Летние ночи страшные очень +68

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Сверхъестественное

Основные персонажи:
Дин Винчестер, Сэм Винчестер
Пэйринг:
Дин, Сэм, ОМП
Рейтинг:
G
Жанры:
Мистика, Ужасы
Размер:
Миди, 25 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Это было бы замечательное лето, отдых проходил почти идеально, пока на одного из вожатых детского лагеря не было совершено нападение. Да еще и эти браться Винчестеры - ходячие неприятности. Дину 13, Сэму 9.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Джен-фест 7. Заявка 7.02: Школьный выезд на природу или летний лагерь, в котором Джон ненадолго оставил одного/обоих сыновей. Лес, чудовище, необходимость договориться со взрослыми и защитить остальных детей. Отдельный плюс, если взрослые, во-первых, адекватны, во-вторых, считают себя в ответе за всех детей, включая юных охотников.

Повествование идет с точки зрения ОМП.
7 августа 2016, 14:07
Ровно две минуты назад он слышал испуганные крики детей из их домика, а сейчас вдруг наступила еще более пугающая тишина. До тонкого деревянного жилого корпуса было уже рукой подать, буквально десяток футов, но свет в окошках не горел, и в темноте было еще сложнее найти дорогу.

— Только не падай, Лео... — Майк закинул руку напарника повыше на плечо и продолжил почти бегом тащить его к строению. Лео ужасно спотыкался, но старался быстрее двигать ногами. — Только не падай. Не сейчас. Мы уже почти на месте.

Лео пробубнил что-то нечленораздельное и так сильно согнулся, прижав сломанную руку к груди, что грозил вот-вот опрокинуться вперед и утянуть за собой более худого и легкого Майка. Перед самым домиком Майк оглянулся по сторонам в поисках опасности и с замирающим сердцем толкнул дверь. Он ожидал внутри самого страшного: что неизвестный преступник, напавший на его друга и коллегу, уже пробрался к детям. Он готов был в ту же секунду бросить Лео и кинуться в бой не на жизнь, а на смерть. Только вот дверь оказалась заперта.

— Откройте! — крикнул он и бухнул по ней несколько раз кулаком. Оставалось только молиться, что дети в порядке и что это они заперлись в домике. — Ребята, это Майк! — уточнил он чуть тише на случай, если напуганные дети решат их не пустить.

С той стороны скрипнула металлическая щеколда, и дверь отворилась. В щели показалась бледная мордашка одного из мальчишек: тот осмотрел их быстрым взглядом и открыл дверь шире, позволив ввалиться внутрь. Ноги Лео отказали почти сразу за порогом.

— Быстро закройте дверь! — Майк начал раздавать команды. В темноте мало что было видно, но вокруг него явно суетились его мальчишки. — Заприте сразу! Почему темно?

— Мы лампу разбили, — ответил Роджер, которого Майк сразу узнал по голосу. — Сейчас зажжем другую.

— А почему кричали?

— Так темно же, — ответил он же как что-то абсолютно очевидное. — Мелкота темноты боится.

У Майка отлегло от сердца от новости, что крики раздавались не потому, что в домик пробрался кто-то посторонний и напугал детей. Или, упаси бог, причинил им вред.

Кто-то засуетился вокруг, помог дотащить Лео до ближайшей койки и усадить. Должно быть, кто-то из старших. В этом году их набрали таких разных, от семи до тринадцати лет. Всех из бедных и неполных семей за счет скромного благотворительного фонда, организованного мэром на пожертвования. Разномастная вышла компания, но на удивление дружная, несмотря на их нелегкие жизни.

В середине единственной длинной комнаты, уставленной двухъярусными кроватями, загорелся тусклый желтый огонек керосиновой лампы и тут же приблизился к Майку и Лео.

— Все на месте? — озабоченно огляделся Майк, пытаясь пересчитать взглядом своих немногочисленных подопечных. Лео наконец от него отклеился, что позволило Майку распрямиться в полный рост и осмотреть комнату на наличие посторонних взрослых.

К его неимоверному облегчению, внутри были только дети. На первый взгляд, даже, кажется, все. Роджер, один из самых старших, материализовался рядом с ними с лампой в руках и посветил на скрюченного на нижней койке старшего вожатого.

— Что с ним?

— Все нормально, ничего страшного, — затараторил Майк, — просто ушиб руку.

Сейчас, конечно, он им расскажет, как неизвестный проник в лагерь и напал на Лео возле костра, сильно избил, а потом так сильно швырнул, что тот отлетел к дереву и, ударившись об него, сломал руку. И головой, похоже, очень серьезно приложился.

— У него кровь! — испуганно заголосил маленький Билли, который по природному любопытству своему уже торчал в первых рядах взволнованных зрителей.
Билли вытаращил подозрительно блестящие большие глаза, а внезапно появившийся Сэмми быстро отдернул его подальше от Лео, чтобы усадить на соседнюю кровать. И тут же вернулся с наволочкой, снятой с подушки.

— Держи, приложите к голове, а то младших пугаете, — он протянул наволочку Майку.

Тот на мгновение застыл в ступоре, — должно быть, это был адреналин — затем схватил ткань и приложил к разбитой голове горемыке-напарнику. Уж кто бы говорил, Сэм и был почти самым младшим, не считая Билли.

— Держи, — он поднял руку Лео и прижал ею наволочку. Тот подчинился. — Блевать больше не будешь? — У парня явно было сотрясение, но он отрицательно мотнул головой. И слава Богу, им еще этого в домике не хватало.

Все внимание Майк тут же переключил на детей, которые несколькими кучками расселись по двум ближайшим кроватям. Попытался пересчитать их по головам. Раз, два, три... семь, восемь...

Кто-то постоянно сновал туда-сюда, сбивая со счета, и Майк поймал его за плечо. Это снова оказался Роджер с лампой, который нервно ходил взад-вперед.

— Сядь, чтобы я вас всех видел, — он усадил его на койку и оглядел детей. — Все целы?

— Да-а-а, — раздался в ответ нестройный хор мальчишеских голосов.

— Никто больше не ранен? — он прошелся между рядами, заглядывая каждому в лицо и осматривая. Дети выглядели напуганными, но целыми. — Хорошо, сидите на месте. Все будет хорошо. Раз, два, три, четыре... — снова стал пересчитывать их он. На семи сбился. — Где Сэм? Только что был здесь.

Трое или четверо мальчиков одновременно указали пальцами ему за спину. Майк резко обернулся, чтобы увидеть Сэма, стоящего рядом с дверью с каким-то белым мешком в руках.

— Сэм! Отойди от двери! — Майк тут же подскочил к нему и, не слишком ласково отодвинув его, подпер дверь стулом.

— Это без толку, — сказал Сэм в ответ, неодобрительно покачав головой, и продолжил что-то ссыпать из мешка на пол.

Майк, отошедший к окну, чтобы выглянуть наружу, озабоченно обернулся к нему.

— В каком смысле? Нельзя открывать дверь, мы запрем ее, и все будет хорошо. — А сам стал судорожно думать о том, что надо вернуться в домик вожатых и забрать оттуда ружье и спутниковый телефон, который у них был на всякий пожарный случай. Вызвать подмогу, пока чертов маньяк не напал еще на кого-нибудь.

— Он ваш стул в два счета сломает, — убежденно продолжил Сэм.

Майк нахмурился.

— Кто он? Ты его видел?

— Нет, но он там, и стул не поможет, если он захочет войти, — сказал Сэмми и снова нагнулся, высыпая толстую белую дорожку между ножек.

— О чем ты говоришь, Сэм?

— О черном вожатом.

— О черном... — Майк запнулся. Вот же вспомнил бедный мальчик главную местную страшилку про черного вожатого, которой всех детишек, отдыхающих возле озера, пугают. — Это сказки все, нет никакого вожатого, — шикнул он на него, чтобы не было слышно остальным детям. Только новых визгов им не хватало.

— А вот и есть, — упрямо повторил Сэм и замкнул толстую линию этого сыпучего не понятно чего. Майк пригляделся: в руках у Сэма был большой мешок соли, что хранился до этого в кладовой их с Лео домика. — Это что, соль? Ты зачем ее взял? Что ты делаешь?

