***
Стайлз зашёл в школу, держа в руках скейт. Шатен надел очки, чтобы никто не заметил его красных глаз и достал две жвачки, положив их в рот. Парень поправил беспорядок на голове, после чего направился к шкафчику. Он достал нужные книги, кладя их в рюкзак, как вдруг к нему подошёл Скотт. — Хей, привет! — они по-дружески обнялись и направились вместе в класс — Давно тебя здесь не было, я уже думал, что ты забыл, что такое школа. — Ха-ха, очень смешно, — сказал шатен, поправляя рюкзак. Он посмотрел в сторону и заметил Лидию, которая стояла возле своего шкафчика. Он не разговаривал с ней после той вечеринки, они даже ни разу не виделись после неё. Стайлз в ту ночь очень сильно напился и отправился в клуб, где увидел сексуальную брюнетку и переспал с ней. И так по кругу: он напивается, забывая о болезненных чувствах, что терзают его каждый день, и полностью отдаётся веселью, пытаясь не думать о рыжеволосой девушке. Но как бы он не старался — она не может покинуть его голову... его сердце. — Хочешь поговорить? — спросил Скотт, когда заметил, что его друг смотрит на Лидию, но тот быстро отвернулся, делая вид, что всё хорошо. — Нет. Я в порядке, — он улыбнулся. Опять эта фальшивая улыбка. Всю неделю он улыбался ей, пытаясь показать, что он в порядке, но Скотт то знает, что его лучший друг врёт. — Перестань вести себя так. — Как? — Будто с тобой всё хорошо! — брюнет остановился, строго смотря на шатена — Не надо. Не ври мне, я знаю тебя слишком долго, чтобы различить, когда ты в порядке, а когда нет... — Скотт, я не понимаю тебя, — ухмыльнулся парень. — Серьёзно?... Ты вот так вот готов сдаться? Ты же любишь её, идиот! Что же ты творишь?... — он грустно вздохнул, заходя в класс, оставляя Стилински одного со своим мыслями. Парень закрыл глаза, судорожно вздохнул. В голове кружился осинный рой мыслей, а дышать с каждой секундой становилось всё тяжелее. Запутался. Устал. Надоело. Он сорвался с места, быстро подходя к рыжеволосой девушке, которая застыла на месте, когда тот подошёл к ней. Стайлз было хотел что-то сказать, но дар речи словно пропал, а волнение полностью охватило его. Шатен посмотрел девушке в глаза, пытаясь найти в них хоть чуточку доверия, но всё что он видел – это боль и отвращение. Боль за то, что она поверила ему, дала второй шанс, а он снова всё испортил. Отвращение за то, что он так поступил с ней. — Стайл...з, — её голос дрогнул, она судорожно вздохнула. — Я знаю, что ты не хочешь со мной говоривать, но... — она даже не дала ему договорить, как со всей силы дала пощёчину, это было неожиданно, из-за чего он на шаг отошёл назад, а его очки слетели на пол, разбиваясь. — Нет! Замолчи! — возле них теперь стояло много учеников, которые смотрели на происходящее — Не смей ничего говорить! Я не хочу... Не надо снова делать мне больно! — в её глазах застыли слёзы, а он чувствовал, как медленно умирает внутри — Знаешь, если бы я могла вернуться назад, то я бы отказалась быть твоим репетитором... Ненавижу тебя, — она резко сорвалась с места, убегая в другую строну. Стайлзу стало тяжело дышать, его голова закружилась, а в глазах застыли слёзы. Каждая клеточка сейчас умирала внутри, вызывая невыносимую боль. Он смутно всё помнил дальше: зазвенел звонок, который отдался эхом, к нему подошёл Скотт, что-то говоря, но шатен ничего не слышал, а только медленно направился за другом, понимая, что это всё. Это конец... Она никогда не простит его, а без неё — он не существует.***
