***
Прошел день, а может два, а может месяц или год, да кто его теперь поймет. Все на той же кровати с продавленным матрасом лежат Сметана и Чубасов. Сметанин лежал на расслабоне, а Чубасов уткнулся лицом в его дружка-пирожка по имени Яся, издавая странные звуки: «прфффф…» Сметана нежно гладил его по головке с блаженной улыбкой на***
Наступил тот самый долгожданный день, Сметана уже сидел за столиком в ресторане в пиджаке и галстуке, уложив гелем волосы. Тут дверь резко распахнулась, и модельной походкой, на черных Лабутенах, с красными ногтями, в коротком кроваво-красном платье с поролоновыми сиськами, в пышном каштановом парике и с вечерним макияжем, в помещение входит Чубасов. Он медленно, но уверенно приближается к Сметане. Все официанты восхищенно вылупились на него. Сметана встал, и как пооолный джентельмен, отодвинул стул, чтобы Чубасов сел. И как только Туалетик усадил свою попку, Сметана нежно шепнул ему на ухо: — Ты меня заводишь. — Заткнись, твою мать. — прошипел Туалетик. Сметана лишь ухмыльнулся и сел за столик.***
Пока наши голубки элегантно поглощали мраморное мясо с фуагрой, запивая все это красным вином, в ресторан по случайному случаю ввалились вечно обдолбанные тельца. Они заметили Сметану и покатились куча малой к его столику. — Ага! что, Чубасову изменяешь? — проорали они. И тут одно из обдолбанных тельц умудрилось повернуть голову в сторону нашего***
А за соседним столиком, бухие в говнину, сидели две маньячки-фетишистки и чокались бокалами с шампанским со словами: — Сука, за геев!