Мотыльки

— Идем? — Гарри встал с газона и протянул мне руку, мило улыбаясь. Я оглядела его с головы до ног, и мне вмиг стало противно от всего этого дерьма. Как я могу смотреть ему в глаза, после всего, что он сделал со мной? Видимо, эта злость, что кипела внутри моего тела, была лишь выдуманной, оболочкой личной защиты себя от других парней. Мне хотелось встать, разнося все в щепки на своем пути, как ураган «Катрина». Гарри Стайлс был на первом месте в моем списке под названием «самые тупые подонки на свете». Я молча вложила свою руку в его, прожигая взглядом. Шатен смутился, резко поднимая меня с места. Пролепетав «спасибо», я как-то пренебрежительно отдернула руку и остановилась. — Извини, мне нужно найти моего друга. Увидимся на физкультуре, — я злобно выплюнула эти слова, словно давилась ядом и желчью. Гарри все также смущено смотрел на меня, видимо не понимая, почему мой настрой так быстро переменился. Я развернулась на пятках, убирая волосы с глаз, и быстро зашагала прочь от парня, который, клянусь, продолжал смотреть мне в спину. — Мы можем погулять завтра вечером, Лина? — прокричал Гарри, когда я уже дошла до центрального входа в школу, но остановилась, врастая ногами в каменную плитку. Всего лишь несколько лет назад, этот парень унижал меня, не зная границ, говорил самые ужасные и противные вещи в мою сторону, и жестко издевался. А сейчас он посмел позвать меня на прогулку, ту самую Линнет, которая стала, благодаря ему, ненавидеть каждый сантиметр своего тела. Это очень подло и мерзко. — Я не знаю, Гарри, — даже не обернувшись, я произнесла эти слова настолько тихо, но мне кажется, что парень услышал. Я не хотела с ним говорить, общаться и взаимодействовать. Он был мне противен, до такой степени, что тело содрогалось и будто вспыхивало красным пламенем при каждом упоминании о Гарри Стайлсе. Я вошла в школу, и поток теплого воздуха врезался мне в лицо. В здании было тихо, во всех в классах шли уроки, и даже охранника не было на месте, будто время остановилось. Достав айфон, я быстро напечатала сообщение Эду. От кого: Линнет Кому: Энди «Мне плохо, я буду в туалете на втором этаже. Пожалуйста, приходи» Я быстро побежала на второй этаж, воспоминания прошлого захлестнули мои мысли, перед глазами всплывал образ Гарри, мои обнаженные фотографии и множество грубых слов, что обрушились на меня три года назад. Все, от чего я бежала, вновь настигло меня в школе, в этой треклятой школе. Оказавшись в туалете, я сполоснула лицо холодной водой, забывая про макияж. Посмотрев в зеркало, я увидела ту Лину, что была три года назад. Ее глаза были красными от слез, щеки опухшими, а по подбородку стекали черные соленые капельки, смешанные с тушью. Мне было чертовски противно смотреть в отражение, злость накрывала меня, и появилось непреодолимое желание выкурить сигарету. До урока физкультуры оставалось около пятнадцати минут, и я подошла к окну, медленно скатываясь по стене. — Лина, что случилось?! — Энди открыл дверь туалета и застыл в проеме, смотря на мое уродливое лицо. Я выглядела ужасно, слезы катились по моим щекам, размывая остатки макияжа. В этот момент я понимала, что чувствовала Роза тогда, полторы недели назад. Жаль, что я была не под кайфом, но хотелось жутко напиться, просто вплеснуть в горло бутылку водки. Энди вышел из оцепенения и ринулся ко мне, резко поднимая на ноги. В глазах помутнело, чернота застилала взор. Парень легонько ударил меня по щеке, приводя в чувство. Я посмотрела в его голубые глаза, которые казались такими родными и теплыми. Во мне бушевала ненависть, а вместе с ней и безответная любовь. Все эти чувства пугали меня, и хотелось убежать прочь из этой школы, а затем из города. — Сейчас подправим твое милое личико, — Эд взял несколько салфеток, вытирая разводы туши и подводки, которая, клянусь, была везде, где только можно. Парень стоял так близко ко мне, что я могла ощущать его горячее дыхание на холодной коже, и у меня появлялась мурашки. Не могу утверждать, что ничего не чувствовала к нему, но я знала, что мы не сможем быть вместе, потому что я не хочу вновь страдать от безответной любви. Мне казалось, что мной управляли те чувства, которые я никогда в жизни не получала от парней, ведь