Я сделаю всё, чтобы защитить тебя

      — Тебе ведь это виднее, да, Блейк? — Финн смотрел на него с прищуром и подошел вплотную.       — По крайней мере Гриффин мне ничего не рассказывала, — равнодушно ответил Беллами, точно так же равнодушно смотря на Коллинза.       — Мальчики, пожалуйста, отцепитесь друг от друга, — добавила Кейт и положила руку на плечо Беллами, — хватит.       Ты, маленькая потаскушка, действительно думаешь, что успокоишь сейчас разъяренного Беллами, как гром среди ясного неба? Желаю удачи.       Беллами и Финн по-прежнему стояли и сверлили друг друга взглядами. Блейк так и не отпустил мою ладонь. И я понимала: если сейчас отпущу её, то это будет неким предательством с моей стороны. И, конечно, очень тешилось мое самолюбие по поводу… эм… ревности Блейка? Ахринеть, Гриффин, тебя ревнуют! Не то, чтобы я против, и мне нужно делать вид, что я пытаюсь их утихомирить, но, чёрт возьми, как же это прекрасно. Идиотка!       Беллами тебя ревнует, и по взгляду видно, что он набьет морду Коллинзу. Блейк ревнует тебя, мать твою!       — Беллами, хватит, — чуть одергиваю его я.       Он бросает на меня взгляд. Его карие глаза стали словно черными и наполнены злостью.       — Уйди с дороги, Коллинз, — рявкнул Беллами и пошел вперед.       Я устало вздохнула. Ну что еще могло испортить такой поход? Или точнее кто…       — Я, похоже, все-таки что-то не то сказала, — не унималась шатенка.       Твою мать, Кейт! Ты тупая или да? Сколько можно? Одно да потому! Блять.       — Определенно что-то не то, — холодно ответила я.       Блейк шел впереди всех, я ускорила шаг, но шатенка сравнялась со мной. Финн плелся где-то позади.       — Ну просто знаешь… это так все выглядит, — замямлила она.       — Мы и Финн не пара, а просто хорошие друзья, запомни это пожалуйста, — прошипела я.       — Эм… ладно, — мои слова застали её врасплох, — прости.       — Проехали.       — А чего Беллами вскипятился то так? — снова не могла заткнуться она.       Казалось, мое терпение лопнуло, и я уже было хотела ей что-то саркастично заорать, но Беллами резко остановился и вытянул руку назад.       — Стойте на месте, — сдержанно проговорил он, преграждая мне путь своей рукой.       — В чем дело? — послышался Финн.       — Я… я не знаю.       Затем раздался шорох в кустах. Листки огромного папоротника дернулись. Я нервно сглотнула и только сейчас поняла, что ножик у меня в рюкзаке. Тупица! Но Блейк ведь рядом, да? Но пантере ведь не понадобится много времени, чтобы разорвать тебе глотку, да? Беллами пошел чуть вперед посмотреть, предварительно выставив автомат перед собой.       — О Господи, — шатенка попятилась назад, — мамочки.       Я тоже отступила назад и стояла левее к растению, где ранее был шорох. Признаю, что мне сейчас было действительно страшно.       Из кустов донесся резкий вздох, и из-за них появился человек. На вид был похож на старика. О Господи. Выглядел он жутко. Рассмотрев его, я увидела, что его глаза покрыты белой пеленой. Он слеп. Все его тело покрыто кровью. Он вышел из кустов, судорожно глотая воздух и что-то шепча. И, вытянув руку вперед, он направился в мою сторону. Он что-то шептал. Мне стало страшно. Казалось, его невидящие глаза смотрели прямиком в мои. Его одежда была ободрана. В боку торчала стрела. Он нервно и резко глотал воздух, подходя все ближе ко мне.       Я сглотнула, но не могла отойти. Идиотка! Беги. Твою мать. Ноги как будто вросли в землю. Он прихрамывал, и я понимала, что еще немного и он умрет от потери крови.       