Эффект Массы. Путь полусинтетика

В большом доке, занятом сейчас серебристо синим фрегатом «Наямура», стояли пять человек и выслушивали нещадную брань своего командира. - То есть как это не можете найти? Я же сказал не спускать глаз со Сверловой. Вы что, совсем распоясались? - Господин контр-адмирал, сэр, мы следили, но эта сволочь, вдруг что то углядев в инструметроне, вскинула глаза, что-то пробурчала и в доли мгновений куда то испарилась. А через миг охрана доложила что видела её в самом доке. Мы пытались… - пытался оправдаться один из солдат, но от него лишь отмахнулись. Таркаев смотрел на всё это пытаясь не ржать от дебилизма происходящего. Толпа кретинов не смогла уследить за бабой. Даже нет, девкой, ну не цирк? И тут командора привлек легкий скрежет, он повернулся. Справа часть казалось бы глухой обшивки дока отъехала в сторону и оттуда высунулись чьи то ноги. Таркаев выпучил глаза, кашлянул привлекая внимания Кахоку и кивнул в сторону зрелища. Тот резко развернулся и как то обреченно вздохнул. Меж тем из квадратного небольшого проёма кто-то вылазил ногами вперёд, причем довольно быстро. Вот показалась тощая попа, потом тонкая талия и наконец вся фигура среднего роста девчонки, усиленно что-то вытаскивающая из проёма, тихо ругающаяся и ничего не замечающая. На это зрелище кстати потихоньку собрался народ. Подтянулись друзья-капитаны Таркаева, работники дока и наконец и сам начальник станции. Девчонка же что-то пыталась вытащить, ни на кого не обращая внимания. Кахоку быстро подошел ближе и только открыл рот для ругани, как к его ногам вылетел ящик, выкинутый таки из проёма девчонкой. Он перекатился с боку на бок, раскрылся и оттуда выпали две штурмовые винтовки непонятной конструкции. Тут же подскочил и начальник станции. - Контр-адмирал, сэр, я не знаю что происходит, но это ведь ваша подчиненная? Вам не кажется что оружию не место в стене моей станции.? Какого черта она…. – визгливо вскрикнул полковник Гаврилов. Кахоку обернулся для резкого ответа, но тут все застыли. Из проема оказалось выброшено чье то тело. Полускелет существа в порванной броне. Причем череп зиял четырьмя глазницами. Новый рывок девчушки и из проема вылетел ещё один контейнер. Пустой, но судя по виду как раз из под брони. Девчонка же по пояс залезла обратно в стену, и вытянула оттуда сначала ещё один череп, а потом уже что-то прямоугольное. Откинула крышку, отодвинула пару панелей и все замерли боясь шелохнуться. Это была термальная бомба, сделанная из боеголовки устаревшей батарианской ракеты ХТ-340С, с неизвестным активирующим устройством. Судя по слою пыли, пролежала там эта милая вещица не один день. Девчушка же быстро что-то там пощелкала, сверкнул электрический разряд и часть бомбы было отложена в сторону. А сама девчонка полезла обратно в проём. Все стояли замерев и не зная что делать. Таркаев отмер первым и по связи срочно вызвал сюда своих ребят. - Асманбетов, бери пятерых и рысью в пятый док. Снаряжение для обезвреживания и переноса опасных устройств возьми. Тут кое-кто вытащил из стены нашей дорогой станции пыльную, но работоспособную боеголовку от ХТ-340С. - Вот шайтан, вас понял, командор, выполняю – раздался резкий голос. И через несколько минут в зал вбежало шестеро человек в полном вооружении. Первым бежал мужчина двухметрового роста, в полуоткрытом шлеме и с восточно-земным лицом, что бросало в дрожь, одним взглядом горящих глаз. Он увидел толпу, шевеление у проёма и пыльный страшный аппарат. Резко остановился, перейдя на шаг на цыпочках. Таркаев обернулся, указал на бомбу и отсоединенный детонатор. Показал пару знаков. Командир отделения кивнул и прошептал: - Ладьев, на тебе бомба. Соболев, детонатор. Закаев, проверь скелет и