— Защиту, — уверенно ответил Сэм и, отойдя от двери, поставил мешок возле ножки кровати, где сидел, раскачиваясь, Лео. Роджер уже был рядом с ним, пытаясь помочь с рукой.

Майк посмотрел на рассыпанную по полу соль, потом на Сэма.

— Это все не шутки какие-то, нельзя брать провизию без разрешения! И нет никакого черного вожатого, иди к остальным! — скомандовал он, но мелкий нахал только закатил глаза, но не подчинился. — Сэм! Иди к остальным, сказал! Я разберусь со всем.

— Майки-и, — простонал Лео с койки, не поднимая головы.

— Что, что? — он тут же подскочил к другу.

— Телефон, — проговорил он сквозь зубы.

— Я помню, я иду. И ружье. Сейчас вернусь.

Майк уже развернулся было, чтобы разбаррикадировать дверь и выйти, но перед ним оказалась худенькая фигурка Сэмми — он нахмурился из-под длинной челки и упрямо сложил руки на груди, загораживая выход.

— Нельзя выходить из дома.

— Ты прав, нельзя, но не мне. Я сейчас вернусь.

— Никому нельзя. — Сэмми широко расставил ноги, будто собрался упираться всеми конечностями, но не выпускать его.

— Сэм, что ты несешь? Иди, сядь на кровать... вон, Роджер вам книжку почитает.

— Дин сказал никого не выпускать! — грозно предупредил он и развел руки в стороны.

— Чего? — опешил Майк. — Дин сказал?

Вот это номер. Конечно, его старший брат тут отлично проявлял себя в качестве неназванного командира и, будучи почти самым старшим, не считая Роджера, умудрился приручить всю разномастную компанию детишек из трудных семей, но тот же самый Дин был и главным заводилой, и выдумщиком всех шалостей и безобразий.

— Да! Сказал совсем никого не выпускать, значит, и тебе нельзя, — кивнул Сэм.

А Майк вдруг понял ужасающую вещь. За все эти минуты он ни разу не слышал голоса Дина, хотя тот должен был быть громче всех: раздавать команды, успокаивать младших. Он так привык к этому голосу за прошедшие полторы недели, что его отсутствие показалось гробовой тишиной.

Майк оглядел домик, обошел его еще раз спешным шагом и убедился в своей страшной догадке.

— Где твой брат, Сэм?! — вернулся он к нему, но Сэм упрямо сжал губы. Он схватил его за плечи. — Где Дин?

— Он сказал держать оборону и что он с ним разберется.

— Оборону? Разберется? О, господи!

Только не это! Майк одним движением отшвырнул стул, быстро оглянулся на напарника.

— Лео, Роджер - за главных. Дверь заприте, никого, кроме меня и Дина, не впускать!

С этими словами он быстро выскочил за дверь, едва не споткнувшись о высокий порог. Услышал, как задвигается засов на дверях за его спиной, когда отбежал на несколько шагов. Вот он болван, вот болван. Не досчитал ведь детей еще, а уже успокоился. Ну кого еще могло не хватать, кроме этого выскочки-героя недоделанного?

Уже бегом он пронесся через узкую полянку к домику вожатых, где в окошках горел синеватый мерцающий свет. Может, этот шалопай просто там телевизор смотрит? Господи, пусть он будет там!

Осторожно оглянувшись, Майк подобрался к приоткрытой двери. Из-за нее слышался неестественный хоровой смех из какого-то очередного телешоу, бубнящего в телевизоре. Он толкнул дверь и быстро заглянул внутрь. Небольшой домик из одной комнаты с двумя кроватями, столом, шкафом и телевизором был пуст. Только холодным светом мелькал пузатый экран.

— Черт, найду - по шее получит, — выругался он себе под нос. Зашел в домик и быстро отыскал в кладовке ружье, там же взял большой фонарь, с которым они страшилки рассказывали у костра, и толстенный спутниковый телефон с длинной антенной.

Телефон едва поместился в кармане шорт, а фонарь Майк тут же включил. Выйдя из домика снова на улицу, он поднял ружье вместе с фонарем и огляделся вокруг. Кусты и деревья ярко освещались от луча фонаря, но темнота вокруг них от этого становилась лишь гуще.

— Дин! — громким полушепотом позвал он. — Дин!

Никто не отозвался, как он и ожидал. В голову лезли всякие ужастики, и даже начала пробирать легкая дрожь, и точно не от ночной прохлады, а от мысли, что один вверенный ему ребенок пропал темной ночью в момент, когда в лагерь пробрался неизвестный и безжалостно атаковал одного из вожатых.

Они тогда сидели у костра, просто жарили оставшиеся сосиски и пили одну бутылку пива на двоих, тихо переговариваясь о девчонках, оставленных в городе. Лео, кажется, жениться собрался, и он только решился рассказать Майку, как собирается делать предложение, как кто-то схватил его сзади, чтобы в то же мгновение потащить куда-то в кусты. К моменту когда Майк пришел в себя и ломанулся за ним, напарнику уже прилично досталось, и ничего, кроме злополучного полета в дерево, он не успел разглядеть. Только темный силуэт взрослого человека, скрывающегося в кустах.

А потом закричали дети, и Майк, подхватив в охапку раненого друга, бросился к ним на помощь.

Он уже четвертый год работал вожатым, первый год в этом благотворительном лагере, но все же. Никогда в его смену не случалось ничего страшнее разбитых коленок или порезанных пальцев. А тут избили вожатого, и пропал ребенок.

— Дин! — осмелев, крикнул Майк в лес за домиками. Лучше уж выманить маньяка на себя, чем позволить ему добраться до мальчишки.

Внимательно осмотрев все ближайшие заросли и соседнюю поляну, где они проводили днем большинство подвижных игр, Майк вернулся к берегу озера на поляну с костром. Тот уже догорал, отбрасывая темно-оранжевые всполохи небольшим кругом. Чернеющие угольки едва вспыхивали редкими трещинками огня.

Майк посветил фонарем на землю в поисках следов, но сегодня здесь топталось столько народу, что понять что-либо по смятой траве и утрамбованному песку было крайне сложно.

Он пробежал еще один большой круг вокруг их маленького лагеря и направился обратно к детскому домику. Внутри приветливо горел свет от керосиновой лампы, но ни одна тень не ждала его возле окна.

Торопливо постучав в дверь, Майк крикнул:

— Это я! — дверь отворилась, и Роджер снова отошел на свое место. Майк закусил губу: стоит ли им говорить, что он так и не нашел Дина? В принципе, это и так было очевидно, потому что он вернулся один, но дети могли быть недостаточно внимательны, и это, может быть, хоть кого-то из них убережет от новых кошмаров.
Он не стал ничего объяснять, только сунул выключенный фонарь под мышку и направился прямиком к Лео с ружьем наперевес.

Лео выглядел чуть лучше, ему стерли кровь с лица и сделали слинг из чьей-то клетчатой рубашки.

— Я его не смог найти... пока, — он надеялся, что Лео поймет, что речь идет не о маньяке, а о недостающем мальчике. Всучил ему в руки телефон и взял за плечо. — Звони, вызывай помощь, скажи, что у нас ЧП, как положено. Пусть тащат с собой всех и собак тоже на случай, если... если я сейчас его не найду.

— Хорошо, — с сомнением ответил Лео. — Думаешь, он мог...

— Не думаю, — оборвал нехорошие предположения Майк. — Я просто пойду и отыщу его. Он где-то рядом.

Майк развернулся, чтобы снова уйти, но вновь наткнулся на младшего из Винчестеров. Сэм стоял прямо перед ним.

— Он сказал держать гражданских в доме и не давать путаться под ногами!

Майк застыл перед упрямым девятилеткой, который, кажется, заигрался вместе со старшим братом.

— Сэм, что ты несешь? Это тебе не игра в войнушку и Дину тем более. Где твой брат?

— Я не могу сказать, он не разрешил.

— Это очень серьезно, Сэм. Посмотри на Лео, ему руку сломали, это похоже на шутки? Никто больше не играет, и надо быстро Дина найти и привести сюда, к нам.

Сэм на мгновение засомневался, почти темные в слабом свете глаза выражали внутреннюю борьбу. Он закусил губу и, кажется, на что-то решился.

— Я...

