Вспоминай меня ночью

Взгляд Егора скользит по моему лицу, опускаясь к приоткрытым от растерянности губам. Я невольно съёживаюсь под этим взглядом, плотнее кутаясь в свободную толстовку парня. Кажется, откуда-то веет холодом. Парень смотрит на меня несколько секунд, не отворачиваясь, словно бы ожидая какой-то реакции на его слова. Но мне требуется время, чтобы окончательно осознать, чего он от меня хочет. В груди закипает гнев, грозясь вот-вот вылиться наружу потоком отборных ругательств. Меня всегда обвиняли в чрезмерной вспыльчивости, но сейчас моя резкость как никогда уместна. Неужели он думает, что я так легко променяю остатки гордости на возможность жить с ним под одной крышей? Даже если мне суждено загнуться от холода на грязном тротуаре, я лучше выберу это, чем позволю этому ублюдку распоряжаться моим телом. «Как же ты жалок», - застревает на языке ядовитая фраза, но я подавляю желание произнести её, до боли сжимая руки в кулаки. Вместо этого качаю головой и быстро стягиваю его толстовку, пихая в руки порядком озадаченному парню. - Забери, - шиплю, разворачиваясь к выходу. – Ты не получишь меня, даже если от тебя будет зависеть моя жизнь. - Подожди, куколка, - голос Егора по-прежнему звучит немного растерянно. Он бросает толстовку на тумбочку и хватает меня за руку, вынуждая повернуться к нему. Но смотреть в глаза он меня не заставит. – Ты решила, что я предлагаю тебе жильё в обмен на секс? – теперь его голос звучит насмешливо, что настораживает. Я не слишком уверенно киваю, скрещивая руки на груди. По-прежнему не смотрю на него. Он уже открыто смеётся. - Милая, если бы я хотел заполучить тебя, ты бы уже сладко стонала в моей постели, - фыркает Егор, говоря столь небрежно, что меня начинает трясти от злости. - Иди на хрен, - огрызаюсь, покусывая нижнюю губу. Он даже не представляет, как бесит его высокомерность. - Я всего лишь предложил поработать на меня в качестве платы за проживание, - продолжает парень, не обращая внимания на мой раздраженный тон. – Без интима. - О, - я теряюсь, впервые решившись посмотреть на него. Он всё так же расслаблен и невозмутим. – И… что от меня требуется? – спрашиваю осторожно, переводя взгляд с его лица на свои кеды и обратно. Я не доверяю ему. У меня нет причин делать это, ведь мы едва знакомы. Моя вчерашняя легкомысленность запоздало сменилась недоверием к любому человеку в этом мире, не только к Егору. Я уже обожглась на доверии, теперь считаю, что нужно держаться особняком и полагаться на собственные силы. Но остатки здравомыслия в уставшем мозге напоминают, что одной мне просто не выжить. - Для начала я хочу, чтобы ты убрала здесь, - его тон сменяется на приказной, когда Егор обводит взглядом устроенный мною беспорядок. Мне становится неловко, и я неуверенно переминаюсь с ноги на ногу, потупив взгляд на носы его ботинок. – Ещё хотелось бы, чтобы кто-то готовил ужин в моё отсутствие. Физически не успеваю делать это. О, и, может, иногда мне не помешал бы помощник на интервью. Видишь ли, не всегда удобно задавать вопросы, записывать и делать фотографии, - говоря это, он направляется к мини-бару, чтобы достать оттуда бутылку виски. Мне кажется, или у него проблемы с алкоголем? - Так… я нужна тебе в качестве горничной, личного повара и… девчонки на побегушках? – бормочу, ступая за ним, нервно заламывая пальцы на ходу. – Не много ли ты хочешь за несколько ночей на твоей неудобной кровати? - Диване, - исправляет он, наполняя виски два бокала и жестом предлагая один из них мне. Я отрицательно качаю головой. С меня довольно крепких напитков. – Кровать займу я. Считай, это моя рабочая зона, - Егор улыбается, опустошая бокал парой глотков и усаживаясь в кресло. – И если ты веришь, что задержишься здесь всего на пару ночей, у меня для тебя плохие новости: ты никому не нужна. Смирись, солнышко. У меня спирает дыхание от нахлынувшего возмущения. Но оно утихает за те жалкие пару секунд, которые требуются, чтобы осознать его правоту. До меня действительно никому нет дела. Сомневаюсь, что хоть кто-то сейчас озабочен моим исчезновением. Разве что хомяк, которого в очередной раз забыли покормить. - Впрочем, если не устраивает такая плата, ты всё же можешь расплатиться своим телом, - лениво произносит Егор, откинувшись на спинку кресла и закидывая ноги на стоящий рядом пуфик. – Но тогда тебе придётся постараться как следует, ведь обычным сексом меня не удивишь. К примеру, ты могла бы отсосать мне, стоя на руках. Меня передёргивает от его слов, и я трясу головой, отгоняя всплывающие в бурном воображении картинки. Как можно быть таким аморальным? - Ты не получишь меня, я говорила уже, - ворчу, пряча руки в рукава рубашки. - Не очень-то и хотелось, - хмыкает он, но глаза его загораются хитрым блеском, - пока. Знаешь, милая, я слишком устал, чтобы торговаться. Если тебя не устраивает моё радушие и гостеприимство, дверь там. – Егор указывает пальцем в направлении прихожей и включает телевизор. Хочу уже в очередной раз послать его, развернуться и уйти, но мне снова мешают задетая гордость и излишняя импульсивность. - Гостеприимство?! – восклицаю возмущённо, заслоняя экран. – Ты разбил мне голову, притащил сюда с другого конца города, запер… - И я по-прежнему не услышал слов благодарности, - перебивает парень, ухмыляясь краешками губ. А ему всё смешно. - Спасибо! – мой голос похож на звериный рык. – Подавись! - Вот и помогай после этого людям, - с доводящим до зубного скрежета спокойствием комментирует Егор, картинно вздыхая. – В следующий раз оставлю тебя подыхать на мосту. Мне хочется гордо хлопнуть дверью перед его лицом, хоть вряд ли это возможно, учитывая, что он всё так же сидит в кресле. Но я не решаюсь уйти, упрямо загораживая ему телевизор. - Не будет следующего раза, - отвечаю, хоть голос мой звучит как-то неровно, надломлено. - Конечно, потому что ты останешься здесь, - уверенно заявляет парень, посмотрев мне прямо в глаза. – На моих условиях. - Какого… - хочу спросить, какого чёрта он мне указывает, но запинаюсь на полуслове, когда Егор поднимается с кресла и возвышается надо мной. - Ты могла бы уйти уже раз пять за последние десять минут, что я выслушиваю твои вопли, но ты здесь, а значит – тебя всё устраивает, - спокойно поясняет он, окидывая меня насмешливым взглядом. – Поэтому будь добра, не выноси мне мозг и поешь уже что-нибудь, пока мне не пришлось приводить тебя в чувство из-за голодного обморока. Я так и не нахожу, что ответить. Он… переживает за меня, что ли?