На своей стороне

Его ждали в камере Майкла. Тор занял место у терминала, Санни с Джеком сидели на кровати, Грым привычно торчал в углу, занимая сразу четверть комнаты, а сам хозяин камеры стоял у окна. С появлением Кира свободное пространство закончилось. — Что-то нам не везет, — поморщился Майкл, кивнув на окно. — Взлететь не сможем? — Кир тоже посмотрел на улицу, но ничего не увидел: метель буянила уже вторые сутки, радуя обитателей тюрьмы тоскливым завыванием ветра и белой непроглядной пеленой за окном. — Да вот ещё, — оскорбился Санни. — Я откуда хочешь взлечу! А вот ты дойдёшь? Кир молча вытащил из кармана балаклаву — ещё с прошлой смены сдавать не стал — и подбросил её на ладони, намекая, что предположение было на редкость глупое. Да и другого плана всё равно не было: они долго прикидывали, как успеть добежать до дежурки, не столкнувшись в коридорах с семёрками, но так ничего и не придумали, пришлось остановиться на самом фантастическом варианте. — Тебе раздевалку открыть? — поинтересовался Тор, не оглядываясь. — Нет, так пойду, — отмахнулся Кир. Черные джинсы и водолазка на маскировочный костюм в условиях Летума не тянули, но были явно удобнее негнущейся верхней одежды. Майкл окинул Кира быстрым взглядом, но спорить не стал, предоставив киборгу решать самому, зато кивнул Джеку, и тот вытащил из-под кровати небольшую спортивную сумку. — Выбирай. Кир просканировал сумку и, недоверчиво хмыкнув, опустился на корточки. — Прости, бластеров нет, — негромко обронил Майкл, наблюдая, как Кир взвешивает на руке стальной кастет, усыпанный мелкими, пару миллиметров высотой, шипами. — Станнеров тоже. Как-то не завезли. Бросив кастет в сумку (голову он может и рукой проломить, человеческие игрушки), Кир выдернул из сумки сразу три ножа. Крутанул каждый на ладони и один отправил обратно. И поднялся. — И всё? — удивился Санни. — Хватит. — Кир прицепил ножны к поясу и резко натянул балаклаву. — Ну что, я пошёл? Майкл никаких напутственных речей толкать не стал, только коротко кивнул, зато Тор стукнул себя кулаком в плечо, изобразив максимально героический вид. А потом серьезно добавил: — Время пошло. Кир выскочил в коридор и легко побежал, не оглядываясь и не сожалея: он принял решение, и если звезды сложатся правильно, то через несколько часов они уже будут в соседнем секторе. А там их встретят, и начнётся совсем другая жизнь. Может, она будет хуже, а может и лучше, но это та жизнь, в которой он собирался, наконец, быть по-настоящему свободным. Новое имя — Майкл обещал другие документы, — потом какая-нибудь отдалённая планета. Найти работу и просто жить. Самое главное, чтобы сейчас Тор дверь открыл. Ветер ударил в лицо, заставляя шагнуть назад, под защиту стен, и Кир прищурился: да, когда он тащил лейтенанта, метели, похоже, не было, так, легкий снежок сыпал, сегодня мог бы и не дотащить. Но с другой стороны, Майкл ошибался, погода играла на их стороне: бегающий прожектор только слепил наблюдающих, превращая кружащий снег в непроглядное молоко, а в тени и вовсе ничего не видно. Да и не ждут нападения с улицы в такую погоду — человек и десяти метров не пройдёт, потеряет ориентацию и с ветром бороться не сможет. А к самостоятельным киборгам тут пока не привыкли. На первый взгляд уловить зависимость в частоте пробегающих лучей было невозможно, но у Кира были почти месяц наблюдений и педантичность процессора, чтобы всё-таки найти закономерность и её записать. Самое главное не попасть в перекрестье. Кир выждал минуту, выясняя в каком месте алгоритма он находится, и прыгнул в темноту, скользя за убегающим лучом. Снег тут же закрутил, сбивая с толку, и Кир закрыл глаза: сейчас на человека надежды нет, работать должен киборг. Следующий луч уже догонял, но Кир бежал, зная, что у него в запасе еще десять секунд. А потом бросился вбок и упал, зарываясь в сугроб: снег на территории тюрьмы обычно не убирали — море и то вычерпывать эффективнее, но иногда, когда сугробы начинали закрывать окна или намертво засыпало двери, всё-таки проезжал автоматический уборщик. До этого, правда, доходило редко — ветер не дремал, поддерживая баланс и не давая