В этот момент в дверь громко ударили, один, второй раз, будто кто-то со всей силы долбанул в нее ногой. Дети подскочили на кроватях, испуганно забормотали, Лео и Майк сами подпрыгнули от неожиданности.

— Кто? — первым очнулся Майк и подошел ближе к двери, бессознательно прижимая ружье к груди.

— Не надо, — драматическим шепотом протянул Сэм и вцепился в его рукав.

— Подожди, я гляну... — Майк стряхнул его руку и потянулся к засову. — Дин, это ты?

С той стороны было тихо, но не проверить Майк не имел права, это мог быть его пропавший ребенок, который по какой-то причине не мог ответить. Одной рукой отодвинув засов, он приоткрыл дверь — сначала небольшую щель, потом чуть шире. Перед дверью никто не стоял, и Майк, вытянув шею, выглянул наружу.

Что-то черное и холодное вцепилось в его шею откуда-то сбоку, затем второе такое же в руку, которой Майк держался за дверной косяк, и стало тянуть из домика. Дыхнуло вдруг страшной вонью, и перед глазами вожатого показалась человеческая фигура, резко выпрыгнувшая из-за стены.

Майк заорал от неожиданности и дернулся, пытаясь выпутаться из крепкой хватки двух рук, намеренных вытянуть его наружу. Ружье грохнуло где-то у ног, упав на пол, потому что он отчаянно старался разжать ледяные пальцы на своем горле.

— Майк! — закричал Лео за спиной, крик подхватили испуганные дети, кто-то вцепился в футболку вожатого на спине.

Майк уже начал хрипеть от удушья, как рядом раздался совсем не испуганный крик Сэмми, и что-то длинное просвистело мимо уха вожатого. Хватка тут же исчезла, но из-за пляшущих темных пятен перед глазами Майк ничего разглядеть не успел, лишь бессильно рухнул на колени перед дверью. Сэм почти сразу оттолкнул его и захлопнул дверь.

— Майки! — все еще кричал Лео, уже наполовину вставший с кровати, но так и не добравшийся до напарника из-за ужасного головокружения.

Дети продолжали испуганно кричать, кто-то заплакал. Роджер, подскочивший сзади, попытался поднять Майка на ноги, которые у того вдруг стали ватными. Сэмми торопливо собирал ладошками размазанную дорожку из соли перед дверью, потом обернулся к нему такой же испуганный, как и все.

— Я же сказал: нельзя! Сказал же: нельзя! — быстро заговорил он дрожащим голосом, подползая к Майку.

— Что это за... — прохрипел Майк, но больше ничего сказать не успел, потому что детские визги поднялись на новую октаву. Кто-то прокричал:

— Окно!

Все как по команде повернулись к окну, в просвете которого опять торчала темная фигура. Скрипнула, поворачиваясь, старая заржавевшая оконная ручка. Майк на чистом адреналине и рефлексах схватил с пола ружье и выстрелил, почти не целясь. С оглушительным грохотом и звоном стекла окно разбилось вдребезги, осколки посыпались на пол вместе с кусками рамы.

Дети с криками пригнулись, падая на пол, на кровати и даже заползая под них. Как минимум трое оказались за широкой спиной стоявшего возле стены Лео. Пару младших обхватил длинными руками испуганный Роджер. Сэм стоял на коленях, как вкопанный, вцепившись в руку Майка, и тяжело дышал.

— Это он, это был он...

— Твою мать, — прошептал Майк и с трудом поднялся на ноги, прошел в сторону окна пару шагов все еще с Сэмом на прицепе, который, кажется, от страха не мог разжать пальцы. Встал перед окном в стойку, ружье наготове и замер, прислушиваясь.

Снаружи было тихо и опять пусто. Совершенно не было понятно, попал он или нет в этого... этого... кто бы это ни был.

За их спинами дети чуть угомонились, шикая и успокаивая друг друга, Лео повторял как заезженная пластинка: "Все хорошо, все хорошо". Майк повернулся к шокированному Сэму, собираясь что-то сказать, но тот опередил его:

— Он пошел к нему, — с ужасом прошептал он, а затем почти прокричал: — Он пошел к Дину!

И бросился к дверям. Майк одним прыжком перехватил его на самом пороге.

— Стоять! Куда?

— Там Дин, мне надо к нему! Он же там! — Он пытался выкрутиться из сильных рук вожатого, который тут же развернул его от двери и стал оттаскивать вглубь комнаты.

— Никто больше никуда не пойдет, слышишь?

— Он к Дину пошел, пусти меня! — Буйствовал Сэмми в его руках.

— Сэмми! Сэм, скажи мне... — Майк чудом изогнулся, чтобы не получить локтем в живот. — Скажи мне, где он? Тебе нельзя туда, я сам его найду!

— Пусти, пусти!

— Сэмми, — он сжал мальчика за плечи и, развернув к себе, нагнулся, чтобы его лицо оказалось на уровне лица Сэма. — Сэмми, послушай, так нельзя, я не могу пустить тебя туда.

— Но там Дин, и вожатый теперь пошел к нему!

Майк набрал полную грудь воздуха, собираясь с мыслями и силами. Нужна была другая тактика.

— Кто-то должен остаться здесь и охранять гражданских. — Он искал понимания в глазах Сэма. — Дин поручил это тебе. Что он скажет, если ты оставишь их без присмотра?

Сэмми раздраженно выдохнул и отвел взгляд, но вырываться из рук Майка тоже перестал.

— Сэм, я очень быстро схожу и заберу Дина, если ты скажешь мне, где он находится. А я уверен, что ты знаешь, — продолжил вожатый, ловя его взгляд. — Это очень опасно, твой брат должен быть с нами.

— Если он не успел, черный вожатый доберется до него, — Сэм вдруг повернулся к Майку и быстро начал объяснять: — Мы все рассчитали, он должен был успеть. Сразу после отбоя и до полуночи. Вожатый не должен был появиться так рано, — Сэм замотал головой. — Мы провели настоящее расследование...

Майк закрыл на мгновение глаза. Ну и дурдом.

— Ты мне обязательно все расскажешь, хорошо? Просто скажи, где он. И вы вместе потом все расскажете. Главное, чтобы Дин не пострадал.

— У ручья, — сдался Сэм. — Там, где он впадает в озеро, и торчит большая коряга.

— Молодец, мы сейчас вернемся. — Майк взъерошил волосы Сэма, погладил по голове успокаивающим жестом. Затем развернулся к Лео и протянул ему ружье.

Лео покачал головой, вздрогнул и покачнулся. Ему пришлось закрыть глаза на мгновение, но это не помешало ему ответить:

— Нет, Майки, бери его с собой.

— Я не могу оставить вас всех ни с чем, пусть хотя бы ружье будет.

— Ты, дурак, идешь в лес один и без оружия, — сквозь зубы прорычал Лео. — Толку от тебя не будет.

— Возьми монтировку, — прозвучал голос сбоку, и оба оглянулись на Сэма.

— Монтировку? — Майк нахмурился.

— Она валяется сразу за дверью, я не далеко ее бросил, — стал убеждать он, подойдя совсем близко. — Она поможет, правда, ты же сам видел.

Майк не был уверен, что именно видел, когда его душили. Разве что нечто, пролетевшее совсем рядом и всего на пару сантиметров промахнувшееся мимо его головы, могло быть монтировкой.

— Она железная! — как последний аргумент сказал Сэм.

Да уж, спасибо, что не резиновая, но, кажется, выбора у него все равно не было, как и другого оружия. Лео не был так убежден, как Сэм, что монтировки будет достаточно, он выглядел по-настоящему напуганным. Настолько, насколько мог быть напуган взрослый здоровенный парень. Майку в голову закралась нехорошая мысль, что оставлять детей с ним сейчас не самая лучшая идея, но и бросить Дина в лесу он не мог. Хоть на части разрывайся. Его самого до сих пор едва не колотило, а помощь может прибыть только через пару часов.

— Вам ружье, мне монтировку, — кивнул он сам себе, пихнул ствол в руки Лео и уже был у двери, когда Сэмми оказался вновь рядом. Ведь уйдет же, мелкий бесенок, как только он скроется за дверью. Что он, что его брат не были особенно послушными, а что уж вспоминать про занятную привычку Сэмми приклеиваться к Дину насмерть и таскаться за ним как настоящий хвост. Этих двух вообще нельзя было разделить в обычных обстоятельствах. И именно сейчас то, что они были порознь, являлось самым беспокоящим фактором.

