mon prefere de papa

– В четверг у меня нет пар! – радостно сообщил Бэкхен Ву, когда сидел на коленях альфы в его автомобиле. – Замечательно. Четыре дня без плотских утех. Посмотрим, каким несдержанным ты станешь! – усмехнулся Ифань, целуя любовника в шею. – Ох, посмотрим еще, кто ещё будет слишком раздражённым от недотраха, – довольно поерзал на паху альфы Бен. – Бэкхен. – прохрипел мужчина. – Мы рядом с твоим домом, прекрати. И, если ты помнишь, у меня есть муж. А супружеский долг никто не отменял. – Муж, подумал Бен, у него есть замечательный омега, зачем я ему сдался. По идее он должен был его ненавидит, или по-крайне мере недолюбливать, но Бэк не видел причин презирать Чунмена, скорее наоборот, его было жалко. – А, папочке не нравится, когда его Бэкки проявляет инициативу? – невинно прошептал омега на ухо, засасывая нежную мочку. – Не думаю, что твой отец будет в восторге, если увидит нас. – Хмм. Да, ты прав, отец тебе голову оторвёт за то, что ты его сына совратил . – улыбнулся омега. – Кто кого ещё совратил, маленький дьяволенок, – засмеялся Ву. – Иди. Тебе пора. Бен скрестил пальцы, заходя в дом. В тот раз он не предупредил отца о приезде, может, и в этот повезет? Тот раз, когда его отец брал своего помощника прямо у стены в своей спальне. Кажется, его зовут Лу Хань. Очень красивый омега. Бэкхен должен признать: красивей Лу Ханя он никогда не видел омеги. Вряд ли отец Бэка поведётся только на красоту. Его, скорее, привлекла та ядовитая страсть Луханя, которая таилась и ждала своего часа. Тот раз, когда Лу вовсе не стонал, как эти падшие в порно, а тяжело дышал, пытаясь заглотнуть больше воздуха, и что-то шептал отцу на ухо, заводило Бена лучше прелюдии с Ву. Когда Бэк рассказал о своей фантазии с собственным отцом другу, тот предложил установить несколько скрытых камер в доме, чтобы Бэкхен мог наблюдать за сексом собственного отца со своим помощником, а может и не только с ним, без страха быть пойманным. Альфа друга мог свободно достать камеры, но была проблема: когда их можно установить? Сейчас Пак-старший работает практически на дому. С Лу Ханем. У Бэкхена было единственное желание: хоть раз от начала до конца посмотреть, как отец отдаётся во власти похоти вместе с Лу. Тихонько зайдя в дом, Бэкхен постарался слиться со стеной и незаметно пробраться к спальне отца. "Пожалуйста, пусть его помощник будет здесь," - скрестя пальцы, молил омега. Дверь в опочивальню отца была практически всегда открыта, и в это раз Бэку несказанно повезло: Хань сидел лицом к выходу, подняв руки вверх, как провинившийся ученик, на его шеи был ошейник. Боже, ошейник! Цепь которого находилась в ладонях отца. Бэкхен притаился у стены, борясь со страхом быть пойманным и желанием подглядывания. – Ты провинился, Лу Хань, – услышал Бен грозные голос отца. – Господин, я сожалею! Я все исправлю! – умоляюще ответил ему Лухань. – Глубже бери мой член. Ещё глубже! - зарычал Чанель, отчего колени Бэка затряслись от страха. Он властный, пронеслось в голове Бена. Заглядывать в дверной проем неимоверно хотелось, но страх, быть пойманным, останавливал. – Ты разве не помнишь, как спустя месяц стажировки благодарил меня за то, что я принял тебя на постоянную основу? Ты смог тогда заглотить мой член полностью, так почему же сейчас ты не можешь сделать тоже самое? – омега услышал шлепок. "У него бездонный рот, что он может взять пенис отца полностью? Я даже половину не смогу, наверное… Стоп. Неужели он ударил Ханя? " - с ужасом пронеслась мысль в голове омеги. – М-м-ха-а-а. Господин а-а-ах, я сегодня не могу взять е-его полностью, простите вашего-о никчёмного помощника, в с-следующий раз я возьму его полностью. – умоляюще захныкал Лу. – В следующий раз говоришь? Ты забыл, кто здесь командует? Ну ладно, я прощаю тебя. В первый и последний раз, Лухань. А теперь я войду в тебя, ме-едленно, чтобы ты чувствовал каждую клеточку моего пениса, каждую венку. И только попробуй ускоряться мне навстречу, я отшлепаю тебя, и ты будешь не сидеть, а стоять на своем рабочем месте. – цепь загремела и дверь резко закрылась. Бэк чуть не наделал в штаны от страха. Но это был лишь ветер, гуляющий по дому. Омега сжал ноющий член и увидел пятно на месте паха. Из комнаты послышались медленные шлепки тел и голос Лу, умоляющий ускориться хоть на немножко Пака. – Черт, – прошипел парень. Нужно было как-то справиться со стояком и покинуть дом до того, как его застукали за подсматриванием. – А-ах, г-господин Пак, б-боже, - лицо китайца выражало неземное наслаждение. Правду говорят, что омега красив только в двух случаях: когда он носит ребенка под сердце, и когда получает удовольствие со своим альфой. – Ч-чанель, твой сын может вернуться скоро. – Бэкки сейчас у друга, он позвонит, когда будет ехать. Ты переживаешь, что он застукает нас? Мы взрослые люди, у нас есть потребности, которые нужно удовлетворить, да-а-а, сожми меня внутри еще раз, о-о-о. Чертов омега! – зашипел Пак. – Г-госпо-один! - застонал Лу. – Я конча-а-ю. О-ох, Боже, благослови твой член, Пак, – выдохнул китаец и обессиленно упал на Чанеля. Учащенное дыхание любовников нарушил звук пришедшего сообщения. – Это, наверно, Бэкки, - протянул Пак руку к телефону, в то время, как Лу опять брал его пенис в рот. – Что там? - поинтересовался омега, видя нахмуренного начальника, отрываясь от члена. – Материал для мебели задерживается, – он соврал. Открыв iMessage, Пак увидел два тела, приедающиеся греху удовольствия. Лиц не было видно, но пальцы омеги, что ухватились за плечи альфы были очень знакомы. "Твой сын трахается с Ву. Забавно, правда?" Гласило прилагающие сообщение. От абонента Ву Чунмен. А потом пришло еще одно сообщение: "Все же эффект бумеранга на самом деле существует: ты трахаешь меня, а мой муж твоего сына."