Она верит в сказки слишком долго.

Мимо пролетали дома, невысокие, засыпанные снегом. Поверхность дороги была холодной, Холли чувствовала это, но не обращала внимания. Ни в человеческом, ни в кошачьем обличии она более не мёрзла. Это было очень странно — ощущать холод, но не ощущать его влияния. Остановившись около автобусной остановки, Холли принюхалась. Пахло дорогой и даже сильнее, чем обычно. Холодный воздух словно усилил запахи. "Зима приближается... Скоро можно будет вернуться!" — с волнением думала девушка, взмахивая хвостом. Нет, ей нравилось в Исландии, но тяга к дому была слишком сильной. Вот уже несколько месяцев, как она не была в родном городке... Весной, когда Джек улетел, Холли чувствовала себя совершенно одинокой. Люди не видели её девушкой, а в кошачьем обличии не воспринимали всерьёз. К отцу она старалась лишний раз не ходить, хотя сердце девушки замирало от радости при каждом воспоминании о том дне, когда он поверил в неё и увидел. Беда была в том, что их встречи доставляли обоим немало душевных страданий. А ещё, Холли не хотела быть причиной ссор отца с матерью, которая не только не поверила, но и заподозрила, что, поражённый внезапной трагедией, её муж сошёл с ума. Угнетённая и одинокая, Холли искала утешения в общении с детьми. Многие с радостью гладили симпатичную рыжевато-бурую кошку, но никому и в голову не приходило, что перед ними не просто животное, а дух, призванный дарить людям храбрость. Холли довольно скоро поняла, что её действия не особо нужны миру, достаточно лишь её присутствия. Девушка, конечно, могла помогать преодолевать страхи, но понять, кому это действительно нужно, было сложно. Несколько раз Холли серьёзно ошибалась. По её вине уже несколько детей совершили необдуманные глупые поступки, за которые им приходилось платить. Один мальчик перебежал дорогу с закрытыми глазами и чудом не погиб. После этого случая Холли окончательно разочаровалась в своей нынешней жизни и ушла. Нет, не из города. Девушка устроила нечто вроде жилища на школьном чердаке, откуда практически не выходила. В еде она не нуждалась, как, впрочем, и в сне, однако спала много. Нужно было куда-то деть время, заняться хоть чем-нибудь, пока всё не закончится... Через неделю такой жизни Холли поняла, что это будет длиться вечно. Прошёл день её рождения, но семнадцать не исполнилось и не исполнится никогда. Она не растёт больше. Можно было просто убить себя, например, прыгнуть под машину. Холли вполне могла погибнуть. Но девушка понимала, самоубийство — не выход. Ей не дали исчезнуть навсегда не для этого. Можно было обратиться за помощью к Санте, но Холли боялась. Совершенно неожиданно она начала испытывать странное смущение в присутствии Хранителей, а действие её сил на неё саму не распространялось. К счастью, очень скоро Хранители сами пришли за девушкой. Оказалось, что её искал Джек. Холли с радостью согласилась отправиться с ним в путешествие по другим странам. В той жизни она ни разу не была за пределами Северной Америки, и теперь не имела ничего против того, чтобы наверстать упущенное. Увы, летать с ней Джеку было не очень удобно, даже когда девушка превращалась в кошку. Большую часть времени они просто шлялись по городам, разговаривали, наблюдали за людьми... Приближалась новая зима. Здесь, в Исландии, это было особенно заметно. За прошедшее время Холли снова научилась видеть в жизни хорошее, особенно — когда рядом был Джек. Сейчас мимо кошки проходили люди, не обращающие на неё никакого внимания, разве что дети оглядывались иногда. "Джеку было хуже. Его не видел вообще никто", — пыталась успокоить себя Холли, но внутренний голос был неумолим: "Он не помнил прошлого, не знал, что потерял". — У тебя лицо, словно на твой хвост наступил Северянин, — раздался сзади весёлый голос. Девушка поспешила перевоплотиться и улыбнулась Джеку. Улыбка вышла немного печальной, но искренней. Холли была действительно рада его видеть. — Ну, что там? — с