ящички. Джамалов, охрана. Хачатрян, ты со мной, проверим эту дыру в стене. Все кивнули и быстро распределились по местам. Но не успел Асманбетов подойти и наклониться к проёму, как оттуда звякая что-то выпало, и раздалось тихое «Упс». Сказать что побелели все в доке, значит не сказать ничего. Асманбетов сглотнул и скосил глаза на объект. Тот попискивал, но взрываться не собирался. Мужчина ткнул подчиненного в бок. Хачатрян наклонился, осмотрел и прошептал – Что то вроде передатчика, и устройства взлома в одном корпусе. Разбитое порядком. Причем не сейчас, а давно. Оно тут пролежало годиков так пять-шесть, судя по виду вон тех плат. Убедившись, что опасность миновала, голос подал Ладьев - Бомба работоспособна, но безопасна. Видны следы переделки, в частности какая то защита от сканирования, но детонатор отсоединен. И да, эта хрень тут так же лет пять валялась. Вот только недавно почти активирована была. Больше сказать не могу. - Детонатор самодельный, но довольно хитрый. Тоже есть защита от сканирования. Но недавно почему то был активирован. Я бы сказал, сработала защита от обезвреживания, перегорела часть плат и система защиты принудительно пустила отсчет. Судя по следам, он подвергся высокой температуре, это и было причиной активации. Обезврежен же довольно искусно. Все контакты перепаяны, а потом уже пущен блокирующий разряд. Мои комплименты саперу, за сноровку и обнаружение. Кстати судя по отсчету прошло уже шесть из семи часов на таймере – сказал Соболев утирая лоб. - Твою мать, в соседнем доке обшивку стен меняют. Там авария в своё время была, но мелкий ремонт справился. А недавно засбоила проводка, и сегодня решили отдирать плазменным резаком обшивку и менять. Вот – сглотнув пролепетал Гаврилов. - Эта авария не лет шесть назад была? А то этот батарианец лет шесть там и пролежал дохлым, судя по состоянию брони и датам её выпуска. - Веселые дела у вас тут творятся полковник. Это что-же у вас шесть лет пролежала в стене бомба, сегодня активировалась от ремонтных работ, а вы не в курсе? – сказал Кахоку, в ярости оборачиваясь к побелевшему начальнику станции и тут в проеме снова что-то заскрежетало и оттуда вывалился скелет без головы. - Твою мать. Ну кто там такой шустрый? Я чуть Кондратия не обнял. Думал, новая бомбочка вывалится – пробормотал Ладьев, когда все снова замерли. Потом что-то прошуршало и ногами вперёд из проёма вылезла девичья фигурка, с ног до головы покрытая пылью, чихнула, в секунду заделала проём, проведя неизвестно откуда взятым микро сварочным аппаратом и встав, развернулась ко всем лицом. Посмотрела на толпу, оружие у людей, что-то проворочала, вздохнула и буркнула – Здравия желаю. А я тут вот нашла кое-что. Контр-адмирал, а зачем в стены станций Альянса вмуровывают батарианские бомбы и самих батарианцев? Опасное наказание, оно тем более активировано было. Я сломала бомбу, простите. Но если надо починю. - Нет, не надо бомбу чинить – икнул Кахоку. Девчушка почесала затылок и кивнула: - Слушаюсь – после чего постояла немного навытяжку, но уже через миг заметила сигнал своего инструметрона и стала водить головой туда сюда. При этом её синие глаза вспыхнули и испустили несколько пучков голубого света ставших обшаривать всё вокруг. Люди замерли. Судя по поднявшимся дыбом волосам Гаврилова, он представил как девушка сейчас кинется к другой стене и достанет оттуда новую бомбу. - Больше ничего такого нет – еле слышно прошептала она, гася глаза, вызвав облегченный вздох у всех в доке. - Мда. Девочка, ты что за чудо невиданное? – только и вымолвил Асманбетов. - Ваша новая коллега – вздохнул Кахоку и солдаты увидев вышедшего вперёд контр-адмирала вытянулись по стойке смирно. - Курсант Сверлова, вы поступаете в