Как приручить человека. (О доверии, верности, вере...)

      И Тиб, и сам Даний считали, что человек, закрывающий собой легионера, выглядит несколько комично. Хотя в первый раз это было несмешно. Первый раз Дэнни сделал это, когда Тибериан встал перед старшими Ралами, ожидая их приговора. Вошедший следом Дэнни решительно шагнул вперед и вбок, оттесняя могучего воина себе за спину, закрыл его собой от своих старших, от их гнева и их суда. Тогда это был вполне осознанный жест, правильно распознанный братьями, и тяжелый разговор заглох, не начавшись.       Честно говоря, во вселенной не так много людей, которых Дэн считал всерьез опасными для своего легионера, опасными не в плане физической расправы, разумеется. Но два-три раза такие попадались, и каждый раз Даний уже бездумно, на голом рефлексе делал этот шаг вперед, закрывал собой. Тибериан потом смеялся и подтрунивал, но не протестовал.       Тиб вернулся со станции мрачный и собранный, как перед генеральным сражением, и сразу вызвал в кают-компанию всех троих близнецов. — Я видел одного из братьев. — Другого легионера? — переспросил Лем. — Брата! — с нажимом повторил Тиб. — Легионера с лицом Зо Сахаала, без видимых мутаций, в броне без опознавательных знаков. Он был в шлеме, я — без, он, видимо, успел хорошо меня рассмотреть, потом подошел и снял шлем, чтобы я тоже увидел его. Поприветствовал, как воина другого легиона, больше ничего не сказал, просто ушел. — Значит, Сахаал здесь, — скривился Дэнни — И не питает вражды, как и было предсказано, — кивнул Рал. — Иначе бы его клон вел себя по-другому. Предполагаю, что он скоро с нами свяжется.       Рал был прав, как всегда. Зо Сахаал действительно был спокоен и даже дружелюбен, сказал, что считает самовольно взятую близнецами долю справедливой и хотел бы встретиться: просто поговорить, возможно — найти общие интересы на будущее. «Со мной будет один человек» — предупредил он мимоходом. Личность человека не вызывала сомнений: «младший из белых людей, что был создан вопреки воле старших…» и далее по тексту. Одного этого было достаточно, чтобы согласиться на встречу.       Разумеется, Тибериан немедленно начал лезть на стенку. И разумеется, он отказался ждать на корабле в то время, когда его беззащитные люди отправятся на встречу с легионером-мутантом.       Зо Сахаал изменился незначительно, только окутавшая его аура скверны стала намного тяжелее, почти осязаемой. Человек рядом с ним был облачен в белую с серебром броню, а на нагруднике нес тёмно-синюю ностраманскую руну — личный знак Сахаала. Руну — это было видно — начертанную намного позже прочих орнаментов, возможно, краска даже еще не высохла до конца. — Право собственности заявил, напоказ… — зло процедил в вокс Тибериан. Шлем он предусмотрительно не снимал, не желая показывать лицо врагу.       Двое подошли и остановились, Зо Сахаал сразу же поднял лицевой щиток, но Тиб не спешил ответить ему взаимной любезностью. Несколько секунд все стояли молча, разглядывая друг друга — человек и искаженный Варпом легионер с одной стороны; трое людей и легионер без Легиона — с другой. Молчание нарушил младший из беловолосых. — Мне не хватало вас, братья, — тихо сказал он и шагнул навстречу. Шагнул вперед и чуть вбок, неуловимо выпрямляясь и каменея спиной. Замер между своими старшими копиями и подчеркнуто не мешающим встрече братьев Зо Сахаалом. Закрыл. — Вот, значит, как оно выглядит со стороны! — без иронии протянул Тиб.       Хорошо понимать собеседника, как себя. Рал кивнул, Даний согласно улыбнулся. Никто из присутствующих не будет действовать во вред Зо Сахаалу. Остальное обсуждаемо.