Hero of the Night

Текст в кавычках - внутренний диалог Бена (если это можно так назвать)

Моя голова наполнилась приятным гулом, как только поезд рушил. Легкое покачивание успокаивает, и мысли становятся все более легкими и воздушными. Пейзаж за окном начал меняться, после большого ночного Бирмингема и его окраин начались холмистые долины, на которых располагаются одинокие домики вместе с такими же одинокими фонарями. Я поднимаю взгляд на небо, и замечаю всего несколько тусклых звезд, которые пробились сквозь густую завесу тяжелых осенних туч. Поставив гитару возле себя на соседнее кресло и вынув с небольшой дорожной сумки айпод, я лениво засовываю наушники в уши и прислоняюсь лбом к стеклу. Внимательно изучаю каждый кусочек пейзажа, который так резко меняется за окном, как вдруг меня охватывает чувство счастья – будто бы все так, как и должно было быть. Я должен был бросить неплохую работу, ведь она мне не приносила удовольствия. Я должен был бросить Ребекку, ведь с ней я не был счастлив. Я должен был бросить Бирмингем, пусть этот город и служил мне домом довольно долгое время. Да и, наверное, не стал этот город для меня домом, ведь я постоянно ощущал тоску. Тоску по дому. Тоску по тому месту, в котором я бы чувствовал себя на своем месте. «В принципе, по этой же причине ты уехал из Ашфорда, хоть это и был твой настоящий дом, если так можно назвать место, в котором ты родился». «Нет, дом там, где ты счастлив». «Тогда, видимо, пока дорога является для меня единственным домом, ведь лишь когда я в пути, я преисполнен надежды и спокойствия, а именно так и должен чувствовать себя человек дома… …Наверное». Я лишь закатываю глаза в ответ на собственные размышления, и решаю, что, наверное, меня все-таки угораздило рехнуться. Часа через два пути начался холмистый лесной массив, который уютно спрятал аккуратные деревянные домики, каждый из которых располагался на своем отдельном холмике. Когда едешь в поезде и проезжаешь мимо вот таких вот мест, то думаешь, что мог бы бросить всех и все, стать отшельником и жить в изоляции от общества и его проблем. Но потом приходит осознание того, что это самообман; что легко сидеть в вагоне поезда и оценивать общую картину, восхищаться зеленью лесов, которая так греет душу. На самом деле, все не так легко, когда ты участник, а не абстрагированный наблюдатель. Именно поэтому, чтобы не разочаровываться в жизни, иногда тебе просто надо отстраниться, потому что когда ты вовлечен во что-то полностью, все становится слишком сложно. Придя к таким выводам, я решаю, что правильно сделал покинув Бирмингем. Отстранился, ушел. Если бы я этого не сделал, то рано или поздно я бы исправил свою неудачную попытку самоубийства. После этих мыслей, прошлое отошло на второй план и стало каким-то призрачным, а мозг пытался рисовать картины светлого будущего, да только ничего у него не получалось. Никогда еще будущее не казалось мне таким туманным – я понятия не имел, что меня ждет. Но где-то внутри я ощущаю, что все изменится. «Понятно, что все изменится, ты же переезжаешь». «Нет, я имею в виду, что изменится не только мир вокруг меня, но и я сам изменюсь. Точнее, кто-то изменит меня. Я не знаю почему, раньше такого не было, но сейчас меня преследует чувство, что я должен встретить кого-то…необычного». «Может, это ты просто от отчаяния и одиночества» - как бы, между прочим, пролетает мысль в моей голове. «Хочешь сказать, я накручиваю себя? Лелею пустые надежды?» «Надежда – самый большой враг человека, тебе ли не знать» - честно ответил мне мой внутренний голос, и я решаю не спорить. Еле слышно выдыхаю и снова устремляю свой взор на тускло освещенную железную дорогу, которая длинными змейками стелется впереди, с каждым сантиметром приближая меня к новой жизни.