распоряжение командора Таркаева, и будете в составе его экипажа. Девушка бросила взгляд на нового своего командира и кивнула - Слушаюсь, сэр. - Командор Таркаев, прошу заберите вашу новую подчиненную на борт, а потом подойти к моему старпому за документами на неё. Мне тут оказывается ещё и расследование проводить теперь – взъерошил контр-адмирал волосы и посмотрел на Руслана. Тот в тихом шоке осмотрев стоявшую спокойно девушку, обернулся в начальнику и козырнул – Слушаюсь, сэр. Сержант Асманбетов, отнесите эту всю хрень на склад, потом возьмите с борта «Наямуры» личные вещи нашего нового члена экипажа и проводите её на «Горного орла». - Вас понял, сэр – козырнул сержант и кивнул своим – Грузите эту дрянь. А ты, девочка, пойдешь с нами – сказал он и усмехнулся, разглядывая девчонку. Она была худощавой, правда с хорошо заметной грудью, но вот бедра подкачать бы не помешало. Глаза девчонки были явно искусственными. На месте бровей были стального цвета тонкие пластины. Под правым глазом было что то вроде импланта в форме разломанной половинки шестеренки зубьями к глазу. Зубы сквозь неплотно сжатые тонкие губы тоже казались искусственными, хотя и были белыми. На висках, также были заметны небольшие импланты, в форме скошенных ромбов с какими то лампочками на них. Самым же странным казались ногти девушки. Длинные, заостренные, явно металлического вида. Девушка как раз что-то делала со своим инструметроном и пара ногтей образовывала электрическую дугу. «Да, такими ноготочками, да по морде, и лицо если не разрежется, то под молнией обуглится. Она что киборг?» - подумал сержант, но потом заметил на запястьях девушки въевшиеся следы от хорошо знакомой дряни. «Кандалы, как у батарианских работорговцев, вот шайтан. И судя по следам они врастали ей в кожу, не один год, пока их не сняли. Она что бывшая рабыня этих выродков? Вот же ж. Не повезло девке». Но девушка в свою очередь осмотрев солдат и бровью не повела, спокойно встав рядом с ними. «Точно киборг, вообще ни тени эмоции» - подумал сержант и стал распоряжаться упаковкой бомбы. К третьему доку, где и стоял «Горный орёл» саперы пришли только через полтора часа, готовые рвать и метать. Всё дело было в том, что отнесли то бомбу и трупы они быстро, а вот спорили с персоналом базы не один час, оформляя на них документы до умопомрачения. Потом сходили на «Наямуру» и забрали вещи девчонки. Это оказалось как раз быстро. Старпом корабля контр-адмирала быстро отдал маленький вещмешок Алексе, и списал её с довольствия. Там же они встретились с лейтенантом Ляховым, старпомом Горного орла, которому позвонил Таркаев и попросил забрать документы на девчонку и оформить перевод. Так что к своему кораблю они вышли все вместе. Коренастый верзила с пшеничного цвета волосами и обветренным лицом покрытым шрамами, бывший ко всему прочему командиром десантной группы, выслушал по пути рассказ Асманбетова и теперь с интересом разглядывал идущую позади всех девчонку. Он многое хотел высказать, но решил подождать захода на борт. Меж тем они подошли к пилону и уставились на Горного орла. Некогда бело-синий малый патрульный корабль, сейчас щеголял многочисленными разнородными заплатами. Крылья были покорежены и кое как наспех починены. Шлюз и то был покрыт заплатами и наваренными сверху дополнительными крепежами, исправляющими последствия прямого попадания ракеты противника. Так что в общем корабль производил впечатление разбитого корыта. Команда привычно скривилась и дружно покосилась на девчонку, ожидая её реакции. Ещё бы, по сравнению с блестящей новенькой «Наямурой» этот корабль выглядел развалюхой. - Ну вот и наш «Горный орёл». Кривоват, местами дыряв, местами проржавевший, но это и есть реалии Альянса. Не