Азарт мести.

Отпусти. Мне больно. Сердце. Я не вижу ни дней, ни ночей. Я с тобою как птица в клетке На проклятье от старых речей. Отпусти. Я привыкла. Но больно. Не хочу быть твоею игрой. Я не кукла, играть не позволю. Отрекусь, не пойду за тобой. Отпусти, я дышать не умею. Ты засел в моих мыслях пустых. Ты везде, ты преследуешь тенью Оставаясь в объятьях чужих. Отпусти, я и так плохо слышу Разговоры людей обо мне. От тебя я как псина завишу Ты заботиться должен о мне. Отпусти. Здесь кончается воздух. Я не вижу мерцанье свечи В полумраке потерянный оклик, Раствориться тихонько в ночи. Отпусти, я уйти не позволю Я останусь, и буду молчать. Ты увидишь лишь приступы боли И продолжишь на небо кричать. Отпусти ты холодную руку, Не держи ты её в темноте, Это тело убито тобою, А душа умерла в тишине… В полутьме холодного зимнего утра, звуки доносились острее. Летом все не так – сумасшедшее пение птиц по утрам, вечные голоса улиц в любое время суток – это отвлекает. Зимой проще – по вечерам город практически вымирал, а по утрам только звуки спешащих на работу людей. Вика ждала такси. В девять у нее осмотр у врача, которого нашла ей Даша. Ее любимая подружка не теряла надежды, однажды, снова увидеть блеск осмысленного взгляда Вики. Она с упорностью, которой бы позавидовали многие, обзванивала клиники России и Зарубежья. Многие отказывали ей, даже не дослушав описание болезни, многие соглашались посмотреть результаты обследований, а только потом отказывались. Уже отчаявшись найти того, кто согласиться хотя бы посмотреть Вику, она набрала последний номер. Частная клиника располагалась в заповедном районе Звенигорода. Помимо амбулаторного корпуса, клиника имела также свой пансионат, где пациенты проходили постоперационный период. Молодой специалист согласился не только посмотреть Вику, но и сделать все от него зависящее. После этих слов Даша вся светилась от радости. Такая небольшая, но уже победа. Такси остановилось около дома и просигналило два раза. Вика захлопнула форточку и отошла от окна. Тут же около нее, как будто почувствовав, что хозяйка сейчас уйдет, появился возмужавший Мэй. -Не переживай, мой хороший, - Вика провела ладонью по холке пса, - Я скоро вернусь. *** Ожидая вызова к врачу, Вика пыталась отогнать от себя мысли о том, что она сможет сделать вновь обретя зрение. Она думала о том, что вновь сможет вернуться к гонкам, вновь увидит краски мира, сможет смотреть на все своими глазами, а не чувствовать весь мир на уровне обоняния и слуха. Ожидание всего этого приятно томило Вику. Раздался звук колокольчика и дверь рядом с ней открылась. -Виктория, здравствуйте, - приятный женский голос был совсем рядом, - Я помощник Дмитрия Олеговича, Екатерина. Пойдемте, я вас провожу. Вика покорно поднялась со скамейки и ощутила прикосновение к своей руке. Первый порыв вырвать свою руку прошел, за ним наступила приятное ощущение заботы и помощи. Такие ощущения Вика испытывала, когда к ней прикасалась Даша. -У вас очень добрые руки, - тихо сказала Вика и тут же почувствовала стеснение. -Приятно слышать, - Екатерина улыбалась, это было слышно в ее голосе. Они прошли в смотровую и Екатерина посадила Вику в кресло. В кабинете было холодно, практически морозно. Зябко поежившись, Вика покрутила головой. Слух не воспринимал никаких звуков, кроме работающего компьютера. Послышались тихие шаги, а потом распахнулась дверь. В комнате вместе со звуком чужого дыхания, появился тонкий аромат мужского одеколона. Совершенно не такой, как у Макса. Сколько бы Вика не пыталась уверить себя в том, что не вспоминает и думает о Максе, каждый раз она мысленно возвращалась к нему. К его дыханию, аромату, дурацкой кожаной куртке и смеху. Она практически скучала по тому страху, что был в ее душе рядом с Максом. -Здравствуйте, Виктория, меня зовут Дмитрий Олегович, можно просто Дмитрий, - приятный мужской голос давал Вике спокойствие. -Здравствуйте, Дмитрий, - улыбнулась Вика. -Ваша подруга самый настойчивый человек, которого я когда-либо встречал, - со смешком в голосе сказал Дмитрий, - По