Седьмой демон

Демоны не дышат; тем не менее в жизни каждого разумного существа, дышит оно или нет, наступает момент, когда оно нервно кашляет.

***

— Как удобно, Алекс! — кричал ей Самаэль, светясь от радости. Она сразу заметила, что ей приходилось смотреть вниз — он стоял на несколько метров ниже, чем она. И чем дальше она скользила взглядом от брата до своих ног, тем больше цепенело ее тело: она сидела на троне, который стоял на трупах разных людей. Все они были знакомы — отец, мать, Данталион, Баалберит, Астарот, Вельзевул, Тора, все её одноклассники и бывшие друзья… Все они улыбались и были истерзаны, полностью утонув в собственной крови. Но пугало больше всего то, что их глаза были широко раскрыты, а взгляды мертвецов были направлены на их королеву. — Теперь остались мы вдвоём! — он снова привлек к себе внимание и показал одновременно левой рукой на себя и правой на Люцифера, стоящего рядом с ним. — А ты все боялась! Боялась выходить замуж за брата! Но теперь… — Самаэль на секунду отвел взгляд в пол, дав себе волю испытать грусть, после чего снова смотрел на девушку, о которой не мог и мечтать, с прежним восхищением. — Но теперь, кого бы ты не выбрала, все будет хорошо. — Очень жаль, что мы не успели сказать тебе этого раньше… — подавленно протянул Люцифер, не смотря на свою королеву. Алекс почувствовала что-то на своей шее, безумно напоминающее веревку, намеревающуюся задушить ее. Она с огромным усилием заставила свою руку оторваться от подлокотника, но после того как она поднесла ее к своей шее — оцепенение пропало, а вместо него появился животный страх. Страх за свою жизнь — она поняла, что катана, которая защищала всех ее друзей от самой Алекс, убила ее, перерезав горло насквозь. Она почувствовала, как ее голова медленно соскальзывала. Она упала, отчего тело немного вздрогнуло, и покатилась, подпрыгивая, как футбольный мяч, по трупам ее родных. Оказавшись внизу, все, что она смогла видеть, — радостного Самаэля и отстраненного Люцифера. Последний медленно подошел к ней и погладил ее окровавленную щеку своей холодной рукой: — Вот теперь ты в безопасности, — грустно улыбнувшись, протянул он.

***

Алекс молниеносно поднялась с кровати с жутким криком и сразу попала в объятья кого-то большого и теплого. Ее сердце билось так быстро, что казалось, будто оно вот-вот сломает ей ребра. — Тише, всё хорошо, — это был Люцифер. Он медленно гладил её по голове, пытаясь успокоить. Его низкий голос обладал подобным эффектом и проявлялся в тяжелые моменты, даруя утраченное душевное равновесие. Он, словно поток приятного летнего воздуха, окутал Алекс, отчего ей сразу полегчало. — Это был сон, не бойся. Я рядом. — Люцифер… — она обняла его в ответ. — Спасибо. — Он не отстранялся, пока её сердцебиение не пришло в норму. На это понадобилось какое-то количество времени. И когда он отпустил её, включился свет, и она, увидев его, вспомнила сон и поняла — он приснился ей не просто так. Неясное внутреннее чувство подсказало ей это. Она ещё сама до конца не понимала, как работала эта её способность, но зато она помогала видеть немного больше. — Я могу задать вопрос? — она глянула в его глаза. — Да, конечно, — Люцифер пододвинулся на край кровати, посмотрев на нее в ответ. Он всем видом пытался показать, что очень заинтересован, но недавняя тренировка не выходила из головы, полностью заполонив мысли. Все же он очень надеялся, что что бы ни спросила Алекс — это не перельется в серьезный разговор, к которому он был сейчас не готов. — Что ты хочешь знать? — Ты и Самаэль ведь не мои братья, правда? — она отвела взгляд и только сейчас поняла, что совсем не помнила, как засыпала, да и что вообще произошло. Но отступать уже было некуда. Немного нахмурив брови и всмотревшись в рисунок дерева на темном паркете, она все же попыталась вытянуть хоть что-то из вчерашнего дня, но это было бесполезно. — Прости, — его взгляд стал холодным и твердым, но чувствовалось, что он действительно сожалел. Люцифер бесшумно вздохнул. — Это было общее решение. Мы поговорим об этом, но позже. А сейчас… Ты помнишь, что произошло? — Нет… — замялась она, предчувствуя что-то страшное. — Вообще ничего.