— Сэм, чтобы к нашему возвращению все были на месте и невредимы. Под твою ответственность.

Сэм молча кивнул, глядя на него большими глазами. И, черт возьми, если он не выглядел чуть-чуть виноватым.

Майк вышел и закрыл за собой дверь, дождался, пока не услышит звук задвигаемой щеколды, и развернулся к лесу лицом. На утоптанной земляной дорожке перед дверью валялась монтировка — его единственное оружие. Он поднял ее с земли и опасливо оглянулся вокруг. На небе взошла почти полная луна, и стало намного светлее. Это позволит ему побежать, даже не включая фонарика, и так он, возможно, не привлечет внимания этого человека.

Хотя где-то в глубине души он понимал, что за себя боится сейчас в меньшей степени.

Выбрав не короткую дорогу, через лес, а более открытую и освещенную, чтобы избежать нападения сзади или из кустов, Майк побежал вдоль берега озера. В один момент тропинка под ногами кончилась, и начались абсолютно дикие места, куда детям соваться было строго-настрого запрещено. И не только из-за страшилок про черного вожатого, который якобы когда-то утонул в озере и теперь нападал и похищал людей, отдыхающих вокруг него. Сам по себе берег был очень неровным, с заросшими заболоченными местами, массой поваленных деревьев и торчащих из земли корней. В темноте здесь запросто можно было свернуть себе шею, и Майк неохотно замедлился.

Пробежка от лагеря до ручья заняла у него добрых пятнадцать минут, и к концу он уже неплохо выдохся. Промочил ноги, несколько раз соскользнув в воду, и даже разодрал лодыжку о какую-то торчащую палку. Раздвигая последние ветки кустов перед небольшой поляной у берега, он услышал за собственным шумным дыханием какую-то возню. Насторожился и пригнулся на случай, если это был тот самый злодей. Но, приглядевшись, он обнаружил там пропавшего мальчишку и с облегчением выдохнул.

Уже нисколько не прячась, Майк выбрался из кустов.

— Дин! Слава богу! — Но, подойдя чуть ближе, подумал, что хвалу воздал, возможно, слишком рано.

Сначала ему показалось, что Дин сидел на земле возле дерева, и он хотел возмутиться этим фактом. Ушел среди ночи из лагеря под непонятным предлогом, сидит теперь на сырой земле и в ус не дует. Только вот он не сидел и, когда резко обернулся на голос, то стало понятно, что он находился внутри какой-то ямы. Причем эту же яму он, кажется, и вырыл, потому что в блеклом желтом свете второй керосиновой лампы, стоящей рядом, было видно, что он весь чумазый и по локоть покрытый землей.

— Майк? — удивился Дин, когда разглядел вывалившегося из кустов вожатого. Его здесь было быть не должно, и наличие сразу зазвонило во все тревожные звоночки. — Что-то случилось?

— Что-то случилось? — повторил вопрос Майк, не веря своим ушам. — Ты шутишь? Ты какого черта здесь делаешь?! — С каждой секундой он заводился сильнее. — Там полный дурдом творится, а ты куда-то свалил среди ночи...

Дин вмиг изменился в лице и быстро выбрался из ямы, в два шага подобрался к Майку.

— Что-то произошло в лагере?

— Нет времени объяснять, идем живо со мной! — Майк схватил Дина за плечо и уже развернулся, чтобы тащить за собой с обратную сторону.

Дин на удивление ловко вывернулся из его руки; парень был довольно рослый для своего возраста и смотрел на Майка совсем чуть-чуть снизу вверх. Упрямый, как сто баранов.

— Что в лагере? Он пришел к вам?

— Что? Он? — опешил вожатый. Дин никак не мог знать о том, что в лагерь явился кто-то чужой, кроме как если он увидел его сам. Вопросов становилось все больше, но Дин не собирался на них отвечать.

— Черт! — выругался Дин, озабоченно посмотрев в сторону лагеря. — Где Сэм, он в порядке?

Майк оглянулся по сторонам, все еще опасаясь преследования неизвестного агрессора.

— Нет времени, идем!

Теперь уже Дин схватил его за плечи крепкими пальцами, останавливая.

— Сэм в порядке? — упрямо спросил он, не желая ничего слушать.

— Сэм в порядке, он в домике с остальными... — начал было Майк, надеясь, что ответ на вопрос наконец заставит Дина шевелиться.

Только вот Дин быстро кивнул и, не слушая больше своего вожатого, опять развернулся к яме. В одно мгновение он спрыгнул в нее и поднял со дна лопату, которой что-то поскреб, но очень быстро выкинул наружу.

Майк стоял и ошарашенно смотрел на парнишку, который при одном упоминании Сэма обычно срывался с места и несся к брату, а теперь почему-то почти скрылся на дне ямы и что-то раскапывал голыми руками, совсем не по-детски ругаясь себе под нос.

— Какого черта ты там делаешь? — Майк подошел к краю ямы, все еще сжимая монтировку в руке.

— Иди в лагерь, позаботься о детях! — крикнул из ямы Дин и выбросил большой ком земли в сторону Майка.

— Чего? Я и забочусь о детях, один ребенок сбежал из лагеря и торчит в лесу посреди ночи из-за каких-то идиотских игр!

— Я не ребенок! — огрызнулся Дин.

Майк вознамерился схватить его за руку и вытащить из ямы силком, — если надо будет, он на горбу своем потащит мальчишку в лагерь, — но затормозил у края ямы и пригляделся.

— Это не игры, тебе здесь не место! — зло крикнул снизу Дин, повернувшись к подошедшему вожатому.

А Майк с открытым ртом уставился на самое дно, где среди комьев земли, исчерченной параллельными бороздами от пальцев и извивающихся корней, проступали очертания неких длинных предметов, уложенных один за другим так будто это... это...

— Твою мать! — Майк едва не отпрыгнул от ямы и ее содержимого. — Это же... это же... ты какого хрена делаешь?! Ты что?!

В этот раз Дин не успел увернуться, и Майк, используя преимущество в росте и весе, обхватил его руками со спины и, сплетя пальцы на груди в замок, выволок мальчишку из ямы. Дин стал извиваться и больно вцепился ногтями в предплечья Майка, попытался оттолкнуться ногами, чтобы быстро встать.

— Отвали! Отстань! — Он пытался найти равновесие, но Майк тянул его спиной вперед так, что тот не успевал встать на ноги. — У нас нет времени! - продолжал упорствовать Дин.

— Ты что делаешь?! Ты что творишь?! — повторял ошарашенный Майк, пытаясь обхватить обе руки Дина, чтобы обездвижить его, но парнишка был чрезвычайно силен. Помогал разве что выброс адреналина от шока, в который, кажется, начал впадать сам Майк. — Это же кости! Чертовы человеческие кости! Это же труп!

Майк едва не взвизгнул от изумления на последних словах, потому что это было уже чересчур для сегодняшней ночи.

— Пусти, да чтоб тебя... это не просто труп... — Дин практически высвободился. Опять какой-то чертов приемчик, на который бедному Майку нечего было противопоставить, кроме как вербального возмущения.

— Да ты же... — договорить он не успел, потому что Дин не только вывернулся из его рук, поднырнув куда-то вниз, но ловко оплел его ноги своей ногой, толкнул за плечи и опрокинул на землю. Майк грохнулся на спину, тут же потеряв дыхание на продолжение шокированной ругани.

— Вот приперся же на мою голову... — Дин уже нырнул обратно в... черт, могилу же... на дно, короче, и продолжил рыть и ругаться. — Должен был торчать в лагере, какого черта детей оставил?

— На нас напали... — сказал с земли Майк и приподнялся на локтях. — Какой-то человек напал на Лео, руку ему сломал. Я за тобой пошел, потому что ты тут...

Дин перестал рыть, замер и обернулся.

— Он в порядке? — Майк смотрел на перепачканные щеки подростка и не мог решить: ужасаться ли ему тому факту, что тот раскопал могилу, или невероятной циничности, с которой он продолжал свое скверное дело.

Майк кивнул. Дин все еще смотрел на него.

