момент изъятия дар речи находился в отгуле, так что возражений не последовало) чернильницу с пером и пергамент, села составлять план, авось пригодится.       Девушки не подвели, и ждать не заставили. Первой явившаяся рыжеволосая красавица, обозрела меня недоумевающим взглядом и даже обернулась назад на дверь, явно раздумывая, а не стоит ли ей сбежать, пока есть возможность. «Случайно» проходивший мимо наставник изобразил даме приветственный поклон. Тихо вздохнув — как минимум два свидетеля её прихода уже есть — рыжевласка легким ветерком скользнула мимо меня, быстро оккупировав дальний столик. Через несколько минут эльфиек стало уже шестеро.       Пока раздумывала, стоит ли еще подождать или все желающие уже собрались, в зал вплыло чудо. Величественно окинув взглядом всех присутствующих и брезгливо скривив коралловые губки при виде моей скромной персоны, дивное видение мягко скользнуло в помещение и, проходя мимо моего столика, расчетливо качнуло бедрами. Ни в чем не повинная чернильница, обиженно звякнула и перевернулась, разливая по столу свое содержимое.       Да-а-а, разительный контраст в сравнении с ривендельскими целительницами. Кстати, надо бы свое отношение к мелкой провокации обозначить:       — Какая грация! — вместо запланированного восторга вышла откровенная насмешка — упс, что называется, немного промахнулась в выражении чуЙств.       Эльфийка резким движением вскинула подбородок и демонстративно изящно устроилась на мягком диванчике. Длинная светло-голубая юбка, украшенная мелкими хризопразами и турмалинами, по воле хозяйки легла красивыми волнами.       Кап! — отвлек меня от созерцания прекрасного звук стекающих со стола чернил. Прищурившись и тихо фыркнув, с нескрываемым удовлетворением стала следить, как при посильной помощи резонанса, черная лужица стыдливо собирается в ручейки и по стеклянным бокам чернильницы возвращается на свое место. Пришлось поднапрячься и задействовать даже те капельки, что успели удрать на пол — по ножке стола они передвигались гораздо бодрее, чем толстые и важные ручейки на столешнице. Удостоверившись, что чернила представляющие собой мои записи, благодаря тому, что успели подсохнуть и, соответственно изменить плотность, остаются на пергаменте, из чистого озорства оставила немного краски и резонансом подписала план в виде закорючки внешне смахивающей на свернувшуюся в кольцо очень пушистую лису. С тихим звоном чернильница вернулась в исходное положение.       Взбледнувшие эльфийки расширенными глазами смотрели на устроенное представление.       — Ну что ж, давайте приступим, — бодро заявила я, проигнорировав резной стул, и боком прислонилась к столику. — Меня зовут Солнышко, официально Сорелия Н´тар, но у единственного эльфа, коий имел наглость меня так называть, недавно оказалась сломана челюсть, — кажется, еще немного и у девушек вышеназванные части тела поотпадывают, глаза в пол лица просто выдавят их из суставов, — не люблю я это имя и менять своего отношения к нему пока не собираюсь. Кстати, насчет некоторых вредных личностей, не подскажите, под каким предлогом вас сюда пригласили?       И тишина, только птички за окном поют… издевательски. С подозрением подошла к окну, осмотрела переплетение лозы локтях в сорока пяти впереди и ниже, полностью скрывавшую под собой часть небольшого, выступающего из речки текущей по низу расщелины, островка. Вернулась, взяла с полки тяжелый металлически подсвечник, отодвинула воздушную тюль, примерилась и запустила снарядом в подозрительное переплетение. Раздался приглушенный вяк. Замолкшие кусты, обиженно покачали ветками и выпустили из своих нутров два тела в штанах. Тела смущенно покосившись на наши окна, подобрали подсвечник и ретировались ниже по течению. Занавесив тюль, вернулась к столу.       — Итак, на чем мы остановились?       Крутобедрая золотоволосая эльфийка, несколько нервно сжимающая в руках веер — откуда только достала? — резко выдохнула:       — Нас известили, что человеческий целитель, обучавшийся в Ривенделле, готов продемонстрировать несколько приемов, способных помочь нам избавиться от последствий ран, нанесенных моргульскими клинками.       