надеждой спросила она. — Знаешь, я тут подумал, может быть нам... — задумчиво начал парень, но его глаза улыбались, и Холли поняла, что знает ответ. Осознав, что рассекречен, Джек махнул рукой и с улыбкой объявил: — Можем возвращаться. Как не ожидаемы были эти слова, девушка всё равно не удержалась и, сияя улыбкой, кинулась ему на шею. Холли сидела на плоской крыше офисного здания и улыбалась. Ей было так хорошо, как уже давно не было. Вернулась. Вернулась домой. На самом деле, они были в городке уже три дня как. Холли успела навестить отца, и на этот раз их встреча была куда более радостной, чем обычно. Также девушка ходила проведать ребят из своей четвёрки. Все они тосковали по ней, но Холли и Джек решили пока не говорить им правду. В первую очередь — из-за Дика, ведь он мог вспомнить события той ночи, а это было весьма нежелательно. Снежные хлопья сыпались с неба. "Зима — такое странное время года... — размышляла девушка, глядя на площадь, вид на которую открывался с этой крыши. — Из всех цветов остаются лишь чёрный, белый и серый, но и они создают совершенно прекрасную картину..." В следующий момент, словно в насмешку над её мыслями, мимо площади проехал ярко-зелёный автомобиль. Глядя на него, Холли поняла, что даже зимой есть место для ярких красок. На площади играли в снежки. Холли вдруг поймала себя на том, что ищет в мелькающих фигурках, кажущихся ей сейчас такими маленькими, синюю толстовку Джека. "Пойти к ним, что ли?" — подумала она, но не двинулась с места. Ей и тут хорошо. — Да, он никогда не изменится... — раздался вдруг откуда-то слева голос. Холли резко оглянулась. Девушка уже успела отвыкнуть, что с ней говорит кто-то кроме Хранителей и отца. На крыше обнаружилась девица, на вид чуть старше Холли. На ней была светлая меховая куртка, тёмные брюки, симпатичные сапожки... Русые волосы заплетены в толстую косу, на лице веснушки. Незнакомка смотрела на Холли с любопытством. Молчание затягивалось. Наконец Холли сумела выдавить что-то, напоминающее «добрый день» и «привет» одновременно, после чего окончательно смутилась и вновь затихла. — Ты из новеньких? — спросила девица и, не дожидаясь ответа, заявила: — Меня Диана зовут. Я — дух Лета. "Дух Лета? По ней видно..." — растерянно подумала Холли. Она уже хотела было представиться в ответ, но неожиданно для самой себя спросила: — Ты — сезонный дух? Как Джек, что ли? Улыбка Дианы стала какой-то кислой. — Джек? Джек Фрост? — протянула она и тут же ответила: — Почти. Я действительно сезонный дух, но, в отличие от него, я приношу реальную пользу, а не играю в снежки целыми днями. Холли почувствовала обиду за Джека. "Кто она такая, чтобы судить, кто приносит пользу, а кто нет?" — Джек, между прочим, один из пяти Хранителей! — проговорила она. — А я — Луноликий, — насмешливо фыркнула в ответ Диана. — Знаешь, если будет избран пятый Хранитель, то это точно будет не Джек. На её лице ясно различались насмешка и презрение. Холли смотрела на девушку с недоумением. Проведя в уме нехитрые подсчёты, она проговорила: — Джек — пятый Хранитель уже более тридцати лет как. Не знаю, где ты была всё это время, но... — Да ладно тебе... В самом деле же... — Диана выглядела растерянной и обеспокоенной. — Ты серьёзно, что ли? Холли кивнула. Её собеседница сжала губы и невнятно пробормотала: — Я не могла не узнать. Значит опять... — а затем спросила: — И в честь чего такое повышение? Холли, как могла, рассказала о событиях тридцатилетней давности. При упоминании Кромешника Диана как-то странно содрогнулась, но не перебила ни разу. Когда рассказ был закончен, она осторожно уточнила: — И с тех пор о Кромешнике ничего не было слышно? Холли с подозрением посмотрела на собеседницу. Похоже, та действительно очень долго отсутствовала... — Вылезал много раз. Около года назад... эээ... — девушка замялась, подбирая слова. — В общем, из-за него погибла Ари, но Хранителям удалось заточить его в Куб Сновидений, это такой... — Что?! — Диана