Ты несчастна, дорогая?

      Что может быть чудесней ночи, когда легкий прохладный ветерок, нежно колышет засохшие цветы у могил, а луна зловеще скалясь, взирает на мир с высоты, заглядывая в окна домов и наблюдая за припозднившимися прохожими, которые, дергаясь от каждого шороха, бежали домой, проклиная судьбу за то, что их путь лежит мимо этого жуткого особняка. В мутном свете луны все кажется более пугающим и жутким, а простые вещи приобретают мистический смысл, заставляющий кровь стыть в жилах. Даже ветви деревьев, давно лишившихся листвы, кажутся гибкими руками, что норовят схватить и утащить в темноту. Прекрасное время. Прекрасное место.       По темному кладбищу, так удачно расположившемуся в саду черного дома, построенного в викторианском стиле, среди склепов, могильных камней и статуй горгулий, неспешно шла молодая женщина с мертвецки бледной кожей, и непослушными голубыми волосами, подвязанными бархатной лентой с черепом. На её холодном лице не отображалась ни одной эмоции, словно она, как и обитатели этих могил, сама была давно мертва. Длинное черное платье, обтягивало хрупкую фигуру, придавая ей некий таинственный и пугающий вид, подчеркивая изящные и манящие изгибы — женщина была словно не от мира сего, казалось, что она принадлежала к миру мертвых. Леви обожала это время и свои долгие прогулки среди могил — кто, как ни она позаботится о последнем пристанище всех этих замечательных личностей, чья кровь течет в её жилах? Психопаты. Маньяки. Безумные убийцы. Отпетые негодяи. Они были первыми в их семье, и она не должна их забывать. Мало кто может понять это, но разве это имеет значения, для нее?       Алые губы женщины исказились в кривой ухмылке, а взгляд наполнился нежностью и безграничной любовью, когда она заметила среди могил его. Гажил. Её любимый муж. Он тоже был здесь, яростно уничтожая живые цветы, что пытались испортить вид их прекрасного сада. Несмотря на долгие годы, прожитые вместе, их чувства нисколько не утихли, и Леви по-прежнему, считала Гажила невероятно привлекательным. Его багряные глаза напоминали о пролитой крови, а металлические заклепки на лице о боли, которую она заставляла переживать его снова и снова. Так сексуально! Так волнующе! А как ему идет этот модный полосатый пиджак! Да! Гажил всегда обладал безупречным чувством стиля и вкуса — таких мужчин больше нет. Единственный и неповторимый экземпляр достался именно ей.       Женщина томно вздохнула, чем привлекла внимание брутального брюнета, что спустя мгновение уже страстно целовал её руку, заставляя табуны мурашек пробежать вдоль спины Леви. Очередной вздох, полный желания, сорвался с губ женщины.       — Ты несчастна, дорогая? — тихий, бархатистый голос мужчины обволакивал и ласкал слух, заставляя Леви, прикусить нижнюю губу.       — О да, — практически простонала женщина. Лишь Гажил мог заставить её чувствовать себя несчастной и это было бесценно. — Абсолютно несчастна! Mon amour!       — О Леви, твой французский! — прошептал мужчина, продолжая целовать тонкие, изящные запясться супруги, поднимаясь все выше. Его всегда возбуждало, то, как она говорит на этом языке, это сводило с ума и заставляло позабыть обо всем на свете. — Потанцуем?       — Oui, — снова ответила женщина по-французски, позволяя мужу вести её в страстном танго среди могильных камней. Как же это будоражище и возбуждающе! Их любовь ни с чем нельзя сравнить! Разве кто-то сможет понять их счастье и то, что они не желают прятать свои чувства и безмерное обожание? Они особенные!       Сейчас отдаваясь целиком и полностью безмолвному танго, музыкой для которого было их собственные сердцебиения и дыхание, пара не думала ни о чем, кроме своей любви, что не знала преград и границ. Их свидетелями были лишь похороненные здесь предки семейства Редфокс и мерзкие стражи-горгульи, но даже если бы здесь было полно людей, это не остановило бы влюбленных. К чему скрывать страсть? Пусть видят! Пусть завидуют!       — Леви, ги-хи, — оскалился Гажил, любуясь мертвецки бледной, почти прозрачной кожей жены. — Ты единственный кактус в цветнике моей жизни.       — О, Гажил… Это так романтично. Ты всегда знаешь, что сказать женщине, чтобы сделать ей приятно.       — Я всегда знаю, что сказать тебе, — ухмыльнулся брюнет, продолжая танцевать танго их любви. Этот танец был создан для них, лишь он мог отобразить всю страсть, мерзость, злость и жадность, что клокотала в их прогнивших, но любящих друг друга душах. Ничто в мире не имеет значение, ни что и никто, кроме нее. — Леви…       — Гажил, вчера ночью ты выпустил на волю какого-то отчаявшегося ревущего демона. Ты напугал меня… — Леви замерла на месте, гипнотизируя мужа взглядом. — Сделай это еще раз!         — Все что угодно, лишь бы ты была со мной, — ухмыльнулся брюнет, сильнее прижимая к себе хрупкое тело женщины, которую так и хочется сломать. Он обожает делать ей больно, а её прерогатива мучить его, они идеальная пара, что наслаждаются друг другом. — Жизнь без тебя будет для меня пыткой.       — Глупый, я всегда буду с тобой, ведь день в одиночестве станет для меня смертью, — не отрывая взгляда, Леви потянула Гажила в сторону дома, настало время выпустить их демонов.