Бывший младший брат

-Блядский Боже! - зло выдохнул Санс, увидев перед собой до боли знакомую надпись «сброс». Такой подставы он не ожидал. Снова находясь в этом чертовом месте он вдруг сразу вспомнил, как он все это ненавидит. Он ведь успел забыть, каково это, сидеть и ждать очередного перезапуска, без возможности что-либо изменить. Первый раз, когда он попал сюда, опустошенный после первого убийства брата, комик думал что это - его личный ад. Ведь он далеко не хорошая персона, для которой пригрето место на небесах. Он сидел тут, в полной темноте, и горько плакал. Ведь скелет хотел только одного - отомстить за Папируса, и даже это у него не получилось. Санс сидел, долго-долго, может быть бесконечность, в своей изощренной тюремной камере, пока над его головой не засияла, словно вывеска бара, надпись «сброс». Тогда он подумал, что Боги дают ему второй шанс. На деле оказалось, что Боги просто издеваются над ним. Сейчас комик смотрел на эту блеклую «вывеску» с надеждой, что она никогда не загорится. Он был согласен сидеть тут вечность, лишь бы не портить жизнь брату. То, что он её именно портит, было очевидно. Того краткого момента счастья и единения с Папирусом ему достаточно. Пусть его любимый монстр живет дальше. Счастливо и без него. Он справится. По крайней мере, скелет так думал. Он совершенно не хотел представлять, что испытает Папирус, когда увидит на своей кровати, синюю куртку обсыпанную прахом. Как он отреагирует? Застынет в немом горе, просто смирится с ситуацией или же вздохнет с облегчением? Пусть лучше будет второе. Он сидел и ждал, непонятно чего, пока не стал замечать определенные изменения. Обычно, после своих смертей он был… в порядке; одежда чистая, кости целыми. Сейчас он сидел в своей неизменно белой футболке, без куртки. Левая рука была сломана в нескольких местах, а голова, комик заметил это только сейчас, гудела, как напоминание о боли, что была недавно. Это было ненормально. Однако Санс решил не заострять на этом внимание. Все бывает в первый раз. Спустя ещё какое-то количество времени пришла его вечная "тюремная" спутница - скука. Каждый раз комик сражался с ней по разному: когда просто пытался уснуть, когда пел. Потом, после, кажется, пятидесятого перезапуска, решил не терять время зря и придумать парочку свежих шуток. Потом, кажется, сочинял стихи, которые от каламбуров ничем не отличались, даже пробовал танцевать. Вызывал своих неизменных Бластеров и устраивал световое шоу. Затем стал ломать себе кости. Сейчас он решил пройтись. Раньше, как ни странно, он почему-то этого не делал. -Хотя бы время убью,-подумал про себя скелет и усмехнулся. Одна стабильность -чувство юмора все ещё в порядке.

***

Он собирался на эту долгожданную встречу как на королевский прием. Выглаженный, чистый белый смокинг, полный портсигар, карта с координатами и, конечно же, папка с делом. Долго осматривая себя в зеркале в поисках хоть какого-нибудь изъяна, он нервничал ещё больше. Наконец, взяв себя в руки, он спустился в бар, где Глоттис, сидя за роялем, распевал любимую всеми песню «Ржавый якорь». Дамы с упоением слушали демона, кокетливо облокотившись на рояль, и с наслаждением затягивались посажёными на длинный мундштук сигаретами. Здесь везде можно было курить. Мертвому рак легких точно не светит. Дослушав последние аккорды, он аккуратно, стараясь не задеть ночных посетителей, подошел и похлопал пианиста по плечу. Им нельзя опаздывать.