Челюсть в зале все же отпала, вот только вопреки прогнозам — у меня.       — Девушки, а вам главного целителя сильно жалко? — спустя некоторое время выдавила я. Эльфийки с несколько вытянувшимися лицами осторожно переглянулись. — Мне почему-то кажется, что сломанная челюсть слишком мелкое наказание за предоставление настолько недостоверных сведений.       Вот гад! А я-то успела поверить, что мои просьбы исполняются! Ну, ничего, я тебе изящно мстить буду! Ты не одну тысячу лет обо мне с содроганием вспоминать станешь! Хорошо, что этот тип недооценил желание своих целительниц оказать хоть какую-нибудь помощь!       Девушки продолжали молчать.       — Ладно, — тяжело вздохнула, — начнем с самого начала. Однажды в мои руки попала одна занимательная книга, в которой, вот странность, описывались начальные упражнения для эльфийских целителей, — так, молчание напряженное и внимательное, — первые этапы дались легко, а вот дальше дело застопорилось — ну, не хотела ваша магия человеческому ребенку подчиняться. Впрочем, ребенок оказался упертым: если так не получается, значит нужно просто действовать иначе. В его окружении, почему-то, не нашлось никого, кто бы соизволил рассказать, что это увлечение бессмысленно. Так и вышло, что незнающий о своей неспособности творить волшбу ребенок, без препятствий со стороны спокойно адаптировал написанное в книге под свои возможности, пока это представлялось возможным, потом пришлось действовать научным методом «тыка». А спустя несколько лет, став невольной свидетельницей активации осколка проклятого клинка в теле эльфа, я, честно признаюсь, находясь в крайней степени раздражения, извлекла его наружу.       Теперь шутки в сторону. Внимательно посмотрела на эльфиек и поймала семь напряженно-серьезных взглядов.       — Не знаю, сможете ли вы освоить то, что я адаптировала под себя, но именно это я вам и предлагаю — попытаться изучить энергетический резонанс.       Вееродержащая красавица дернулась:       — Может, еще расскажете, какую награду Вы потребовали за наше обучение?       — Награду? Ну, разрешение на перелом челюсти Эглериону, безопасность при нахождении в Лихолесье… О! Редкие травы хотела еще попросить, но пока не успела.       Золотовласка растеряно обмякла в кресле, но сдаваться, судя по плотно сжатым губам и просчитывающему возможные варианты взгляду, была не намерена. Спросить, не спросить о странностях такого поведения? Ладно, потом как-нибудь.       — Давайте, пока я вам продемонстрирую, как оно получается на живом примере, а завтра желающие начать обучение могут подойти сюда же, после завтрака? Ученики в любом случае у меня будут, среди мужчин желающие уже нашлись.       Демонстрация прошла спокойно, оставив после себя перворожденного на десятый раз потирающего освобожденное от лишнего металла предплечье, молчащих эльфиек, скучковавшихся вокруг меня и пострадавшего, и многозначительную тишину, под покровом которой Маэрод благополучно увел пациента.       Я задумчиво качнула ладонью с источающим темный дымок куском проклятого металла, прикидывая хватит ли на задумку оставшихся сил — теоретически должно.       — А теперь попробуем, кое-что посложнее.       Девушки послушно уставились на мою ладонь.       Сломать чужое проклятье, создав энергетический посыл, что полностью подавит чужую энергетику. Сложно? Да. А еще весьма энергозатратно. В первый и последний раз после такого, наставникам пришлось со мной повозиться — я не только весь резерв вычерпала, но жизненные силы задействовала. Надеюсь, увеличившийся резерв позволит провести демонстрацию и не свалиться в обморок по её окончанию.       Меньше чем через десять секунд, на ладони мирно лежал обычный кусочек ржавого металла без признаков воздействия магии Врага.       — Это не просто, — призналась я, устало опустив руку, — но результат оправдывает усилия. На сегодня хватит, как раз останется время, чтобы вам всем принять решение.       Утром в зале меня ожидало уже одиннадцать девушек и отсутствие попыток напакостить.

