Десять в списке мертвых

Серая пелена расползлась вплоть до горизонта, ни один лучик теплого солнца не может пробраться через эту завесу. Стена воды низвергается с неба, капли тяжело опускаются на землю и разбиваются десятками брызг. Море, напоминает бесконечную серую пустоту, она невероятно спокойное, но в то же время, какое-то странное. Пляж заполнен десятками водорослей, расположившихся по всему берегу. В лагере пусто. Нет ни одной живой души. Все до единого полукровки собрались на высоком холме, плотным кольцом обступив тела погибших. Прибыли все, кто хотел. Героев было решено похоронить всех вместе. Каждому подготовили саван, у каждого он был расшит тысячами жемчужин, каждый представлял из себя мозаику из ниток и невероятных узоров. Полукровки уже заканчивают говорить последние слова и саваны поджигают. Одна за другой выгорают нитки и узоры начинают представляться уже совсем в другом свете. Плотная завеса дыма нависла над склоном и начала распространяться по округе, неся в себе печаль и скорбь полукровок. Обдувая запахом смерти и могильным холодом. Капли небесной воды, смешанные со слезами скорби стекают по лицам ребят и, присоединившись к основному патоку, падают вниз. Одежда промокла на сквозь, но ребята этого не замечают, все наблюдают за невероятно притягательной картиной: встречу воды и огня. Дождь со всей силы входит в погребальный костер, но он сам настолько сильный, что не замечает этого. У этого огня важная цель, которую он обязан исполнить. Рядом с Хироном стоит Талия и тоже плачет, но никто не знает, из-за чего именно. Хотя тут даже, спроси ее саму, почему? Вероятнее всего она ответит неправду. Так как сама не знает. Ей становится тяжело дышать, когда она вспоминает свою подругу, свою сестру, которая погибла по вине ее брата и всепоглощающая грусть охватывает ее тело. Хочется сгибать суставы, резать вены, причинить себе физическую боль. Все, что угодно, лишь бы ушла душевная, разрывающая изнутри. Она приседает на землю, по которой ручьями стекает дождевая вода, напоминающая о Перси, о ее настоящем брате, который никогда не бросит ее, который скорее всего тоже где-то здесь, наблюдает и знает, кто умрет следующий. Церемония закончилась, в схватке победил дождь, но огонь успел выполнить свою задачу. Талия медленно идет по склону, опустив голову вниз, и смотрит на землю под ногами, на маленькие бутоны белых цветов, безжалостно раздавленных чужими ногами, ногами более сильных существ. Кто-то толкает ее плечом и обгоняет, но она не замечает. Талия думает о брате, о настоящем, не кровном. Он жив. Она увидела его, поговорила с ним, Перси рассказал о том, что с ним было, рассказал все, без утайки. О Китае. О том, почему должен их убить. Почему должен отомстить. Талия понимает, но не может до конца поверить. Ведь как можно поверить в то, что… Вспышка молнии прерывает ее размышления. Зевс зол. Он злится, что его сына убили, как букашку, как беззащитный, слабый цветок. Забавно, ведь его беспокоит не то, что его сын умер!!! Ушел! Причем навсегда. Джейсон больше не увидит солнце, небо, не почувствует на своей коже ветер, вкус яблок, вообще вкуса, ведь мертвым не нужно есть. Но Зевса волнует, что его сына победили, а не все остальные мелочи. Поняв, что это просто гнев, обличающий задетую гордость, Талия идет дальше, до крови закусывая губу, чтобы не сорваться в безудержном крике. Она вспоминает все моменты проведенные с Джейсоном ведь, чтобы она не говорила, она все равно будет любить его, ведь он ее какой-никакой, но все же брат. Талия вспоминает других ребят, Калипсо смеется в ее мыслях, ее смех проникает в самые дальние уголки сознания, заставляя боль еще глубже въедаться в ее естество. Грязь скользкая и Талия, не удержав равновесие, падает в нее лицом. Волосы обволакивают потоки дождевой воды смешанные с грязью и травой. Одежда уже давно насквозь мокрая и неприятно липнет к телу, но Талии как-то не до этого. Закрыв глаза, она плачет. Потом рыдает и бьет кулаком по земле, разбрызгивая воду. Рот полон грязи, но ей все равно, ведь скоро она потеряет брата, единственного оставшегося в живых человека, которого она действительно любит. Кто-то осторожно касается ее плеча и чуть сжимает. Талия поднимает свои глаза на неизвестного, им оказывается Лео. — Вставай, Талия. — Тихо говорит он, но