— Они все в домике? Сэм насыпал соль по периметру?

Майк снова кивнул.

— Иди обратно к ним, — вдруг сказал Дин и отвернулся, будто разговор был окончен. Майк окончательно впал в ступор. — Скажи, чтобы дом никто не покидал, к окнам и дверям не подходил, пока я не вернусь.

От строгости и взрослости в голосе чертового ребенка делалось не по себе. Неужели мог быть таким обманчивым вид этого расхлябанного хулигана в драных кедах, взрослой одежде и с слишком длинным языком? Он мог списать это все на тяжелое детство в семье с низким достатком, да черт, они росли почти на улице из того, что он понял по разговорам братьев. Но тут, кажется, дело было намного серьезнее.

— Ты хоть понимаешь, что ты делаешь? — едва делая вдох, полушепотом спросил Майк, — ты хоть понимаешь, что оскверняешь... могилу? Что это чье-то мертвое тело? Человека!

Дин снова обернулся, изогнул бровь, глядя на Майка.

— А похоже, что не понимаю? — он поднял руку, в которой была зажата потемневшая лучевая кость с жалкими остатками плоти и почти целой кистью на конце, — не хватало одного пальца — и помахал ей Майку.

Майк чуть не сблеванул, но вовремя зажал рот рукой и, зажмурившись, отвернулся.

Дин хмыкнул.

— Салага.

Где-то близко послышался какой-то сдавленный не то вой, не то хрип. Майк резко обернулся в сторону кустов, откуда сам пришел, и тут же вспомнил причину, по которой он сюда так спешил. Дин практически подпрыгнул в яме, встал в полный рост, вслушиваясь в звуки ночи.

— Черт, не успею...

— Это он... — Майк повернулся спиной к Дину и медленно поднял с земли потерянную в возне монтировку, заслонил своего подопечного собой и уставился в кусты немигающим взглядом. Он был готов дать отпор этому маньяку, пусть только явится, получит по башке по полной программе.

— Гребаные корни, расползлись тут... — бормотал Дин, снова роясь в земле.

Пыхтящий от напряжения Майк обернулся через плечо, чтобы мельком глянуть вниз. Дно слабо освещенной ямы четко вырисовывало форму тела человека, точнее, того, что от него осталось: длинные почти голые кости, дуги ребер, отдельно валяющуюся руку и жуткий скалящийся гнилыми зубами череп с пустыми глазницами. И ведь выкопал его целиком... Господи. Майк снова подавил рвотный позыв, прижал к лицу предплечье свободной левой руки.

— Что же ты делаешь... это же грех какой...

— Ох, снова-здорово... — простонал Дин со дна. — Ты стоишь на стреме? Вот и стой на стреме. Если я не найду чертов палец, он нам сейчас с тобой покажет, что такое грех, а у меня даже обреза моего нет, а бензина с гулькин хрен. Ты не пробовал чаще свой пикап заправлять, Майк?

— Обреза? Бензина? — Майку откровенно коротило мозг. Или Дину. Может, это просто мальчик сошел с ума? И ему нужна срочная помощь профессионалов, пока не поздно, ведь у него еще маленький брат, которого он может втянуть черт знает во что, если уже этого не сделал.

— Господи, как с вами гражданскими тяжко-то, — Дин вылез из могилы на четвереньках и из темного уголка между корней вытащил небольшую металлическую банку, в которой раньше у Майка остатки машинного масла бултыхались. Теперь, судя по тому, как жидкость легко плескалась внутри и пахла, это был действительно бензин.

— Что бы ты ни делал, прекрати это, — предупредил Майк. — Хватит, это переходит все границы...

— Ш-ш-ш, — Дин встал, очень быстро приблизился и зажал ему рот рукой. Не успел Майк возмутиться или откинуть его грязную руку, как Дин очень серьезно глянул на него, а потом в сторону леса. Вокруг внезапно стало очень и очень тихо, даже комары, кажется, заткнулись. Они оба замерли, едва дыша. Почему-то напряжение в этом жилистом худощавом мальчишке передавалось Майку, и уже ничего не казалось какой-то игрой.

— Слушай меня очень внимательно, — почти одними губами произнес Дин, но в такой тишине было отчетливо все слышно. — Если что-то пойдет не так... — Майк молча поднял брови в немом вопросе и откровенном ужасе: что значит "не так"? Дин продолжил, не обращая на него внимания: — Мало ли что... просто возьми бензин, облей кости и подожги.

— Что? — на этот раз Майк все же отнял руку Дина от своего лица.

— Ш-ш-ш, — Дин приложил палец к губам. — Делай, как сказано. Он стопроцентно знает, что я его раскопал, наверняка почувствовал, потому и ушел из лагеря. И он будет очень... очень злым из-за этого.

— Что? Он? Кто? — закидал его вопросами Майк, но голос повышать не стал.

— Черный вожатый! — ответил Дин раздраженно. Поставил банку с бензином у края ямы и начал что-то доставать из карманов джинсов и бросать это в могилу. Точнее, даже рассыпать сверху разрытых костей. Песок или что-то в этом роде. И этого у Дина, как оказалось, были полные карманы.

Этот цирк с конями продолжался без малейшего антракта, и у Майка уже кружилась голова.

— Ты сошел с ума! — зашептал он. — Мы вызвали подмогу, сейчас сюда рейнджеры сбегутся и полиция, если они узнают, что ты творишь...

— То ты будешь самым большим идиотом на свете, Майки! — перебил его Дин. — И если не заткнешься, то можешь стать еще и самым мертвым идиотом! Смотри за лесом, мне нужно найти палец! Если появится вожатый, бей его монтировкой!

Майк не успел ему ответить, потому что в тот же момент в подтверждение слов Дина из кустов как-то очень внезапно и слишком быстро появилась темная фигура человека. Как только он приблизился к кольцу света от лампы, Майк отшатнулся и вскрикнул, потому что это нечто было уже мало похоже на человека. И он внезапно понял, почему чертового вожатого называли черным. Плоть на его лице, руках, открытой в разрезе рваной рубашки груди была прогнившей и изъеденной почти до черноты. Скукоженные губы открывали неровные коричневые зубы, а глаза во впалых огромных глазницах, казалось, вот-вот выпадут из своих положенных мест.

Майк заорал еще громче, когда черный вожатый вдруг оказался прямо перед ним и с хриплым воем озлобленно открыл рот. Изо рта полилась черная густая вода, пахнуло так резко гнилью и разложением, что Майк закашлялся. Дин за спиной ругнулся и крикнул:

— Майк, монтировка!

Майк среагировал скорее на команду, чем на собственные мысли, и махнул железной монтировкой в сторону нападавшего. Только тот непонятным образом смог увернуться. Только что был здесь и уже в паре футов сбоку. Это было невозможно, потому что удар должен был настигнуть его прямо в голову. Только что из происходящего вообще здесь было возможным?

— Черт возьми, черт возьми, — Дин, раздирая пальцы о землю и корни, перекапывал дно могилы. Гребаный палец как сквозь землю провалился, а без всего тела целиком жечь его было почти бесполезно. — Майк!

Майк, несмотря на предупреждение Дина, во второй раз увернуться не успел, как и замахнуться своим оружием. Черный вожатый, бросившись на него снова, ловко цепанул того за плечо и бросил на землю, тут же навис над ним, высоко подняв ногу, чтобы растоптать парня на земле. Единственное, что спасло Майка, это то, что он сумел в последний момент перекатиться по земле и встать на ноги, так, как их учили на курсах самообороны. Не зря он там ошивался два месяца.

Победа была недолгой. Почти выбравшийся из могилы Дин, который явно собирался помочь Майку, прямо на его глазах вдруг был отброшен назад, как от сильного удара в грудь. Грохнулся спиной вперед прямо в могилу и скрылся из вида. Майк в ужасе уставился на вожатого, который стоял в нескольких футах от мальчика и абсолютно никак не мог его достать.

— Твою мать... — прошептал он, вытягивая перед собой монтировку. Смешно было от того, чем он собирался защищаться от этого... непонятно чего, которое бьет людей, не касаясь. Это же было не кино, не чертов фантастический ужастик с монстрами.

