Мисаки

Мисаки вздрогнула и резко обернулась. В её комнате стоял огромный трёхметровый осьминог, который махал щупальцами и смотрел ей прямо в глаза. Девушка ощутила резкую боль в голове, в которой начинало мелькать всё больше и больше воспоминаний, о которых она и не подозревала. Поездка в Окинаву, щупальца Асано, Акабане, который спас ей жизнь, когда она напоролась на нож Такаоки, она вспомнила всё, но из-за этого глаза покраснели, как будто она не спала двое суток. Девушка лежала на полу, судорожно держась за голову. — Вы всё испортили, Коро-сенсей… — прошептала она. — Испортили всё, я не должна была помнить, я должна была забыть, это мой план, но теперь, чёрт… — Что вы делаете, Коро-сенсей?! — спросил Карма. Осьминог обернулся и увидел на подоконнике Карму Акабане, который держал в руках нож из материала «анти-сенсей». Девушка потеряла сознание, очнулась от того, что кто-то держал у её носа ватку нашатырным спиртом. — Нагиса? — слегка приоткрыв глаза, спросила девушка. — Д-да… — улыбнулся и слегка покраснел парень. Мисаки лежала на своей кровати, она осмотрела свою комнату, помимо её и Нагисы, в комнате было ещё несколько человек. Каяно, Рио, Акабане, Маехара, Исогай, Терасака и Коро-сенсей находились в её комнате и обеспокоено на неё смотрели. — Что вы все тут делаете? — еле слышно спросила Мисаки. — Мы следили за Коро-сенсеем, хотели совершить покушение, но он влетел в твоё окно, пока ты лежала без сознания, мы перетащили тебя на кровать, а Нагиса нашёл нашатырный спирт в твоей аптечке у компьютерного стола, — ответил Исогай. — Вот оно как? Понятно… — так же еле слышно сказала девушка. — А вот мне не понятно ничего, — сказал Акабане и сел к ней на кровать, после чего она опять ощутила бабочек в животе, только, она уже соскучилась по этому чувству, хоть и ненавидела его. — Почему ты так себя вела? — Это был мой план… — девушка приподнялась. — Я специально вместе с Асано прошла химиотерапию по стеранию памяти, чтобы убить осьминога, мы должны были ничего не помнить. Это трудно объяснить… Хах, всё насмарку. Ко мне и Асано вернулась бы память в марте, Коро-сенсей не ожидает от нас удара, потому что думает, что мы вышли из игры, я знала, что после химиотерапии агенты Карасумы будут осматривать мою комнату, чтобы я не оставила себе записок или напоминаний о том, что должна забыть, поэтому, я везде оставила подсказки, которые пойму только я, сложив все эти подсказки в целом, в феврале ко мне бы вернулась память, и в марте, я бы напомнила обо всём Асано, мы бы нанесли неожиданный удар в спину Коро-сенсею, и спасли бы человечество. Я специально попросила председателя соврать мне и Асано о том, что из-за вас мы месяц лежали в коме, мы должны были вас возненавидеть, чтобы после нашего поведения вы возненавидели нас. Так нужно, вы понимаете, что нельзя нам напоминать обо всём, что было связано с осьминогом, однако, мы все подростки, сначала делаем, потом думаем, поэтому, мы должны были упасть в ваших глазах, чтобы вы не приближались к нам. Вот так как-то… Мисаки окончила рассказ, и вдруг, на неё налетела Рио, крепко обняв. — Я так рада, значит, мы всё ещё подруги! — сказала Накамура. — Д-да, задушешь… — выдавила из себя Мисаки. — Прости, Миса, — улыбнулась Рио. — Однако, это ещё не всё. Коро-сенсей, почему вы решили напомнить мне всё? — спросила Шиба. — Потому что только ты можешь спасти Асано-куна, — сказал Коро-сенсей. — Карасума-сенсей сказал, что в Японию из США приедет агент ЦРУ, он должен собрать информацию на Асано. Это не просто сбор информации, даже Карасума толком ничего не знает… — Мизуки Шизуку, так вот кто она! — схватилась за голову Шиба. — Она тоже входила в твои планы? — посмотрел на Мисаки Акабане. — Нет, вот она-то в мои планы и не входила, лишь всё испортила. Так или иначе, я точно не подпущу её к Асано, — ответила Мисаки. — Шиба-сан, ты играешь с огнём, просто предупреди его, она опасна, и сама к ней не приближайся, это не просто подросток, это агент ЦРУ, ты понимаешь, какая опасность будет тебе угрожать? — сказал Коро-сенсей. — Вы не в праве давать мне советы, на данный момент, я ученица класса «А», я сама разберусь с блондинкой, — твёрдым голосом сказала Мисаки. Каяно подошла к её столу и взяла в руки фотографию. На ней, по-дружески обнявшись, стояли две девочки, одна из них была Мисаки, другая не известна. — Миса, а кто это рядом с тобой? — спросила Каяно. — Акари Юкимура, моя первая подруга, которую я завела в Японии. Она известная актриса и сестра женщины, которая меня обучала, когда я один год сидела на домашнем обучении. Я очень подружилась с моим репетитором, а когда узнала, что Акари её сестра, очень захотела с ней познакомиться, она просто классная, ещё живя в России, я смотрела фильмы с её участием, без ума от неё… Ой… — Мисаки опомнилась, видимо, она увлеклась рассказом. — Ясно… — улыбнулась Каяно. — Хех… Кх-кхм, в общем, нам пока не стоит встречаться, никто не должен видеть нас в вместе, в принципе, это уже бесполезно, Коро-сенсей знает о моём плане, но всё же, председатель ни за что не переведет Гакушу обратно в класс «Е», а бросать его я не собираюсь. Поэтому, не стоит нам видеться, пока, и до скорого, — сказала Мисаки и открыла окно. — Через дверь вам выйти не получится, есть на то причины, пока… Сказав это, девушка заметно погрустнела, будто бы не хотела их никуда отпускать, но так нужно. Её бывшие одноклассники переглянулись, и помахав ей рукой, спрыгнули с окна. — Акабане-кун, ты идёшь? — обратился к нему Шиота, когда все уже спрыгнули, а у Мисаки остался только Карма. — Я догоню вас, — махнул рукой Акабане. Шиота непонимающе кивнул и побежал догонять одноклассников. — Акабане? — вопросительно посмотрела на него Шиба. Парень молча подошёл к ней, и обняв за талию, прижал к себе. — Т-ты чего? — испугалась Шиба. — Я счастлив, что ты вернулась, я правда очень счастлив, — сказал он, и отпустив её, спрыгнул с окна. Мисаки подбежала к окну и смотрела ему в след непонимающим взглядом.