девушка все равно слышит. Лео дает ей руку, которую с благодарностью принимает. Талия посмотрела в его глаза и ужаснулась — они были пустыми. Глаза стали просто органом зрения, но ни как не отображением чувств и эмоций человека, ведь не может же человек совсем ничего не чувствовать?.. — Ты в порядке? — Спросил Лео. — А? Да… — Ответила Талия и вытерла покрасневшие глаза. Слезы все не прекращали течь. — Скоро это закончится. — Ты про что? — Не поняла девушка. — Слезы. Они скоро просто закончатся, также как и боль, скорбь, останется печаль, но она станет какой-то абстрактной. Просто она есть, но ты уже настолько привык, что не замечаешь и даже не можешь представить свою жизнь без нее. Ведь она единственное, что осталось. — Лео замолчал, его облик не говорил ни-чего. А Талию просто разрывало от накопившихся чувств. — Но скоро, она для меня пройдет, ведь я встречусь с Кали, Джейсоном, Пайпер. Сразу после того, как убью его. — Проговорил парень, смотря в глаза девушке, и пошел дальше. Талия так и стояла на дороге, а полукровки неспешно ее обгоняли. *** Девушка, с черными волосами сидела посреди арены, опустив голову. Она размышляла, стоит ли ей так поступать? Она до безумия любит брата и сделает все лишь бы он был счастлив, но слова Лео не на шутку напугали ее. Ей уже давно страшно, ведь она теряет друзей одного за другим, это не совсем про убийства. Просто из ее жизни уходят все, кого она смела полюбить. Аннабет. Талия не была рядом, чтобы помочь. Ведь они просили помощи… Ведь им нужна была помощь… Джейсона она потеряла еще тогда, когда он стал причастен к убийству ее подруги, да и остальных тоже. Теперь она может лишится Перси, хотя это и эгоистично, но она не хочет, чтобы он оставлял ее. Чья-то рука осторожно легла ей на плечо. Кто-то сел рядом. Талия повернула голову и искренне улыбнулась, первый раз за этот день. — Привет, Талия. — Перси грустно посмотрел на нее. — Думаю лучше не спрашивать, как прошел день? — Заикнешься на эту тему еще раз, я тебе ребра через нос вырву. — Талия посмотрела на побледневшее лицо Джексона и улыбнулась. — Понял? — Да.а.а, мадам. — Заикаясь, сказал Перси. — Талия, ты в курсе, что иногда бываешь через чур жуткой? — Эй!!! Я и обидеться могу. — Сделав обиженное лицо, Талия отвернулась. — Ну ладно, не обижайся, я пошутил. — Сделав милые глазки, проговорил Перси. Талия засмеялась и дружески ударила Перси в плече. — Ладно, давай серьезно. — Сказал Перси. — Приведешь ее сегодня к скале в лесу, рядом с пещерой? — Ты обязательно должен это делать? Я тоже, хочу отомстить им за Ан, но я не хочу, чтобы ты умирал. — Сказала Талия, слезы вновь наворачиваются на ее глаза. — Пожалуйста. — Я хочу увидеть ее, Талия. Ты не представляешь, как я хочу быть с ней. — Погладил ее по волосам Перси. — Я всегда также буду с тобой, вот здесь. — Перси показал на ее сердце. — Я не могу без Ан. Я не хочу без нее. Ты понимаешь, Талия? — Да, Перси. — Уже плакала Талия, прижимаясь к Перси. — Я понимаю, я помогу тебе, но пообещай, что не забудешь меня. Что хоть мысленно, но будешь со мной. Пообещай! — Обещаю, Талия. — Сказал Перси, смотря ей в глаза. *** Перси сидел в пещере, возле костра и ждал прихода сестры и гостьи. Он уже приготовил, для нее смерть, а теперь размышлял. Мысли его были тягучи, как мед, но содержание не было таким уж сладким. Он думал об Аннабет, он так хотел ее увидеть. Одинокая слеза разбилась об пол пещеры. В руках Перси держал белую розу, разглядывал ее лепестки, стебель, шипы. Роза была, как Ан, такая же прекрасная, нежная, но одновременно с изяществом имеет шипы, о которые можно сильно порезаться. Телом он был в пещере, телом он убивал. Разумом Перси был с Воображалой, проводил с ней каждую секунду, каждый счастливый момент времени. А душа его была далеко, за тысячи километров… Послышались голоса: — Талия, скажи уже, куда ты меня тащишь? — Проговорила рыжая девушка, вырывая свою руку у подруги. — Талия, мне страшно, я дальше не пойду. — Упрямилась рыжеволосая. — Мы уже почти пришли. — Настаивала на своем Талия. — Или ты не хочешь увидеть? — Нет. Хочу. Но у меня плохое предчувствие. Помнишь я тебе рассказывала о своих снах? — Да.