Against fate

- Кёнсу, но почему ты не хочешь идти с нами в гости к Кимам? - Мам, - устало вздыхает парень, - я ведь уже говорил, что сейчас очень занят учебой. Если Чонин может себе позволить прогуливать и развлекаться, то я нет. Завтра экзамен, а мне очень нужна стипендия, и ты это лучше всех знаешь. - Знаю, конечно, - отвечает госпожа До, и ее голос сочится такой тоской, что Кёнсу начинает чувствовать себя виноватым. - Только, пожалуйста, не плачь, - он перекладывает телефон в другую руку и принимается искать ноты в горе учебников на столе. – Как только освобожусь, навещу вас с отцом. - Хорошо, милый, - тихо отвечает мать и выключает телефон. Кёнсу не может найти себе места, понимая, что случайно упрекнул родителей в бедности. Он переехал ради учебы в другой город и выживал, как мог. Получить стипендию – оказалось лишь верхушкой айсберга его трудностей, гораздо сложнее совмещать учебу, работу и при этом следить за оценками. Парень в очередной раз вздыхает и грустно смотрит на фотографию в телефоне, где его обнимает за плечи высокий блондин и широко улыбается. Сейчас Кай, как любят называть его студентки, вообще не улыбается ему. В коридорах академии он просто проходит мимо, стараясь лишний раз даже не задеть До плечом. * * * Кёнсу ненавидит физкультуру, хотя исправно на нее ходит. Он поддерживает себя в форме и иногда выходит на утренние пробежки, когда есть немного времени и сил, но он ненавидит сдавать нормативы и бегать ради оценок. К сожалению, пары по физкультуре у вокалистов проходят совместно с танцорами, поэтому Кёнсу не имеет возможности избегать Чонина. После увлекательной игры в футбол, где Кёнсу занимает почетное место вратаря, парни дружно отправляются в раздевалку. До весело переговаривается с Бекхёном, одновременно с этим снимая с себя потную футболку. Он старается сделать это как можно быстрее, чтобы никто не увидел врезавшееся в кожу имя. Это имя находится прямо под сердцем, и Кёнсу иногда даже смешно становится от этой иронии судьбы. Он быстро оглядывается на Чонина, зная, что тот старается переодеваться так же быстро. Кёнсу думает, что его имя только портит смуглую кожу Кая, но ничего не может поделать. Они предназначены друг другу судьбой, только Ким от этой судьбы бежит, как ошпаренный, стараясь доказать себе и Кёнсу, что он будет любить не по предписанию. До заканчивает переодеваться, ждет Бека, и тот провожает друга до работы, перед этим прося сделать ему полный стакан латте. Кёнсу быстро выполняет его просьбу и становится за барную стойку, предвкушая очередной суетной вечер. * * * Уже почти под конец его смены в кофейню заваливается шумная парочка, весело смеясь и обмениваясь быстрыми поцелуями. Кёнсу, застыв, рассматривает знакомую светлую макушку и понимает, что он никуда не может деться. Чонин перестает смеяться, когда замечает кто стоит за стойкой, а его девушка, все так же хихикая, тащит его ближе к баристе. - Капучино, пожалуйста, - счастливо воркует она, пытаясь согреть руки. – И можете нарисовать что-нибудь? - Конечно, - вежливо улыбается Кёнсу. – Сердце подойдет или желаете что-нибудь более оригинальное? - Подойдет, - отмахивается она. – Кай, а ты что будешь? - Обычный американо, - выдавливает тот. Бариста кивает и принимается за заказ. Он аккуратно выводит сердце на пене, понимая, что его собственное сейчас вырвется из груди. Чонин смотрит на выступающие на руках вены, что виднеются из-за закатанных рукавов белоснежной рубашки, аккуратную шею с парой родинок, сосредоточенные, чуть прищуренные глаза. Он знает все привычки человека, стоящего по другую сторону стойки, и не может отвести от него взгляд. Он вздрагивает, когда Кёнсу протягивает две чашки кофе. Пара располагается за дальним столиком, и Кёнсу видит, как девушка фотографирует его сердечко на камеру. Несмотря на ревность, бушующую в груди, он улыбается. * * * Чонин ждет, пока у вокалистов закончится пара, и он сможет подойти к преподавателю. Он прислоняется спиной к двери и слушает голоса. Он замирает, когда узнает высокие ноты Кёнсу и чувствует, как на груди горит метка. Чонин смотрит на противоположную стену коридора и тихо стонет. Кёнсу был ему другом и соседом всю жизнь. Их родители часто ходили друг к другу в гости, и поэтому мальчики тоже подружились с самого детства. Кёнсу был чуть старше, но всегда тише подвижного Чонина, поэтому разницы в возрасте для них не существовало. Они даже пошли в один класс, потому что Чонин не захотел расставаться с лучшим другом. А в старшей школе все пошло наперекосяк. Кёнсу все еще был очень тихим и поэтому частенько становился объектом насмешек. Его никто не бил, но шутки иногда переходили грань дозволенного, оскорбляя его семью. Все шутили над потрепанной формой Кёнсу, над его старой школьной сумкой и взятыми из библиотеки учебниками. Семья До не была богатой, и в этом была вся проблема. Чонин все так же дружил с Кёнсу, но все больше и больше отдалялся от него. У него появлялись новые друзья, увлечение танцами занимало все больше свободного времени, а потом появились и первые отношения. Он не шутил над Кёнсу, но никогда и не защищал его, потому что знал, что старший ему это никогда не простил бы. Не смотря ни на что, До был очень гордым, и защиту воспринимал как унижение. И кто бы знал, что