На своей стороне

— Дэн, да ты садись, чего ты там стоишь? Тут возни не на один час. — Бритый налысо парень подтянул к себе сразу два развёрнутых вирт-окна. — Будем с твоими показателями сравнивать. Ты у нас эталон. Рыжий, убедившись, что семёрка бдит, отошёл от модуля с киборгом, подошел к столу и с интересом уставился на непонятные графики. Бритый тут же ткнул рукой в ближайший: — О! Вот и картинка пошла. Похоже, Королёв не ошибся. Везучий, чёрт. Хотя, пока похуже чем у тебя, ставлю лет на двенадцать-тринадцать, не больше. Видишь этот показатель? — Да ладно тебе, Питер, — не согласилась девушка с круглым лицом, густо усыпанным веснушками и смешно изломанными домиком бровями. — Что там на первых пяти минутах понять можно? А потом, Королёв просил полный протокол, вот и не филонь, делай всю картинку. — Ладно, ладно, — недовольно буркнул бритый, разворачивая еще два экрана и толкая их к напарнику. — Миха, займись, а то мы до утра тут просидим. Не, Дэн, ты только глянь какая кривая! Ну красота же! Совсем пацан, но явно разумный. Да я готов съесть свой ботинок, если я не прав! — Он синтетический. — Дэн с сомнением посмотрел на обувь Питера. — Его сложно съесть. Не переварится. — Он шутит, Дэн. — Девушка подошла к парням и заглянула через плечо киборга. — Для начала очень неплохие показатели, только уж очень кривая скачет. Миша! Сидящий в отдалении парень задумчиво кивнул, продолжая что-то строчить в планшет и не отвлекаясь на радостные вопли приятеля. Потом, под сердитым взглядом девушки, вздохнул и, отложив планшет в сторону, подкатился к столу. Внимательно посмотрел в экран, нахмурился и увеличил картинку. — Странно… Я думал corpus amygdaloideum киборгам в первую очередь отключают… Что-то я раньше такой активности не видел… — Парень еще сильнее увеличил картинку. — Народ, я, конечно, могу ошибаться, но, похоже, у нашего пациента паническая атака. Самая натуральная, нам на лекциях такую показывали. Лариса Павловна, вы не посмотрите? — Конечно, Мишенька! — Невысокая женщина бодро пробежала через всю комнату, всмотрелась в экран и всплеснула пухлыми руками: — Ож ты ёшкин кот! Питер, отключай сканер! Ну, быстрее же! — А как же сканирование? Мало ж данных? — Питер, отключай сейчас же! — Обломался Королёву полный протокол, — протянул бритый, тыкая пальцем в пиктограммы на экране. — Две минуты — и можно открывать. Кир слышал приглушённые голоса людей, но не понимал, что они говорят, только почувствовал, как ослабли фиксаторы и его ухватили за плечи, усаживая. — Посади, его, Дэнечка… Да, вот так… Мальчики, сделайте ему попить… — Лариса Павловна, вам лучше отойти, на всякий случай. Я сам всё сделаю. — Ну какой такой всякий случай, Дэнечка? Напугали мальчика. Ну совсем белый! — Лариса Павловна, это может быть опасно. Голоса были далеко, как будто люди вышли из комнаты и разговаривали в коридоре, за толстой стенкой. Кир почувствовал, как кто-то погладил его по голове, а потом в руки сунули стакан. Он послушно глотнул воду и закашлялся. Глотать почему-то тоже не получалось. — Ну, всё, малыш, всё закончилось уже, попей немножко. — Чья-то рука легонько постучала по спине, а потом у него отобрали кажется уже пустой стакан. — Вот и хорошо, вот и умничка. — Странная реакция, ни разу такой не видел. Может, сканер врёт? Чего он так напугался-то? — Это страшно. — Ну, у тебя такой реакции не было, да и у других тоже. — Может, вы не проверяли? — Тебя по полному протоколу почти три часа гоняли. Ну, нервничал, конечно, но никакого экстрима. А у этого… ты глянь на зрачки, радужки почти нет. Во парня штормит! — У меня было время подготовиться, я с вечера знал, но всё равно было страшно. А другие… может, они маленькие? — Господи, что ж ты тогда не сказал, что страшно? — Сказать еще страшнее. — Вот жеж глупые дети! Ну нельзя же так! Малыш, ты слышишь меня? Кир видел перед собой женщину, она махала у него перед лицом рукой и что-то говорила. Но к кому она обращалась так и не понял. Не понял он и почему они открыли модуль. И почему еще не отдали приказ. И рыжая шестерка зачем-то держит его за плечи. Он что, не понимает, что Кир поломался? Совсем. Он шевелиться не может. — Малыш, солнышко, посмотри на меня… Ты как себя чувствуешь? Система, наконец, поняла, что лицо с правом управления чего-то от нее хочет, и доложила, что она, система, функционирует в пределах