Вино от меланхолии

      Тишину тёплой августовской ночи нарушали лишь тихие шаги двух фигур, молча двигавшихся по рельсам куда-то в темноту. При свете редких фонарей можно было разглядеть, что это были два парня лет двадцати с небольшим. Дуглас и Том – братья Сполдинг, неразлучные с самого детства. Очень похожие друг на друга и одновременно слишком разные. Оба шли, погрузившись в свои мысли, вот только Том беспечно улыбался, а Дуглас был мрачней тучи. Дугласу так хотелось поделиться своей проблемой с младшим братом, но он не знал, как начать. Но спустя некоторое время Том не выдержал и заговорил первый.       – Дуг, признавайся, что случилось?       Дуглас от неожиданности споткнулся и, помолчав несколько секунд, спросил:       – Помнишь Камиллу Уилкес?       – Ещё бы, – хмыкнул в ответ Том. – Ты же уже месяца три без умолку трещишь, какая она расчудесная и как тебе становится плохо, когда вы расстаётесь хоть на пару часов.       – Она заболела, – голос Дугласа задрожал, – Она уже побывала на приёме у всех врачей в нашей округе, но никому не удаётся вылечить её.       – А чем она больна?       – Я не знаю, Том. Я не знаю... Я подозреваю, что... – Дуглас запнулся. – Что это меланхолия. За последнее время она очень сильно похудела. Она всё время бледная и очень-очень грустная. Что бы я ни делал, как бы ни пытался её развеселить, на её губах появляется лишь подобие улыбки. Мне так больно от её вечно печальных глаз. Я готов ради неё на всё, но я совершенно не знаю, что мне делать.       – Я постараюсь тебе помочь. Я обещаю, – тихо ответил Том.       Дуглас благодарно улыбнулся младшему брату, и они снова пошли молча. Непроизвольно Дуг поднял глаза к небу и не смог сдержать восторженный возглас.       – Том, постой! Ты только взгляни, сколько звёзд! Они так похожи на одуванчики. Кажется, легонько дунешь, и они разлетятся белыми пушинками по всему небу.       Том остановился, поднял голову вверх и стал искать на небе знакомые созвездия. И тут его осенило.       – Точно! Одуванчики! Ты гений, Дуг!       – Ну да, звёзды похожи на одуванчики... – ошарашенно протянул Дуглас. – Что тут такого гениального?       – Одуванчики станут лекарством от меланхолии! Точнее, вино из одуванчиков, которое делает наш дед. Ты же сам прекрасно знаешь, в вине из одуванчиков воплощено само лето, теплота и радость от всех самых ярких событий. – Том торжествующе улыбался. – Послезавтра уже сентябрь, а это значит, завтра дед полностью заполнит погреб. Вот, приведи туда Камиллу, выберите самую красивую бутылочку и вместе опустошите по бокалу с вином от меланхолии. Я уверен, это поможет.       – Ох, Том, спасибо тебе большое, – растроганно произнёс Дуглас и обнял брата. – Я не знаю, что бы я без тебя делал.

***

      Одной рукой Дуглас время от времени нащупывал в кармане ключ от дедушкиного погреба с вином из одуванчиков, убеждаясь, что он на месте, что он никуда не провалился, не выпал и не потерялся. А в другой руке парень крепко держал руку своей любимой девушки, словно боясь, что она исчезнет, испарится, если он отпустит её хоть на мгновение.       – Боже мой, скажи уже наконец, куда ты меня ведёшь? – в голосе Камиллы прозвучала нотка нервозности. – Ты же знаешь, я не люблю сюрпризы.       – Мы уже пришли, сейчас сама узнаешь.       Дуглас подвёл девушку к двери в погреб и попросил закрыть глаза. Та недовольно сжала губы, но послушалась.       Два оборота ключа, и дверь отворилась, открыв путь к лестнице, ведущей вниз.       – Пожалуйста, только не открывай глаза, милая. – Ласково попросил Дуглас. – Тут ступеньки, спускайся осторожно, я держу тебя. Двадцать пять ступеней спустя они остановились.       – Всё! – Донеслось до девушки. Она с облегчением широко распахнула глаза и охнула от неожиданности и восхищения.       Два огромных стеллажа с бутылками образовывали коридор. А в конце этого коридора находился изящный круглый столик с парой стульев. На столе стоял букет из шикарных бордово-красных роз, свечи, от пламени которых содержимое бутылок искрилось и сверкало, и два бокала.       Пройдя мимо стеллажей, Дуглас взял одну из бутылок, и вместе с Камиллой они сели за столик.       Раздался характерный "чпок", и парень наполнил бокалы напитком золотисто-солнечного цвета.       – За нас?       – За нас.       С первым глотком на щеках девушки расцвёл румянец. Со вторым - пропала грусть в глазах. А с третьим - её лицо озарила самая яркая улыбка, какую только можно представить.       – Я люблю тебя.       – А я люблю тебя.       Дуглас смотрел на Камиллу и был так счастлив, как никогда раньше. Том оказался прав: вино из одуванчиков волшебным образом оказалось лучшим лекарством от меланхолии. А, может быть, дело не только в вине?