Инвалид 2: Мир наоборот.

Уже прошла почти неделя, с тех пор, как ушел Лу Хан. Не просто ушел к Крису, а ушел, вроде как... на совсем. Ребята знали, что он у Юйлинь - Сяо Лун позвонил Се Хуну в тот же вечер, как его старший братик пришел. Кай искренне надеялся, что Лу Хан и Се Хун отдохнут друг от друга, и вскоре все встанет на свои места. Чан Ель почти не думал об этом, чтобы не нагнетать. А Крис.. Он просто придумывал: как помочь этим двоим. Се Хуну надоело засыпать одному. Просыпаться одному. Надоело, что Лу Хана нет в его поле зрения. Что этот парень больше не рядом. Несколько раз младший порывался навестить его. Но каждый раз его что-то останавливало. Гордость. Предубеждения. Прочие всякие такие сейчас не нужные чувства. Именно сегодня, Се Хун уже не может терпеть. Он пошел в больницу, дяди Криса, сразу после учебы. И Се Хуну повезло: Юйлинь и Сяо Лун поехали по магазинам, часа на два.. Увидев незваного гостя на пороге, Лу Хан молча впустил его в комнату и так же молча прошел внутрь. Остановившись у стола, Лу Хан посмотрел в окно, старательно делая вид, что он спокоен. В два шага оказавшись рядом со старшим, Се Хун и сам не понял, что на него нашло. Поддавшись внутренним порывам, Се Хун прижал старшего, как можно ближе. -Лу Хан... Медленно развернув старшего, Се Хун провел носом по его щеке, вдыхая его запах. Прикосновения обжигали, Лу Хан даже через одежду чувствовал, какие ледяные руки у младшего. Се Хун бесшумно опустился на колени перед ним, ловкими движениями справился с застежкой на штанах и спустил их вниз. Лу Хан замер, намертво вцепившись побелевшими пальцами в деревянную столешницу, и заворожено смотрел, как младший облизывает розовые губы, прежде чем накрыть горячим ртом его напряженную плоть. Не торопясь, плавными круговыми движениями языка и горячим дыханием, он заставлял блондина стонать, плавиться от бархатного удовольствия, кусать губы, закидывать голову назад и умолять не останавливаться. Поймав момент, когда сдерживаться Лу Хан уже не мог, Се Хун провел холодной ладонью по внутренней стороне его бедра. Парень разочарованно вскрикнул, напряжение не пропало, теперь оно было тяжелым, почти болезненным, он двинул бедрами навстречу мучительно-желанным движениям, но, остановив прикосновением, младший не дал ему это сделать… Лед рук и обжигающее пламя рта — Лу Хан был словно заперт между двумя огнями, сводящими его с ума. Запустить руки в эти растрепанные мягкие волосы, грубо и сильно прижать голову к паху, не давать издеваться над собой!…Но под тягучим мастерством Се Хуна, он не мог даже выпустить столешницу, иначе просто рухнул бы на пол, ноги не держали совершенно…Предательская дрожь! Предполагается, что он тут командует – так какого чёрта у Лу Хана едет крыша от ощущения, что он ничего не контролирует? Блондин надавливает Се Хуну на голову – побуждая податься вперед и вниз, толкаясь в его рот, как можно глубже. Лу Хан знает: Се Хун не запретит ему ничего, и это доверие превратилось для блондина в последнюю, нерушимую границу. Даже если младший сейчас стоит на коленях перед ним, нет ничего страшнее, чем предать его. Одна из рук старшего бессильно соскальзывает с головы Се Хуна и нежно касается его щеки. Такая мягкая кожа.. Рука Лу Хана дотрагивается до Се Хуна с такой аккуратностью, на которую только способен. Пальцы дрожат от возбуждения, Лу Хан едва успевает вынуть, прежде чем кончает Се Хуну на лицо. Он смотрит в полные ожидания глаза Се Хуна, на его приоткрытый рот - алые припухшие губы, влажные.. Лу Хан опускается на колени, тут же падая спиной на мягкий ковер. У него в голове искрит от восхищенного удовлетворения. Се Хун улыбнулся, довольный результатом, и еще чуть-чуть наклонился, целуя в обе щеки, за ушком, спускаясь к шее, дождавшись взволнованного вздоха блондина, он отстранился и лег рядом. Лу Хан потрогал свои щеки, они, как обычно в таких ситуациях, горели сейчас больше от желания, чем от смущения. Далеко не с первой попытки удалось найти губы Се Хуна. Младший, лишь наслаждался робкими прикосновениями. Но вот уже смелее, сначала губами, а потом и языком Лу Хан провел дорожку от ключиц до пупка и обратно. Это было невероятное удовольствие ощущать под губами мышцы, чувствовать удивительный запах кожи возлюбленного. Лу Хан слегка поерзал, животом ощущая требующий внимания член Се Хуна. Услышав какой-то утробный рык.. Лу Хан ухмыльнулся и облизал губы. Младший обожал будить в блондине эти звериные нотки, когда он срывался с цепи и старался всеми возможными способами принести ему удовольствие. И это не было эгоистично, ведь удовольствие получали оба. Лу Хан ненадолго отстранился и тут же опять припал губами к желанному телу, язык обвел пупок, вызывая такие любимые стоны. Блондин довольно улыбнулся и языком очертил волнистую линию вниз, к краю облегающих плавок. Се Хун приподнялся, взволнованный движениями старшего, но юноша, лишь продолжал дразнить подтянутый живот, носом подтираясь о почти невидную дорожку волос, поднимающуюся к пупку. Лу Хан тихо сгорал от собственного желания, и уже скоро плавки были чуть-чуть отодвинуты, выпуская наружу возбуждённый член. — Стой, – хрипло попросил Се Хун, отодвигая Лу Хана. Когда младший услышал приглушенные стоны блондина, то на смену нежным и плавным толчкам, пришли резкие, глубокие, от которых у Лу Хана кружилась голова и внизу живота сильно давило. Се Хун вдруг почти вышел и снова глубоко вошел в любимое тело, чувствуя, как внутри все замирает в предвкушении оргазма, и он, наконец, активно занялся удовлетворением Лу Хана, чтобы подвести к концу обоих одновременно. Несмотря на старания младшего, он кончил первым. Пара движений рукой и Лу Хан кончил вслед за ним, застонав.