доброе утро

Пробуждение Поттера выдалось не самым приятным. Тело затекло в неудобном положении, глаза опухли, а очки нашлись под бедром, сломанные пополам и больно впивающиеся в нежную кожу. Произошедшее прошлой ночью Гарри вспомнил быстро, и, боясь и одновременно желая проверить неожиданную догадку, он повернул голову влево. На одноместной кровати совсем рядом спал Малфой. Его веки подрагивали, размеренное дыхание опаляло шею Поттера, а плечи и основание шеи были усыпаны красными следами от зубов и ногтей. Неуверенно прикоснувшись подушечками пальцев к своим ключицам, Гарри ощутил тягучую боль – сомнений не было, те же отметины. Стряхнув легкий утренний туман в голове, Поттер медленно встал, однако, утянув за собой одеяло и, тем самым, оголяя Драко. Тот недовольно завозился, невнятно промычал что-то и подтянул острые колени к груди. Невольно залюбовавшись, Гарри не заметил, как потерял равновесие из-за неожиданно закружившейся головы, и приземлился обратно на кровать, выставив руки вперед. - А? Подняв голову, Поттер наткнулся на округлившиеся глаза Драко. - Ч-что? Смятение явно проступило на лице блондина, было заметно, как рвущаяся наружу паника набирала обороты. - Тс-с… – таинственно прошептал Гарри, – не порти такое замечательное утро. - Поттер! Какого черта!? – завозмущался Малфой, понизив, однако, голос до шепота. Поттер многозначно оглядел комнату, и Драко последовал его примеру. Не заметив ничего необычного, он хмыкнул и положил голову назад на подушку. Утреннее солнце пробивалось через окна в каменных стенах и освещало клочки пола, выхватывая пестрые узоры ковра. Возмущенная движениями парней пыль взмывала в воздух, затем резко опадая. В комнате было душно, жарко. - Красиво. - Сказал Гарри, попутно восстанавливая очки привычным заклинанием и надевая их на переносицу. - Так какого ж черта, Поттер? Что ты забыл у меня в комнате: голый, весь в… – пораженно остановившись, Драко недоверчиво пощупал плечи и тихо всхлипнул, округляя глаза. Недовольная гримаса проступила на его лице. Резко привстав, он охнул сильнее и уселся обратно. – Мы...? Поттер едва кивнул: - Видимо. Малфой через силу кивнул, а потом потянулся к палочке, и его попытка не осталась незамеченной. В страхе быть заколдованным Гарри первым перехватил вожделенную цель. - Отдай. – Прошипел Драко. Потянувшись за палочкой дальше, он неосторожно двинул тазом и ойкнул. - Я не… не могу. – Честно ответил Гарри. – Боюсь. - Последние мозги потерял, Поттер? Я не собираюсь тебя убивать, я просто не могу встать! Отдай мне палочку. Заимев, наконец, палочку, Драко взмахнул и прошептал какое-то заклинание. Затем еще одно, от которого пропало все покраснение. - Болеутоляющее. И маскирующее. – Пояснил Малфой непонимающему Поттеру. - А мне можно? – с надеждой спросил тот. Желая сначала ответить «нет», Драко задумался и, решив не вредничать зря, взмахнул палочкой еще раз. - Болеутоляющее тебе ни к чему, я надеюсь? Гарри улыбнулся и продолжил собираться. Вещи были повсюду – мантия около двери, шарф совсем недалеко от нее, штаны прямо под кроватью, а вот рубашку пришлось поискать. Противно усмехнувшись, Драко пальцем указал на канделябр, висящий под потолком, и пропажа сразу же нашлась. - Вингариум Левиоса! – провозгласил Гарри и попытался снять рубашку, но та зацепилась за резной венец. – Черт! Малфой довольно потянулся и лишь зевнул, прикрыв рот рукой, когда Поттер обратился к нему с просьбой о помощи. - Не-а, сам доставай. - Но… - Нет. Спустя огромное множество попыток Гарри выудил рубашку – дыра от импровизированного крюка красовалась аккурат вдоль шва на боку. Решив, что под мантией все равно незаметно, Поттер успокоился и, наконец, оделся. Неотрывно следящий за происходящим Малфой не преминул тут же напомнить, что незваному гостю пора уходить. - Тебе уже тоже пора вставать, Драко. Совсем скоро завтрак. – Сказал Гарри, стоя у двери. - Сам знаю. – Проворчал Малфой и, прикрыв за Поттером дверь, встал одеваться. Его терзали тяжелые мысли о чести и долге, о неотвратимой лжи отцу, да и всем окружающим. И пока он лениво одевался, растягивая и смакуя невеселые образы разгневанных родителей и друзей в своей голове, Гарри думал о том, что ради такого пробуждения он готов подсыпáть Драко тот странный порошок, полученный от близнецов Уизли, хоть каждый день.