Та, что приносит неприятности или неудачная охота Йору

Солнце неприятно слепило глаза, упрямо напоминая о том, что пора бы уже подниматься с постели. Девушка раздраженно повернулась на бок и укрылась одеялом с головой. Впрочем, в таком положении ей тут же стало жарко. Неудивительно, ей постоянно было жарко, будь то лето, или зима. Вконец измотавшись и потеряв всякое желание спать дальше, она сбросила с себя одеяло и повернулась на бок, настойчиво не желая подниматься. Зеленые глаза медленно прошлись по всему пространству ее маленькой комнатки и остановились на журнальном столике напротив кровати. Там, в небольшой плетеной корзинке, на дне которой было постелено втрое свернутое махровое полотенце, спокойно досыпали свои сны два яйца-сердца. Одно золотистое, с резными узорами по всей поверхности, похожими чем-то на переплетенные между собой цепи, такое светлое и сияющее в свете восходящего солнца, что на душе непроизвольно становилось тепло от одного взгляда на него. Стоило Рене взглянуть на это яйцо, как ей тут же становилось так спокойно, словно все проблемы и переживания, когда-либо терзавшие несчастную душу, вовсе не существовали, словно ей больше не нужно беспокоиться о чем-либо, и все решится само собой, а жизнь ее отныне не будет так тяжела. А вот другое яйцо вызывало в зеленых глазах тоску и печаль. Такое яркое и красивое, будучи только рожденным, теперь в нем были еле заметны розовые и черные полоски, полностью затянутые серой дымкой, в центре которой яркой кляксой восседал жирный, черный крест: «А ты довольно энергична для Х-чары»,- в голове эхом отозвались слова: - Черт,- Рене согнулась пополам, повернувшись на другой бок,- да что он знает! В груди снова появилось ставшее уже привычным чувство безысходности и потерянности. Так тошно ей не было уже давно. И тем более она и не помнила, когда в последний раз плакала: - Черт! Черт! Черт! Столько держалась, чтобы так просто раскиснуть от слов совершенно незнакомого паршивца! Найду и убью этого невоспитанного кота!- девушка подскочила с кровати, осветив комнату розоватым сиянием солнечных лучей, отраженных от ее волос. Стягивая на ходу короткую белую майку и спальные шорты, она с лету вбежала в душевую кабинку и повернула кран. Ледяные струи ударили в лицо, по которому уже успели заструиться слезы, и тут же смешались с ними, смывая предательскую влагу. В этот момент в комнате верхняя часть полосатого яйца чуть приподнялась, и оттуда показалось сонное лицо чары: - Рене, ты уже встала? Город только просыпался, и улицы были полупусты, а девушка уже покинула своё пристанище. Рене не пыталась скрыться от утренней прохлады и сырости, идя в расстёгнутой толстовке с накинутым на голову по привычке капюшоном. Так вероятность быть узнанной была меньше. Редкий туман, тянувшийся с Сены, вызывал некий озноб, но это мало волновало девушку. Словно на автомате, она шла, не поднимая глаз от каменистой поверхности мостовой. Рядом в воздухе плыла Даи, которая скучающим взглядом прошлась по водной глади и тут же оставила невозмутимую реку в покое, не заметя никаких изменений с прошлого дня. Она совсем не менялась, оставаясь неподвижно величественной, по крайней мере, вот уже три месяца, которые Даи со своей хозяйкой приходилось жить во Франции. Действительно, как и предполагала Рене дважды в одном месте искать их не стали, или пока не искали: - Слушай, Рене,- широко зевнув, обратилась к хозяйке чара. - Ммм,- отозвалась девушка. Казалось, ее очень заинтересовали камни, из которых была выложена дорога: - Куда мы так рано? - На работу, куда ж еще?- совершенно бесцветным голосом объяснила Рене. - А разве тебя не уволили вчера?- удивилась чара. - Нас ведь звали на днях подработать сиделкой? - Да, но ты же говорила… - Неважно, что я говорила,- резко бросила девушка. Даи вздрогнула и притихла, чуть отстав от хозяйки: - У меня нет особого выбора, чтобы привередничать,- уже спокойнее пояснила Рене,- что-то мне подсказывает, что нам скоро понадобятся деньги. - То есть… - Ты же сама сказала, что за тобой вчера следили,- девушка, наконец, взглянула на чара-хранителя, отчего та непроизвольно вздрогнула. Даи боялась разозлить свою хозяйку. А заставить ее зря волноваться, значит, вызвать гнев. «Но я вообще-то не думаю, что этот котяра следил за мной именно поэтому…»- размышляла она, решая, что же ответить, дабы не вызвать высшей кары: - Даи?