Мисаки

— Не может быть… — Асано смотрел на стенд, в который занесены результаты экзаменов. «Асано Гакушу. Общий счёт: 491 — первое место.» «Мисаки Шиба. Общий счет: 490 — второе место.» — После нас пошёл класс «Е», нет смысла читать дальше, мы проиграли пари. — стиснул зубы Асано. — Это плохо. Асано, ты глупее, чем я думала, — услышал он голос из-за спины. — Ты что-то хочешь мне сказать, Мисаки? — говорил скрипя зубами Гакушу. — Ты ответственен за репутацию нашего класса. Ты должен сделать вид, что подобный результат — чистая случайность. Сейчас ты опускаешь нас ниже ямы, где мы все сидим. — Каким образом? — пожирал её ненавистным взглядом Асано. — Своей реакцией. Объясню позже, когда ты придёшь в себя, — с каменным лицом проговорила Шиба и развернувшись, ушла. Гакушу просто прожигал свирепым взглядом фигуру удаляющейся девушки. — В чём-то она права, моя реакция только усугубляет ситуацию. Надо её найти, Мисаки весь день нигде нет, — думал Гакушу, сидя в своём классе, сложив руки в замок. Класс шумел, гнобя четырех виртуозов за плохие баллы. — Голова от этих идиотов раскалывается, сколько можно орать… — зловеще смотря в пустоту, мысленно сказал. — Я вам ещё отомщу, помяните мои слова… Перед тем, как разберусь с отцом, моя цель — класс «Е». Вдруг из школьного радио послышался голос диктора: — Асано Гакушу и Шиба Мисаки из класса 3-А, председатель желает вас видеть, прошу зайти в его кабинет. Усмехнувшись, юноша встал и направился в кабинет председателя. — На ловца и зверь бежит… — думал Асано, пока шёл по коридору и увидел Мисаки. — Как думаешь, он позвал нас, чтобы отчитать за поражение в пари? — заговорила Шиба первой. — Да, я уверен, Мисаки, — посмотрел он на неё, не понимая, как ей удается оставаться спокойной. — Поздравляю вас с сохранением высоких мест, Асано-кун, Шиба-сан. — говорил председатель. Хотел бы я так сказать, но, вы зачем-то поспорили с классом «Е» и проиграли пари. А ведь о нём знает вся школа, у вас не получится отмахнуться от «Е» класса, что же дальше? Хотите, чтобы школа вас защитила? — сказал председатель, встав к ним в плотную. — Нет уж, спасибо, — твёрдо сказал Асано. — Мисаки-сан, что думаешь ты? — обратился к ней председатель. — Было бы неплохо, — сказала Мисаки, Асано посмотрел на неё встревоженным взглядом. — Просто… Официально, никакого спора не было, они подписали бумагу на случай их проигрыша, однако, мы не подписывали ничего. Мы можем отказаться от этого спора, но поскольку, я не участвовала, решать только Асано. Председатель удовлетворено посмотрел на Шибу и переключился на Гакушу. — Нет, нам не нужна защита школы, — сказал Асано, смотря председателю прямо в глаза. — Шиба-сан, ты можешь быть свободна. — сказал председатель улыбнувшись. — Асано, я подожду тебя у кабинета, — сказала Мисаки и вышла. — Как я помню…- начал говорить председатель, когда за Мисаки закрылась дверь. — Ты сказал, «надену на тебя ошейник и буду держать как домашнего питомца» и ещё что-то там, показывая своё желания узнать тайну, которой у меня даже нет. Это… Огромная наглость для человека, который проиграл пари одногодкам… — продолжал испытывать его выдержку Гакухоу. — Ты свободен, Асано. Гакушу вышел еле сдержав себя, чтобы не хлопнуть дверью. Парень и девушка молча сидели на скамейке, смотря в пустоту, мимо проходили школьники, изредка кидавшие встревоженные взгляды на Асано. Всё же, парень решил прервать молчание: — Мисаки, как у тебя получается сохранять спокойствие, в смысле… Тебе плевать, на то, что творится вокруг, или, ты как-то умеешь себя сдерживать? — Понимаешь, Асано… Ты ведь знаешь, из какой я семьи. Мой отец известный политик, мать успешный бизнесмен. Когда я достигну совершеннолетия, весь этот груз ответственности упадёт на меня. Я должна уметь контролировать свои эмоции и чувства, не позволять чувствам управлять мозгами, не поддаваться на провокации и чужое красноречие. Это то, чему меня учили с детства. Сейчас, на твоих плечах лежит репутация класса «А», но с таким озадаченным лицом, как у тебя, все твои заслуги не имеют значения, надень маску, сделай вид, будто тебе плевать, их победа — случайность. — Э? Моё лицо действительно так легко прочитать? — посмотрел на неё Асано. — Скажем так, я определенно буду знать. Мы же чувствуем друг-друга, — рассмеявшись, ответила Мисаки. — Да, но… Как насчёт остальных людей? — посмотрел на неё Гакушу. — В мире есть люди, чьи глаза острее моих, прежде, чем выйти на свет, ты должен убедиться, что в твоей защите нет дыр. Чтобы ускользнуть от людей с острым взором, мало только нацепить маску, ты должен обмануть собственные чувства. — Обмануть свои чувства? Ты так часто делаешь? — спросил её Асано. — С тех пор, как переехала к дяде, практически всегда, — прикрыв глаза, обреченно вздохнула Шиба. — А теперь, пойдём, скоро линейка, протянув ему руку, сказала Мисаки. — Да, пора, — улыбнувшись, сказал Гакушу. — Если бы не наш разговор, то я бы и не поняла, что ты надел маску, — сказала Шиба. Рассмеявшись, они, держась за руки, побежали к школе.