нормы. — Нет, так не получится. Дэнечка, уводи его отсюда. Тут для него, похоже, слишком травмирующая обстановка, он тут в себя не придёт. И, наверное, надо кого-нибудь из кураторов позвать. Королёв-то куда делся? Что он там себе думает? — Он к Валентин Михайловичу ушёл. Я отведу пока в комнату, мне кажется… ему сейчас лучше без людей остаться. — Только надо последить за ним. Как бы чего не случилось, боюсь я что-то его одного оставлять. Надо бы всё-таки позвать кого-нибудь… или к медикам сразу отвести? — Я прослежу, Лариса Павловна, не волнуйтесь. Лучше ему одному, поверьте. — Ну, смотри, Дэнечка, — с сомнением протянула женщина и шагнула назад, отпуская руку Кира. Та безвольно упала на колени и осталась там лежать. Кир не понял, как он встал, и не запомнил, как они дошли до комнаты, просто в какой-то момент рыжий остановился и открыл дверь, пропуская вперед. — Тебе нужна помощь? Я могу остаться. — Система функционирует в пределах нормы. Помощь не требуется. Если бы Кир сейчас мог радоваться, он бы обрадовался, что у него есть процессор, и он может отвечать, не привлекая к этому нудному процессу самого Кира. Но он сейчас не мог не то что радоваться — он не мог толком понять, о чем его спросил рыжий. Пережитый ужас не отступал, вцепившись мертвой хваткой, он застрял колючим ежом в горле, мешая дышать и думать. — Слушай, ты зря так… — неожиданно перешёл на «человеческую» речь рыжий. — Я тут уже два месяца и здесь безопасно, я тоже сначала не верил. Ты неправильно понимаешь, они тебе ничего не сделают. Ну, хочешь, я позову хозяина, он объяснит? Вот чего Кир точно не хотел, так это того, чтобы им заинтересовался хозяин. Он вообще больше всего сейчас хотел оказаться на армейской базе, на минном поле, под вражеским огнем, один на один против андроида — где угодно, только не здесь. Он ни разу в жизни не испытывал такой беспросветный парализующий страх, такую беспомощность, такое отчаянное бессилие. И самое страшное — он не понимал, что с ним происходит, и от этого было в тысячу раз хуже. — Нет, — выдавил из себя Кир, с ужасом понимая, что рыжий сейчас притащит сюда людей. Год назад он был с группой на очередном задании. В какой момент всё пошло не так, и они из охотников превратились в дичь, он не помнил. Зато в памяти хорошо сохранилось, как они бежали по горному массиву почти десять часов, пытаясь оторваться от преследователей, а те хладнокровно гнали их прямо в ловушку. Загнали, и другого выхода, кроме как драться, уже не оставалось. Но то ли их планировали взять живыми, то ли те, другие, идентифицируемые системой как «чужие», были не готовы к тому, что в группе киборг, но они смогли отбиться. Замученные люди тогда дрались с отчаяньем обреченных, а Кир хорошо понимал: его точно живым брать не будут, вражеский киборг — это как граната с сорванной чекой, уничтожают в первую очередь. И был благодарен командиру за отданный приказ «Ресурсы на защиту личного состава не трать. Приоритетная задача — уничтожение противника». Тогда из пятнадцати человек в живых осталось четверо, комбинезон киборга можно было отжимать от крови, своей и чужой, а весь мир пропах приторной смесью смерти и чистого озона. Но они выжили. И Кир навсегда запомнил простую истину: всегда есть шанс. Даже если за спиной обрыв, а с трех сторон враги. Даже если тех в три раза больше. Даже если сам воздух вскипает от плазмы: не думай, бей, и может так случится, что именно твой удар станет последним. Сейчас враг тоже был, только шанса не было. Но даже это не важно, что нет шанса, от броска его удерживало совсем другое: у него закончились все силы. Люди оказались сильнее. — Ладно, — покладисто согласился рыжий. — На столе пакет с вещами. Сходи в душ, стандартная санитарная обработка. Потом надень вещи из пакета. Через полтора часа я приду и отведу тебя на ужин, пока можешь отдыхать. Комнату покидать запрещено. Если вдруг что-то понадобится — кинь мне сообщение. Кир молча дождался, пока за рыжим захлопнется дверь, стянул с себя комбинезон и потянул за ручку, складывая в гармошку дверь в углу. Комната была совсем маленькая: душевая капсула, раковина, зеркало, унитаз, окошко пневмодоставки в прачечную и большое ярко-розовое полотенце на вешалке. Камеры не было. Киборг аккуратно закрыл за собой дверь, опустился на теплый пол, подтянул коленки к подбородку и тихо, на грани слышимости, заскулил.