Little Secrets

Я посмотрел на свою семью. У каждого из них во взгляде было отвращение. Я ненавижу себя. Я просто огромный позор для всего района. Все вокруг теперь знают, что «золотой мальчик» Марк- на самом деле пидор. Все мои годы лжи просто уничтожены. Я хочу увидеть Джека прямо сейчас. Не хочу находиться здесь, где меня унижают все родственники. — Так-так. Кто бы мог подумать. Оказывается, мой маленький сынок гребаный педик. Почему ты не мог это просто скрывать от нас, Марк? Было бы, черт возьми, намного легче. Но нет, маленькому гомику надо было, чтобы его увидели соседи, когда он гулял со своим дружком, а теперь взгляни, что ты натворил. Весь район смеется над нами. Смеется надо мной. «О, ты отец одного из местных гомиков». «Больно было, когда ты узнал, что он педик?» Каково знать, что ты виноват во всем этом, Марк? А? Как ты себя чувствуешь? Его слова жалят. Я чувствую, как слезы наворачиваются на глаза, но не могу дать им выйти. Я не должен показывать, что он ранит меня. Если честно, я бы просто хотел быть натуралом. Я бы хотел снова стать «золотым мальчиком». Я бы хотел не влюбляться в Джека. Но я ничего не могу с этим сделать. Это так, и все. Но моя семья так не думает. Они думают, что крича… называя меня «гомиком» или «педиком», они как-то заставят меня стать натуралом и расстаться с Джеком. Но этого никогда не произойдет. — Ах, так ты не можешь ответить? Отлично. Думаю, это не отличается от того момента, когда тебя заметили целующегося с ним. Ненавижу, когда отец так выплевывает слова о нем, будто Джек - это какое-то заболевание. Я бы хотел высказать все это отцу, но, чувствую, это ничем хорошим не закончится. — Знаешь, а почему бы тебе и твоему маленькому дружку-гомику не свалить отсюда? Ты уже достаточно осрамил имя своей семьи. Ты думаешь, что обязательно позорить нас, чтобы заполнить свою лихорадочную потребность? Это того стоило?! А? Ответь мне теперь! Это того стоило?! Отец встает передо мной. Я чувствую, как от него веет алкоголем. — Ты не понимаешь, каково это… — пропищал я. Я чувствую себя жалким из-за того, что ничего больше не могу сделать. — Да, конечно, я не знаю, каково это. Я не гребаный гомик, как ты. Я не знаю, что, черт возьми, заставило тебя сделать это отвратительное дерьмо, но это точно не мы. Тебе пора прямиком в ад. — Папа… — Не неси этот бред про отца. Не пытайся извиниться. Этот тот вид ущерба, который не может быть прощен. Я не твой отец. Ты мне не сын больше. Ты, блядь, мертв для меня. Сдох. Не звони нам, не приближайся к нам. Меня не ебет, куда ты пойдешь, но я чертовски уверен, что это место будет подальше отсюда. Сваливай отсюда нахуй. Я не могу двигаться. Он не мог сказать это серьезно. Он выгоняет меня? Почему? Даже если он прогонит меня, это не изменит того, что случилось. И это не изменит того, что во мне течет его кровь и что я его сын. Ну, я думаю, я не должен обвинять его. Я его единственный сын и я чертово разочарование. — Проваливай нахуй!!! Я все еще не могу сдвинуться с места. Я не могу дышать. Я не могу видеть. Я не могу ничего сделать. Прежде чем я что-то понял, он схватил меня и вытолкнул наружу. Как родитель может быть настолько жестоким? Никто из родственников даже не остановил его, когда он выгонял меня. Я не знаю, что мне делать. Тогда я вспомнил об единственном человеке, которому я могу позвонить. — Джек… Ты мне нужен…