- голос хозяйки прошелся по спине кошки неприятным холодом. - Да,- решительно отозвалась она. - Идем,- Рене завернула за угол, прибавив шагу. Кошка тяжело вздохнула, повесив ушки: «Ох уж этот кот,- сердито подумалось ей,- надеюсь, ему не везет так же, как и мне!» - Апчхи!- Йору потер зудевший с самого утра нос. - Неужто простыл?- сделав глоток горячего кофе, поинтересовался Икуто. Время близилось к обеду, и они сидели в одном из кафе в центре города. Икуто не пожелал возвращаться в гостиницу, и, по неизвестным чара-хранителю причинам, они, как только взошло солнце, пустились в прогулку по городу. Это было уже третье кафе, в котором они останавливались: - Икуто, ня, давай вернемся, я со вчерашнего дня не спал и лап буквально не чувствую. Что мы вообще забыли здесь в разгар дня? - Мне просто надоел наш номер,- бросил парень, осматриваясь по сторонам. - Мы так никого не найдем,- устало протянул Йору. - А мы кого-то ищем? - Я - нет, а вот ты, определенно, да! Только…- лохматая голова приподнялась с лап, на которых только что покоилась, и золотистые глаза впились в лицо молодого человека,- ня, кого ты ищешь в кафе по всему городу? Икуто не подал вида, что слышал своего чара-хранителя, смотря куда-то в сторону. Если бы не нервно дернувшаяся темная бровь: - Ня!- воскликнул Йору. - И зачем тебе понадобилась эта зеленоглазая, ня!- кружил вокруг Икуто чара-кот. Парень настойчиво делал вид, что не слышит чара-хранителя, идя по парку, сунув руки в карманы. Но Йору проявлял не дюжую выдержку, битый час пытаясь достучаться до него. Терпение Икуто грозилось вот-вот дать трещину. Тем более что он не знал, что ответить на вопросы, сыплющиеся на него. У него не было ни малейшего понятия, с чего вдруг розоволосая кошка не выходит из его головы? Потому ли, что она напомнила ему Аму, которую он не видел уже несколько месяцев? Или потому, что у нее был настолько безжизненный взгляд, словно всей ее воли к существованию и не существовало вовсе? А может потому, что она говорила так, словно видела его насквозь? Может ли существовать человек, который посмотрит на него и с ходу скажет, что у него талант к причинению другим боли? «Не зря же я практиковался в этом всю жизнь»,- усмехнулся Икуто: - Что смешного, ня! Я тоже имею право знать!- вопил чара-хранитель. Полностью погрузившись в попытки докричаться до Икуто, Йору не заметил, как тот остановился, а когда сообразил, его лоб уже встретился с пальцем хозяина: - Ай! - Не шуми так!- усмехнулся Икуто, что не на шутку удивило кота, почёсывающего ушибленный лоб,- я сам не знаю. Улыбающийся первый раз за долгое время Икуто выбил чара-хранителя из колеи, и он просто не осмелился что-либо еще спрашивать. Да и не успел бы. В этот момент нечто ужасно быстрое пронеслось между Икуто и Йору, и их отбросило друг от друга чем-то сродни ударной волне. Как только пыль чуть улеглась, Икуто, наконец, смог разглядеть, что именно придавило его к земле. Этим оказалось ничто иное, как сам предмет его сегодняшних поисков. Рене лежала на парне, и было непонятно, в сознании она или нет. Но только Икуто собирался это проверить, девушка пошевелилась, взявшись за правое плечо, а после, видимо, сообразив, что земля не может удерживать ее в полу сидячем положении и тем более неспособна быть настолько мягкой, она медленно повернулась. Как бы это ни было странно, Икуто был рад тому, что прочел в зеленых глазах испуг и страх. А как только она узнала его, к этим эмоциям примешалось и удивление: - Ты?- растерянно проговорила она. - Я,- осторожно поддерживая девушку за плечи, отозвался Икуто. Помогая ей сесть, он осмотрелся по сторонам в поисках того, что же могло быть причиной такого ее полета. Но отвлекшись, он не заметил, как сама Рене вдруг вздрогнула и в ту же секунду оказалась стоящей в двух метрах от него: - Так ты все-таки с ними!- вскрикнула она, сердито и несколько загнанно смотря на него. - Ты о чем?- Икуто поднялся с земли, отряхивая брюки. Девушка тяжело дышала, продолжая хвататься за правую руку. Краем глаза парень заметил, как серая ткань толстовки окрасилась в красный цвет: - С тобой все хорошо?