Секс и леденцы.

Сидя за кухонным столом Блоковской общаги, Юквон нервно ерзал на стуле и думал, как дальше быть. В голове у парня сидели мысли о том, как невзначай намекнуть Минхёку на то, что его тело давно требует ласк. Вот уже несколько недель у них не было секса, а причины тому - промоушен нового альбома, съемки, набитая после трудового дня общага: на личную жизнь не оставалось ни места, ни времени. Вот только Минхёк, похоже, хорошо справлялся с трудностями, но у младшего же активно свербело в заду, и сказывался нескольконедельный недотрах. Джехё поначалу даже шутил насчет ПМС, но после того, как ему хорошенько заехали под дых, сразу умолк. Поелозив еще немного на стуле, Юквон решил заварить себе чайку. Прошествовав к шкафчику за заваркой и открыв дверцу, Юквон был внезапно атакован свалившейся с верхней полки кое-как запиханной упаковкой чупа-чупсов. Подняв её с пола и покрутив в руках, он вспомнил, что эти леденцы Чихуну презентовала одна из его фанаток. Квону тут же приглянулись эти конфеты в яркой упаковке. Решив, что взять их без спросу будет неприлично, забыв о терзающих его "проблемах" и о зеленом чае, за которым он собственно и полез в шкаф, младший с пачкой конфет отправился на поиски макнэ, чтобы милой невинной улыбкой отжать у него сладости. Уже через пару минут кот, довольный, с чупа-чупсом за щекой, шел в комнату к Минхёку, держа при этом еще несколько конфет в руках. Остальные он оставил Пио, которому как раз захотелось сладкого и он по случайному стечению обстоятельств вот-вот собирался идти потрошить кухню. Зайдя в комнату, младший кинул леденцы на кровать и провертел за палочку тот, который был во рту, смачно причмокнув при этом. На непонятные звуки и приглушенный стук леденца о зубы повернулся Минхёк, сидевший до этого в комнате и корябавший что-то непонятное у себя в ежедневнике. - Чего? - Юквон вытянул конфетку изо рта, несколько раз причмокнув и облизав губы. - Да нет, ничего, - Старший, сидевший на кровати, отвернулся обратно к своему ежедневнику, а Квон сел рядом с ним, прихватив с собой гитару и, облокотившись спиной о спину Минхёка, начал наигрывать ненавязчивую мелодию, попутно гоняя за щеками сосалку. - Квонни, перестань, раздражает, - младший тут же прекратил какие-либо действия и, замерев, спросил: - Что именно? - Чупик свой гонять и плямкать при этом, - все так же, не отрываясь от писанины, проголосил Бибомб. Игра наскучила Юквону, и, отложив гитару, он пересел в кресло напротив старшего, с нескрываемым интересом заглядывая в тетрадь Минхёка и продолжая грызть конфету. - А что ты делаешь? - Переписываю расписание, которое менеджер дал на эту неделю. Квон, ну перестань ты чмокать! - Минхёк посмотрел на младшего и с улыбкой добавил: - У тебя уже скоро слюни водопадом изо рта польются. Юквона это насмешило, ибо он представил, как выглядело бы его лицо со стекающими слюнями. Ведь все знают: эти сосалки на палочке вызывают обильное слюновыделение. Старший, улыбаясь, вновь опустил глаза в тетрадь, и теперь уже оба парня сидели в тишине. Минхёк писал, а Квон, аккуратно держа сосалку двумя пальцами за палочку, наблюдал за действиями сидящего напротив. Дав Бибомбу на несколько секунд забыть о существовании сего сахарного изделия, дабы не раздражать хёна, младший стал как можно тише водить языком по конфете. Заметив, что плямканье исчезло, Бибомб поднял взгляд, чтобы посмотреть, почему стало тихо, и не было слышно уже привычного причмокивания от Юквона. Но он никак не ожидал увидеть, как тот, всячески изощряясь, облизывал чупа-чупс, чтобы не издавать лишнего подозрительного шума. Минхёк откровенно залип, а младший, не замечая, что за ним наблюдают с открытым ртом и порядком офигевшим взглядом, увлекся процессом и уставился в стенку напротив, чтобы поразглядывать узоры невиданной красоты на обоях. Кто сказал, что Бибомбу эти недели без младшего дались просто? Он, конечно же, держался как мог и старался не зажать парня чуть ли не у всех на глазах, но только не сейчас, когда Юквон сидит напротив и обсасывает этот долбанный чупа-чупс. В голове брюнета, как из клетки, на волю вырвались все образы его любовника: стонущего, выгибающегося под ласками нежных рук и просящего сквозь крики двигаться быстрее. Но сейчас, смотря на парня напротив, у Бибомба проснулся образ куда более горячий и куда более пошлый. Именно тот образ, на который неосознанно намекал