всё так красиво как на зазывных агитках. Так что деточка поздравляю с попаданием в задницу, а не в милую сказку, о которой ты… - начал скривившись Ляхов, привычную речь по крушению идеалов новобранцев, но запнулся, увидев улыбку на лице девчонки. - Ты чего лыбишься, а? – вскричал он недовольно. Та не заметив вопроса, активировала свои лучи из глаз и стала водить ими по корпусу, одновременно бурча: - Многочисленные нарушения целостности конструкции. Критичные искажения жесткости. Методы проведенного ремонта не оптимальны. Намечено 17 способов исправления. Есть нарушения работы рулевых двигателей, требуется полное восстановление. Предположение о нарушении оптимальной работы щитов. Работы будет много, хорошо. Найдена проблема, с отсутствием технической документации на этот тип конструкции. Требуется запрос. Девчонка всё больше расцветая, оглядывала корабль, а солдаты начали недоуменно переглядываться. - Чего? – ошарашено брякнул Ляхов. Девчонка погасила глаза и повернулась к нему. - Лейтенант, сэр, разрешите задать вопросы? Тот ошалело кивнул. - Сколько времени займет мой перевод, когда я могу приступить к работе и можете ли вы предоставить мне доступ к документации на корабль? Мне нужны чертежи, схемы теплового и прочностного расчетов и доступ к ядру ВИ. Также у меня запрос по оставшемуся времени нахождения в доке для ремонта наружной обшивки или просьба предоставить скафандр для работы за пределами корабля. Ляхов переглянулся с остальными. Да уж. Такого ему ещё не встречалось. Нормальный новобранец по его мнению должен гоняться только из под палки, ибо склонен к долгому перекладыванию вещичек, изучению открыв рот всех помещений корабля, попыткам знакомиться со всеми и хвастовству на тему, какой он был крутой раньше, и каким наикрутейшим станет здесь. Или же нытья, что жизнь дерьмо, его никто не уважает, командиры сволочи, корабль развалюха, а вот если бы… И в таком духе. Ведь каждый новичок дико ленив, туп и бесполезен. Но чтобы рваться на работу? Это что-то новенькое. Но девчонка его мыслей не понимала и ждала ответа. Ляхов вздохнул, почесал лоб и сказал: - Ну перевод должен утвердить командор, представить тебя всей команде, тогда я внесу тебя в штатные списки, предоставлю тебе койко место, поставлю на довольствие. Потом получишь у интенданта базовое снаряжение. И лишь после этого первый приказ. Что до чертежей и иже с ними, то я в этом ни шиша не понимаю, это тебе надо к нашему главному инженеру обратиться. Но он без приказа командора и говорить то с тобой не станет. Кстати надо будет подумать с твоим койко местом. У нас всего две каюты для экипажа, и отдельной женской нет. Единственная наша женщина капрал Боева живет в переделанной каюте, где ей сделали самодельный отдельный угол с перегородками. Но тебя пихать не куда. Свободные койки только в правой каюте, но там одни мужики. А зная вашу женскую стеснительность и прочее… При каждых словах девчонка все сильнее грустнела. - Какая потеря времени. Я должна быть усердной, полезной, а не терять зря время. Это плохо. Это наказуемо – прошептала она сама себе и поежилась, потирая запястья, потом вздохнула, в лице что-то поменялось – Нет. Распорядок есть распорядок. Я солдат Альянса. Ляхов икнул, слушая её тихое бормотание. Что с этой девчонкой не так? Мысли о троллинге испарились. Он посмотрел на остальных, те пожали плечами, а Асманбетов тайком постучал по виску, мол что с ненормальной взять? - Ладно, пошли на борт. Так и быть до прихода командора внесу тебя в списки и тому подобное, а потом разберемся – сказал лейтенант в итоге. Девушка просветлела: - Слушаюсь сэр. - Становись! – гаркнул командор Таркаев строю своих подчиненных, взойдя на борт после улаживания всех дел на