Азарт мести.

Пребывая все еще крайне удивленным, Макс открыл дверь перед неожиданной гостьей. Он и не думал, что Вика сама решится сделать первый шаг. Он больше рассчитывал на то, что у них снова начнется холодная война и узнавать друг о друге они будут исключительно через Андрея. Но все получилось совсем не так, и сейчас перед ним стояла Вика, с видом побитого котенка. -Заходи, - спокойно сказал Макс и пропустил Вику в квартиру. Вика, как будто сторонясь Макса, прошла в квартиру и остановилась в центре прихожей. Если бы она могла бы видеть, она бы с удовольствием посмотрела бы на жилище такого человека, как Максим. Она не могла даже мысленно представить себе его квартиру. Он был слишком сложным человеком, чтобы понять все его мотивы и желания. -Чай, кофе? – гостеприимно спросил Макс. -Чай. -У меня в квартире жарко, так что, если ты не на пять минут, то тебе стоит снять пальто, - иронично добавил Макс, уходя на кухню. Почему-то Вика улыбнулась его словам. Неторопливо снимая пальто и сапоги, Вика пыталась привести свои мысли в порядок. Выходило с трудом и она сама понимала, что если она не сможет успокоиться, то разговор снова перейдет в раздел «Ссора». А ссориться с Максом она совершенно не хотела. Двигаясь по стенам, Вика отмечала, что в коридоре была использована венецианская штукатурка, которая создает эффект старины. Теперь ее любопытство по поводу квартиры Макса поднялось еще на один уровень. -Вик, - позвал ее Максим, - Кухня здесь. Вика снова улыбнулась. Забота Максима приятно грела ее душу. Даже не смотря на то, что они имели неприятный разговор до этого, он все равно смог похоронить топор войны, со своей стороны. Зайдя на кухню, Вика нерешительно остановилась. Она не знала обстановки и не могла догадаться, куда ей идти. По своим ощущениям она поняла, что кухня у Максима довольно большая – она не чувствовала себя как в тисках, как например, на своей кухне. Приятный запах кофе смешивался с легким ароматом сигарет и чего-то еще. Что-то легкое, немного холодное, как ментол или мята. -Пойдем, - она почувствовала прикосновение к своей руке, - За столом нам будет удобнее чаевничать. Он подвел ее к столу, который на самом деле оказался высокой барной стойкой и посадил на высокий стул. Типичная квартира холостяка – большая светлая кухня, высокая барная стойка, мебель в стиле модерн и обезличенность. Сосредоточив внимание каждый на своей чашке, они не спешили начинать разговор. Вика боялась реакции Максима, а Макс еще до конца не решился - открывать ли ему свои секреты Вике или нет. Он понимал, что, если Вика все-таки раскроет свои тайны, то и ему придется сделать ответное откровение. Но стоит ли? Вика прячет в шкафу такие скелеты, которые судя по всему не идут ни в какое сравнение с его. Грустная история любви с плохим концом – это не серьезно. -Макс, - набравшись смелости, начала Вика, - Ко мне сегодня приезжал Андрей. -Авдеев? И почему меня это не удивляет? – задал свой вопрос в пустоту Макс. -Андрей знал про машины еще до аукциона, - осторожно продолжила Вика. -Машины? Та машина, которая была продана, не единственная? -Нет, их осталось еще четыре, - с улыбкой ответила Вика, - Андрею стало интересно, хотя я больше склоняюсь к тому, что он хотел защитить тебя, и он решил раскопать информацию о моем прошлом. -Детектив херов, - немного обиженно ругнулся Макс. -Когда он пришел ко мне сегодня, у него на руках была информация обо всем, что происходило в моем прошлом, - Вика отвернулась от Максима, - Меня удивило только то, почему он не пришел с этим к тебе – этой информации хватило бы для того, чтобы ты больше никогда не захотел меня увидеть. -Ты воровала младенцев для органов? – иронично спросил Максим. Вика усмехнулась, - Нет, до этого не дошло. Ты готов выслушать? *** -В шестнадцать лет человек не должен ощущать себя взрослым, по крайней мере, так, чтобы пытаться жить самостоятельно. Это ни к чему хорошему не приводит, у человека должно быть детство и заканчиваться оно должно естественным