Когда я резко дернула руку, чтобы взять ножик из ближнего ко мне кармана, он схватил меня за запястье правой руки. Мои глаза в шоке уставились на его руку. Запястье он сжал так, что его костяшки побелели. Больно!       Я нервно вздохнула и попыталась высвободить руку, но он еще крепче вцепился в нее.       — Они близко, — шептал тот.       Я сначала не поняла, что он бормочет.       — Кларк! — послышался голос Беллами. — Отойди от него.       — Близко, — не унимался тот, продолжая все больнее сжимать запястье, впиваясь ногтями в кожу.       — Стой, Беллами, не стреляй, — я должна была разобрать, что бормочет землянин.       Я судорожно хватала воздух, водя глазами от старика до руки. Он впивался в руку все сильнее, что оставлял следы.       — Ай, — судорожно вздыхала я.       Как же больно.       — Берегитесь, — дыхание старика сбивалось, — близко.       — Кларк! — кричал Беллами, в его голосе проскакивали нотки страха.       — Уйди оттуда! — прокричал Финн. Они не могли его пристрелить, так как я закрывала старика собой.       Он сковырнул кожу с руки и резко сжал её. С широко открытыми глазами я смотрела на него, морщась от жуткой боли и пытаясь понять, что он несет.       — Отойди от неё! — послышался голос Беллами, и, толкнув меня в сторону, он нацелил на него пушку.       Старик упал на землю.       — Нет, стой, — я перегородила ему путь, — стой.       Я держала рукой ужасно ноющее запястье и присела поближе к землянину, чтобы разобрать. Присев к нему, я увидела, что около скулы у него тату вроде волны.       — Ваше время вышло, Небесн… — он не закончил, потому что его дыхание остановилось.       Я приложила два пальца к шее, но пульса не было. Я до сих пор была в шоке от происходящего. «Ваше время вышло, Небесные люди», — вот что он пытался договорить. Внутри все рухнуло. Вышло? В смысле вышло? Время перемирия вышло? Что за чертовщина?       — Кларк, — Беллами бросил автомат и кинулся ко мне, — ты…ты в порядке? О Господи, он ничего тебе не сделал? Кларк!       Я сглотнула, пытаясь отдышаться. Что, чёрт возьми, только что произошло? Но ведь сбрендивший старик не повод для беспокойства, так ведь?       — Кларк, ты слышишь меня?! — Беллами сел рядом со мной на землю.       Он держал меня за плечи и внимательно вглядывался в мои глаза. Опомнившись, я еще раз взглядом скользнула по мертвому землянину, затем я посмотрела на Беллами. Его глаза были наполнены страхом, переживанием, злостью и… заботой.       — Господи, Беллами, — с ужасом прошептала я и прижалась к его груди.       Был бы он сумасшедшим, шел бы со стрелой в боку? Кто-то преследовал его и уж точно не хотел, чтобы Небесные люди узнали обо всем этом. Луна предала нас? Что они там замышляют?       — Все хорошо, Кларк, — он обнял меня. — Принцесса, твоя рука.       Он коснулся покрасневшего места на котором остались следы пальцев и из содранной кожи выступала кровь. Завтра там появится синяк.       — Что… — шокировано спросила я. — Что это было?       — Я… я не знаю, — Блейк рассеяно помотал головой.       — Ты слышал, что он сказал? — с ужасом спросила я.       Его кадык дернулся, и он еле заметно кивнул. Кейт с Финном подбежали и начали рассматривать нас, попутно задавая вопросы о нашем состоянии.       Затем он приказал им двоим отправиться и снять ловушки, а сам он пока осмотрит Кларк.       — Сумасшедший старик еще не повод волноваться, Кларк.       — В его боку была стрела, Белл, — меня переполняли эмоции. — Кто-то явно не хотел, чтобы мы этого знали и пытался убить его.       — Он сказал, что время вышло, — я нервно перебирала пальцами. — Время перемирия, Белл? Про что он говорил? Неужели Луна могла предать нас?       — Чёрт знает этих землян, Кларк, — его голос стал серьезнее. — Я говорил, что они могут выкинуть, что угодно.       — Нужно ехать в Полис, — проговорила я, молясь чтобы голос не дрогнул.       — Ты рехнулась? — он чуть не вскрикнул.       — Как мы еще поймем?       — Если они и вправду что-то задумали, то первым делом убьют тех, кто поедет в Полис, — он держал меня за запястье, где ранее перевязывал его.       — Как нам еще понять? — пытаясь сдержать страх и гнев, спрашивала я.       — Главное, чтобы в лагере никто не узнал про это.       — Никто не узнал?       — Тебе нужен бунт или слова «Мы ведь вам говорили, что этот мир не вечен!»? — он был в ярости.       — Чёрт! — воскликнула я. — Чёрт, чёрт, чёрт!       Я колотила кулаками по земле.       — Кларк, — отдернул меня Беллами.       — Твою мать! — я уже не могла сдержать слезы. — Почему мы не можем спокойно жить? Господи! Почему вечно случается какое-то неведомое дерьмо!!!       — Кларк! — Беллами схватил мои руки и прижал меня к себе.       Я не могла сдержать рыданий. Я уж было поверила, что началась спокойная жизнь. Что я и все остальные смогут спокойно жить.       — Все хорошо, Принцесса, — слегка покачивался Блейк, успокаивая меня. — Все хорошо, я рядом.       Он положил свой подбородок на мою голову и продолжал прижимать меня к себе. И я прижалась к нему. Прижалась и уткнулась в его грудь, пытаясь успокоиться в его объятиях. Обрести покой хоть на мгновение. И только рядом с ним мне это удавалось.

***

      Весь обратный путь мы шли в тишине. Кейт до сих пор не могла опомниться и прийти в себя от увиденного. Финн кидал обеспокоенные взгляды на меня. Беллами накинул на меня свою куртку и всю дорогу шел рядом.       — Открыть ворота, — послышались крики, и ворота распахнулись, открыв вид на весь наш лагерь.       Неужели все эти люди, зажившие наконец мирной жизнью, снова будут вынуждены сражаться? Нет, пожалуйста.       — Вы, ребята, вовремя, — послышался голос часового. — Ещё бы минут двадцать и за вами отправили бы патруль.       Я постаралась спрятать испуг и неуверенность и натянула подобие улыбки.       Мы поставили две корзины и сеть с тремя кроликами на стол. Обменявшись любезностями с работниками кухни, я направилась в свою комнату. Одежда была до сих пор мокрая, тело болело, рука ныла, в голове ничего не укладывалось.       Спонтанно напасть на нас они могут, но вряд ли осилят наш забор. Во-первых, он высокий, во-вторых, электрическое напряжение всегда включено, и перелезть — это не вариант. Сборы уже прошли, и с завтрашнего дня ворота закроются. Так что пока, в период дождей, нам ничего не грозит. А как они закончатся, тогда нужно будет отправляться в Полис, если Командующая не пришлет гонцов раньше.       В ближайшие пять дней все в безопасности, Кларк.

***

      Выходить ужинать я не стала. Я просто сидела в своей комнате и читала книгу. Но точнее тупо пялилась на страницу, перечитывая несколько раз, пытаясь вникнуть, так как голова была занята совсем другим. Финн принес мне чашку чая и, кинув слова утешения, ушел.       — О боже мой, — устало вздохнула я, отбросив книгу подальше.       Я встала стянула с себя джинсы, которые не удосужилась снять раньше. Так же сняла лифчик и футболку. И накинув на себя свою полосатую рубашку чуть выше колена, легла на кровать и просто уставилась в потолок.

