Байки из домика в забытом лесу

Я жалкий трус, который беспокоится только о себе. Я сбежал. Просто бросил всё и всех. Я не достоин твоего прощения. Засыпая, я вижу твои алые глаза. Ты плакал. Плакал на том чёртовом поле боя. Прощение. Даже если ты простишь, я не прощу себя сам.

***

Цветочный магазин, утопающий в великолепных цветах и травах, притаился среди многочисленных магазинчиков и заведений торгового квартала. Тихий вечер плавно опускается на город. Многие заходят, покупая цветы и забирая ранее заказанные букеты. Привыкнув к этой идиллии, как-то забывается всё, что было раньше: магия, бои на мечах, любовь, предательство, верные друзья, что умерли у меня на руках, враги, сердца которых более не бьются, миры, что оставил без опеки. Сейчас я будто сплю и вижу свою мечту. Мечту, в которой есть я, покой и лёгкий аромат цветов вокруг. Но утопая в этой идиллии, почти каждую ночь просыпаюсь от кошмаров, его горящие ненавистью глаза мне вряд ли удастся забыть ближайший век. Глаза того, кого я предал, чтобы выиграть эту резню, чтобы только уберечь всех остальных. «Это был вынужденный шаг» — так я пытаюсь себя успокоить, но ведь можно было поступить иначе… Можно, но ценой слишком многих жизней. Ночь, время боли для меня. Во время дня все эти мысли задвинуты куда-то в самую глубину сознания, но стоит вечеру коснуться горизонта, как в моей голове вспыхивают его глаза. Такие же огненно-красные как сегодняшний закат. Виктор. Его глаза становятся цвета заката, только когда он плачет. Это наш маленький уговор. Он привык прятать свои эмоции и чувства, мне было сложно с этим мириться, и я уговорил его на такой поступок. Медовый цвет — беспокойство, оранжевый — недовольство и гнев, алый — когда он плачет. Я специально выбрал такие цвета, они полная противоположность его родного цвета — холодного изумруда. В такие дни, когда боль и печаль охватывают меня — ухожу к морю. Сижу на берегу, смотрю на небо, опустошаю голову, лёгкий бриз и шум волн помогают. Прикрыв глаза, продумываю что надо купить для магазинчика, скоро смена сезона и пора менять ассортимент. Розы в любом случае придётся оставить, но может стоит заказать что-то из чайных сортов? Их аромат куда слаще. А ещё надо поискать у кого закупать пионовые розы, сейчас они в моде, особенно в сочетании с коробочками хлопка. Чья-то рука нежно опустилась мне на плечо. Вздрагиваю, резко поворачиваю голову и ошарашенно смотрю в изумрудные глаза. — В.Виктор… В груди защемило, ком подступил к горлу, слёзы, которые упорно сдерживал стали застилать взгляд. Я отшатнулся, поднялся на ноги и бросился прочь. Я вернулся к дому и запер дверь, забился в угол, прячась. Будто это могло меня спасти, привычно свернулся клубком под одеялом, зажимая уши руками. Двери, стены, 5 этаж? Для Лорда-демиурга это не проблема. Осмотревшись, он просто уселся на кровать рядом и, привычно, тяжело вздохнул: — Ты так и будешь бегать или всё же выслушаешь меня, Рин? Я ничего не ответил и, кажется даже забыл как дышать. Больно, как же больно. Пока ты не приходил я мог ещё надеяться на что-то. Но сейчас всё зависит только от тебя. — Знаешь, я рад, что ты оставил меня. Наконец я смог отдохнуть и выспаться. Больше нет нужды защищать и следить за тобой. Врёт, безжалостно врёт, если бы не его защита, на моей шее уже давно бы красовался рабский ошейник. — Я не могу возненавидеть тебя. Пытался, винил во всём тебя, злился, швырялся вещами, но всё равно вспоминал, всё что ты сделал для меня и улыбался как идиот. Ты научил меня чувствам, ты научил меня общаться с другими. Для меня это значит слишком много. Прошу тебя, перестань ненавидеть себя. Ты не предавал меня, просто не было другого выбора и я прощаю тебя за это. Слёзы, уже и не помню, когда последний раз плакал. Виктор нежно обнял меня, завернул калачиком в одеяло и перетащил себе на колени, словно маленького ребёнка. Я плакал содрогаясь всем телом, словно плакал за двоих. А Вик продолжал меня обнимать и нежно поглаживать по голове, так мы и уснули в обнимку. Утро. Чёрные волосы щекочут нос. Открыв глаза, я смотрю на спокойное спящее лицо друга, его глаза немного опухшие и с большими синяками от недосыпа казались мне красивыми. Встав как можно более бесшумно я вышел на балкон. Лёгкий ветерок с привкусом соли приятно холодит кожу. Восхитительное утро, небольшие облака тянутся со стороны моря, разбавляя нежно-розовое небо. Прикрыв глаза, вздохнул: — Раз собрался убить, то не нужно было прощать. Лезвие стилета замерло у шеи, рука чуть дрогнула и по коже потекла капля крови. — Это не мой выбор. — Я вернусь за тобой. — Я верю в это. Лёгкое движение, боль и чертоги Госпожи Смерти.