путем – совершеннолетие, институт, работа, замужество. У меня не было нормального окончания детства, оно было скоропалительным и взросление настигло меня тогда, когда я была совсем не готова к этому, - Вика отпила чай и продолжила, - У меня были прекрасные родители – любящие друг друга и меня. Мы часто ходили куда-то втроем и они всегда пытались быть мне не просто родителями, но и друзьями. Поэтому вплоть до шестнадцати лет я не чувствовала себя обделенной друзьями, хоть и не имела хороших друзей. Родители были для меня всем. У нас была не бедная семья – папа был чиновником, а мама бухгалтером в крупной строительной компании. Мы жили около Парка Победы и могли позволить себе часто ездить отдыхать. Максим молча смотрел на то, как Вика открывает перед ним двери в свое прошлое. Солнечное поначалу и совершенно страшное в конце. -Все изменилось, когда родители погибли. Никто так и не понял, что произошло, но в один из самых ужасных дней моей жизни, они просто не вернулись домой. Это было за день до годовщины их свадьбы, папа должен был забрать маму с работы и они вместе хотели поехать посмотреть ресторан, в котором должны были отмечать свой праздник, - Вика тяжело вздохнула, - Я в тот день пришла домой и стала делать уроки, выпускной класс, впереди было поступление в институт и блестящее будущее экономиста. Позвонив папе, я узнала, какие у них планы и рассказала о своем дне – это была маленькая традиция, созваниваться с ним и говорить о пустяках. Это был мой последний разговор с ним. -Что с ними случилось? -Их нашли на загородном шоссе, в канаве около дороги. У папы было два ножевых ранения – в легкое и в печень, а у мамы, - Вика стерла набежавшие слезы, - Было перерезано горло. Милиция возбудила уголовное дело, но никто даже не стал рассматривать мысль о том, что их убили умышленно. Очевидным мотивом убийства для них был дорогой автомобиль, на котором ездил мой отец и крупная сумма денег, которую они везли в ресторан для заказа праздника. Я не верила в этот мотив, хотя бы просто потому, что они не могли оказаться на загородном шоссе просто так. Ресторан находился в центре Москвы. Да, папина машина была дорогой, но не настолько, чтобы из-за этого убивать. Припугнуть, да. -И ты думаешь, что это было как-то связано с их работой? – спросил Макс. -Я уверена в этом. Мама знала о тайных махинациях своей фирмы. Государственные заказы, как ты знаешь, не облагаются стандартным налогом, они учитываются по упрощённой системе налогообложения. Как ты думаешь, заказ на строительство крупного элитного центра жилья в новом районе Москвы является госзаказом? Правильно, нет. Но он был оформлен именно таким образом и, когда моя мама неправильно оформила документацию на объект, это всплыло наружу. Все знали, кто был мой отец и опасались, что фирма может попасть под статью. -Честность в этой стране наказуема, - едва слышно сказал Макс. -Я пыталась донести эту версию до милиции, но меня посчитали свихнувшимся из-за горя ребенком и поместили для начала в простую больницу. А потом я подслушала разговор врача с кем-то. Он говорил, что я замкнулась в себе, принципиально не иду на контакт и готова говорить только с милицией и то только по поводу убийства родителей. Они считали, что меня следует лечить в психушке, - Вика горько усмехнулась, - И я решила убежать. Втерлась в доверие к медсестре ночной смены и тихо убежала. Можно еще чая? Максим поднялся со стула и все еще пребывая в шоке от услышанного, пошел за чайником. -Я все еще оставалась владелицей квартиры, но прийти туда было равносильно добровольно сдаться в лечебницу. Я скиталась по улицам, скрываясь от социальных служб и зарабатывала на жизнь мелким воровством – в магазине кошелек вытащу, продукты. На большее я не решалась, но улица многому учит. Сначала я просто вытаскивала из машин ценные вещи и магнитолу, но потом это перестало приносить хоть какие-то деньги и я стала пробовать угонять машины. Разобраться с проводами – это не проблема, когда очень чего-то