младший со своим леденцом. Возможно, Бибомб не удержался бы и взял Юквона прямо здесь, но вовремя вспомнив, что сегодня вечером все мемберы остались в общаге, и еле сглотнув слюну, снова одернул младшего. - Минхёк-а, ну что не так? Я же не чмокаю больше, и даже не плямкаю. Или ты тоже конфету хочешь? - Нет, просто догрызи ты её наконец и не мозоль глаза, извращенец! - Да что с тобой? Сколько раз я ел при тебе эти конфеты, и тебя это не раздражало! Что такое? - Юквон опешил. С чего это вдруг Минхёк на него взъелся? - Чмоканье и плямканье - это все фигня. Но то, как ты его только что ел... Пожалуйста, не делай так. - Я все понял... - До Юквона все мгновенно дошло. Дошло и то, что Минхёку тоже необходимо его внимание. Прямо сейчас и прямо здесь. Другой возможности быть не может. Если старший воздержался от необдуманных действий, то Юквон никак не собирался хранить целомудрие, справляться с неугомонным шилом в одном месте, потому что все-таки нашел способ, как соблазнить Минхёка. Юквон поднялся со своего кресла и как можно вальяжнее подошел к Бибомбу, сев тому на колени. Старший незамедлительно положил руки парню на талию и затем медленно спустил их на бедра. Сейчас, сидя лицом к лицу, он заметил, как в глазах у Квона загорелись огоньки и появились первые нотки пошлости. И не ошибся, потому что Кот, смотря прямо в глаза, как можно сексуальнее облизнул чупа-чупс, а затем хитро улыбнулся. В голове Минхёка произошел мини-взрыв. Он послал ко всем чертям группу и то, что их могут застукать в любой момент, ведь у Бибомба больше не хватало сил сдерживать себя. Хотя бы потому, что этот наглый, русоволосый парень сидит у него на коленях. Уже через пару секунд старший целовал его губы, и, все больше углубляя поцелуй, он чувствовал еще оставшийся привкус клубничного леденца. Юквон прижался к любимому телу как можно ближе. Он и правда не обнимал его довольно давно: не как друга, именно как любимого человека. Предварительно забрав леденец из рук Квона и засунув его за свою щеку, Минхёк перевернул парня на живот. - Выкинь его, мешать только будет, - младший уже начинал прогибаться под немного грубыми ласками танцора, под его проворными пальцами, которые залезли под футболку и поглаживали пока еще прохладное тело. - Не-а, у меня на него другие планы. Жаль, что Юквон не увидел хитрую ухмылку Минхёка, стоящего на коленях за спиной у донсэна и снимающего одежду сначала с себя, а потом уже и с Юквона, который нетерпеливо ему помогал. Возможно, он даже успел бы вырвать эту чертову сладость изо рта старшего и закинуть ее куда подальше.. Но не сложилось. А жаль, потому что, когда Минхёк его нагнул и начал водить рукой по спине, нарочно цепляя кожу ногтями, Юквон начал шипеть, и тут же почувствовал, как танцор вводит в него что-то небольшое, слегка липкое и, судя по ощущениям, круглое. - Минхёк, что... - Небольшое разнообразие в нашем с тобой сексе. Снова эта хитрая улыбка на лице старшего. Облизнув губы, он с некой забавой смотрел на то, как стоящий перед ним на коленях парень от неожиданности дернулся и зашипел: видимо все-таки понял, что же это такое. Минхёк проталкивал леденец как можно медленнее, слегка двигая им внутри, что не могло не заставить Квона простонать от такого сладкого, грязного, но все же возбуждения. - Бибомб, чертов извращенец! Достань его! Минхёк послушался. Вытянув леденец, он, не задумываясь, выкинул сладость куда подальше. Но вовсе не потому, что его любовнику это не понравилось. Совсем наоборот. Он знал, что Юквон, экспериментатор по натуре, как никто другой получал наслаждение от этой сладкой, в прямом смысле слова, пытки. Просто сдерживать себя уже не хватало сил. Когда Минхёк перевернул к себе лицом раскрасневшегося и тяжело дышащего Юквона, дверь в комнату с грохотом закрылась, что заставило дернуться от неожиданности обоих парней. Юквон вспомнил, что при входе неплотно её закрыл, и с облегчением понял, что это просто сквозняк. Хоть младший и не был на сто процентов в этом уверен, но выбрал самый легкий вариант для отмазки, чтобы поскорее вернутся к делу. Тогда Минхёк с ним согласился и договорил то, что не дал сказать перебивший его грохот: -Ты уверен, что не наслаждался происходящим? Ты так мило стонал.. Юквон закинул старшему руки на плечи и решил отделаться от вопроса целуя его шею, ключицы, оставляя маленькие красные пятнышки. Ведь понимал - Минхёк прав. Он всегда