И все расплывается

Зайдя в комнату, она обнаружила раздетую/обнаженную, но уже крепко спящую Земфиру. Вздох сожаления сорвался с губ. Рената нежно провела пальцем по позвоночнику поцеловала в острую скулу и накрыла белой простынью. Земфирин темный точеный профиль казался наброском угля на белом листе постели.В голове откуда-то, как всегда своевременно, всплыла Цветаевская строчка-признание Анне всея Руси "Вас передашь одной-ломаной чёрной линию". -Все-таки есть в ней что-то Ахматовское,-шёпотом, обращаясь к аквариумным рыбкам,сказала Рената. -Моя женщина молчания! Моя, понимаете?!...Не отдам!,- а эти реплики были уже направлены куда-то вверх . Разговор снова не состоялся. Очередной монолог то ли в небо, то ли в пустоту. Земфира снова проспит весь день, вечером вколет дозу и опять забудется. Утреннее просветление было обусловлено лишь вчерашним увеличением дозы. Рената пошла на кухню за бутылкой. Под руки попался телефон с пропущенными от Светы. Она отправила ей сообщение: "Скоро буду. Жди))". Кинув бутылку на дно большой сумке и кое-как найдя подходящую одежду, она уже было вышла из квартиры, но что-то вспомнив, вернулась. Долго ходила по квартире: громко цокала каблуками и тихо изысканно материлась, пытаясь что-то найти. Но тщетно. В конце концов блуждающий взгляд остановился на помаде, ручки не было, а уходить надо было. -Господи, как пошло,- расстроенно шепнула Рената, но тем не менее оставила Земфире записку, содержание которой не отличалась от сообщения, пару минут назад отправленного Свете. Кинув этот листок на кровать Зе, она выпорхнула из душной и душившей квартиры. Пятнадцать минут на машине и она уже оказалась на Патриках. Ещё две минуты пьянящего воздуха-света-жизни и Рената в тёплых дружеских объятиях Светы, переживающей болезненное расставание с мужем. Две блондинки, чёрный деревянный стол и бутылка сухого красного. Весьма поэтично. У них есть два часа, чтобы выплеснуть свою боль друг другу и утопить её в вине. Дружба-не дружба, а горе, страдания и боль объединяют людей, не особо церемонясь при выборе спасительного круга. Света и Рената лечат друг друга алкоголем и стихами. И только! Рената вспоминает неоднозначные двусмысленные строки Бродского, Света зачитывает сохранённые в заметках стихотворения Цветаевой и Ахмадуллиной -"Вся ваша роль-моя лишь роль, я проиграла в ней жестоко, вся ваша боль моя лишь боль, но сколько боли, сколько, сколько!" -Света, это так...так чувственно! Такая она стойкая была! И мы должны...,-Рената поднимает бокал целительного и кивает головой, словно сама соглашаясь со своими словами. Щелчок.На дисплее Ренатиного айфона всплывает имя отправителя и сообщение, состоящее из одного лишь слова-вопроса:где? -Я пойду, мне надо,..пора!,-Рената уже крепко обнимала на прощание тёплую и живую Свету. -"Благословляю вас на все четыре стороны",-смеётся Света,-Хотя нет, на четыре не благословлю, а вот на одну...Ммм, пожалуй!" Понимающий, вечно заигрывающий Ренатин прищур, едва уловимый кивок головой. И её фигура поспешно удаляется вниз по ступенькам. Света стоит, прислонившись к дверному проему своей квартиры, до тех пор пока не перестаёт слышать каблуки гостьи. Рената вышла из подъезда и села в ждавшую её машину, как обычно попросив водителя ехать поскоростнее.