хочешь, а есть я хотела неимоверно. -И ты стала угонять машины? -Да, потом сбывала их армянам или азербайджанцам на черный рынок. Я не была удачлива и пару раз получала за свой грабеж. До милиции дело не доходило, меня просто избивали и бросали на улице. Вика замолчала. Тишина, повисшая в большой кухне давила на уши Максима. Он только что получил доступ к самому сокровенному и получил его не давя на нее, а просто потому, что она действительно захотела ему рассказать. -Через два месяца случилось то, что я называю Божьим промыслом. Громкая премьера фильма «Грозовые раскаты» проходила в кинотеатре «Октябрьский». Многие звезды приезжали на своих автомобилях и оставляли их во внутреннем дворе кинотеатра, недалеко от служебного входа. Я подождала, пока начнется официальная часть и, когда все внимание будет переключено на звезд, а потом пошла на стоянку. Мое внимание привлек автомобиль знаменитой актрисы Старковой, как потом оказалось. Я аккуратно стала открывать замок, когда мне на плечо опустилась рука. Боясь пошевелиться, я так и стояла с отмычкой в одной руке и в черных перчатках. -Это была мама Даши? -Нет, это был водитель. Поднялась шумиха, с премьеры вызвали саму Старкову с дочерью. И тут началось что-то невообразимое. Старкова стала защищать меня, а потом долгие месяцы пыталась добиться от суда официальной опеки надо мной. И у нее это получилось. Мы зажили все вместе, с Дашкой стали сестрами и все вроде бы стало прекрасно. Но мне не хватало адреналина, зависимость от которого, я получила на улице, - Вика хотела бы сейчас посмотреть Максу в лицо, понять какие эмоции вызывает у него ее рассказ, - Первые свои гонки я выиграла на машине одного знакомого, который на спор дал мне погонять, совершенно не веря в мои способности. Дашка тогда кричала на меня, как сумасшедшая, обливаясь слезами. Она не пропускала ни одного моего заезда, а потом всегда кричала на меня. Она называла меня самоубийцей. -Как ты попала в Европу? -На одном из заездов присутствовал Марио, он был впечатлен и пригласил меня вместе с командой в Турин на заезд. Мы просто прыгали от счастья – представь, несовершеннолетняя гонщица едет на гонки в Италию по приглашению знаменитости. Это был прорыв. Команда до сих пор не знает, что со мной происходило в Италии на самом деле. Они считали, что у меня роман с Марио и между гонками я провожу все свое время с ним. На самом деле, я воровала для Марио автомобили и перевозила их. Это было рабство чистой воды. Он угрожал мне расправой над Дашкой, которую я засветила на гонках. -Что произошло потом? Как ты вернулась в Россию и как ты потеряла зрение? -Он подставил меня. Поручил дело, благодаря которому, меня могли упечь в тюрьму не только за угон, но и за непреднамеренное убийство. Я успела скрыться с места преступления и пообещала себе отомстить Марио. Машина, которую я продала на аукционе, принадлежала Марио – то была его звезда. -Ловко, - улыбнулся Макс. -Я приехала в Россию через Финляндию, потому что во всех аэропортах меня уже ждали. На пару месяцев я залегла на дно, а потом вновь приступила к гонкам. Команда вновь боготворила меня, мы получали огромные деньги. Однако, внешнее благополучие, не помешало крысе сдать меня и устроить ту аварию. Машина была неисправна, я это почувствовала уже после первого пип-стопа. Я, если честно, уже не помню, что именно случилось. Я теперь помню только мгновенный мрак, который закрыл собой все пространство. Макс встал из-за стойки и, закрыв глаза ладонью, устало вздохнул. Вика говорила чуть больше тридцати минут, но ему показалось, что он прошел вместе с ней все эти ужасные годы. Подойдя к стойке, он взял пачку сигарет и зажигалку. Задумчиво повертел в руке, а потом отложил в сторону. Он не мог сосредоточиться ни на одном вопросе, что были в его голове. Но одна мысль упорно засела в его голове – Вика рассказала не все. Точнее, она рассказала все, но без подробностей, а в этих подробностях и кроется вся суть. Возможно, ему стоит поговорить с Андреем и