Повелители ночи

Я проснулась в своей кровати. Как же хорошо просыпаться когда хочешь… Не надо в школу… Вот это жизнь… Я резко подскочила — до меня вдруг дошло, что я не помню, как добралась до дома, не то что до кровати. А вдруг это все сон? Не было ни наших посиделок, ни поцелуя… — Проснулась? — в спальню, с кружкой чая, зашел улыбающийся Максим, — Ну и напугала же ты нас вчера… Думали кирдык тебе. Я смутилась и опустила глаза. — Извини… Я не хотела. — Да… Дала ты маху! Даже Максу и Глебу вряд ли такое под силу, а ведь они будущие альфы! — сказал Данила, тоже заходя в комнату, — Кстати, а ты помнишь что-нибудь из вчерашнего дня? — Нет… Все, что после ухода Захара — сплошной туман. А что? Я что-то натворила? — холодея ответила я. — Нет… Ничего примечательного, — сказал Максим, улыбаясь во весь рот, — Просто, когда мы разговаривали с альфой волков, ты начала говорить во сне. — И что же я сказала? Данила прокашлялся и максимально тонким голосом, на какой только был способен, озвучил: — Уйди противный! Пасть порву, редиска! Максим заржал, а Данила еще и рожу скорчил. — Я думал, нас самих порвут, после такой реплики. Тебе повезло, что альфа более менее в адеквате, да еще и знаком с тобой. — Я что? Реально это сказала? — спросила я, заливаясь краской, — Как на это отреагировала стая? — Сначала рычали, потом вожак увидел, что ты спишь и успокоил сородичей, — ответил Максим. — Ясно… — вздохнула я, — Так значит ты альфа? Вечно я не в курсе… — Да разве это важно? — Не особо… Но мог бы и рассказать. Данила стоял, меланхолично жуя бутерброд, и не влезал в разговор. — Данила! Разве это еда? Пошли, сейчас что-нибудь приготовлю вам. Данила от удивления даже жевать перестал. — Насть, да ладно, бутербродами обойдемся… — начал было Максим. — Не боись. От моей стряпни еще никто не умирал! — Это утешает… — пробормотал он.

***

Настя носилась по кухне, напевая что-то под нос. Мальчишки сидели за столом и молча наблюдали за ней. Настя поставила сковородку на плиту и начала что-то взбивать в тазике. Затем, выплеснула месиво в сковороду и стала строгать овощи. Через какое-то время, она закинула в сковородку кусочки сосисок. Минут через пятнадцать перед парнями стояли омлет и салат. — Четыреста капель валерьянки и салат… — сказал Данила, глядя на приготовленную Настей пищу. — Вот твои четыреста капель валерьянки, — усмехнулась она и поставила перед ним кружку с чаем. Максим фыркнул и, изображая Громозеку, сказал печальным голосом: — Ну я же просил четыреста капель… А тут четыреста две! — Четыреста. У нас все точно, — сказала Настя голосом робота. Ребята засмеялись и принялись за еду. — Фа, кштати, альфащ шобираетща фебя навештить, — сообщил Данила. — Ты про Никиту? — Афро кофо же ефе? Фкушняк! — Угу. — Откуда информация? — спросил Максим. — Когда они вас пропустили, я немного отстал и услышал, как он спрашивает Настин адрес у одной из волчиц. — Имя не расслышал? О том, где я живу знают немногие… — Саша или что-то вроде того. — Значит она тоже в стае… — Знаешь ее? — Мы дружили, в восьмом классе она частенько забегала ко мне после уроков. — Они могут прийти вдвоем? — Наверное… Они не особо общались в школе. — Я останусь с тобой, на всякий случай…- сказал он, — Данила? — Не… У меня тренировка… Глебаш говорил, что придет. Но что-то нет его. — У нас домофон не работает. — Вот оно что… Телефон Данилы запиликал. — Алло… Сейчас открою… Да не работает он! Я только сейчас узнал. — А эта Саша знает про домофон. — Знает, и мой номер у нее есть. — Значит не отвертимся… — Привет, — тихо сказал Глеб. — Привет. Омлет будешь? — Нет, спасибо. — А жря… — сказал Данила, вновь набив рот.