зданию превратиться в один большой сугроб. На то, чтобы с головой уйти в снег, ушла ценная секунда, зато равнодушный луч скользнул мимо, не распознав изменение ландшафта. Кир выждал ещё две секунды, вскочил и тут же забалансировал на границе темноты и света — прожектор резко затормозил, предлагая человеку сделать ошибку и со всего размаха влететь в освещённый участок. Хорошо всё-таки, что осталась армейская прошивка: здесь не только человек не пройдет, но и гражданский киборг может не справиться. А его система отрабатывала чётко, признав территорию враждебной. На весь путь было заложено пятнадцать минут. Кир уложился в восемь. Они, понимая, что связи не будет, рассчитали время по секундам, и сейчас рисковали обе стороны. Если Тор не врубит вовремя тревогу, то Кир, вломившись в дежурку, подставится по полной программе. А если по какой-то причине он не сможет нейтрализовать людей, то вряд ли Тора, а заодно и остальных, просто пожурят. План может сработать, только если все сделают, что должны. Пятачок перед входом был освещён, и Кир, не добежав метров пятнадцать, свернул вправо — там стена резко заворачивала, образуя прямой угол, и забраться на крышу сложности не представляло. Правда, удержаться на покатой, обледенелой кровле было задачей нетривиальной, но система тут же выбрала правильный угол наклона тела, смещая центр тяжести. На широкий козырёк намело приличный сугроб, но Кир ещё немного подгрёб с крыши, увеличивая запасы. А потом спрыгнул вниз, увлекая за собой снежное облако и надеясь, что оно надёжно закроет камеру на пару секунд, а больше ему и не надо. Сенсор на ладонь киборга среагировал благосклонно, распознав отпечатки из базы данных. Кир распластался по двери, отстраненно порадовавшись, что не стал морочиться с поиском белой одежды — в такой пурге он вполне сливался с чёрной дверью, главное руки спрятать. А затем скользнул в образовавшуюся щель, не став дожидаться, пока дверь откроется полностью и тут же опять ударил по сенсору, закрывая обратно. Дверь, обиженно скрипнув, подчинилась. Шлюзовой отсек был совсем маленький, но зато в нём не было камеры — это Кир помнил ещё со своей прогулки — и можно было, стянув балаклаву, подышать на окоченевшие руки. Система давно усилила кровоток, но минус шестьдесят три, ледяной ветер и купание в снегу свое дело сделали, и руки откровенно замёрзли, а перчатки он специально не брал, опасаясь, что в случае необходимости не успеет их сдернуть. За второй дверью был широкий коридор, яркие лампы и панорамная камера. Там замаскироваться под окружающую природу уже не выйдет, надежда только на Тора и на то, что услышав сигнал тревоги, люди будут заняты попытками понять, что происходит, а не следить за пустым с их точки зрения коридором. На то, чтобы люди среагировали на аврал и перехватили управление искином, они отвели меньше минуты (Тор утверждал, что охрана будет тупить минут пять, но Майк согласился с Киром). И за это время Киру надо было успеть ворваться в дежурку и оттеснить людей от пульта управления. Таймер, отсчитав последние секунды, перескочил на ноль, и Кир прижал руку к сканеру, ожидая пока по ладони пробежит зелёный луч и система запросит голосовое подтверждение. Эта дверь оказалась не вреднее предыдущей и с имитацией голоса доброжелательно согласилась, начав медленно сдвигаться вправо. Слишком медленно. Кир вытащил ножи и нетерпеливо подбросил, наблюдая, как запустившийся заново отсчёт поедает драгоценные секунды и приближает то время, когда путь для Майкла и остальных окажется отрезан. Вой сирены ударил по ушам, и Кир прыгнул в образовавшийся проём, мазнув быстрым взглядом по правой стене, за которой скрывались раздевалка, санузел и маленькая кухонька. Пусто. Вся смена ожидаемо находилась в центральной комнате, пытаясь разобраться с происходящим. Заморачиваться с открыванием двери Кир не стал — это не тяжелая бронированная на входе — просто подпрыгнул, ударил и влетел в комнату вместе с дверью. Успев срисовать расположение людей заранее. Приземлился и тут же прыгнул опять, одновременно выбрасывая вперёд руки. Хруст кости под тяжелым ботинком заглушило сразу три вопля, и