прав. И всегда мог предсказать его поведение вместе с реакцией, вот как сейчас. - Твой член тебя выдает, котенок. На последних словах Минхёк, хорошенько облизнув свои пальцы, надавил на вход младшего, дразня и вызывая томный, пошлый стон, который прозвучал рядом с ухом Бибомба. Минхёк уложил Юквона на спину и медленно ввел палец. Так как до этого он успел немного растянуть его леденцом, за первым сразу же последовал второй, от чего младший судорожно задышал и сильнее сжал простынь своими дрожащими пальцами. От третьего пальца Юквон здавленно простонал, вспоминая забытые болезненные ощущения, и стал покусывать плечи старшего. С каждым движением Минхёк все смелее растягивал парня, который, привыкнув, стал глубоко насаживаться на пальцы, прося большего. - Минхёк-а.. Возьми меня... Голос Юквона прозвучал для старшего настолько сладко, что ему даже показалось, будто все конфеты по сравнению с ним - горькие. От полученного кайфа Минхёк незамедлительно резко вошел, от чего Квон лишь сильнее сжал плечи Бибомба и до боли прикусил губу, стараясь подавлять рвущиеся на волю стоны. Поглаживая бедро парня, а затем переместив его ногу на свое плечо, старший прикусил мягкую кожу с внутренней стороны, после чего нежно зализал место укуса. Юквон притянул старшего как можно ближе и впился глубоким, мокрым поцелуем. Это было разрешением на то, что Минхёк может ускорить темп. Не рассчитав своей силы, старший, придерживая, сильно сжал ногу младшего на своем плече, оставляя красные пятна, которые позже станут синяками, и вбивался в него таком бешеном темпе, что иногда сбивался и двигался немного рвано. Младшего же это настолько удовлетворяло, что он уже даже не сдерживал свои стоны, которые могли услышать. Юквон стонал громко, пошло и развратно. От очередного стона младшего, который отдавался Минхёку в полную меру своих возможностей, старший глухо зарычал и кончил. Не выходя из Квона, он сомкнул ладонь вокруг его члена и начал дрочить ему, доводя до разрядки, одновременно целуя со всей своей страстью, которую мог ему подарить. До максимума выгнувшись в пояснице, Квон ответил Минхёку громким, протяжным стоном, который отдался эхом в голове старшего, и кончил ему в руку всего через пару мгновений. Минхёк вышел из младшего и, еще тяжело дыша, плюхнулся рядом с ним, сгребая его в объятия. Отдышавшись, младший повернулся к танцору, целуя его куда-то в область шеи, чем снова вызвал у Минхёка волну мурашек. Но надо было остановиться, иначе их и правда могли застукать. -Юквон, тебе одного раза мало было? -Ага.. -Я все понимаю, но... Иди сюда. Бибомб подтянул к себе младшего, чтобы увлечь его в поцелуй, углубляя его все больше и с нежностью обнимая. Полежав просто наслаждаясь теплом друг друга и осмысливая происходящее еще несколько минут, Минхёк отправил Юквона в душ, чтобы поскорее самому помыться и отдаться в мир сновидений. Наутро Квон нашел закатившиеся под кровать леденцы. Вспоминая все, что было ночью, он залился краской и решил, что будет лучше, если он их унесет куда подальше. Хоть Минхёк и был прав на счет его пристрастий к экспериментам, но.. Только не любимыми конфетами! В этот раз он прогадал, и теперь, смотря на эти несчастные чуппа-чупсы, которые в будущем могли познать еще много чего, уносил их обратно к Пио. Юквон совершенно случайно столкнулся с ним в коридоре и ничего не объясняя всучил тому леденцы. Пио же ошарашенно перевел взгляд с конфет на Квона, и наоборот. Танцор смотрел на макнэ и не мог понять, почему тот их не принимает и стоит весь красный, неловко отводя взгляд, но надо было от них как-то избавиться, и Юквон придумал первое адекватное объяснение: -Пио, у меня зубы разболелись и я не могу больше их есть, так что забери. -Не-е,спасибо хён, но я вчера их с Зико-хёном просто объелся. Отдай их Кёну. Юквон посмотрел по сторонам и увидел удачно свисавшую сумку репера. Закинув их туда, он приложил палец ко рту, призывая Пио к молчанию. Хитро улыбнувшись, он прошел дальше, оставляя бедного макнэ в гордом одиночестве фэйспалмить себе в лицо и чуть ли не рыдать от увиденной вчерашней сцены в спальне. Ведь он всего-то хотел позвать хёнов посмотреть новую серию вышедшего матчапа, но после увиденного Тэиль хён еще долго не мог успокоить макнэ, вставить его психику на место и убедить в том, что это всего лишь галлюцинации. Чтобы макнэ еще хоть раз взял чупа-чупс? Да ни за что на свете!