воле судьбы, мне приходиться встречаться с другими профессионалами данной области, и последние несколько дней все говорили только о вашем случае, - через паузу он добавил, - Называли меня самоубийцей. -Самоубийцей? – непонимающе переспросила Вика. Дмитрий опустился в кресло рядом с Викой, - Ваш случай очень тяжелый. После травмы такого рода, процент восстановительных работ на роговице и сетчатке глаза составляет практически восемьдесят процентов. Обычно врачи не берутся за больных и с меньшими показателями. -Тогда почему вы решили взяться? – голос Вики уже не был столь радостным, - Это же пустая трата времени. -Я заслужил свое имя тем, что помогал людям, которые отчаялись увидеть солнечный свет. Я не бросал никого и никогда. Лучше жалеть о том, что ты попытался, но у тебя не получилось, чем жалеть о то, что ты ничего не захотел сделать. После этих слов, Вике вспомнились слова Максима «Чтобы не причинить еще большую боль». Он даже не попытался. Не захотел переступить через себя, чтобы попробовать быть с нею. Чтобы не причинить боль. Да, что он вообще знает об этой боли? -Итак, - снова жизнерадостные нотки вернулись в голос Дмитрия, - Для начала я проведу осмотр, а потом отправлю вас на обследование. После него посмотрим, что можно будет сделать. Вика медленно кивнула и улыбнулась. Она сможет. Стоит только потерпеть и она вновь сможет увидеть этот мир. *** Макс посмотрел на экран телефона и поморщился. Даша не оставляла попыток добиться от него разговора. Она настойчиво звонила практически каждый день. Ее силе можно было только позавидовать. Почему он до сих не поднял трубку и не послал ее к черту, для него до сих пор оставалось загадкой. Он терпеть не мог такого настырного поведения и, когда встречал таких людей, старался сразу же обрубить все мосты, но тут… Возможно, он надеялся, что когда-нибудь наберется сил поговорить с ней. Объяснить, почему поступил именно так, а не по-другому. Он сможет ей это объяснить, но только не раньше, чем сам поймет причину своего поступка. Куда проще было просто быть с Викой и не думать о мести. Куда важнее было оставаться рядом с ней, чтобы дарить ей надежду на нормальную жизнь, чем уйти и думать о том, что теперь она будет сильнее и сможет построить свою жизнь без него. Из приемной послышались крики. Когда открылась дверь в его офис, он как раз вставал из-за стола, чтобы посмотреть что же там случилось. Увидев своего гостя, Макс только удивленно открыл рот. Перед ним во всей своей гневной красе стояла разъяренная Даша. -Я искренне надеялась, что ты не подходишь к телефону, потому что сдох, - начала Даша, - приехала убедиться лично. -Разочарована, что не нашла мой хладный труп? Даша закрыла дверь офиса и прошла к столу, - Куда проще было просто поднять трубку и поговорить. -Как ты меня нашла? Даша улыбнулась, - Ты не иголка в стоге сена. Макс опустился в кресло и пристально посмотрел на Дашу, - Ты пришла поговорить со мной через месяц после нашего расставания с Викой, так долго придумывала обвинительную речь? -Не поверишь, я ждала, что ты сам одумаешься. Вижу, что зря,- Даша остановилась, - Макс, почему ты ушел? Именно этого вопроса он боялся больше всего. Боялся, потому что не знал ответа. Потому что не хотел искать этот ответ. Найдя его, он бы искусал себе локти от своей глупости. -Я не хотел делать ей больно, - спокойно ответил Максим. Даша усмехнулась и качнула головой, - Не неси этот бред. Ты думаешь, что ты не сделал ей больно своим уходом? Ты был в ее жизни и вместе с тобой в ее жизни был смысл жить дальше, пытаться выкарабкаться из того кошмара, что преследовал ее с момента аварии. Твой дурацкий щенок, твои непонятные поступки, просто твое присутствие – это помогало ей. -Ну, допустим, щенок у нее остался, - начал Макс, - А твоя неуемная энергия помогает ей получше меня. -Признайся, что ты струсил, - тихо произнесла Даша. Макс опешил. Он струсил? А что, разве не так? Он боялся Викиной слепоты, он боялся, что в один момент он просто не выдержит. Сбежит от нее, когда она совсем привыкнет к нему. -Ну