станции. Пятнадцать человек вытянулись по стойке смирно. Девчонка притулилась в конец строя, заслужив косые взгляды всего экипажа. Они уже успели расспросить Асманбетова, пока Ляхов шипя под нос заполнял документы, а девчонка всё это время неподвижно и молча стояла в углу рубки. - Ну что господа оболтусы, довожу до вас, что как вы уже поняли, к нам перевели новобранца, уже успевшего отличиться в пятом доке. Нехило так отличиться. Меня как-то знание того, что мы шесть часов сидели на батарианской активированной бомбе, а до этого она несколько лет была вмурована в стену, не радует ну никак. - А как эта хрень сюда попала вообще? – поинтересовался пилот, лейтенант Хвостов, по прозвищу конечно же Хвост. - Хвост, что за выкрики из строя? – нахмурился Таркаев, потом сплюнул – Я то почем знаю? Полковник Гаврилов и контр-адмирал Кахоку как раз это и пытаются выяснить. Пока ясно только что это сделали диверсанты, заброшенные сюда с целью подрыва. Но как батарианцы даже тайком пробрались на станцию Альянса, это вопрос интересный. Выяснилось одно, шесть лет назад в четвертом доке произошла авария, повредившая стенки, и укрывшихся там батаров попросту раздавило балками. Они успели только брони одеть, но ни оружие не достали, ни бомбу не включили. Хотя и собрали. Да, изучение этой хреновины показало, что её доставили по частям, и собрали на месте. Сейчас разыскивают прежнего командира базы, при котором всё это и произошло. Но это уже дело вызванных сюда безопасников, а не наше. Мы же получили приказ выдвигаться в наш «любимый» сектор и начать патрулирование. Причем советую выдвигаться в ритме бешеного веника, пока есть возможность отмазаться от вопросов безопасников. - Понял, не дурак – буркнул Хвостов. - Понял он, блин. Ладно, пошли дальше – снова сплюнул Таркаев и посмотрел на новенькую. - Кадет Сверлова, выйти из строя. Девушка послушно вышла на два шага и замерла. Таркаев пристально оглядел её с ног до головы. В спину же девушке полетели шепотки. - Ребенок. Няньчись теперь с ней. Командование сдурело совсем – раздался женский голос. - Ещё и киборг какой то. Думай теперь не перекоротит ли её – сказал кто-то из мужчин. - Угу, мало нам забот было? - Ну геморой конечно будет, но вы гляньте, титьки у девчонки ничего так, можно пощупать будет.. - Ага, если конечно в них не встроены какие-нибудь протезы. Резиновые перчатки возьми, когда щупать начнешь, а то ещё током как долбанёт – хихикнул кто-то, и со всех сторон послышались смешки. - Да и вообще до габаритов Боевой ей пока далеко, хотя это ещё сравнить надо хорошенько – хмыкнул голос пилота, и в ответ раздалось шипение. - Что ты там вякнул Хвост облезлый? Чего это тебя мои габариты заинтересовали? Давно по яйцам не получал? Что за намеки ты, урод? – прошипел яростный женский голос. - Слышь Хвост, я тебе рыло сломаю, понял? Ты охренел, на мою девушку пасть открывать, а помет шакала? - Да вы чего? Я пошутил. Ну неудачно, признаю. Но чего вы сразу всё так принимаете на свой счёт? Я ещё не сбрендил, чтобы вам дорогу переходить – перепугано пискнул пилот. - Смотри у меня Хвост. Ещё раз так пошутишь, я твои яйца и язык оторву и в шлюз выкину. - Ша, заткнулись все!!! – гаркнул командор и наступила тишина. Командор же яростно зыркнув на подчиненных, покосился на новенькую. Но у той не дрогнул и мускул на лице. Таркаев ухмыльнулся. А девчонка владеет собой неплохо. Другие на её месте или стискивали бы зубы от обиды, или сжимали кулаки. - Представься, расскажи о себе, месте обучения, навыках и специальности! – приказал он. Девушка кивнула – Слушаюсь! Курсант Алекса Сверлова. Прошла ускоренное обучение на базе Велур-17. Сдала выпускные экзамены, теперь направлена на практику. Имею сертификаты