I'm permanent

I`m permanent Will you think that you`re all alone When no one`s there to hold your hand? When all you know seems so far away And everything is temporary, rest your head I`m permanent I`m permanent Is this the moment where I look you in the eye? Forgive my promise that you`ll never see me cry David Cook – Permanent Он исчез? Белла, в кресле напротив, смотрит на меня расширенными от ошеломления глазами. Её уже трясет, как в лихорадке, и я слышу безвольный какой-то шепот: - Руди… это же не правда? Он не мог покинуть нас? Меня… Она, Мерлин прокляни, плачет. Как же так?! Отчаяние, печаль, любовь. И все Ему. И все для Него. Темный Лорд. Вдохновитель и проводник. Ты забрал даже то, что по праву принадлежит мне. Она никогда не посмотрит на меня с такой же пылкостью и любовью, как на тебя. А Тебе… а Тебе все равно. Тебе все безразличны. Белла, всхлипывая и пряча слезы, обнимает меня. А я пропускаю её волосы через пальцы и шепчу что-то успокаивающее. Вот только она слишком редко бывает слабой. Я же не замечаю, что сам плачу. - А ты, оказывается, тряпка, Лестрейндж, – говорит она насмешливо, отстранившись. Ну, да. Тряпка. Я действительно чувствую себя просто тряпкой и идиотом, смахивая с лица слезы безответной любви к собственной жене. * * * До суда две минуты. Барти собирается изображать раскаявшегося сына – нужно же избежать наказания. И Повелителю помочь, да, конечно. Брат едва слышно прикидывает, сколько нам могут дать. Хотя, по моему мнению, думать нечего – пожизненное. Всем. Вот только Белла… Белла просто сидит рядом. Минута, заходят авроры, и, держа палочку наготове, один из них жестом указывает нам идти с ними. Поднимаясь, я держу Беллу за руку, а одновременно мысленно, только мысленно ей говорю: «Я рядом, милая. И всегда буду рядом». Она улыбается. Мне. Простила бы, что солгал. Жаль, но я не смогу быть рядом все время. Темный Лорд возродится, но это может случиться нескоро, очень нескоро. Будешь ли ты думать, что одна, когда меня и… патрона не будет рядом? Скорее всего. Но мне, правда, жаль. И я постараюсь быть с тобой столько времени, сколько мне отвел Мерлин. Может, когда-нибудь я и признаюсь тебе в своих чувствах… Вот и зал. Беллатрикс садится в кресло, Рабастан и Барти стоят по бокам, а я опираюсь на спинку. Суд начался. * * * Азкабан. Как много нерушимого холода в этом слове. Как в камне. Я, молча, наблюдаю за братом. Он в камере напротив, стонет и ворочается. Видимо, опять кошмар. Вздыхаю и шепчу: - Басти… Успокойся. Все это – только сон. В Азкабане достаточно шумно, но я знаю, что брат мой голос всегда услышит и успокоится. Так и случилось. Сажусь на холодный каменный пол, облокачиваю голову о стену и прикрываю глаза. Суд прошел быстро и как в тумане. Помню крики Беллы, которую уводили от нас авроры уже на острове, помню матерные слова Барти. Только мы с Рабастаном молчали. Белла… Как там она? Надеюсь, она сможет отдохнуть от всего этого. Пусть и в Азкабане. Но знай, Белла, я люблю тебя. Я буду рядом и защищу тебя. * * * Лорд сходит с ума. Это стало очевидно, когда он освободил нас. Иногда, до своего падения, он говорил, что больше не является человеком. Но теперь он настолько далек от человека, что страшно представить. Но ты все равно стараешься быть поближе к нему. Иногда он пытает тебя Круцио, а иногда вы пьете вместе вино и… Понятно, что вы дальше делаете. В такие дни я напиваюсь и прибегаю к услугам шлюх, но во время кульминации всегда думаю о тебе. Чтобы заглушить боль внутри, я вызываюсь добровольцем на все боевые операции. Лорд ставит меня в пример, а мои друзья и брат крутят пальцем у виска, явно волнуясь за мое умственное здоровье. Я убиваю маглов, сражаюсь с аврорами, составляю планы операций вместе с Басти и Долоховым, и у меня еле хватает сил, чтобы доползти до кровати и мгновенно провалиться в сон. Я умею отгораживаться от мыслей и душевных страданий. Не думаю о Беллатрикс. Но каждой клеточкой ощущаю её присутствие на собраниях, операциях и в кровати. Почему я не могу заставить это пройти?.. * * * Все кончилось. Теперь остаётся дождаться конца суда, и нас приговорят к Поцелую дементора. Тогда уже все закончится, совсем. Вот оно, последнее… - Кто за то, что бы приговорить чету Лестрейнджей к Поцелую дементора, поднимите руки! – произнёс чернокожий мужчина. Все в зале подняли руки. – Единогласно. А вот я шепчу стоящей возле меня жене на ухо: - Белла… Я люблю тебя. Всегда любил. Прости, что не смог защитить тебя… Беллатрикс вздрагивает потрясенно, оборачивается: - Что? К нам уже подлетели дементоры. Моего мира больше нет – вокруг спасительная тьма... и тишина.