выглядела так, будто её ударили по голове. — Ари погибла? Но... Как же... "Похоже, Луноликий посылал её устраивать лето куда-то на Сатурн..." — растеряно подумала Холли и объяснила: — Теперь я вместо неё. — Ага... — голос Дианы дрожал. — Слушай, если ты не врёшь, если всё, что ты сейчас сказала — правда, сделай как-нибудь так, чтобы Джек адекватно отреагировал на моё присутствие и отвёл к Санте. Похоже, всё ещё хуже, чем я думала... — Погоди, погоди. Ты хочешь сказать, что... — О небеса, Джек, я не хочу сказать, я уже ясно сказала: мне стирают память. И не смотри на меня так, ты не хуже других знаешь, что когда избирается новый Хранитель, об этом узнаёт каждый дух. Я же оказалась не в курсе. Кроме того, я понятия не имела о возвращениях Кромешника, о смерти Ари... А иногда я вдруг прихожу в себя где-нибудь и не могу понять, где я, и как я сюда попала. Это нормально? Это не нормально! Особенно — для меня! А теперь ещё и этот... Как его там... Эрик, — Диана мелко затряслась от ярости. — У меня никогда не было помощников, сменщиков и прочих... Почему Луноликий избрал ещё одного духа Лета? Я больше не устраиваю его? Я уже не первую сотню лет выполняю свою работу, и выполняю хорошо! А он сначала начинает стирать мне память, а потом вовсе пытается меня заменить! Джек смотрел на девушку несколько ошарашено, Санта — задумчиво, Зубная Фея — обеспокоенно, Кролик — насмешливо, Холли — сочувственно... И только Песочник смотрел не на размахивающую руками Диану, а куда-то в окно. Видимо, он ждал знака от Луноликого, но знака не было. — Что вообще такое происходит? — продолжала бушевать девушка-Лето. — Фея, у тебя ведь нет этих воспоминаний, так же, как нет воспоминаний моего детства, нет моих молочных зубов, да? Зубная Фея быстро переглянулась со своими помощницами, а потом виновато кивнула. — Ну, и почему так? У меня что, вообще жизни обычной не было? Но взялась же я откуда-то, верно? — Холли вдруг показалось, что воздух вокруг Дианы нагрелся. — Какого мракобесия со мной всё это происходит? Я изучила все доступные мне источники информации, судя по всему, я — единственный дух, о прошлом которого никто ничего не знает. Но ладно, я готова с этим мириться. Но вот только зачем превращать мою память в решето? А воздух действительно нагрелся, теперь это уже явно ощущалось. Более того, ледяной пол под ногами Дианы начал таять. Джек пытался незаметно отойти подальше, но ему мешал стоящий сзади Кролик, который, несомненно, заметил попытки Хранителя, но пропускать его не желал. Воспользовавшись возникшей в яростном монологе девушки-Лета паузой, Северянин поспешно вставил: — Ты считаешь, что это делает Луноликий? Но зачем ему это, ты не подумала? Тут, скорее, виноват Кромешник, или кто-то вроде него. — Ой, да ладно! — Диана небрежно махнула рукой в его сторону. — Можно подумать, хоть один из нас может знать, что у Луноликого на уме. А Кромешник, судя по словам вот этой, — кивок в сторону Холли, — заперт в кубе из сновидений Песочника и возможности вырваться оттуда не имеет. Песочник неожиданно оживился. Его лицо приобрело встревоженное выражение, над головой появился маленький куб, с которым явно что-то происходило, правда понять, что именно, было невозможно. — Песочник? — осторожно спросил Санта. — Ты хочешь сказать, что с Кубом что-то не то? Песочный Человек коротко кивнул и изобразил нечто, напоминающее толстую стену, которая становилась тоньше с каждой секундой. — Замечательно, — буркнул Кролик, и Холли показалось, что он встревожен куда сильнее, чем хочет показать. — Вот не было печали... Диана, похоже, была полностью согласна с Хранителем Надежды. — И многое он сейчас может? Песочник пожал плечами. Холли перевела взгляд на Джека. Парень выглядел весьма растерянным. Санта чесал затылок. "Судя по всему, никто из них не знал, что с Кубом что-то происходит. Но почему же Песочник молчал?" — девушку действительно волновал этот вопрос, но она не отваживалась задать