Да. И что? — Мой сон повторяется. — Ответила рыжик. — Правда, я не знаю, чем он кончится. Обычно, я просыпаюсь около входа в эту пещеру. — Проговорила девушка, когда они были уже на месте. Талия не знала, куда уже деться от этой болтовни. «Наконец то, мы на месте. Но где Перси?» Думала Талия. — Заходите! Чего встали? — Услышали девушки голос из пещеры. Талия медленными шагами двинулась вперед, а за ней и Рейчел. Но как только вторая оказалась в пещере и увидела Перси, ее сердце забилось быстрее, дыхание участилось. Девушка замерла, не смея сделать и шага. Ее кожа приобрела белый оттенок, глаза расширились. Рейчел боялась двигаться. Она думала, зачем Талия привела ее сюда? Что ему надо? А может ей мерещиться? Перси будто читая ее мысли, сказал: — Нет. Это правда. Я точно жив, а вы меня зря хоронили. И у меня к тебе есть разговор, поэтому Талия тебя сюда привела, а теперь присаживайся. — Перси похлопал по камню рукой. Талия удобно разместилась на противоположной стороне от Перси. Рейчел уже думала убежать, но ее прервал голос Перси. — Ты не сможешь выйти от сюда без моего разрешения. Так, что просто садись. Не вынуждай… — Рейчел осторожно села и посмотрела на Перси. — Рейчел, просто, зачем? — Он посмотрел на нее тяжелым взглядом, полным боли и презрения. — Они попросили. Сказали, что, если на меня нападут она защитят. Что будут вечно должны мне. — Оправдывалась девушка, но правда была в том, что она не чувствовала вины, она просто хотела жить. — Я не виновата, это все они. Они все придумали!!! — Начала кричать девушка. Глаза Перси загорелись. — Заткнись!!! — Закричал он, схватив ее за шею и опустив лицом в огонь. — Заткнись, мразь. Я тебя ненавижу. - Девушка кричала вырывалась, но все без полезно. Наконец Перси ослабил хватку и девушка тут же отшатнулась, упала и закашляла. Волосы ее ужасно сильно опалило, бровей не было, на коже многочисленные ожоги. Каждое движение доставляло боль. Дышать тоже было ужасно тяжело, горло болело. — Пожалуйста. — Встала на колени девушка. Перси только усмехнулся, встал и с колено ударил в нос девушке. — Я не хотела, я не убивала… — Плакала девушка. — Талия, достань пожалуйста из мешка туфли для Рейчел. Ей наверно не удобно — кроссовки то порваны, причем сильно. — Талия посмотрела в мешок, и сразу поняв, кинула туфли в огонь. *** Рейчел боялась, что-нибудь спросить, как-нибудь обозначить свое присутствие ведь Перси уже долгое время смотрит в одну точку и не шевелиться. Талия тоже. Наконец Талия, что-то сказала Перси и он, подойдя к костру, посмотрел на работу. — Да, готово. — Он посмотрел на Рейчел. — Ты наверно не знаешь этой легенды, но все же. Тебе знакомы история Елены Кренгидлун? — Рейчел только непонимающе покачала головой. — Так и знал. В общем, по легенде это было лет пятьсот назад. Тогда жила царица Елена и настолько она любила различную обувь, что тратила на нее невообразимо много средств, до того дошло, что она чуть все царство не сгубила, но советникам ее мудрым удалось спасти положения. Но царица не успокоилась и велела найти ей такие туфли, чтобы могла она танцевать и день и ночь без устали, чтобы ей холодно не было в холодных залах дворца, но не мог никто найти подобной обуви и велела рубить она головы, пока во дворец не пришла девушка неземной красоты, говорят, она как будто парила над землей. Она подарила ей туфли, какие хотела царица, да повелела ей, чтобы больше ни один невиновный человек не пострадал. Рассердилась царица на такую наглость и выгнала незнакомку с позором из дворца. — Рейчел взглянула на обувь, и ужаснулась: металлические, раскаленные до красна, невероятной красоты туфли, ее каким-то невообразимым образом потянула к ним. Рейчел хотела их одеть и не снимать никогда. Да танцевать, танцевать… — В ту же ночь туфли начали нашептывать царице, чтобы она положила их в огонь, да потом одела. И танцевала царица, но недолго вскоре она умерла от адской боли. — Усмехнулся Перси. А Рейчел все приближалась к туфлям. — С тех пор туфли притягивают девушек, да не всех, только тех, кто причастен к убийству или сам убил невиновного человека по своей воле. Как ты уже поняла, я нашел эти туфли. Можешь считать это проверкой… — Но Перси не успел договорить: Рейчел ринулась к туфлям и начала одевать их. Раскаленный металл шипел при соприкосновением с кожей, пещеру наполняли крики адской боли, а Рейчел все танцевала танец боли и отчаянья. Она все кричала и кричала, да танцевала…

Их осталось двое…