были только насмешки, боль и страх. Я прижалась губами к губам парня, вкладывая в этот невинный поцелуй всю мою слабость. Губы Энди были приятными, со вкусом колы и железа от пирсинга. Мне хотелось углубить поцелуй, проявить инициативу, но я не решилась этого сделать. Медленно отстранившись, я боялась реакции Эда. Парень стоял, замерев от неожиданности, а его глаза были все также закрыты. Прошло несколько секунд, и мне хотелось начать бить себя по лицу за то, что я сделала. Я разрушила наши отношения. Я тупая идиотка. Энди открыл глаза и положил руку мне талию, крепко сжимая. Мое тело вмиг парализовало, я боялась даже шелохнуться. — Я так долго этого ждал, — губы парня накрыли мои, я схватила его за волосы, будто это был мой спасательный круг. Он проник языком мне в рот, сплетаясь с моим. Его пирсинг клацнул мне об зубы, наш поцелуй становился все горячей, страсть захватывала нас с головой, и хотелось сорвать с себя всю одежду, грязно потрахавшись в этом туалете. Руки Энди переместились мне на грудь, медленно скользя под кофтой к трусам. Мне хотелось ощутить его пальцы на клиторе и внутри себя. Внизу живота будто все затягивалось в неимоверные узлы, но нам пришлось прекратить, потому что прозвенел ненавистный звонок, и в скором времени туалет бы заполнился учениками. Мы оторвались друг от друга, томна дыша. Наши губы были раскрасневшиеся от поцелуя, а чувство желания не отступало. Волосы Энди были взъерошены, а воротник рубашки измят. Это был лучший поцелуй когда-либо. Я чувствовала себя нужной. — Мне нужно идти на физкультуру, — я уже была готова уйти, но парень схватил меня за руку, больно отдергивая назад. — Что случилось, Лина? — он говорил спокойно и размеренно, будто пару минут назад совершенно ничего не было. Это задело меня так сильно, клянусь, мне хотелось ударить его. — Я говорила с Гарри, он теперь учится в нашей школе, — злобно ответив, я выдернула руку из его хватки и подняла портфель с формой. Я уже тянулась, чтобы открыть дверь туалета, но Эд быстро подошел ко мне, разворачивая, и вновь поцеловал меня, но только уже нежно, будто боялся причинить боль. Отстранившись, я в последний раз посмотрела на парня, выбежав из помещения и направляясь в раздевалку. Совершенно не хотелось думать о том, что произошло минутами ранее, но было очень приятно в душе. Энди значил для меня нечто большее, чем просто лучший друг. С этого момента у нас было что-то между «передрузья» и «недоотношения». Моя жизнь была дерьмовой, как малобюджетный фильм, но мне это чертовски нравилось. Я чувствовала хоть что-то за последнее время. Встретив Розу в раздевалке, мы быстро переглянулись, и я заметила багровые засосы на ее шее. Она старалась замазать их тоналкой, но получилось довольно ужасно. Переодевшись в физкультурную форму, я подумала о том, что мои ключицы стали видны немного больше, и это заставило меня улыбнуться. Миссис Филипс зашла в помещение и сказала нам, чтобы все выходили в спортзал. Там было уже достаточно учеников, и среди них я увидела Гарри, который болтал с парнями из баскетбольной команды. Он заметил меня и помахал рукой, но я прошла мимо, опустив голову. Урок начался, как обычно. Мы сделали разминку, пробежали несколько кругов, и на очереди была игра в волейбол. Мы распределились на команды, и, черт возьми, я оказалась вместе с Гарри. Игра шла со счетом не в нашу пользу, но мне было как-то плевать, потому что я, блять, не умела играть в волейбол. Но вдруг мяч прилетел мне прямо в голову, и я вскрикнула, упав на пол. Место удара болело жутко, перед глазами все плыло. — Лина, с тобой все хорошо? — Гарри появился передо мной и помог встать, придерживая за талию. Мне было противно от его прикосновений, и я резко перевела взгляд на Розмари, которая непонимающе на меня пялилась. Она все знала. — Ой, прости, толстуха, — это была Миа Хезэвей. Я ненавидела эту тупую сучку, которая иногда гадила мне в жизни. Не спорю, она была красивой, длинноногой блондинкой с большими сиськами. Бьюсь об заклад, ее трахали все парни из баскетбольной команды. Миа была потаскухой. — Заткнись, сука, — я удивленно повернулась к Стайлсу, совсем не ожидая от него таких слов. Он выглядел чертовски озлобленным. И мне стало... приятно?