Стайлз лежал на кровати, смотря в потолок. Он ничего не чувствовал, ни о чём не думал. На его лице не было ни капли эмоций, а в голове то и дело кружились слова Лидии: «Если бы я могла вернуться назад, то я бы отказалась быть твоим репетитором». В дверь постучали и вошёл психолог. — Здравствуй, Стайлз, — сказал он, и когда понял, что ответа не получит, то присел рядом на стул — Мы не виделись неделю, у тебя что-то случилось? Парень вздохнул, переводя свой взгляд на стену. Мужчина кивнул, доставая блокнот и записывая что-то в нём. — Ты больше не принимал таблетки, верно? Шатен кивнул, поджав губы. Он мог бы ответить, но не хотел, каждое слово вызывало невыносимую боль. — Хорошо... Что ж, не хочешь поделиться со мной, что у тебя случилось? Тот грустно ухмыльнулся, потирая пальцы. Он глубоко вздохнул, прежде чем сказать: — Не думаю, что вам интересно... Это только ваша работа, только из-за неё вы здесь, если бы не она, вы бы сидели дома и смотрели телевизор, даже не зная меня и мои проблемы... Вам было бы плевать на меня, всем плевать на меня... — Почему ты так думаешь? — нахмурился Марк, не понимая своего пациента. — Потому что так и есть... Я популярен в школе, все девушки хотят, чтобы я был их парнем... Но только сейчас я понял почему так; мой отец шериф города, у меня много денег, я капитан команды по лакроссу, я имею симпатичное лицо... Именно по этому все хотят быть со мной, а не по потому, что я хороший друг, собеседник, нет, — он засмеялся, но этот смех не был от радости, а от отчаяния — И каждый ждёт, когда я сломаюсь, когда у меня случится что-то плохое, чтобы занять моё место, чтобы унизить меня.... В лицо мне улыбаются, а стоит мне отвернуться... — он ухмыльнулся — смех и перешептывания. Как я только раньше этого не замечал, идиот. Психолог громко вздохнул, качая головой. Он потёр переносицу, подбирая правильные слова. — Стайлз, а не плевать ли тебе на мнения других? У тебя есть любящий тебя друг, который всегда будет рядом. У тебя есть любящий тебя отец, да, вы частно ругаетесь, но любите друг друга... Стайлз опустил голову, вздыхая. Он потёр переносицу, грустно ухмыляясь. — Она теперь не доверяет мне, — он поднял глаза на мужчину, который нахмурился, пытаясь понять шатена — Я предал её. Поспорил с Джексоном, что пересплю с ней за две недели, но я идиот, ведь за эти три недели, которые я знаком с ней... влюбился. Но она никогда не простит меня. — Почему ты в этом так уверен? — Я пытался сегодня... — А если попробовать снова? Нельзя никогда сдаваться, чтобы то не было, запомни, никогда не сдавайся... Если она тебе реально важна — докажи ей это... Докажи ей, что она может снова доверять тебе. Не беги от своих чувств, потому что... — он запнулся, ища подходящие слова —... так они никогда не покинут тебя. Понимаешь? — Да, — он кивнул, поджав губы в тонкую полоску — Я понимаю вас. Психолог поднялся, уже собираясь уйти, но Стайлз остановил его: — Вы куда? — он поднялся, подходя к мужчине. — Моя работа закончена. Ты в полном порядке... Не думаю, что есть смысл приходить ещё. Ты справишься и без меня. Шатен улыбнулся, крепко обняв Марка, шепча: — Спасибо. Тот кивнул, отстраняясь. Он последний раз улыбнулся парню, прежде чем выйти из комнаты. Стайлз ещё несколько минут смотрел на закрытую дверь, после чего быстро переоделся и побежал на первый этаж. Как только он хотел выйти из дома, его остановил голос отца: — Ты куда? Стайлз повернулся к нему лицом, борясь с самим собой. Марк Эндрю прав, он любит папу, но если и скажет это отцу, то точно не сейчас. Он пока что не готов. — Я должен вернуть девушку, которую люблю, — он легко улыбнулся Джону и вышел из дома, попутно захватив скейт.