- он сделал шаг вперед. - Не подходи!- вновь вскрикнула девушка, бросившись в сторону. Прыжок дался ей с трудом. Приземлившись, она просто опустилась на колени, и страшный приступ кашля заставил Рене согнуться пополам: - Эй,- Икуто направился в ее сторону,- я ни с ними, как ты выразилась. Не знаю, о чем ты, но я сам по себе! Но не успел он наклониться к девушке, как с боку появилось нечто синее, издающее жуткий шум. В одно мгновение парень обзавелся кошачьей атрибутикой, сгрёб девушку в охапку и прыгнул. Опустившись на сук ближайшего дерева, он осторожно отпустил Рене, осматриваясь по сторонам. Источника этих странных синих шаров не было видно: - Берегись!- толчок в грудь, и он уже летит вниз. Прежде, чем упасть, кот сгруппировался и приземлился на ноги. Ветка над его головой издала страшный треск и тут же упала рядом, чудом не задев парня: - Рене! Икуто взглянул вверх, но никого не обнаружил на останках сука: - Прекрати это!- ее голос раздавался уже откуда-то слева. - Ня, Икуто, ты в порядке?- Йору появился рядом так же внезапно, как и исчез. Хозяин не обратил на него внимания и бросился на голос девушки. Из глубины парка раздавался ужасный шум, а по клубу пыли можно было сразу определить, где именно находится злополучная кошка. Икуто остановился уже на краю этого клуба, всматриваясь в пелену в попытке хоть что-нибудь в ней разобрать. Впрочем, долго искать девушку не пришлось. Уже спустя минуту она была за пределами общей пыльной массы, опустившись в паре метров от самого Икуто. Рукав ее толстовки уже наполовину был пропитан кровью, волосы растрепались, и, будь она настоящей кошкой, можно было бы с уверенностью сказать, что они стоят дыбом. Для полноты действия она должна была стать на четвереньки и зашипеть. И, по-видимому, Рене могла так поступить, так как глаза ее уже полыхали адским салатовым огнем, а ногти обернулись настоящими когтями. Воздух постепенно прояснялся. Икуто перевел внимание на того, кто был оппонентом Рене. В центре поляны он, поначалу смутно, после уже более четко, рассмотрел мужскую фигуру. По мере того, как пыль рассеивалась, стали различимы ярко рыжие длинные волосы, накаченные голые плечи и торс. А когда видимость стала стопроцентной, то внимание привлекли черные глаза, настолько злобные и холодные, что по спине Икуто непроизвольно побежали мурашки. На это существо страшно было смотреть, не то, что приближаться. И тем страшнее было допускать мысль, что это ни кто иной, как человек в перевоплощенном характере. Такого характера Икуто еще не встречал, да и странно было, что в подобном возрасте человек еще не достиг желаемого и обладает чара-хранителем. Мужчина осмотрелся по сторонам. Икуто заметил у того на груди и лице глубокие царапины и порезы: «Это она сделала?» Он вновь взглянул на Рене, которая не сводила глаз с рыжеволосого верзилы. Она, то сжимала руки в кулаки, то разжимала их, порой делая это с такой силой, что когти впивались ей в ладони, на них уже отпечатались кровавые следы. Наблюдая за ней, парень не заметил, как гора мышц пришла в движение и, занеся над головой нечто, похожее на огромный молот, двинулась на девушку. Вероятность того, что Рене сможет увернуться была под вопросом. Она совершенно выбилась из сил, и это легко можно было определить, стоило лишь взглянуть на то, как вздрагивали ее плечи и дрожали колени. Еще в воздухе молот стал светиться синеватым светом. Оказавшись рядом со своей жертвой, мужчина замахнулся и попытался попасть по девушке, но безрезультатно. Рене прыгнула, оттолкнулась от земли здоровой рукой, и вот она уже в трех метрах от своего оппонента. Молот промахнулся, но синее сияние не исчезло, отделившись от него и оформившись в шар, который продолжил преследование Рене. Девушка подалась назад: - Черт!- вырвалось у Икуто. Она уперлась спиной в дерево, а шар приближался с поразительной скоростью: «Не успею!»- пронеслось в ее голове в тот момент, когда кто-то налетел на нее сбоку. Ощущение чьих-то рук сменилось болью в районе затылка. Нехотя краски окружающего мира померкли, и звуки растворились в глухой тишине: «Так вот какого это, терять сознание!»- пронеслось у нее в голове прежде, чем и эта мысль смешалась с всеобщим мраком.