стоит Каю всего лишь выпить с друзьями, как он сразу согласится на спор поцеловать лучшего друга. Кёнсу не отвечает на поцелуй, но чувствует, как на груди горит проявляющаяся метка, а внутри будто все обрывается. Он отталкивает от себя Кая и смотрит на него разочарованно, отчего тому моментально становится стыдно. Они предназначены друг другу судьбой. Но Ким, кажется, сейчас все испортил. * * * Чонин застывает, когда видит, что после пар Кёнсу провожает высокий парень, рядом с которым До счастливо смеется, как с ним самим когда-то. Они идут рядом по улице, и Кёнсу кажется еще более хрупким. Чонин знает этого «ухажера». Его зовут О Сехун, и он тоже танцор: довольно посредственный, но старательный и харизматичный парень. Ким сам не замечает, как начинает обращать на него все больше внимания, раздражаясь, когда он подходит к Кёнсу на перерывах между парами. Кёнсу замечает эти взгляды, и в нем борются сердце с разумом. Сердце грозится выскочить из груди, когда он видит Чонина, а разум вопит, что нельзя вестись на него. Он не в состоянии определиться, стоит ли ему заводить отношения с Сехуном. Каждый раз, как он думает об этом, метка предательски горит, напоминая, кого он действительно любит. * * * Сехун наклоняется слишком близко, и До инстинктивно вжимается в стену, пытаясь уйти от прикосновения. О удивленно моргает, когда понимает, что его отталкивают в сторону, а Кёнсу забирают прямо у него из-под носа. - Что ты творишь? – шипит До, морщась, потому что Чонин держит его руку слишком сильно. - А ты? – Ким не оборачивается. – Стоишь посреди коридора и даешь лапать себя, как шлюха. Кёнсу резко останавливается, так что Чонин чуть не заваливается на спину. Он оборачивается и видит краснеющие щеки До, что говорит о крайней степени злости. - Я шлюха? – ледяным тоном произносит старший. - Почему ты позволяешь ему себя трогать? - Может быть потому, что я этого хочу? - Ты просто... - Шлюха, да? – поднимает брови Кёнсу. – Скажи это еще раз. - Нет, - смущается Кай, - я не то хотел сказать, просто… - Я устал от тебя, Чонин, - перебивает его Кёнсу. – Я смотрю, как ты зажимаешься со своими парнями и девушками уже не один год подряд. Я буквально сгораю от ревности, но ни разу не оскорбил тебя. Почему ты позволяешь себе подобное? - Ты, - глупо хлопает глазами младший, - ревнуешь? - Конечно, я ревную, идиота ты кусок! – Кёнсу еле сдерживается, чтобы не заорать. – Я люблю тебя, черт знает сколько, ты предназначен мне судьбой, а все это время ты мне буквально в лицо тыкаешь, что я тебе не нужен. Тебе проще переспать с половиной университета, чем заметить меня. - Тогда почему? – шепчет Чонин. - Потому что я хочу, чтобы меня тоже любили. Я правда очень устал. Я больше не могу видеть, как ты зажимаешь кого-то в коридорах, как ты улыбаешься им, как обнимаешь. Мне не десять лет, Чонина-а, я тоже хочу отношений. Кёнсу разворачивается и уходит, ссутулив плечи, а до Кая только доходит, что он уже второй раз упустил свою судьбу. * * * Кёнсу мастерски скрывается от Чонина почти месяц. Они видятся только на совместных парах, потому что стипендию До терять не может. Он пресекает все попытки младшего заговорить с ним, отвлекаясь на Бекхёна и его истинного. По просьбе Бека Чанель не дает Киму подходить близко к их маленькой компании. Часто к ним присоединяется Сехун, и До чувствует себя чуточку, но легче. Он все-таки находит возможность съездить к родителям домой. Кёнсу проходит по родному двору, вспоминая, как часто они играли здесь с Кимом. Маленький Чонин часто защищал его от хулиганов, а Кёнсу отгонял от него всех девчонок, которым Ким нравился даже в раннем детстве. До целый день сидит дома, а вечером, все же не выдерживает и снова выходит на улицу. Он замечает высокую фигуру, что приближается к нему, и устало вздыхает. - Кёнсу, - взволнованно тянет Ким, - пожалуйста, подожди. До слишком расслаблен, чтобы сейчас возражать, поэтому спокойно идет за младшим на ближайшую лавочку. - Что ты хотел? – Кёнсу смотрит на темнеющее небо. - Я хотел узнать, - нервно кусает губы Ким, - есть ли у меня шанс все исправить? Есть ли шанс вернуть тебя? - Куда? – удивляется старший. – Мы никогда не были в отношениях, возвращать нам нечего. - И в этом моя главная ошибка, - опускает голову Чонин. – Ты сможешь простить меня? - За что ты извиняешься? Ты меня не предавал, не изменял мне, не обманывал. Наоборот, ты предельно честно давал понять, что между нами ничего и быть не может. - Ты издеваешься, - усмехается Чонин. - Может быть немного, - кивает старший. - Так… - У тебя всегда был шанс, Чонин. Только ты никогда им не пользовался, - пожимает плечами До. - А сейчас? – взволнованно шепчет Кай. - Есть, но только последний. Постарайся не упустить его. Чонин не верит своим ушам, а потом резко притягивает Кёнсу к себе, понимая, что метка впервые не горит, а просто посылает импульсы тепла по всему его телу. Кай утыкается носом в волосы старшего и понимает, что может просидеть так всю жизнь. - Я люблю тебя, - шепчет Чонин Кёнсу на ухо, заставляя До краснеть. * * * Он шепчет это еще и еще, когда ночью осыпает кожу Кёнсу поцелуями. Кёнсу засыпает самым счастливым человеком на свете. Его метка греет его изнутри, а он нежится в объятиях самого дорогого и любимого тормоза в его жизни.