же, скажи это, - настаивала на своем Даша, - Ты не привык бороться с трудностями. Тебе куда проще уйти, чем оставаться с калекой, да? -Даш, ты не понимаешь… Старкова резко встала с кресла и остановила Макса, - Я-то как раз все понимаю. А ты даже признаться самому себе не можешь, - в своем споре ни Даша ни Макс не заметили как дверь в офис открылась и в дверном проеме показался Андрей, - Черт! Дернул же Вику встретить такого, как ты! Она развернулась к двери и только тогда заметила Андрея, - Ты кто? – гаркнула ему Даша. -Я друг, - подняв руки в жесте защиты, ответил Андрей. -Отлично! Оставайся со своим дружком, - она повернулась в сторону Макса, - Чтоб ты просто знал, Вика проходит лечение и, когда она восстановит зрение, я всеми правдами и неправдами увезу ее из этой страны. Чтобы ни на миллиметр ты не приблизился к ней, Морозов! *** Уже вечером в ресторане, Макс размышлял о словах Даши. Она была права. Он слабак и трус, который просто убежал от проблем. Зачем ему сложности с какой-то девчонкой, если по мановению его пальца к нему прибежит любая? Вопрос оставался только в том, нужна ли ему любая, если в его душе одна-единственная? Андрей, сидя напротив друга, не хотел перебивать мыслительный процесс Макса. Ему стоило обдумать правильность своего поступка и прийти к выводам. Ему оставалось только надеяться, что выводы, к которым придёт Макс не будут еще хуже, чем те, что заставили его уйти от Вики. -Дашка права, - устало сказал Макс. Андрея поперхнулся водой и непонимающе уставился на друга. -Она права. Я трус. -Макс, тебя тоже можно понять. Ты хотел отомстить девчонке, а в итоге влюбился в слепую девушку, которую некоторое время считал своим врагом и виновником во всех своих проблемах. -Влюбился? – переспросил Макс. -А как ты еще можешь назвать свои мытарства? – Андрей улыбнулся, - Даша сказала, что Вика сейчас пытается вылечить свое зрение – это твой шанс. Макс покачал головой, - Она сочтет это слабостью. Была калекой – бросил, стала зрячей – любовь вернулась. -Судя по всему, что сказала Даша, Вике тяжело дался твой уход. Тебе стоит попробовать попросить прощения и найти те слова, что она хочет от тебя услышать. Макс снова покачал головой, - Дашка не подпустит меня к ней и на пушечный выстрел. Андрей улыбнулся, - Ее подругу я беру на себя. Макс усмехнулся и потянулся к графину с коньяком, - Понравилась? Андрей не стал отвечать. *** Старая обшарпанная комната. Посреди комнаты стоит огромная кровать, заправленная старым фиолетовым пледом с рисунком цветущей сакуры. Напротив кровати висит старый пожелтевший плакат – первый календарь гонок в Турине, на которые они ездили всей командой. Вика тогда только поднималась по своей карьерной лестнице, поднимая вместе с собой и всю команду. Бывшие ученики ПТУ и просто любители покопаться в машине не ожидали такого успеха. Они были окрылены победами Вики, деньгами, которые сыпались на них, как золотой дождь. Что осталось сейчас? Копейки, которые он получает от авто слесарной мастерской? Вот эта обшарпанная комната в спальном районе? Или неприятное чувство омерзения, когда по ночам совесть начинает массированную атаку? Почему он поступил так? Почему у него не дрогнула рука, когда он перерезал шланг тормозов? Почему на сердце было спокойно, когда он смотрел, как машина Вики сначала врезается в ограждения, а потом как факел разгорается на глазах изумленной публики? Он снова посмотрел на календарь. Счастливый огонек в глазах Вики нельзя было стереть с этой глянцевой бумаги временем. Эта фотография была сделана после московского заезда, где Вика с легкостью заняла первое место. Еще мокрые после шампанского, но до безумия счастливые. Он променял это на деньги, которыми до сих пор не мог воспользоваться. Они были грязными. Лента новостей с их портала мелькнула новым сообщением. «Благотворительный заезд в честь Виктории Кузнецовой вновь стартует на спуске Воробьевых Гор». Вновь? Но деньги уже были собраны. Молодой человек непонимающе смотрел на экран. Он обязательно появится на заезде. Он должен выяснить, что происходит.