Мисаки

      Постоянно ловя на себе заинтересованные взгляды учеников, нервно щёлкая письменной ручкой, она всё же отсидела оставшиеся три урока, и после звонка, вместе с Асано отправилась кабинет студсовета.       Проделывая путь по коридору, Асано часто посматривал в её сторону. Мисаки не была похожа на других девушек. Если так случалось, что он шёл вместе с какой-либо девушкой, каждая из них испытывала симпатию к президенту. Бросала на него многозначительные взгляды, покрывалась румянцем, пыталась заговорить. Это были они, другие девушки. Мисаки Шиба, видимо, к ним не относилась, она всегда смотрит только вперёд, а согласившись с ним пойти, её заинтересовал не он, а его предложение — вот, чем она отличалась от других.       Дойдя до кабинета, Асано любезно открыл ей дверь, и провёл в помещение, устроившись на диван, пригласил её сесть рядом, но она предпочла кресло, и, когда все (в смысле два человека) уселись, он начал говорить: — Итак, Шиба Мисаки, уверен, вопросов у тебя много, но можешь начать задавать их после того, как я закончу, хорошо? — Да, хорошо, — ответила Мисаки, ведь она прекрасно его понимала. — Итак, касательно «Е» класса, тебе ведь известно, что наша школа отличается от других тем, что присутствует класс «Е», если в других школах есть классы «А», «B», «C», «D», то в нашей школе есть и «Е» класс. В «Е» классе собирают людей, которые плохо ладят с учёбой, ленятся, агрессивно себя ведут. Таких «отбросов общества» отправляют в «Е» класс и содержат в отвратительных условиях, хоть экзамены они пишут на равных с нами. Казалось бы, зачем? Всё просто, это методика обучения моего отца. Человек не хочет пополнить ряды класса «Е», поэтому усердно учится, ты, наверняка обратила внимание на то, какие хорошие оценки получает каждый, — Асано сделал яркий акцент, тем самым выделив это слово, — ученик нашей школы, за исключением «Е» класса, разумеется. Это и есть заслуга методики. Недавно наш класс поспорил с классом неудачников, если они займут первые пятьдесят мест в топе, то мы выполняем их желание, этого допустить нельзя. Вся школа знает о нашем споре и поражение может сильно пошатнуть методику отца, чего тоже допустить нельзя. На следующий день после спора, в классе появляешься ты, девушка, которая свободно со мной конкурирует, обходит всех учеников лучшего класса школы, такой шанс упускать нельзя. Ты вступишь в команду виртуозов, поможешь подготовить наш класс к экзаменам, взамен проси у меня чего захочешь. Теперь, можешь задавать вопросы, судя по твоему лицу, они у тебя есть, — закончил Асано. — С удовольствием. Во-первых, меня смущает директор. Пугливый и даже глуповатый человек, во время моего собеседования всё время спрашивал у председателя что и как делать. Кто же всё-таки главнее в этой школе, председатель или директор? — начала атаковать вопросами Мисаки. — Официально директор, но на самом деле мой отец. Он основал школу, директор — пешка а… — Впрочем, как и ты, — перебив, заявила Шиба ему прямо в лицо. — И я не знаю как, но чувствую, что после поражения «Е» класса, ты получишь власть над отцом, не так ли? — Откуда ты… К-как ты это поняла? — от уверенности Асано не осталось и следа. — Это просто, такой человек как ты, не любит находиться под чужой властью, ты слишком серьёзно подошёл к этим экзаменам, да и в глазах начинает играть плохой огонёк, когда речь вообще доходит до них. Подтверждают это слухи о твоих напряжённых отношениях с отцом, — гордо ответила Мисаки. — Ах да, и ещё, на счёт нашей первой встречи, ты тогда обратился ко мне на «ты», и сказал, что это проверка, я знаю, что это за проверка. Ты проверял, поведусь ли я на твою внешность и сможешь ли ты заставить меня плясать под свою дудку, учитывая то, что у тебя просто времени нет устраивать подобный цирк каждому новому ученику, ты заранее знал о результатах моих тестов, и уже заранее приготовил план, пригласив в свою команду, дабы посадить меня на короткий поводок. Не так ли? — закончила Мисаки. — Именно, — Асано смотрел на свою собеседницу с нескрываемым восторгом. — И в заключение, я принимаю твоё предложение. — Мисаки, ты же только что меня раскусила. Вступить в нашу команду — значит добровольно стать моим питомцем. Хочешь быть моей собственностью? — принял изумлённое лицо Гакушу. — Нет, вступить в команду — значит получить доступ к ценнейшим материалам в вашей библиотеке, а на счёт собственности, не позволю сделать из себя питомца, и всё тут. Асано Гакушу, я принимаю твоё предложение. Моё условие — мне нужен доступ к информации каждого ученика «Е» класса. — Хе-хе, это будет не так просто как кажется, но так и быть, пришлю тебе на почту всю базу данных «Е» класса, оставь свой E-mail, — ответил Асано. — Нуру-фу-фу… Хорошо, дай листик и ручку, — немного подумав, ответила Мисаки. — Хорошо, — Гакушу полез за ручкой, как вдруг моментально изменился в лице. Он резко встал и подошел к её креслу, положив ладони на ручки её кресла. — Что ты только что сказала? — с серьёзным выражением лица спросил он. — Я попросила дать мне ручку, потому что моя сумка осталась в классе, — не понимающе ответила Шиба. — Нет, до этого, этот звук! — Н-ну… Ах, ты про этот что ли, нуру-фу-фу? — Да, он! — Ну. Я просто шла по магазину и услышала его сзади, а когда обернулась, никого не увидела, звук просто приелся. А что? — Нет, ничего, — сказал Асано и протянул ей письменную ручку.