техника-ремонтника 1 разряда, техника- наладчика 2 разряда. Допущена к работе с системами жизнеобеспечения, энергоснабжения, аппаратуры связи и обшивке различных аппаратов. Есть ограниченный доступ к реакторам. Специализация: аппаратура производства Гегемонии, гетов и Альянса. Также имею сертификат программиста. Имею навыки работы в шестидесяти пяти видах языков программирования и бинарном коде, для взлома аппаратуры противника. Сертификаты, навыки и моя верность Альянсу подтверждены начальником базы, главным инженером базы, начальником научной группы разведывательного управления, представителями военной разведки, представителем контрразведки, представителями службы внутренней безопасности Альянса. Звания и фамилии подписавших засекречены. При необходимости дальнейших данных требуется форма допуска первая красная. Копии сертификатов, но без засекреченных данных, есть в моем личном деле. Девушка замолчала, а Таркаев пытался подобрать челюсть с пола. Нет, конечно Кахоку говорил, что её изучали и обучали спецслужбы, но засекретить данные первой красной формой допуска? Да она же есть, по сути, только у членов военного совета Альянса и руководителей спецслужб. Высшее звено. С его третьей желтой формой допуска нельзя даже в шутку и пофантазировать то о том, что бы узнать эту информацию. Тут же отдадут под трибунал. Команда же позади девчонки выглядела не менее ошарашенной. - А с каких пор люди с такой формой допуска принимают экзамены у простого техника? – осторожно и еле слышно спросил кто-то. - Заткнись дурень. Может пойдешь к безопасникам и разведке и сам у них спросишь? – ответили ему. - Я не настолько рехнулся. Всё, молчу. Таркаев сглотнул, взял себя в руки и скомандовал. - Хорошо. Стать в строй. Сверлова развернувшись, ушла на место. Таркаев же рыкнул: - Лейтенант Ляхов. - Я! – вышел из строя старпом. - Занести новобранца в штат, выделить снаряжение и… Старпом перебил – Разрешите? – получив кивок, продолжил – Документы уже оформлены. Осталось выделить койко-место и выдать снаряжение. Командор кивнул – Хорошо. Стать в строй. Ляхов вернулся на место, а командор вызвал другого человека. - Инженер Глебов! - Я! – вышел из строя невысокий, но плотный мужчина с заметной сединой. - Курсант Сверлова поступает в ваше распоряжение. Выделите ей место и объем работы. - Слушаюсь сэр. Разрешите первой задачей определить ремонт несущих балок в третьем отсеке? Но есть проблема. Лейтенант Ляхов мне уже рассказал что курсант просила документацию на корабль и скафандр, для работы в космосе. Документация то есть, а вот скафандр… Вы же знаете у меня их всего три, и то один на ладан дышит. Но главное её размера нет. Разве что пробовать как то доводить как раз сломанный скафандр? Но на чём и как? Командор почесал голову – Мда. Проблема. Бузонян? Черноволосый человечек с бегающими глазами вышел вперёд и развел руками. - Я бы и рад. Но вы же знаете наш уни-верстак давно уже того, сдох. Прошивка глючит, половина инструментов работает не как нужно, короче там доводить что-то бессмысленно. Вот если бы наш уважаемый инженер смог бы наконец найти время его починить, то я бы и скафандр доработал и другим ребятам брони улучшил и отремонтировал. - Я тебе говорил, что это починить невозможно? Говорил? Я тебе не фокусник – зло выкрикнул Глебов. Но тут голос подала Сверлова и вышла вперёд: - Разрешите? Какой модели уни-верстак? - РТУ-17Н – удивленно сказал Бузонян. Сверлова задумалась и сказала – Модель десятилетней давности. Знакомая конструкция. Работала с версиями 15Н, 19Н, 21Н. С батарианскими аналогами ЗВ-ТС, ЗВ-ТМ, ЗВ- ТМ2, ЗВ-ТМ5, с азарийскими УА4-9, с саларианскими СТЧ, с турианскими ИК.С-8, ИК.