Кир, не выбирая, рванул на себя ближайшего охранника, одновременно закрываясь им и срывая с его пояса бластер. С момента удара по двери и захвата заложника прошло секунды четыре, но три охранника успели выхватить оружие и направить его в нужную сторону. Еще два, те, что были у пультов, были заняты торчащими из спины ножами, а один — сломанной ногой. — Оружие положить, руки за голову, лечь на пол! — заорал Кир, плотно прижимая к себе дергающийся щит. — На пол, сказал! Столько заложников им было не нужно, и уничтожить людей можно гораздо быстрее, но Кир не хотел убивать, даже ножи метнул так, чтобы нанести как можно меньше повреждений, просто нейтрализовать болью. Красный луч прорезал комнату, оплавив противоположную стену, а сунувшийся к пульту лейтенант шарахнулся в сторону. Кир его узнал, как, впрочем, и остальных, но ничего не почувствовал: знакомая смена, не знакомая — какая разница… — На пол или буду стрелять на поражение, — процедил Кир, уставившись на капитана. — Мне и парочки живых хватит. — Выполняйте, — подтвердил через минуту капитан, подчистую проиграв безмолвную дуэль и отведя взгляд. — На пол. И первым, швырнув под ноги Киру бластер, опустился на колени. — Вам как раз не надо, — остановил его Кир и, убедившись, что остальные легли и больше попыток дотянуться до пульта не предпринимают, добавил: — Откройте внутреннюю дверь. — А если не открою, — мрачно поинтересовался капитан, — то что? — Сам открою… Только мне придётся вас убить, а то следить за вами и дверью заниматься неудобно, — вежливо разъяснил Кир. — Не надо, капитан. Делайте, что говорю, и все будут жить. В конце концов, у вас же стандартный регламент? В случае захвата заложников выполняйте требования и ждите подкрепление. Так? Вот и выполняйте. Капитан, одарив Кира злобным взглядом, шагнул в сторону двери. Кир чуть сместился в сторону: так, чтоб и человек смог пройти, и коридор просматривался. И на всякий случай упёр бластер в подбородок своему персональному заложнику — просто чтобы капитан не дёргался. — Я могу оказать помощь раненым? — Капитан, выполнив требование и зафиксировав дверь в открытом положении, остановился напротив Кира. Льда в голосе офицера было столько, что сразу становилось понятно, что с куда большим удовольствием он бы пошинковал этими ножами самого Кира, и можно обойтись без перевязки. — Некритичные повреждения, потерпят, — отказал Кир: свободно перемещающийся по комнате офицер его нервировал, ещё нажмёт что-нибудь не то. Например, ответит на вызов начальника раньше времени. — Ложитесь на пол, капитан. Майкл с остальными появился минут через семь — бежать им было далеко — и, небрежно перешагнув через лежащего на полу охранника, остановился у пульта, но в пульсирующую иконку вызова так и не ткнул, с интересом рассматривая штук десять инфо-окон, позволяющих панорамно наслаждаться живописным видом ледяной пустыни. Точнее, они позволяли бы, если бы не метель, а сейчас транслировали снежную кашу, навевая мысли о неисправности камер. Кир, коротко ответив на восторженный вопль Тора, резко оттолкнул от себя охранника и шагнул вперёд. Санни, перехватив чуть не упавшего пленника, с интересом глянул, куда идет киборг, понял и задумчиво хмыкнул. Тот, к кому шли, тоже понял: взвизгнул и начал отползать, извиваясь, как червяк. Сейчас семёрки рядом не было. — Эй, Кир, не горячись. — Джек тоже выдвинулся вперед, слегка закрывая человека. — Да пристрели его и всё, — посоветовал Майкл, на секунду оторвавшись от изучения невидимого пейзажа на экране и махнув рукой Джеку: — Не вмешивайся. Кир дёрнул человека за шиворот, ставя на ноги. Охранник взвыл и шарахнулся в сторону, пытаясь вжаться в стену. Страх человека был какой-то неприятно липкий и тягучий, напоминая чем-то ненавистный кисель. Смотря на побледневшее, с выступившими бисеринками пота лицо и трясущиеся губы, Кир понял, что ему противно. Захотелось руки пойти помыть. — Меня заставили! Я не хо… — договорить охраннику не удалось, массивный кулак впечатался точно в центр лица, сминая нос. Кровь брызнула, как сок из перезрелой ягоды, заливая подбородок. Охранник, захлебнувшись криком, отлетел в