***

Ночь после битвы.

Братья собрались в каминном зале. — Самаэль, что там произошло? — не выдержал тишины Данталион. — Какого чёрта? — Я не уверен… — бросил тот, поставив голову на руку, почти лежа в кресле, и задумчиво посмотрев на огонь. Он и сам пытался обдумать все, что произошло. Примечательно, что на нём не было шляпы — аксессуара, который он носил, почти не снимая. Свет на его растрепанных волосах танцевал в такт язычкам пламени, бушующим в камине. — Но помимо этого, её глаза… — Какой там был цвет?! — бросился на него Данталион, пребывая практически в ярости. Он в мгновение ока оказался около него, наклонившись и поставив руки на подлокотники кресла, на котором восседал Самаэль. Их лица оказались в ничтожных сантиметрах друг от друга. Но он даже не дёрнулся, только перевел обеспокоенный взгляд на брата. — Цвета. — поправил он. — Жёлтый. И розовый. — Такого не бывает… — он заметно погрустнел — резко опустил голову, пытаясь совладать со своими чувствами. Он громко стукнул кулаками по подлокотникам и выпрямился. — Так не бывает! — всплеснул он в порыве ярости. — Она либо любит одного из нас, либо никого! — обратился Данталион к самому себе. — К чёрту. — Он наконец отошел от Самаэля, направился дальше стоять около стены и закурил. — Я уверен, что вы просто рассказали ей, что мы не одной крови, и она выбрала самые безопасные варианты. — Я вынужден согласиться с ним, — внезапно начал разговор Вельзевул. Обычно на подобных собрания он молчал, но вся эта ситуация явно задела его. — Таких совпадений не бывает. — Пока она колеблется, у каждого из вас есть шансы, — устало выдал Астарот. — Это просто ее предварительный выбор, ничего удивительного в этом нет — кто был к ней ближе, тот и отозвался в душе, что ты и увидел. А теперь мне нет необходимости находиться здесь — меня не интересует эта гонка за сердцем, — он развернулся и пошел прочь из импровизированной переговорной. — Простите, ребят, но я тоже в этом не участвую, — после этих слов Баалберит с неловкой улыбкой на лице потер затылок. — Я не хочу ссориться с кем-то из вас из-за сестренки, но и не могу смотреть, как ссоритесь вы. Поэтому я тоже ухожу и буду надеяться, что все будет хорошо, — с этими словами он отправился вслед за братом, уже ушедшим за пределы комнаты.

***

— Я что?! — крикнула Алекс, вскочив с кровати. — Как я смогла вырвать ему сердце?! Что с Самаэлем? — Со мной все хорошо, — ехидно улыбаясь, практически пропел предмет беспокойства, стоя в дверях. Она сразу же кинулась ему на шею, обнимая и что-то бормоча себе под нос. — Меня таким не возьмешь, — он легко похлопал ее по спине, после чего Алекс слезла с него. — Но ты хорошо постаралась, молодец. Тебе пять. — Самаэль, у нее был вещий сон, — хмуро протянул Люцифер, все это время сидящий на кровати Алекс. Он даже не взглянул на брата, уставившись в пол. — Кто-то рассказал ей, что мы не связаны кровно. — Рассказал? — беспокойно поинтересовалась Алекс. Она прекрасно улавливала чувства Люцифера, и ее это беспокоило. — Да, — коротко отрезал он, но нехотя продолжил: — Ты не обладаешь даром вещих снов и не умеешь смотреть в прошлое или будущее. Единственный, кто способен на что-то подобное, — Астарот, но он не стал бы этого делать, — он встал. — Но я разберусь с этим позже, сейчас у меня другие дела, увидимся потом. Сегодня можешь отдохнуть, Алекс. Она медленно помахала ему рукой вслед и осталась наедине с Самаэлем. Они решили, что потратят свободный день на прогулку в городе, чтобы разгрузить голову от событий прошлого дня, пока Тора спал, восстанавливаясь после травм. Она взяла обещание с Баалберита, что тот присмотрит за её другом, поэтому они спокойно уехали в центр, проведя остаток дня там.