Ты по-ангельски.

Кастиэля распирала злость. Необычная, палящая, странная злостью, подобной которой он никогда не испытывал. Дин! Именно он был причиной злости. Почему столь много сделав, я результата не достиг? Кастиэль уже привык вести диалог с самим собой. Верить, что он сможет найти Бога. Как же! Найти того кто не хочет быть найденным! - Кас! Его голос. Голос Дина. Мгновенно мысли вспорхнули. Тело легче пера. Он так соскучился по крыльям. По облакам и по простоте. Почему жить тут, на Земле, так сложно? - Кас! - Дин? Всего доля секунды разделяла их. Если не брать несколько сотен километров. Но что они, в сущности, значат? - Черт тебя дери! Сколько я говорил не появляться перед носом. - Но звал ты… - Спасибо, я в курсе, - Дин скривил губы. - Зачем? Непонятно, как говорить с этим человеком. Хотелось с ним разговаривать, но вот как? - Хотел узнать новости. Да и непривычно как-то, что ты не появлялся столько времени. - Так беспокоился ты? Поверь, напрасно. Дин отвернулся, взболтнув полупустую бутылку пива. Слова-то правдивые, а вот в искренности он был полный профан. Зато он мог с благодарностью назвать Каса идиотом. И Кас это почти понимал. Ключевое – почти. - Новостей новых нет у меня пока. Словно пред бурей затишье наступило. - И на Небесах и на Земле никаких новостей? – недоверчиво уточнил Дин, сделав глоток. Кас задумчиво рассматривал горлышко бутылки, наблюдая, как отблески света скользят по стеклу. Завораживало. - Утверждать не смею, нет к Небу доступа. Дин кивнул, неуверенно потоптавшись на месте. - У меня начинается футбол, - зачем-то сказал он. - Футбол? – по слогам переспросил Кастиэль, скромно присев на край дивана, сложив руки на колени. - Ах, да, у вас же нет нормального телевизора, - Дин присел рядом, приятельски хлопнув Каса по плечу, отчего тот неуверенно улыбнулся. - Сейчас расскажу... - И потом я врываюсь, а у него лицо в крови, и глаза такие… Ненормальные, - еле подобрал слово Дин, залпом опустошив стопку бурбона. Кас слушал внимательно, сосредоточенно и в то же время пытался понять, о чем Дин говорит. Ему казалось, что под его словами скрываются какие-то эмоции, понять которые у него пока не получалось. - Но брата любишь ты. - Он – моя единственная семья. Кас помолчал, наблюдая, как еще одна стопка опустела. - А что такое эта семья? Дин поднял блестящие глаза, облизнулся, и, помолчав, начал отвечать: - Это как мы с тобой, только крепче. - Крепче? - Узы крепче что ли. Черт подери, я не умею объяснять такое, - поморщился Дин. - Привязываешься и беспокоишься когда? – уточнил Кас, внимательно смотря в глаза. - Угу, - увесисто подтвердил Дин, вдруг чувствуя себя знатоком человеческих отношений. - О, - задумчиво протянув в ответ. - Ты уходишь? – Дин спросил грубовато, чуть хмурясь. - Хотел разведать, вдруг сведенья новые появились. Дино помолчал, развернувшись. - Нужен я тебе тут? Дин снова помолчал. И тут Кас почувствовал, что это ключевой момент. Такое приятно-волнующее чувство, когда идешь по тонкой жерди, а под тобой метры пустоты. И каждый шаг может быть решающим. Касс совсем забыл, каково это, волноваться или ожидать. А сейчас воспоминания всколыхнулись. - Быть может, останусь лучше я, - утвердительно кивнул Кас, растерянно читая на лице Дина явное облегчение. Кастиэль вдруг понял, что давно не испытывал такого умиротворения. Он осторожно повернул голову, наблюдая сопящего рядом Дина, опустил голову, сжимая руки, и улыбнулся. Больше своим ощущениям. Потому что сейчас ему было спокойно. От «покой». Осторожно, стараясь не шуметь, он откинулся на спинку дивана, и прикрыл глаза. Мысли накатывали с перебоями, как волны на пляж. Сначала заполнив, а потом оставив в одиночестве. А всему этому сопутствовало мерное, иногда сбивающееся дыхание рядом. Сейчас, впервые за долгое время, Кастиэлю показалось, что он задремал. И тут же, где-то в полудреме, понял, что каждый человек счастливее любого ангела или демона. У них есть право ошибаться, метаться, совершать ошибки, сожалеть, любить, грешить и, все равно, им даровано искупление. Стороннее, но родное тепло заполнило изнутри. Показалось, будто на мгновение что-то невообразимо-огромное, любящее коснулось искры сознания. «Отец». Дин пошевелился, с бурчанием запрокинул голову, облизнул пересохшие губы и снова притих. Кастиэль сосредоточенно напрягся. Медленно приблизился, щеками чувствуя жар чужого тела. Потрясающее чувство! Кончиком носа коснулся щеки, с трудом втянув воздух. Кожа Дина пахла кремом для бритья, лосьоном и почему-то солью. Дин сплюнул кровь, поморщившись. Хотелось дать Касу кулаком, которые, как назло, свинцом налились. - Забыл я, что люди хрупкие создания. - Идиотские у тебя извинения, - в ответ буркнул Дин, тяжело вздохнув. Кастиэль помолчал, помогая сесть на диван. - Давай в следующий раз, когда я нарвусь на тройку ангелов, ты посидишь в сторонке. А то только и делаешь, что отвлекаешься, чтобы тебя не проткнули. Кас поднял брови, от удивления открыв рот. - И да, черт подери, считай, что я беспокоюсь. У тебя этот вопрос на лбу написан, - нехотя буркнул Дин, отворачиваясь. Лицо Кастиэля посветлело. - Нет, я просто рядом буду в следующий раз.