***

      — Ваше время вышло, Небесные, — с ноткой ненависти произносит землянин и втыкает кинжал мне в живот.       Сначала я как-будто ничего не чувствую, только резкие покалывания, которые отдаются в этой области, а в дальнейшем они разбегаются по всему телу, параллельно вызывая жуткую, медленно растекающуюся боль.       Я слышу крик, возможно, свой собственный, затем выстрел. Беллами подбегает ко мне, и я не в силах стоять, так как жуткая боль подкашивает ноги, плюхаюсь в его руки.       — Кларк! — в его глазах стоят слезы. — Все… все будет хорошо.       Его голос дрожит, и нижняя губа предательски дергается. Я учащенно дышу, ощущение, что сердце сейчас вырвется из груди. Я испускаю протяжный вой. Вой от которого уши выворачиваются. Боль не унимается.       — Не будет, Беллами, — еле хриплю я.       Чувствую, как рот наполняет мерзкая и теплая жидкость. Кровь. Я начинаю откашливаться.       — Пожалуйста, Беллами, — молю я его.       Я не хочу мучиться. Остановите кто-нибудь это! Я снова издаю душераздирающий крик, переходящий в визг.       — Нет, Кларк, ты рехнулась, если думаешь, что я сделаю это, — он пытается сохранять спокойствие, но у него плохо выходит.       — Мне… мн… мне страшно, Беллами, — еле произношу я.       Кажется, тело уже просто не в силах это терпеть, жгучая, резкая, пожирающая изнутри боль убивает меня.       — Я рядом, Кларк, — по его лицу стекает слеза. — Не уходи, прошу тебя!       Он смахивает прядь волос с моего лица. Его веснушчатое лицо затуманивает белая пелена слез. Мне становится тяжело глотать воздух. Я делаю резкие вздохи, понимая, что не могу надышаться. Мне мало воздуха. Я опускаю глаза и вижу, что я вся в крови. Руки Беллами и его рубашка, все в красных пятнах.       — Не оставляй меня, Принцесса! — буквально кричит он. — Прошу, не оставляй меня! Ты сильная, Кларк! Я рядом!       По щекам текут обжигающие кожу слезы. Воздух. Его нет. Боль начинает уменьшаться, и я понимаю: умирать не так уж и страшно. В следующую секунду я понимаю, что не могу глотнуть воздуха. Делаю резкие рывки, но все бесполезно.       — Умоляю тебя, Кларк! — кричит он, прижимая меня ближе. — Эбби уже в пути, потерпи, прошу тебя. Принцесса!       Он прижимает меня все ближе к себе и всхлипывает.       Последний рывок, и я не могу вздохнуть кислорода. А потом… потом темнота.       — Кларк?! — Беллами немного отстраняет от себя блондинку и смотрит в её глаза, когда-то наполненные голубым. Цветом неба.       — Кларк! — повторяет он уже более обеспокоено. — Нет! Открой глаза! Только не засыпай, Кларк! Принцесса!       Он не может сдержать слезы. Её рука, раньше прижимавшаяся к ране, падает и виснет в воздухе.       — Не оставляй меня, Принцесса, — твердит он, покачивая в своих руках маленькое тело, не подающее признаков жизни, — не оставляй…       Я резко соскакиваю с постели. Чувствую, как по шее стекает капелька пота. Начинаю резко дышать, наполняя легкие воздухом.       — Кларк? — слышится голос около двери.       Я рывком поворачиваю голову и вижу голову Беллами, торчащую из-за двери. Мои глаза широко распахнуты, и я не могу отойти от того сна.       — Я проходил мимо и услышал крики из твоей комнаты, — брюнет подходит ближе и садится около кровати.       Я отдергиваю рубашку и сажусь напротив.       — Просто страшный сон, — дыхание приходит в норму. — Действительно страшный.       — В нем был я? — неожиданно спрашивает Блейк.       Чуть нахмурившись, вспоминая ту жуть, я отвечаю:       — Да.       — Значит не такой уж и страшный? — хмыкает Беллами.       Я невольно улыбаюсь.       — Кто-то очень любит потешить свое самолюбие, — прищурившись, произношу я.       Он улыбается, а затем спрашивает:       — Ты нормально себя чувствуешь?       Я киваю.       — Как рука?       — Я даже боюсь туда смотреть.       Он подсаживается рядом и начинает разматывать псевдоповязку из кусочка его футболки.       Почти всё запястье покрыто полукруглыми выступами крови, и кожа в некоторых местах начинает синеть.       — Ублюдок, — хрипло произносит Беллами.       — Хэй, — я дотрагиваюсь до его щеки, — это всего лишь царапина.        - Прекрати цитировать мне мои же слова.       В этот момент он поднимает голову и смотрит прямиком в мои глаза. И больше всего в жизни я не хочу отрываться от него. Признай, Гриффин. Он больше, чем друг.       — Давай, — отрывает он меня от раздумий, — расскажи мне всё то, что тебя гложет.       Я нервно сглатываю.       -Я понимаю, что в течение этих пяти дней люди будут в безопасности, так как укроются тут, в Аркадии, а что потом? Патруль так же будет ходить по лесам, люди так же будет ходить на речку и за дровами, это ведь опасно, Беллами? Что нам делать, и как понять какой из кланов на нас напал или может вообще все двенадцать?       — Кларк, — он берет мою ладонь в свои руки, — пока мы не будем никому об этом говорить, пять дней проведем в спокойствии, попутно пытаясь что-то придумать. Даже Кейну ни слова. Затем еще день взаперти, ждать, пока лужи окончательно высохнут. И первый патруль все-таки пойдет. И в последний день мы всё расскажем Кейну и решим, что делать. Но сейчас потенциально опасной угрозы нет, и население не нужно баламутить на время дождей, ты ведь и сама это понимаешь.       Я киваю в ответ. Он говорит правду. Никому не нужен бунт и жизнь в страхе эти пять или шесть дней. А затем поговорим с канцлером и решим, что делать дальше.       — Да ты прав, Беллами, — я слегка улыбаюсь. — Абсолютно прав.       — И эти пять дней позволь себе расслабиться и насладиться спокойствием и не думай ни о чем, — затем он добавляет. — Я решу все сам, но только Кейну пойдем говорить вместе, а то подумает, что я свихнулся.       Я издаю смешок. Осознаю, что мой взгляд остановился на его губах, и невольно становится интересно каковы они на вкус.       — Ты все поняла, Принцесса? — с долей переживания спрашивает он.       — Да, пока нам ничего не грозит, когда все в лагере, а ворота под напряжением, — я улыбаюсь. — а потом мы все решим.       Он улыбается в ответ.       — Прости за вопрос, — я откашливаюсь, — но какому клану вздумалось предать нас?       — Боже, Гриффин, ты неугомонная, — закатывает тот глаза.       — Ладно, ладно, — я издаю смешок. — Беллами, а Кейт? Вдруг она расскажет кому-то?       — И что ты теперь предлагаешь? Убить её? — с приподнятой бровью и сарказмом в голосе спрашивает тот.       — Не-е-е-ет, — усмехаюсь я.       — Не волнуйся, Принцесса, — он встает, отпуская мою руку. — Я уже с ней поговорил, и она поклялась, что ничего не скажет. Ты лучше о своем Космонавте беспокойся.       Затем он подходит к вешалке и снимает свою куртку. Чёрт! Твою мать! Под курткой весит мой черный лифчик. Нужно сразу убирать такое в ящик!       Беллами притупляется на секунду, затем берёт куртку и делает вид, что ничего не заметил.       — Финн ничего не расскажет, — пытаюсь сквозь долю смущения произнести я, — и он не мой, сколько раз тебе повторять?       — Просто нравится, когда ты злишься, Принцесса, — он подмигивает мне. — Ложись в постель и ни о чем не думай.       Я слушаюсь его.       — Спокойной ночи, Беллами, — говорю я ему, пока тот не скрылся за дверью.       — Спокойной ночи, Принцесса.