С-11УН. Командор, разрешите осмотреть на предмет ремонта? Таркаев крякнул - Разрешаю. Получишь снаряжение, койку, возьмешь у Глебова скафандр и можешь приступать. Потом займешься балками третьего отсека. Всё. Разойдись! Спустя пару недель командор, стоя на мостике вглядывался в бесчисленные звезды за иллюминаторами. Шло их патрулирование в вечной пустоте, и он нёс вахту, одновременно думая о всем подряд. Но особо его мысли занимала Сверлова. В первый же день она поразила всех. Но построением изумление не кончилось. Спустя всего час после вылета из дока, взволнованный Бузонян вызвал его в трюм. Командор пришел и интендант чуть не сходя с ума от возбуждения, показал не просто полностью работоспособную станцию модификации, а ещё и улучшенную. Судя по характеристикам это была уже РТУ-21Н, то бишь модель только-только начавшая поступать в войска. Сверлова даже внешний корпус верстака сменила, и лишь шильдик напоминал о том, что это было раньше семнадцатой моделью. Естественно что пораженный Бузонян первым же делом испытал верстак как раз на скафандре и вложил в его изменение и доводку всё своё мастерство, после чего Сверлова благодарно кивнув, умчалась в третий отсек. А интендант озадачил командора тем, что может наконец заняться нормальным ремонтом и улучшением всей брони экипажа. Само собой реагировать на это пришлось срочно, и уже через десять минут интендант сидел заваленный кусками брони и вовсю мучал обновленный верстак. Но был неимоверно довольным. Командор же только собрался поблагодарить Сверлову, но оказалось что та уже работает внутри переборок третьего отсека и явилась только на ужин, спустя миг слиняв оттуда снова работать, и к отбою. Четверо мужчин, не несших вахту, ехидно смотрели на безразлично раздевающуюся девчонку, но та спокойно разделась до трусов и короткой майки и легши на койку, мгновенно уснула лицом вниз. Мужчины же изумленно смотрели на спину девчонки, покрытую многочисленными шрамами, как и на следы от кандалов на запястьях. Все идеи пошутить пропали без следа. Ни у кого и язык то не повернулся предложить это. Утром же девчонки уже не было на месте. Ночная же смена доложила, что Сверлова встала за два с половиной часа до подъема, и ушла вновь в третий отсек. К завтраку Ляхов звал её минут десять, прежде чем та явилась с ног до головы перемазанная в солидоле и схватив свою порцию умчалась обратно. Через два дня не только опорные балки, но и вся проводка в третьем отсеке были как новые, и девчонка занялась ремонтом внутренних покореженных панелей стен, пола и потолка. С учетом, что именно в третьем отсеке и располагались жилые каюты и столовая, команда стала чаще видеть новенькую. Правда в основном или висящей на потолке, или не знамо как протискивающейся сквозь стены. Дальше больше. Она наладила такие необходимые вещи как кондиционеры, вентиляцию и водоснабжение, заслужив одобрение всей команды. А потом по приказу Глебова была отправлена в ангар. И десант с удивлением узнал, что челноки теперь не надо сажать на пол отсека, ибо рельсовые крепления на потолке снова работают, а кроме того скорость работы дверей ангара увеличилась в пять раз. Глебов готов был молиться на девчонку, ибо та радостно хваталась за любую даже самую сложную работу и почти всегда одерживала успех, ну или предлагала идеи как обойти проблему. Например, когда ей поручили починить рулевые двигатели, вышедшие из строя после попадания в неотмеченный на картах метеоритный поток, она не смогла восстановить шарниры и тяги, разрушенные полностью, но вместо этого посовещавшись с Глебовым соорудила новые, принципиально другой конструкции и написала для них программу управления. Хвост сначала ругавшийся на чем свет стоит за самовольство девчонки, потом с удивлением обнаружил, что с новыми креплениями