То, что все по-настоящему, черный вожатый продемонстрировал в ту же секунду. Он дернул рукой в сторону Майка, и того словно что-то невидимое сбило с ног, снова опрокинуло на спину и потащило вперед, прямо в его лапы. Монтировка вылетела из рук и звякнула о камень возле самой ямы.

Черный вожатый хрипло зарычал и вытянул перед собой руки, Майк, протащенный по земле, почувствовал, как его поднимает в воздухе и впечатывает прямо в эти грязные полуразложившиеся пальцы. Как те обхватывают его точно за горло, и эта хватка оказалась такая же крепкая и ледяная, как та первая, в домике. "Это был точно он", промелькнула у него мысль за полсекунды перед тем, как его горло сжали, и он смог только сдавленно хрипнуть и вцепиться в жесткие склизкие руки монстра.

С диким криком Дин выпрыгнул из могилы и, схватив монтировку прямо на ходу, широким размахом метнул ее в черного вожатого. Рык вожатого оборвался на середине, когда тот внезапно исчез. Майк рухнул на колени и судорожно втянул воздух в полыхающие легкие. Уставился на стоящего в паре футов от него Дина, согнувшегося пополам и обхватывающего свой бок рукой.

— Что... — Майк не мог сформулировать ни одного вопроса в своей голове. Там слишком много всего взрывалось, орало и верещало, чтобы сформулировать что-то членораздельное.

— У него нет пальца, — хрипло сказал Дин и зажмурился. Быстро покачал головой и повторил: — Я разглядел, у него нет этого пальца!

С этими словами он бросился обратно к яме, к тому месту, где на краю стояла банка с бензином. Допрыгнуть он до нее не успел, черный вожатый материализовался из ниоткуда прямо между ним и банкой. Все, что успел Майк, это заорать:

— Дин!

На его глазах черный вожатый пнул Дина ногой так, будто это был не подросток, а какой-то паршивый щенок, попавшийся под ноги. Парнишку отбросило на добрую дюжину футов в сторону озера, он перекатился несколько раз по мелким камням и замер у самой кромки воды лицом вниз.

— О, Господи, нет! — лихорадочно пробормотал Майк от увиденного, но черный вожатый тут же переключил внимание на себя. Он поднял руки и снова с рыком потянул их в сторону своего все еще живого коллеги. Неведомая сила уцепилась за лодыжки Майка и, как тот ни пытался перевернуться на живот и схватить валяющуюся недалеко монтировку, сделать это ему не удалось. Только и осталось, что брыкаться и извиваться.

— Нет, нет! Отстань!

Майк и дернуться не успел, как уже оказался в вытянутой руке черного вожатого, повис, как пойманное животное, взятый за горло. Руки автоматически хватались за омертвевшие пальцы, но все было бесполезно. Он увидел, как монстр поднял вторую руку в сторону Дина — тело того грубо перевернуло на спину, так, что одна рука шлепнула по воде. От этого он, кажется, пришел в себя, вздрогнул и резко вдохнул, тут же засопротивлялся, пытаясь извернуться из сверхъестественной хватки, что тоже потащила его по земле в их сторону.

— Не тронь! — выворачивался, как уж, Майк. — Оставь его!

Наплевав на самого себя, Майк, едва упираясь одной ногой в землю, начал наносить удары коленом по неподвижному телу черного вожатого. Все было без толку, точно лупить столетнюю секвойю: не сдвинулся ни на дюйм, даже когда он засветил ему промеж ног.

Черный вожатый рыкнул и приподнял Майка над землей. Его ноги заболтались в воздухе, а от давления на челюсть руки, держащей его прямо под подбородком, казалось, башка сейчас оторвется. Пытаясь дышать через сжатое горло, он прорычал сквозь зубы:

— Сктина... псти его...

Дин, поднятый с земли, тоже оказался в руке черного вожатого, и пальцы сомкнулись на его более тонкой шее. Майк с ужасом видел, как по лицу мальчика струится темная в полумраке кровь из длинной раны над правой бровью. Но глаза его были открыты, и в них горели совсем не страх или паника, скорее злость и решительность, слишком нехарактерные для такого еще маленького человечка всего тринадцати лет от роду.

Откуда-то из-за спины Дин вытащил нож, которым тут же замахнулся в сторону лица черного вожатого, но тот ловко дернул головой и избежал удара. Разозлился и вздернул парнишку так сильно вверх, что тот поперхнулся и выронил нож. Нож блеснул и скрылся в тени, где-то у них под ногами. Черный вожатый победоносно-булькающе зарычал и поднял две трепыхающиеся жертвы на вытянутых руках над собой.

Вот и все, Майки, это твой бесславный трындец, подумал он угасающим сознанием. А еще хуже было то, что Дин рядом и сейчас разделит эту участь. Он и ребенок, о котором он должен был заботиться, сейчас умрут ужасной смертью, а этот ходячий кошмар наверняка отправится обратно в лагерь, где мальчики, раненый Лео... где никто не будет к такому готов.

Из-за их спины послышался какой-то крик, и Майк похолодел от ужаса еще больше, чем мгновение назад. Если умереть вот так среди леса и было кошмаром, то появившийся в этой сцене еще один ребенок превращал все в настоящий ад.

Сэмми — а это был его голос — выскочил из кустов и с боевым кличем понесся к ним, мелькнула широкая белая дуга, рассыпающаяся в воздухе, и полоснула прямо в лицо и середину туловища черного вожатого. С коротким криком тот снова растворился в воздухе, а Майк и Дин грохнулись на землю.

Оба втянули воздух, как два астматика после приступа, и схватились за горло.

— Дин! — Сэмми налетел на брата, обхватывая его за шею и едва не роняя на землю.

— Сэм, ты что?.. — хватал ртом воздух Дин. — Ты что здесь делаешь?

— Я знал, что нужен тебе! Я знал, что ты в беде! — громко бормотал он, чуть-чуть отстранился, чтобы показать большой пластиковый стакан, который он все еще сжимал в своей руке. — Я принес соль, я прогнал его!

Он был почти рад, почти горд собой, что спас старшего брата и вожатого своим внезапным появлением и стаканом соли, но Дин сердито покачал головой:

— Тебе нельзя было сюда идти. — Он все еще хрипел. — Я сказал сидеть там! Охранять гражданских!

— Они в порядке! Я был нужнее тебе!

— Ты не послушался! — отругал его Дин и отвернулся, ползком направился к краю ямы.

— Но, Дин!

— Если мы команда, ты должен меня слушаться! — огрызнулся Дин. Сэмми замер, не веря своим ушам.

Майк смотрел на семейную драму и с какой-то стороны был согласен с Дином, потому что Сэм подверг теперь и себя большой опасности, но ведь и спас их тоже.

— Ты обещал, Сэм, что будешь слушаться! Это было условие, чтобы я взял тебя на охоту!

— Я не маленький! — обиженно крикнул Сэм на Дина.

Дин устало замер прямо на земле, обернулся к нему.

— Дело не в этом... — он тяжело дышал. — Каждый должен делать свое дело, как папа учил... Чтобы мы могли друг другу доверять на сто процентов. Ты же сам... — Он внезапно изменился в лице. — Сэмми, сзади!

Сэмми не успел обернуться, но закричал, как только черные мертвые пальцы вцепились в его плечи.

— Сэмми! — Дин уже был на ногах.

— Сэм! — в унисон с Дином вскрикнул Майк.

Дин подскочил к черному вожатому и врезался в него плечом, тут же обхватывая его руками в крепкий замок и не давая что-либо сделать Сэму. С таким же успехом он мог бы врезаться в камень. Но это, кажется, все же раздражало вожатого, потому что он забулькал и дернулся, отбросил от себя легким движением мальчика поменьше, чтобы проще было разобраться со старшим. Сэм отлетел в сторону и распластался на земле. Дин, держась из последних сил, крикнул:

— Майки, жги! Сейчас!

Майк тут же все вспомнил слова Дина про бензин и "поджечь", и теперь это даже не выглядело таким уж бредом. Все равно бредовее было уже некуда и, если это поможет, он был готов жечь что угодно и кого угодно.

Быстрым ползком он подобрался к банке с бензином и дрожащими руками расплескал все ее содержимое по раскопанным костям. За спиной слышались возня, борьба и беспокойный крик Сэма.

— Дин!

