Лизи

Как только Хиддлстон покинул квартиру, Лиз смогла вздохнуть спокойно. - Трусиха! И полная дура! - съехав по стене в ванной, девушка без сил села на пол. – Ну почему я пошла не в мудрую маму, а в идиота отца… - прикрыв лицо ладонями, Лизи на несколько минут замерла на месте, ругая себя. «Он ведь неравнодушен ко мне, это очевидно. Он был так взволнован, переживал… Даже несмотря на то, что он не должен был ничего объяснять, он потратил время, чтобы прийти и поговорить со мной. Объясниться… Господи, святой человек! Нашёл перед кем оправдываться. Передо мной. А я? Я же кормлю его фальшью, когда сама сгораю заживо от одного его взгляда. Ну, почему я его отталкиваю?.. Дура! Могла же поступить иначе. Могла показать, что он мне небезразличен», - Элизабет глубоко вздохнула, отнимая руки от лица. «Могла… Но зачем я ему? Трусиха, которая боится себя своих чувств. Которой проще спрятаться за сотнями масок. Не зря меня в актрисы взяли. Я могу сыграть кого угодно, но самой собой быть не могу. Как же я устала от этого притворства, от вечной лжи. Господи, так противно мне ещё никогда не было. Хоть утопиться в этой же ванной. И зачем я иду на эту встречу… Все будут со своими половинками. Мистер Крейг придёт с женой, Бен тоже с подругой, а я… А я - идиотка. Буду изображать радость и счастье, заливая все неприятности коктейлями», - Лиз резко поднялась, отчего немного потемнело в глазах, она постояла немного, чтобы унять головокружение и закрутила кран. «К чёрту всё! Меня уже снимать не будут. До премьеры неделя. Поедем с мамой… в Италию! Да. Почему бы и нет? В конце концов, ей отведено не так много времени…» - мысли о матери еще сильнее расстроили девушку. Мама была центром её внимания, центром ее жизни. И даже, несмотря на все отговорки миссис Блэк, Лиз всегда находила время для матери. Иногда, Джоанна пыталась вести разговоры о том, что будет после ее ухода, и Лиз тут же переводила тему. Она просто трусливо сбегала. Страх остаться одной был для неё самым ужасным ночным кошмаром. Но именно об этом и хотела поговорить с ней мать. Однажды ей это удалось, но, по-видимому, эффект пока не был достигнут. *** - Доченька, ты уже совсем большая у меня, - мягко гладя Лиз по голове, которая, как в детстве лежала у матери на коленях, начала разговор миссис Блэк. – Но ты такая хрупкая, несмотря на свое напускное безразличие и наигранное счастье. Я ведь все вижу. - Ма-а-ам, не надо, - Лизи хотела уйти, но миссис Блэк, удержала её. - Пожалуйста, послушай. Может быть, это последний серьёзный разговор между нами, - терпеливо сказала женщина. - Глупости, - возразила девушка. – Не желаю этого слышать! Врачи что-нибудь придумают. Я не отчаиваюсь, и ты не смей. - Лизи беспокойно заворочалась на своём месте. - Когда Бог решит, тогда и придёт моё время, а сейчас послушай, - приобняв дочь, продолжила Джоанна. – Я хочу, чтобы ты не боялась открываться людям. Ты же разбираешься в человеческой природе. Ты видишь то, чего не замечают другие. Так почему ты не можешь найти себе друзей, с которыми сможешь быть собой. Чего ты боишься? Лизи вздохнула, собираясь с мыслями. - Я боюсь… боюсь, что меня не примут. Кто захочет общаться с трусливой странной девчонкой, - прошептала Лиз. - Милая моя, как же у тебя занижена самооценка, - усмехнулась миссис Блэк, перебирая волосы дочери. – Наверное, я плохо тебя воспитала, - грустно добавила она. - Вовсе нет, - возразила Элизабет, присев рядом с матерью. – Ты самая лучшая мама в мире. И я не могу представить, что я буду делать без тебя, - глаза девушки вмиг наполнились слезами, которые собирались солёными дорожками устремиться по щекам. - Иди сюда, - Джоанна распахнула руки для объятий. - Мамочка, - крепко обнимая мать, сквозь слёзы прошептала Лиз, - я так тебя люблю. - Я тоже тебя люблю, детка. И поэтому хочу, чтобы в твоей жизни был кто-то, кто так же любил бы тебя вместо меня. Кто заботился бы о тебе и поддерживал,- отстранившись, Джоанна взяла в ладони лицо дочери, стирая пальцами слёзы со щёк Лизи. – Ты замечательная девочка. Особенная, - от этого слова Лиз немного нахмурилась. – Особенная не значит плохая, - поспешила объяснить миссис Блэк. – Каждый должен быть особенным. Может даже чуточку сумасшедшим, - улыбнулась женщина. – Тебя полюбят. Люди потянутся к тебе. Но ты должна открыться. Покажи себя. Я не заставляю делать это для всех. Но будь собой для тех, кто тебе небезразличен, - закончила свою речь миссис Блэк. - Я постараюсь, - благодарно прошептала Лизи, снова обнимая свою маму. *** Элизабет помнила этот разговор наизусть. И вот сейчас, она нарушает своё обещание, данное самому дорогому человеку. Всю жизнь Лизи убегала от проблем, от себя… Она презирает и ненавидит отца, так и не смогла начать общаться с ним. Мистер Блэк хотел связаться с дочерью, но потерпев множество неудачных попыток, оставил это. Лиз не хотела обременять себя друзьями. Всех, кто был в её окружении, она считала лишь знакомыми. Может, только Бен заставил её открыться чуточку больше. Когда появился Том, девушка не рассчитывала на то, что заведёт с ним знакомство. Но всё само собой получилось. Словно сама судьба указывала девушке на этого человека. И сейчас она снова струсила. Снова бежит. Неожиданно появившись на пороге родного дома, Элизабет сообщила миссис Блэк, что они едут на неделю в Италию. Джоанна, недоумевая, выслушала воодушевлённо щебечущую девушку, в глубине души понимая, что на самом деле у её дочери снова что-то пошло не так. Потому что Лизи всегда планирует свои дела. А тут неожиданная импровизация. Но миссис Блэк молчит, не задавая вопросов. Захочет – расскажет сама. Женщина соглашается на поездку. В конце концов, кто знает, сколько продлится ремиссия. Сколько она ещё может побыть с дочерью. А ведь нужно столько ей сказать…