***

      — И как обучение? — удовлетворенно зажмурился Аурлор, отхлебнув смородинового морса из берестяной кружки и свесив ноги с моста.       Наставник оказался не слишком доволен результатами прошедшей проверки своих подопечных, точнее, их слишком быстрым вылавливанием охранниками дворца, и решил слегка изменить задачу. С разрешения собственного начальства, разведчик рассадил учеников по камерам в тюремном комплексе, обрадовал известием, что в одеждах некоторых из них спрятаны приспособления, с помощью которых они имеют неплохие шансы вырваться на волю, и добавил, что будет рад их лицезреть завтра в обычное время на тренировочном полигоне.       Честно говоря, юным разведчикам я завидовала: обучение не скучная муштра, а сплошные развлечения. Интересно, разделяют ли они мое мнение?       — Если Вы про результаты, то их пока нет. Я примерно прикинула, при отсутствии помех на первый этап уйдет от одной до трех недель, — и замолчала.       О том, что существует вероятность провала, я старалась не думать, и потому что бессмысленно размышлять на подобные темы, и потому что эльфийская аура в разы плотнее человеческой и с этим ничего нельзя сделать. Перворожденные не подвержены болезням тела — их дух на порядки лучше человеческого контролирует собственный организм, что и отражается на их поразительно стабильной ауре. В моем случае, это может представлять проблему — сложно заставить привыкшее к спокойствию вещество резонировать так, как тебе нужно. Мне в свое время было проще: нестабильная, эластичная практически не сопротивляющаяся изменениям аура, охотно отзывалась на задумки. Эльфийкам же придется помучиться, прежде чем их энергетическая оболочка сможет колебаться в нужных диапазонах. Зато, если они смогут этого добиться, степень их влияния на исцеляемый организм со временем станет филигранной… возможно.       Если с аурой не получится, придется искать способы формирования резонанса при помощи подручных предметов, но сильно сомневаюсь, что эффективность такого способа останется на прежнем уровне.       — Занятно, но пока объясняла и показывала основу, сама разобралась с некоторыми мутными моментами.       Аурлор понимающе кивнул, и, переведя взгляд на текущий под нами ручей, впал в странную задумчивость. Учитывая, что в последнее время думы наставника были направлены на планирование и организацию новых «развлечений» для любимых учеников…       — Не надо! Пусть лучше поиск и доставку «языка» отрабатывают! — Взгляд еще глубже ушедшего в задумчивость наставника, переместился на меня, заставив испуганно пискнуть инстинкт самосохранения. — А проштрафившихся эльфов во дворце не бывает?       Кстати, на счет проштрафившихся — если, то есть когда! — эльфийки справятся с начальным этапом, нам ведь тоже понадобятся подопытные.       Теперь уже я в задумчивости уставилась на наставника.       — Своих не дам, — догадался Аурлор, — они еще учатся!       Жаль придется идти другим путем. Сейчас у меня только один готовый идти на все эльф — Гваэглор. Кто ж знал, что маленькая рыжая зеленоглазка, первая пришедшая на встречу, окажется его обожаемой юной супругой, ради которой тот готов послужить даже учебным пособием?       Правы перворожденные — переживающие первый и самый острый приступ этого чувства влюбленные, к разумным расам не относятся. Зато теперь понятно, как эльфийка, имеющая отдаленное отношение к медицине, оказалась среди моих (чувствую себя жутко старой!) учеников — муж просветил и, вполне возможно, попросил присоединиться к группе.       Умиротворяющее журчание ручья под нашими ногами настраивало на философский лад.       — А ты знаешь, что у тебя помимо жены Гваэглора, обучается еще и невеста нашего штатного целителя?       Философски пожала плечами — удивляться этой жизни я не перестаю.       — Учитывая закон подлости, она золотоволоса, синеглаза, прекрасна, высокородна и обладает прескверным характером? — вспомнила я залитый чернилами пергамент с планом обучения.       — Именно, — довольно протянул наставник, — а еще Фалиэль жутко ревнива.       Настроение с философской отметки сдвинулось в сторону обреченности.       — Начинаю понимать её ко мне отношение. Но неужели она ревнует ко мне Маэрода? Я, мягко скажем, на её фоне не ценюсь.       — Зато ты целитель и ученица её будущего супруга, причем о твоей безопасности Маэрод радеет сильнее, чем о безопасности своей избранницы. Да, она прекрасно понимает, почему так происходит, но, как я и говорил, Фалиэль очень ревнива, вот и предпочла держать в поле зрения, если не будущего мужа, то тебя. Ну, а сейчас, уже просто представляет выгоды от освоения новой методики.       — Быстро же вас окольцевали, — не упустила случая съехидничать.       — Да. Но если Гваэглор нашел невесту — или она его нашла, тут вопрос спорный — уже после возвращения, то Фалиэль нацелилась на Маэрода, когда он еще только начинал учиться на целителя. В принципе, это и послужило поводом для знакомства. — А потом наставники попали под удары моргульских клинков, и ни о каких помолвках речь уже не шла. — А после уже мы отгоняли мысли об обручении с любимыми — мертвецы своих избранников счастливыми не сделают.       — Да и живые тоже не всегда могут, — не поддержала я мрачные мысли разведчика.       — Перворожденные могут всегда, — продолжил процесс несогласия Аурлор.       — И лучший пример этому — Феанор!       — А вот и нет. Не люби леди Нерданель своего мужа, стольких детей у них бы не было!       — Так и мы не про любовь, а про счастье!       Меня с минуту рассматривали с выражением задумчивого скепсиса на лице:       — Вот выйдешь замуж, тогда и вернемся к этому вопросу.       Пожала плечами и решила сосчитать количество известных лично мне счастливых супружеских пар: Торин с Дагнейей… так, эти разделены океаном, эти не связаны узами брака, тут непонятно, где второй супруг, об этих только слышала… В легком офиге посмотрела на ладонь с единственным согнутым пальцем.       — Ты вообще этим вопросом интересовалась? — правильно расшифровал выражение моего лица наставник. Отрицательно помотала головой. — Поинтересуйся, вот вернутся мои родители из южного поселения и обязательно пригласят тебя в гости. Только заранее предупреждаю, моя мать когда узнает, что ты целитель, избавивший меня от проклятых осколков, не упустит случая закормить десертами. Она фантастически готовит сладкие пироги, — мечтательно уставился на небо разведчик.       И ведь, что интересно, в Эреборе он про свою семью даже не упоминал. Хотя, если быть честной, меня тогда подобные вещи не интересовали и в голову не приходили.       — Кстати, ты выходные дни как распланировала?       — Четыре дня учебных, пятый на отдых, девушки с таким графиком согласны, а некоторые даже готовы отдыхать раз в десять дней. Вот только так уже я не выдержу, в день из одного эльфа извлекаю осколки, плюс собственная учеба — Эглерион разрешил дежурить в лечебнице под присмотром опытных целителей, опыт мне просто необходим, да и в библиотеке хотелось бы покопаться.       — Ясно, а в первые выходные, чем планируешь заняться?       — Они уже заняты, — причем никем иным, а самим Владыкой, только чем мы будем заниматься весь день — а разговор шел именно об этом — я не представляю.       К счастью, уточнять не пришлось, взгляд наставника непривычно расфокусировался:       — Надо же, не прошло и трех часов, — ехидно усмехнулся Аурлор, вызвав здоровое подозрение.       — Неужели, Ваших таки сбежавших из тюрьмы учеников, снова поймали?       — Ага, — довольно протянул эльф, — отобрали отмычки и вернули в камеры.       — И Вам их не жалко?       — Ну, у них при себе не только отмычки, другой вопрос, догадаются ли они снова себя обыскать.       Хитро переглянувшись, весело рассмеялись. Похоже, помимо тренировок, юных разведчиков учат еще и не сдаваться.