сторону. — Спасибо, — кивнул Джеку Кир. Мстить человеку он не собирался, не видел смысла. Охранник ему больше не угрожал, физическое устранение объекта ничего принципиально не изменит, а значит, и энергию тратить не стоит. Но то, что Джек за него вступился, было приятно. Наклонился над упавшим охранником и ровным голосом добавил: — Мне не нравится чувствовать себя слабее. — Оружие заберите, — приказал Майкл, ткнув рукой в сторону валяющегося на полу арсенала. — И, похоже, пора поговорить с господином Ли, плохо заставлять начальство нервничать. На развернувшемся экране был действительно полковник, и, судя по всему, столь длительные попытки достучаться до дежурки даже его не оставили спокойным. — Пост! Какого чёрта… — полковник осёкся, глядя в лицо Майклу, помолчал и закончил уже спокойно: — ...происходит? — Господин начальник… — Майкл опустился в кресло и вежливо улыбнулся. — Простите, что разбудили, но нам позарез нужны коды от соединительного туннеля. А то у вас там совершенно некстати андроиды бегают. И браслетики бы снять. Майкл виновато развел руками, изображая искреннее сожаление и извиняясь за то, что вынужден беспокоить важных людей по таким, право слово, пустякам. Подождал минуту и не получив ответа, резко ткнул рукой в сторону: — На колени его! Быстро! Кир не глядя дёрнул того, на кого указали, и послушно ударил, не сильно, просто вынуждая человека опуститься на пол. И только потом скривился: Рику патологически не везло, надо было дольше на больничном сидеть. — Господин полковник, позвольте объяснить, — продолжил светским тоном Майкл, щелчком сбивая с рукава свитера невидимую пылинку. — Тюрьму контролируем мы. Связи у вас нет, двери заблокированы. Мы можем, например, отключить отопление… или приказать киборгам провести зачистку. А можем начать отстреливать по одному охранников или выставить их на улицу… раздетыми… тоже забавно будет. — Кирилл, послушай, ты совершаешь ошибку. — Александр, проигнорировав стоящего напротив Майкла, перевёл взгляд на киборга. — Остановись. Ты не на той стороне играешь! — Я всегда играю на своей, — процедил Кир, дернув стоящего на коленях лейтенанта за волосы и заставив того запрокинуть голову. — Вы перепутали. Александр Ли был обычным человеком, таким же, как тысячи других в этой галактике. Со своими принципами и слабостями, мечтами и планами. Когда он поступал в академию и выбирал профессию, то искренне считал, что долг общества помочь тем, кто ошибся, не должно быть изгоев, у всех должен быть шанс. Время отключило юношеские мечты за ненадобностью, выдвинув на первую линию прагматизм. И Александр, отложив в сторону идею сделать мир лучше, занялся карьерой. Довольно успешно. За двадцать пять лет дослужился до начальника самой известной тюрьмы и в ближайшее время ожидал перевода в региональное министерство. Они с женой уже и домик себе на той планете присмотрели. Побег заключённых не только уничтожал возможность продвижения по служебной лестнице, он ставил под сомнение возможность задержаться хоть на какой-нибудь ступени этой самой лестницы. — Господин начальник, мне неловко вас торопить, но мы немного спешим. Кир, подчинившись кивку Майкла, чуть сдавил тонкое горло, заставив лейтенанта захрипеть и судорожно вцепиться в руку киборга. А потом отпустил, дав глотнуть воздуха. Александр смотрел на стоящего на коленях лейтенанта, на руку киборга на его шее. Совсем пацан, с побелевшим лицом и упрямо закушенной губой. Кроме карьеры существуют и другие вещи. Те, что нельзя оценить деньгами, нельзя потрогать и превратить в материальные ценности. Нечто большее. Например, бьющаяся под большим пальцем жилка на тонкой мальчишечьей шее. — Кирилл! — попытался ещё раз Александр. — Прекрати и я замну это дело! Никаких наказаний! Кир молча задрал руку, демонстрируя браслет. — Ты же так просто не поверишь, — сдался полковник, опять обращаясь к Майклу. — В заложники иду я, остальных ты отпускаешь. Иначе сделки не будет. — Полковник, не в вашем положении ставить условия, — усмехнулся Майкл. — Сейчас вам откроют дверь и вы быстро сюда придёте… Без оружия. Но можете прихватить доктора, тут раненые, а я не садист.