его вслух. Холли вообще смутно понимала, что делает здесь. Она не Хранительница, у неё нет никаких проблем, которые Хранители могли бы решить... Просто Джек открыл портал и отправил на полюс и её, и Диану. — И долго Куб ещё протянет? — нахмурился Кролик. Песочник задумался, а потом выдал знак вопроса. — Даже так, — хмыкнула Диана. — И давно это? И почему до сих пор никто ничего не знал? Холли, неожиданно для самой себя, почувствовала какую-то неприязнь к ней. Девушке как будто было обидно, что этот вопрос задала не она. "Можно подумать, я сама спросила бы... А вопрос-то важный..." — убеждала себя Холли, но чувство никуда не делось. Песочник бросил косой взгляд в сторону Северянина. — Постой... Ты говорил ему, что ли? — на лице Кролика появилось выражение глубокого недоумения. — Эээ... — Санта почесал бороду. — Возможно он мне и говорил. Но я этого не понял. — Гениально, — Диана, видимо, пыталась вложить в это слово всю свою язвительность, но Холли вдруг показалось, что девушка-Лето очень обеспокоена. "Видимо, ей приходилось встречаться с Кромешником... И эта встреча для неё закончилась не очень хорошо". Все замолчали, и только Фея втолковывала что-то помощницам. — Значит так, — проговорил наконец Санта. — Я думаю, не будет лишним навестить Кромешника... Песочник, ты нас к себе проводишь? Джек когда-то рассказал Холли, что Песочник живёт на огромном корабле, созданном из песка сновидений. Корабль мог находиться где угодно и появлялся только по желанию хозяина. Никто без помощи Песочника не мог попасть туда. Именно там находился Куб Сновидений с заключённым внутри Кромешником. Получив согласие, Северянин развёл бурную деятельность. Вызвал йети, начал им что-то объяснять, то и дело оглядываясь в сторону остальных собравшихся в комнате. Немного сбитые с толку поднявшейся суетой, Хранители, Холли и Диана стояли на месте. Холли переминалась с ноги на ногу. Она тут, вроде как, совсем не причём. — Так, одну минуточку, — Диана вдруг шагнула в сторону Санты. — А как же я? Мне помочь уже никто не хочет, у всех свои проблемы? — Свои проблемы? Тут кто-то говорит о своих проблемах? — приподнял брови Джек. — По-моему, Кромешник опасен для всех. И для Хранителей, и для других духов, и для людей. Санта почесал затылок. Холли подумала о том, почему она раньше не обращала внимания на привычку Хранителя Чудес чесать что-либо во время мыслительного процесса. — Слушай, если тебе так хочется побывать у Песочника дома, это не значит, что этого хотят все, — отмахнулась от Джека Диана. — Я, например, не хочу. Мне там делать нечего. Я бы предпочла заняться своими проблемами. — Так занимайся. Добудь себе ещё пару шубок, — огрызнулся парень. — Теперь у тебя много свободного времени, делать нечего, а одежда... — ЗАМОЛЧИ! — завопила девушка-Лето, на секунду приобретя невероятное сходство с фурией. Почти видимая волна тепла отделилась от её пальцев, и Джек был вынужден уворачиваться. Кролик наблюдал за ними с явным интересом. Зубная Фея сжалась, похоже, она вообще жалела о том, что была вынуждена стать свидетелем этой сцены. Холли разделяла её чувства. — Ладно, успокойтесь, — Северянин, очевидно, всё же до чего-то додумался. — Кто ещё не пойдёт к Песочнику? Фея дёрнулась было, но потом передумала и промолчала. — Я не пойду. Что я там могу сделать? — заявил Джек, осторожно стараясь отойти подальше от Дианы, не спускавшей с него гневного взгляда. Обрадованная его решением, Холли робко махнула рукой. — Я тоже буду бесполезна. — Как и я, — дёрнул ухом Кролик. — Высоты боится, — тихо фыркнул Джек, который уже оказался у Холли за спиной. Кролик поморщился, но промолчал. Парень многозначительно хмыкнул, но развивать мысль не стал. — Вот и отлично, — Северянин потёр ладони. — Тогда вы займётесь Дианой. В самом деле, надо же разобраться, что с ней происходит. — Что?! — хором воскликнули девушка-Лето и Джек. Кролик задумчиво посмотрел куда-то вверх. — Я-то что могу сделать? Холли промолчала. С