попытаться сложить мозаику воедино. -Ты говорила машины, откуда они? -Две я выиграла на гонках, одну украла у Марио, две других достались мне воровством. Это была моя доля у Марио. Макс кивнул. Он ожидал, что после этого разговора ему будет проще. Он будет лучше понимать ее и их прошлое перестанет наступать им на пятки. Почему-то все его мысли не оправдались. Ему было тяжело даже просто посмотреть на Вику, не говоря уже о том, чтобы рассказать ей о своем прошлом. Его прошлое не было столь же суровым и незаконным. Его прошлое – это история становления его, как личности. Порой бездушной и эгоистичной. -Я не могу найти слов, что ответить тебе, - прошептал Макс, - Вик… Вика встала со стула, - Я и не ожидала, что ты сможешь мне что-то ответить. Я не ждала этого ответа. Просто наше прошлое мешает нам строить будущее. Я доверилась тебе. Она обошла стойку и прикоснулась к плечу Макса. Она не ожидала, что Макс будет без рубашки, поэтому это прикосновение к голой коже заставило ее отпрянуть. Она сжала ладонь в кулак и закрыла глаза, борясь с желанием вновь прикоснуться к его коже. -Я открылась тебе не потому, что пытаюсь вывести тебя на ответный разговор. Мне просто станет легче, если ты будешь знать об этом. Не дожидаясь ответа, она пошла в прихожую. Она так надеялась, что Макс остановит ее или окликнет, но он продолжал сидеть на кухне. Ее ожидания от этого разговора рассыпались как карточный домик. *** Андрей не находил себе места. Переживания за Макса и Вику съедали его. Он не мог сосредоточиться на работе, а приехав домой не мог найти повода там задержаться. Его родители не понимали причин такого настроения, а младшая сестренка даже расплакалась после того, как Андрей не обратил внимания на ее рисунок. Он даже не помнил как выскочил из дома и сел в машину. Наугад он ездил по городу, пытаясь найти свою цель, но постоянно натыкался только на ненужные ему сейчас людские эмоции. Счастье, любовь, горе, боль – он видел это на каждом шагу, а ему сейчас хотелось другого. Спокойствия, молчания. Внезапное желание пронзило его. Он вдруг понял, чего ему захотелось. Сверяясь с картой, Андрей проложил маршрут и уже через тридцать минут был на месте. Его сковывало и одновременно гнало в путь нетерпение встречи. Он пришел в себя только у дверей ее палаты. Зажимая в руках букет цветов, Андрей волновался как десятиклассник на первом свидании с девушкой, в которую он влюблен с первого класса и, которая до этого не обращала на него никакого внимания. Открыв дверь, Андрей нерешительно заглянул во внутрь. Даша спала. Вокруг нее стояло много аппаратуры, которая отбивала свой ритм. Андрей впервые видел такое количество аппаратов в одной палате. Раньше он ездил в больницу только к своему дедушке, который мучился от межпозвоночной грыжи и раз в полгода ложился на обследование в больницу. Положив букет на столик он сел на стул рядом с койкой и внимательно посмотрел на девушку, лежащую перед ним. Она была красива, ее не портил даже легкий оттенок болезненности, длинные темные волосы и то, как она мчится на помощь своей подруге. Они были похожи в этом – он тоже бы многое отдал за Макса. Их друзья были слишком сложными людьми, которые любили влипать в неприятности и выручать их из бед было порой непосильным делом. Он смотрел на Дашу и думал о чем-то своем. Он не мог объяснить свое желание приехать сюда и понимал, что этот поступок немного глуп. Чего он хотел добиться? Девушка еще не приходила в себя и не могла бы поговорить с ним. Он хотел услышать от нее, что он сделал все правильно. Что она тоже хочет, чтобы Вика была счастлива с Максом и, что их счастье – это билет в спокойную жизнь для них самих. Посидев у койки Даши еще минут десять Андрей поднялся со стула и пошел в сторону двери. Он успокоился и теперь мог возвращаться к обычной жизни. Ждать ответа от Вики и Макса теперь ему казалось не столь утомительным, как было до посещения Даши. Он уже был около двери, когда его остановил слабый и хриплый голос. -Привет, друг Максима.