Майк на мгновение обернулся, чтобы увидеть, как старший мальчишка Винчестер держался уже не за всего вожатого, а только за одну его руку. Нужно было торопиться. Он судорожно обыскал все карманы, но ни зажигалки, ни спичек у него не оказалось. Единственное, что ему пришло в голову — это схватить лампу с земли и с силой бросить ее в яму, так, чтобы она разбилась. Она разлетелась, разбрасывая пламя, и в то же мгновение огненным шаром воспламенился разлитый бензин.

Вспышкой Майка отбросило назад, и он завалился на спину. Сзади раздался душераздирающий вой, и Майк развернулся как раз в нужный момент, чтобы увидеть, как изуродованная фигура черного вожатого будто воспламеняется изнутри, загораясь оранжевым пламенем. Вопль агонии взлетел до самого неба, и разозленный умирающий монстр сделал свой последний жест — сильно взмахнул рукой, на которой висел Дин. Дина подбросило в воздух, пронесло по дуге футов двадцать, и с громким всплеском он упал прямо в озеро.

Сэмми, сидящий на земле, громко втянул воздух и выдохнул криком:

— Дин!

Извивающийся монстр выгорел изнутри, превращаясь в пепел прямо на глазах, и растворился в воздухе вместе со своим нечеловеческим криком. Мгновение — и он исчез полностью, будто его никогда и не было.

Майк заворожено глядел на пустоту перед ним. Что за хрень здесь только что произошла?!

Его ступор прервал Сэм, пронесшийся мимо.

— Дин! — он на бегу врезался в воду и сразу пошел в озеро, даже не раздеваясь.

Майк подскочил как ошпаренный и бросился за ним, а что еще важнее, за его братом, которого не было нигде видно. Дин так и не появился над водой, хотя он точно знал, что тот отлично плавает.

Сэмми плавал плохо, но готов был утонуть, только бы найти своего старшего брата. Майк поймал его, уже стоя по пояс в воде:

— Сэмми, стой!

— Там Дин! Он не всплыл, Майки, он не всплыл! — тяжело дышал Сэм сквозь панику.

— Я сейчас, я найду его, иди на берег! — Майк толкал того назад, Сэм сопротивлялся как мог. — Сэмми, я найду его обещаю! Пожалуйста! Ты сам утонешь!

— Майки, — чуть не плача, Сэм застыл на месте. На берег возвращаться не стал, но и дальше не пошел.

Пусть это будет компромиссом, подумал Майк и оглядел едва колышущуюся гладь воды. Черт возьми, Дин. Как он найдет его в темноте? В озере! А ноги не давали голове думать над такими вопросами, они просто толкали его вперед, на глубину, без права повернуть назад и бросить мальчишку погибать.

Еще два шага и он, набрав полную грудь воздуха, нырнул в черную леденящую воду. Он понятия не имел, насколько глубоко в этом месте, открывать глаза в почти полной темноте не было никакого смысла, но он все равно продолжал искать. Хоть на ощупь, не важно. Когда он всплыл в первый раз, чтобы вдохнуть, и огляделся, его слабая надежда, что Дин выплыл, развеялась темной маленькой фигуркой Сэма, все еще стоящей почти по грудь в воде и подсвеченной сзади светом угасающего в яме пламени.

Майк нырял снова, и снова. Плыл в разных направлениях, чтобы возвращаться назад, нырял еще глубже, пока легкие не начинало жечь.

Нет, нет, нет. Такого не могло быть. Только не в его смену, только не под его присмотром. Черт подери!

Когда он уже сам был готов завыть от отчаянья, если бы не был под водой, его рука коснулась чего-то в темной глубине. Чего-то очень похожего на ткань и человеческое тело под ней. Коротко ощупав находку, Майк чуть не потерял весь воздух от радости. Нашел. Нашел!

Он всплыл уже на последних крохах кислорода, вынырнув с резким вдохом, и, тут же подняв Дина над поверхностью, перевернул его на спину и стал грести к берегу одной рукой. Сэм увидел их почти сразу, заволновался и чуть не бросился вперед, но в последний момент одумался и стал выбираться из воды. Дождался, когда Майк, держащий Дина под грудью, выберется на твердое дно и встанет в полный рост, чтобы вытащить Дина дальше. Вместе они вытянули его на берег и уложили на самое ровное место, где было больше песка, чем камней.

— Он утонул? Дин? Майк? — Сэм нависал над распластанным на земле братом, силясь понять, что происходит.

— Погоди, Сэм, — тяжело дыша, Майк отодвинул младшего мальчика.

Он чертовски долго пробыл под водой, но это еще ничего не значило. Майк подрабатывал как-то спасателем на пляже, он видел и не такое. Первым делом он припал щекой ко рту Дина: искомый воздух не холодил его мокрую кожу. Приложенные к артерии на шее пальцы не ощутили никакого биения.

Черт возьми.

Сэм смотрел на все это большими глазами, переводя взгляд то на Дина, то на Майка, затем замер.

— Он умер? — внезапно спросил Сэм так тихо, что Майк едва услышал.
Он помотал головой, разбрасывая капельки воды.

— Нет, не умер, сейчас.

Майк знал, что делать, и в какой-то момент просто перестал паниковать. В голове включилась хорошо отработанная программа, и руки сами начали свое дело. Он запрокинул голову Дина и начал делать тому искусственное дыхание и закрытый массаж сердца. Легким дышать, сердцу биться — вот основной рецепт жизни. Он повторял еще раз: выдох, нажать, нажать, еще нажать... опять выдох. Грудная клетка мальчика была намного меньше, чем у того мужика, которого он спасал в прошлый раз. Но он не боялся сделать что-то не так. На кону была жизнь... только начавшаяся жизнь ребенка.

Сэм рядом почти окаменел, он только вцепился мертвой хваткой в пальцы брата и ждал результата. Глядел на Майка так, будто тот должен был ему включить свет на небе после сотни лет тьмы. С надеждой и мольбой, со страхом, которому не было места в этих больших невинных глазах.

На третьем круге нажатий Дин вздрогнул и закашлялся. Вдохнул воздух и продолжил дышать сам, периодически выкашливая воду. Совсем немного. И Майк выдохнул с облегчением:

— Слава богу...

— Дин! — Сэм припал к его груди и вцепился обеими руками в плечи в неловком, но крепком объятии. — Я думал, ты умер. Я думал, ты умер. Думал, бросил нас, как мама.

Сэм захлюпал носом куда-то в мокрую футболку Дина. Майк вытер ладонью лицо, тоже мокрое — от озерной воды или слез, черт его уже знает. Господи, ну что за семья... У них еще и мама умерла, оказывается. И ведь ни разу не говорили об этом.

— Сэмми, — Дин поднял одну руку и гладил Сэма по взъерошенным волосам. — Сэмми, все хорошо. Я тебя... никогда не брошу, — он коротко вдыхал после каждой пары слов. — Я всегда буду с тобой. Я в порядке.

— Я буду хорошим, я буду слушаться, — продолжал лепетать Сэм.

А Дин, кажется, больше и не злился.

— Все хорошо...

Он успокаивал Сэма, пока тот не отлип от его груди и не вытер рукавом лицо. Тогда Дин перевел взгляд на Майка.

— Вы достали его? — хрипло спросил он.

— Я сжег кости, — сказал Майк и вымученно улыбнулся.

— Ты все-таки ниндзя, Микеланджело, — сказал Дин с полуулыбкой.

Сэм нервно хихикнул на прозвище, которое ребята придумали Майку за его спиной. Конечно же, в честь черепашки-ниндзя, кого же еще. Туда и Лео попал в качестве черепашки Леонардо. Разве могли дети пройти мимо такого совпадения.
Майк беззлобно отмахнулся.

— Заткнись ты! Думаешь, я не знаю про ваши дурацкие шуточки?

— Нет, правда, — настоял Дин и глянул на Сэма за подтверждением.

— Ага, думаю, ты заслужил нунчаки.

Все засмеялись, а Дин закашлялся. Майк тут же посерьезнел.

— Что теперь? — он глянул на яму, где уже почти не было видно огня.

— Теперь все кончено, черного вожатого больше не будет, — Дин устало вздохнул.