***

Ноги начали гореть. Санс держался на одном лишь упорстве. Он шел, шел и шел в непроглядную тьму все дальше отдаляясь от надписи. Левая рука потихоньку начала срастаться, а голова и вовсе перестала болеть. Казалось, чем дальше он отходит от надписи, тем легче ему становится дышать. Это немного прибавляло сил комику, но усталость все равно медленно тяжелым грузом оседала на плечах. Это пугало, потому что, было ощущение, что стоит ему остановиться, присесть на секундочку отдохнуть, как блеклые слова догонят его и все придется начинать сначала. Он шел и шел, медленно переставляя ноги, считая шаги, пока впереди не заметил свет. Он был слабым, с такого расстояния даже не сказать какого он цвета, но комику увиденное придало сил. Нетерпение и предвкушение чего-то нового быстро затмило смертельную усталость, и Санс перешел на бег. Душа заполнилась странной и давно забытой надеждой. Возможно это действительно последний шанс и на этот раз он все исправит. Все будет по-другому. Все будет… хорошо. Какого же было его удивление, когда он увидел машину.       Странную машину. Зверя. Яркие языки пламени развивались по бокам, огромные хромированные турбины без единой царапины получше любого зеркала отражали удивленную физиономию Санса. Исполинского размера руль и рычаг передач пугал и восторгал одновременно, кресло водителя, в котором могли поместиться минимум трое, было обтянуто кожей, небольшая кабинка для пассажиров, внутри была покрыта черным бархатом, а мягкие диваны вместо кресел манили к себе прикоснуться. Гигантские колеса, казалось, проедут где угодно и попутно сметут всех нежелательных гостей с пути. Медленно кружась вокруг машины, комик пытался предположить, кому она может принадлежать. Единственной зацепкой была табличка, висевшая вместо номера на бампере машины. На ней изящно было выгравировано следующее «El D. de la M.», впрочем, комику это ясности не прибавило. Он начал оглядываться по сторонам в надежде кого-нибудь увидеть, но непроглядная тьма скрывала все. - ЭЙ! ЕСТЬ КТО НИБУДЬ?! - закричал скелет изо всех сил и тут же отпрыгнул от тачки. Она вдруг завелась. Пламя начало вырываться из гигантских труб, приборная панель загорелась яркими огнями, фары засияли ярче. - Здравствуйте мистер…хмм Санс? У вас нет фамилии? Позвольте я буду обращаться к вам на ты?- голос, со странным акцентом доносящийся из темноты, заставил скелета подпрыгнуть на месте. Быстро озираясь вокруг он наконец увидел незваного гостя. Скелет невысокого роста в белом смокинге медленно шел к нему. На черепе у незнакомца были видны три узких треугольника, расположенных вершинами вниз, которые почему-то добавляли ему солидности. Он был ростом с Санса, но широкие плечи делали его больше, и на его фоне комик походил на какого-то подростка. Незнакомец наконец-то подошел к скелету и протянул руку для рукопожатия. -Я Мануэль Калавера, но прошу, зови меня Мэнни, - на руках у нового знакомого, была изображена странная закорючка, напоминающая знак вопроса, что вызвало у комика смутное чувство де жавю. - Мы кажется раньше встречались,- выпалил Санс, уверенно пожимая руку,- не могу вспомнить… - Не встречались, но я был рядом,- сказал Мэнни, доставая портсигар из внутреннего кармана смокинга, - опаздывал, так сказать. Будешь?- спросил скелет, протягивая комику сигарету. -Опаздывал?- спросил Санс, принимая из рук скелета желанную сейчас биди*. - Ага,– виновато улыбаясь, сказал широкоплечий,- хотя кто знает? Может это все её задумка. Душа упала в пятки. Мэнни умелым жестом прикурив комику сигарету, тактично замолчав. Всем нужно это осознать. Особенно практически бессмертным скелетам.       Дело Санса попало ему в руки очень давно. И каждый раз встреча с ним откладывалась, что по началу вызывало глухое раздражение. Он, знаете ли, не единственный его клиент! Но потом глубокое уважение затмило, казавшимся таким глупым, возмущение. Комик так искреннее цеплялся за жизнь, с маниакальным упорством, сам того не осознавая, избегал свидания с госпожой Муэрто, что Мэнни в тайне надеялся, что у него все получиться. Что Санс получит свою счастливую концовку. Однако многочисленные перезапуски переполошили Департамент Смерти. Неразбериха с душами, необходимость всех возвращать снова в мир живых, поставила на уши весь Загробный мир. Пока Госпожа не нашла простой выход. Миры остановились. Поток душ прекратился. Страна Мертвых застыла в ожидании, до тех пор, пока девчонка не наиграется, или пока Санс не разорвет петлю. К сожалению, у комика ничего не вышло. Получив окончательную дату смерти, Калавера надеялся, что все обойдется, но видя, как Санс постепенно угасает, смирился. Следуя по пятам за Мече, во внутреннем кармане его костюма всегда лежало дело Санса с золотым билетом внутри. Лежало не двигаясь, не трепыхаясь, пока в вечер 1 ноября, как обычно открывая свое подпольное казино, Санс не напомнил о себе. Час пробил. Душу необходимо забрать. И Мэнни чувствовал себя ужасно паршиво. - Это конец, да?- судорожно вдыхая сигаретный дым, спросил комик,- Fin? The end? - Muerte,- обреченно добавил Мэнни, - но любой конец - это новое начало. - Просто покончим с этим,- небрежно выбрасывая недокуренную сигарету, сказал комик, и, подняв на Калаверу спокойные глаза, с улыбкой продолжил,- что меня ждет? - Золотой экспресс в Девятый мир! Четыре минуты вместо четырех лет! Первый класс!- заученно проговорил Мэнни, облегченно выдыхая про себя. - Бесплатная выпивка? - Кетчуп только лучших сортов! -Тогда вперед! - скелет быстро забрался в машину, комфортно разваливаясь на мягком кресле,- я в предвкушении! - Для начала заедем в пару мест,- запрыгивая в кабинку к Сансу, продолжал Калавера,- сегодня Ночь Мертвых, знаешь что это значит? - Смогу навестить родных?- с надеждой в голосе спросил комик. - Точно!- подтверждая догадки, и закуривая следующую сигарету, скелет продолжил, - причем без последствий. Санс на секунду задумался, а потом шепотом, будто чего-то боясь, спросил: - Мэнни,- тихо начал скелет,- если я вернусь в мир живых, мой экспресс… он не уедет без меня? Я слишком устал от неопределенности. Не хочу снова сидеть и обреченно ждать, когда уже все закончится. Когда этот кошмар закончится. Мне точно нужно знать - это определенно-безвозвратная-настоящая моя смерть? ,- поднимая взгляд спросил комик,- без перезапуска, без ложных надежд и неприятных сюрпризов? Game over? Дрожь пробежала по всем костям, цепкой лапой хватая за горло. Мэнни медленно выдохнул. -Твой поезд никуда без тебя не уедет. Ты в праве решать ехать тебе или нет. Ты можешь остаться в стране Мертвых, если захочешь, и никогда не садиться в первый класс. Но это точно твоя определенно-безвозвратная-настоящая смерть . Без перезапуска, без ложных надежд и неприятных сюрпризов. Game over.       Молчание на минуту заполнило салон машины. Мэнни сидел неподвижно и неимоверно радовался тому, что он давно мертв. Ему казалось, что будь он сейчас живым человеком, громкие судорожные удары его сердца выдали бы его с потрохами. - Хорошо, когда есть выбор. Мальчики, угостите даму сигареткой? Звонкий мелодичный женский голос заставил обоих скелетов вздрогнуть. Санс поднял взгляд, жестом прося у Мэнни сигарету. -Будь я живым, умер бы от страха,- улыбаясь, сказал комик, поворачивая голову в сторону источника звука. Смерть была прекрасна.