маневренность увеличилась, за счет большего угла поворота малых двигателей и главное быстрее работающих тяг. Глебов до этого наблюдавший за подавленной девчонкой, думающей, что та ошиблась, после признания Хвоста об улучшившихся характеристиках, торжествующе материл его минут двадцать, а потом написал проект авторской заявки с новой конструкцией и отправил её в службу патентов, вписав туда имя своей подчиненной и своё как руководителя. И заявку приняли. Более того патент получили почти сразу, так что Глебов уже видел в мечтах вознаграждение за патент. Посчитав на пальцах, почесав голову и посмотрев вокруг, инженер бросился оформлять всё подряд: любые конструкторские предложения Сверловой и методы её ремонта. Таркаев только матерился на его метания, мол время теряешь, но в глубине души просто завидовал, за патенты платили неплохо, и прощелыга инженер эдак получит по возвращению вознаграждение по более чем у него, капитана корабля. Правда был момент когда Глебов запнулся о бюрократию чиновников, дав повод всей команде позлорадствовать, но тут влез Бузонян. Хитрый армянин не мог спокойно смотреть на происходящее и предложил свою помощь. Точнее помощь многочисленной родни. У какого армянина нет тьмы родственников? Да чины не высокие, но могущие чуть побыстрее протолкнуть нужную бумажку и не дать ей потеряться. Глебов ругался с интендантом и по совместительству настройщиком брони и вооружения сутки. Ибо инженера душила жаба. Выход предложила сама Сверлова, откопав в трюме ещё один верстак, который оба специалиста кроме как ржавым куском мусора и не называли, и к всеобщему удивлению не только починив, а и переделав его в станцию модернизации оружия. Причем не из разряда прилепи прицел, подствольный гранатомёт и глушитель, а чуть не измени половину конструкции на свой вкус. Бузонян первый раз на памяти экипажа упал в обморок, а придя в себя, чуть не расцеловал девчонку и переглянувшись с Глебовым забросал ту вопросами и идеями. В итоге аппарат переделывался раз пять, но конечный вариант троица отправила на патентование. Бузонян с помощью многочисленной родни протолкал ту на рассмотрение побыстрее и стал одним из трёх авторов аппарата, какого ещё не было в Альянсе. Стоило ли говорить, что после такого и инженер и интендант в девчонке души не чаяли, и стали опекать. Так что если у кого ещё и оставались идеи пошутить над новенькой или зло бросить вслед оскорбление, то теперь это было опасно. Ибо в ответ был велик шанс отправиться десантникам, как самым ярым издевщикам, на задание не в броне и с хорошей винтовкой, а в одних трусах и с палкой в руке. Бузонян шуток не понимал, и мстить умел жестоко. А команде же интендантом был дан наказ: «Хотите модифицированное оружие или броньку? Тогда тащите мне трофеи, буду разбирать и пробовать переделывать их». Поэтому не стоит удивляться, что с ближайшего жалкого пирата, застрявшего из-за поломки и сдавшегося почти без боя, десант и инженер, которому потребовались давно потраченные Сверловой запчасти, свинтили почти всё. А потом на несчастный корабль приперлась сама Сверлова и доковыряла всё остальное, вплоть до труб канализации. Даже стойки и балки корпуса она и то умудрилась местами раскурочить и умыкнуть. Сначала все ржали над этим, а потом Таркаев узнал от инженера, что у Сверловой появилась идея тарана. И вот нос корабля украшали несколько скрытых балок и пара выступающих псевдокрыльев, дающих возможностей мордой таранить малые космические тела вроде астероидов. Хвост был счастлив, что можно теперь таиться в поясах астероидов без опаски, Таркаев и Ляхов чесали затылки, думая как менять тактики, а остальная команда просто офигевала. Лишь Сверловой было всё равно, она что-то в очередной раз чинила.