одной стороны, она не знала, может ли чем-нибудь помочь, с другой — ей было стыдно за ту вспышку неприязни. Хотелось как-то загладить свою вину. Девушка вдруг поймала себя на том, что Диана ей симпатична, несмотря на её нападки на Джека. — Ладно, делайте что хотите. Но Диану не бросать. Когда мы разберёмся, что там с Кубом, мы вас оповестим, — с этими словами Северянин кивнул Песочнику, и тот начал творить портал из своего волшебного песка. Кролик неоднозначно хмыкнул и умчался куда-то в сторону выхода. Санта не любил, когда норы появлялись у него в доме. Джек задумчиво стоял на месте, и Холли вдруг поняла, что шары, создающие порталы, которые дал ему Северянин, ведут только в одну сторону. "Мда... Он меня явно не дотащит..." — растерянно подумала девушка. Диана глядела на них с усмешкой. — Ладно, я сегодня добрая. Просто удивительно, насколько добрая. Но, скорее всего, я просто приберегу месть на потом. Она порылась в кармане куртки и вытащила нечто, что при ближайшем рассмотрении оказалось засушенной ромашкой. — Заканчиваются... — пробормотала девушка-Лето и с коварной улыбкой посмотрела на Джека. — Ну что, рискнёшь переместиться моим способом, или сам, лётом? Парень с тоской покосился в сторону окна и, обреченно вздохнув, шагнул к ней. — Вам нужно просто ко мне прикоснуться. Хватать за ноги, за руки, за волосы и за одежду не надо. А ты, — Диана выразительно посмотрела в сторону Джека, — держи свою палку от меня подальше. Расплавлю — мало не покажется. — Это если эта "палка" тебя не заморозит, — усмехнулся парень, но, осознавая, что оба варианта не желательны, взял посох по-другому. Холли осторожно положила руку на плечо девушке, Джек, немного поколебавшись, — на другое плечо. Диана, кажется, фыркнула, а потом сдула с ладони засушенный цветок. В следующий миг перед глазами Холли вспыхнул яркий свет, и всё исчезло. — Что?! Ты... Предупредить нельзя было, что ли?! — вопил Джек. Холли, всё ещё отчасти ослеплённая вспышкой, почти не видела его, но понимала причину этого шума. Телепортация сопровождалась выбросом некоторого количества тепла, что едва ли могло быть особенно приятным для духа Зимы. Диана хохотала в голос. Холли даже не задумывалась, что у неё может быть такой звонкий и приятный смех. "А что ты хотела? Лето всё-таки... Ей вообще, по идее, положено смеяться всё время", — внутренний голос всё же был частью девушки, он, как и она, раньше был свято уверен, что дух Лета — весёлое, добродушное, может быть чуть простоватое существо. Зрение потихоньку возвращалось. Джек стоял мокрый, словно на него вылили ведро воды. Даже морозные узоры на толстовке ощутимо подтаяли. Почувствовав взгляд Холли, парень изобразил мрачную физиономию и что-то сделал с посохом. Вроде бы всё пришло в норму, но его волосы теперь выглядели так, как полагается выглядеть мокрым волосам, которые вдруг заморозили. Сосульки. Диана захлебнулась новым приступом смеха. Холли не выдержала и присоединилась к ней. — Помоги... — Эй, может хватит?! — возмутился Джек. — Ты бы... Ты бы себя видел! Ты похож на одну тихоокеанскую медузу, название которой тебе ничего не скажет... — девушка-Лето с трудом выдавливала слова сквозь смех. — Помоги... — на этот раз голос звучал чётче. Холли перестала смеяться и пристально осмотрелась. Они стояли на той же крыше, где этим днём она встретила Диану. Сейчас солнце уже заходило, но было ещё не настолько темно, чтобы не убедиться: на крыше больше никого не было. Джек пытался избавиться от сосулек, но о помощи он просить не стал бы явно, особенно таким жалобным голосом. Диана всё ещё смеялась, о ней речь не шла вовсе. — Помоги, прошу... — услышала девушка в третий раз. Ей показалось, что звук идёт откуда-то издалека, с каждой секундой становясь всё тише. Кажется, после просьбы о помощи, были ещё какие-то слова, но разобрать их было невозможно. — Кто-нибудь сейчас что-нибудь говорил? — осторожно спросила Холли. Ответом ей были удивлённые взгляды.