— Если бы сам не видел, ни за что не поверил бы во весь этот бред, — покачал головой Майк. — Давай, надо вернуться в лагерь. Вы сейчас оба замерзнете. А потом вы мне всю эту хренотень в подробностях расскажете.

— Заметано, — согласился Дин, и Майк с Сэмом помогли ему подняться. Он морщился как от боли, когда распрямлялся, но не сказал ни одного лишнего слова.

— Идти сможешь? — спросил Майк, придерживая его. Вместо ответа Дин покачнулся и чуть присел, но тут же выпрямился.

— Смогу, идем.

— Угу, — кивнул Майк и перекинул его руку через свои плечи. Пришлось слегка согнуться, но это была сущая ерунда.

Сэм обнял брата с другой стороны, чтобы поддерживать его. Так они и отправились обратно той же самой дорогой, что и пришли.


Луна все еще светила с безоблачного неба и слегка освещала их нелегкий путь через кусты и заросшие камышом берега. Болтать они перестали, чтобы поберечь дыхание. Все трое очень сильно устали, а Дин продолжал кашлять, сгибаясь каждый раз в три погибели и обхватывая ребра руками. У Майка закрадывались нехорошие подозрения, и он старался тащить его к лагерю как можно быстрее. Помощь должна была уже туда прибыть, если Лео до них дозвонился. Дин тяжелел почти через каждые несколько шагов, и подозрения Майка начали подтверждаться, когда тот вдруг споткнулся и потянул их с Сэмом к земле, потому что оба этого не ожидали.

Упав на колени, Дин хрипло задышал, прижимая руку к груди, и зажмурил глаза.

— Дин, все хорошо? — испуганно спросил Сэмми, заглядывая тому в лицо.

Дин коротко кивнул, но головы не поднял. И только Майк смог понять, что это чистой воды вранье, и он совсем не в порядке.

— Сэмми, — он потряс младшего за плечо. — Беги быстро в лагерь, приведи помощь.

— Почему? — Сэмми поднял на него испуганные глаза. Еще сильнее пугать его Майк не хотел, но время было дороже.

— Дину трудно дышать, он дальше сам не дойдет. Быстро беги в лагерь, там должны уже рейнджеры приехать или скорая. Приведи их быстрее!

Дин замотал головой.

— Не надо, — выдохнул он и тут же коротко хрипло вдохнул. — Все... нормально... я дойду.

— Сэмми, бегом!

Сэмми наконец послушался и подорвался бегом в лагерь. Как только он скрылся из виду, Дин начал медленно заваливаться в руках Майка. Майк уселся на землю, поймал его в свои объятья и поддерживал, не давая сильно согнуться и навредить себе еще больше.

— Все нормально, — успокаивал он его. — Все будет хорошо, потерпи немножечко.

— Майки, — выдохнул Дин, сонно моргая в небо. — Сэмми ушел, можно больше не врать.

— Дурак ты, Дин, — Майк закусил губу. — Я же не вру совсем!

— Как и я... — прошептал Дин и прикрыл глаза.

Вот тогда Майка и начало по-настоящему трясти. Как от лихорадки, нет, как под электрическим током, будто к нему подключили все двести двадцать.

— Откуда же вы взялись на мою голову... откуда же ты вылез такой... — бормотал он, машинально гладя Дина по волосам свободной рукой. Второй обнимал его за плечи и ужасался такому человеку, совсем еще юному, намного младше его самого, но одновременно слишком взрослому. Так, что становилось страшно. За него страшно.

В тот момент даже мелькающие вдалеке между деревьев сине-красные огни не могли успокоить.


Дальше все закрутилось как в урагане. Сэм привел с собой целую толпу. И полицейских, и врачей, и даже рейнджера. Все что-то делали и много говорили, быстро отлепили его от Дина и окружили того целым отрядом людей в разноцветных формах. Их с Сэмом оттеснили в сторону, и только когда процессия двинулась в лагерь, позволили догнать. Сэм почти бежал рядом с Дином, которого несли на носилках, и держал того за руку. Или Дин его держал, чтобы тот не боялся. И только поглядывал из-под ресниц, сонно моргая.

В лагере их ждал миллион и один вопрос, но Майку удалось вырваться от них и забуриться в скорую к братьям Винчестерам. Некому было с ними поехать, а он не мог бросить их одних. С другими детьми в лагере пока оставался Лео, которого обещали отвезти в больницу в следующей скорой, и целый отряд работников полиции, которые сразу занялись благополучием маленьких жителей лагеря. Стали обзванивать родителей и рассаживать детей по машинам, чтобы развести по домам. Вот так внезапно кончились каникулы сразу для всех.

В машине скорой помощи все так суетились, а Сэм вечно путался у парамедиков под ногами, пытаясь пробраться поближе к Дину, что в один момент Майк просто обнял его и больше не выпустил из своих крепких рук. Точно в таком же положении их оставили в приемном покое, когда Дина увезли куда-то без объяснений, выпросив только контактные данные их отца.

Вот уже час, не меньше, они торчали в зале с рядами пластиковых стульев и ждали новостей. Майк растянулся на одном кресле, положив ноги на стул напротив, а Сэм лежал на нем, обняв одной рукой. Он иногда приподнимал голову, чтобы посмотреть на часы. Когда Майк сам смотрел на них, ему казалось, что стрелка не сдвинулась ни на секунду. Но за окном уже начинало светать.

— Где ваш папа? — в какой-то момент спросил Майк. Голова Сэма лежала на его груди, и он медленно гладил его по волосам.

— Работает, — тихо ответил тот, не поворачиваясь.

— Он приедет? — Дурацкий был вопрос, но отчего-то хотелось его задать. Нагляделся он на разные семьи в этом году.

— Должен, — вздохнул Сэм, потом все же повернулся к Майку лицом. — Думаешь, Дин будет в порядке?

— Конечно, будет. Он же пообещал.

Майк хотел в это верить и даже готов был соврать. Пусть он и работал вожатым с детьми не первый год, но сообщить ребенку плохие новости у него не хватало духу. Он сам не знал ответ на вопрос Сэма, мог только надеяться вместе с ним, потому что эти мальчики просто обязаны были быть в порядке.

Мысли все еще путались среди событий ночи, которым он не мог найти объяснения. Но мучить Сэма вопросами он не собирался, особенно потому, что, кажется, тот так и уснул на его плече.

Потом заснул и сам Майк.


Через пару часов его растолкала медсестра и указала на полицейского, который пришел брать у него показания. Сэм пропал, и на вопрос, куда он делся, ему рассказали, что совсем недавно приехал отец мальчиков, и они теперь в палате у Дина. Так как он не родственник, о состоянии Дина ему не сказали ничего толкового. Только что он в порядке и поправится. Краем уха он слышал, как медсестра зачитывала список травм полицейским: мальчишка сломал пару ребер, заработал серьезный ушиб легких и несильное сотрясение. В целом, должен поправиться, говорили они. А у Майка перед глазами все еще виднелись эти испуганные детские лица, разъеденная обвисающая кожа черного вожатого... Но больше всего — бледное лицо Дина, которого он только что вытащил на берег из воды. Тонкое, безжизненное, мертвое на несколько мгновений... мгновений, пока он думал, что потерял его.

Страшнее он ничего вспомнить не мог.

Через час на него наткнулся Лео, которого везли мимо в кресле-каталке, зацепил за рукав и утащил с собой в палату. Растрясти, привести в чувство и все рассказать. Пообещал напоить его до потери тапочек, чтобы отпустило.
Майк против не был.

А потом, когда протрезвеет, он хотел получить ответы на очень-очень много вопросов.
Только вот через два дня, приехав в больницу навестить ребят, он узнал, что Дин исчез прошлой ночью. В школе ничего об их семье не знали. Винчестеры просто забрали документы и исчезли. Исчезли вместе с надеждой Майка получить хоть какие-то объяснения.

Все кончилось так же внезапно, как и началось.

Майк остался ни с чем. Только его жизнь теперь изменилась до неузнаваемости, а еще он стал больше бояться темноты, хоть и был взрослым парнем. Но, кажется, возраст в этом деле был не главным. Это доказали два мальчика, которые отдыхали в том злополучном летнем лагере. А раз они могли смотреть такой опасности в лицо, может быть, и Майк сможет.

Может, он и вправду заслужил нунчаки?