Дневник в тёмный мир

      Проснулась я чуть ли не в солнечных лучах. Благо, крона надежно защищала от оных, и они струились по бокам дерева, которое я облюбовала. Спросонья я запаниковала, памятуя про последствия встречи моих глаз с солнцем, но быстро успокоилась, услышав внизу тихие шаги. Слава богине удачи или кому там, что моя паника выражалась только в эмоциях в голове, а не в действиях. Скосив глаза под немыслимым углом, я обнаружила Лиррена прямо под деревом. Сомнений, кого он искал, не возникало. Я различила тихое бормотание: — Лин, где же ты? Куда же ты спряталась? В этот момент меня посетила вполне закономерная мысль: какого черта я вообще ему сдалась такая? Знаком со мной меньше дня и зачем-то так усердно ищет. Пока я пыталась найти ответ на данный вопрос, парень развернулся и пошёл в сторону дороги. Видимо решил, что я бы побоялась углубляться в дебри. Вот и молодец! Я прислушалась к внутренним ощущениям, но вместо потребного зова, или чему мне там нужно следовать, услышала утробное урчание желудка. Да это не зов, это целый клич. Вытянув из рюкзака судочек, я принялась уплетать жареное мясо с картошкой. Покончив с едой, я сыто икнула и снова прислушалась к собственным глубинам. Теперь, когда голод меня не отвлекал, я отчетливо чувствовала, что место перехода где-то в глубине чащи. Перед тем, как спуститься, я обратила внимание уже на звуки леса. Показалось, что где-то кричали «Лин!» То ли у меня глюки, то ли полуэльф отчаялся найти меня втихую. Спуск занял чертову уйму времени, и я обдумывала, как же мне удалось забраться наверх прошлой ночью. Крадучись, я следовала своему зову, перебегая из одной тени в другую — попадать под солнечные лучи не хотелось категорически. Так, в перебежках от одного места к другому и в постоянном напряжении слуха, да и вообще всевозможных органов чувств, прошёл целый день. Пару раз я чуть не споткнулась, пару раз пропахала носом землю, а один раз небольшой овраг скрылся за листьями, и летела я в него кубарем. Я пришла к выводу, что природной ловкости всё же не хватает на бесшумное передвижение и одновременный контроль окружающего. Уже когда стемнело и небо пестрело блестками звезд, я вышла на небольшую полянку, где и обрывался путь. В центре трава была выжжена, что подтверждало необычность и подходящесть места. Я тяжело плюхнулась в корнях гигантского дерева и с блаженством вытянула ноги. Тело не понимало моих ежедневных «тренировок» после 20-ти лет жизни практически под замком. Дальнейшие указания мне требовались именно от Лианны, поэтому я достала дневник. На удивление, никаких советов от бабушки не было и я, достав перо и чернильницу, написала: «Я на месте. Что делать дальше?» Буквы будто впитались в бумагу, а через пару минут она приобрела фиолетовое свечение. Это что, «собеседник вводит сообщение»? Ничерта ж себе нововведения! Дневник высветил текст: «Так быстро? Молодец! Для начала, тебе понадобится компас. Найди, где север и черти пентаграмму, верхним лучом в ту сторону». Миленько, что сказать. Пришлось выламывать из куста удобную палку и приступать. Надеюсь, особой точности, и ровности линий от меня не требуется, потому что иначе не понятно, куда я отправлюсь вместо Никсоса, и на сколько частей развалится мой труп. Рисунок я начертила добротный, на весь выгоревший круг. Читаю дальше: «Тебе придется обратиться к стихиям. Вернее, просто воспользоваться ими. Верхний луч — огонь, слева — дерево, справа — земля, левый нижний — вода, правый нижний — металл. Как найдешь всё — читай дальше». Так, похвалим себя за запасливость и бабушку за напоминание: с огнём и водой никаких проблем. С древесиной тоже, я же в лесу. Земля… А не сойдет ли уже то, что я на ней чертила? Ладно, выкопаю для верности и кучкой насыплю. Я с подозрением покосилась на пуговицу на куртке: металлическая или нет? Лизнула — характерный привкус крови в наличии, значит сойдет. Отчекрыжив её ножом, убрала порванные нитки, а то мало ли. Что там ещё от меня требуется: «Активируй» стихии, которые этого требуют, возьми нож. Положи дневник в центр пентаграммы и поливай его собственной кровью, пока не переместишься». Да я, черт возьми, экстрасенс. Вот только не радуют меня такие предсказания. Ладно, за дело! Я снова отломала от куста веток и положила их на лучи дерева и огня (надо же что-то разжигать). Потом разместила на подходящем луче пуговицу, а бутылку с водой открыла и тоже поставила на требуемое место. Затем, как и задумывала, изобразила горку земли на боковом луче. Остался только огонь, поэтому я достала спички, а всё остальное, кроме ножа и дневника, спрятала в рюкзак, который закинула на спину. Разожгла небольшой костерок и водрузила дневник в середину, а сама стала над ним. Только тут меня настиг страх: руки тряслись, ноги подкашивались. — Соберись, тряпка! — рыкнула я сама себе и с силой полоснула по ладони (вены я благоразумно решила не трогать). Резанула я от души, и яркая кровь хлынула на дневник, а я зашипела, машинально сжимая руку в кулак. Я сильно зажмурила глаза, постаравшись отвлечься от боли. А когда открыла, увидела начало перехода и остолбенела, завороженная. От каждой «стихии» исходила тонкая струйка силы, которая начинала обворачиваться по кругу, который я начертила. С каждым мгновением потоки становились больше, образуя подобие столба. Почему-то в нем преобладали алый огонь и темно-фиолетовый металл, но вскоре последний полностью завладел пространством, окутывая меня тьмой. Как только это случилось, я отмерла и упала на колени от внезапно нахлынувшей усталости и боли во всем теле. Я осознала, что стихии используют мою жизненную энергию для активации портала. Вдруг темные стены вокруг меня обрели форму купола, и стали сжиматься, а я повалилась на землю, распластавшись возле дневника, чувствуя, как теряю сознание. Темно-фиолетовый купол окутал меня и исчез, забирая с собой мое тело, символы стихий и начертанную пентаграмму.

***

Очнулась я с дичайшей головной болью, ломотой во всем теле и ощущением, будто меня аккуратненько выпотрошили, а потом запихнули все внутренности обратно. Не пытаясь пошевельнуться, я огляделась. Внешне лес ничем не отличался, но это точно не была та самая поляна. Значит, такое прекрасное самочувствие у меня всё же не зря. Небо уже серело. То ли я провалялась, хрен знает где целые сутки, то ли это та же ночь закончилась. Хотя всё зависит от того, совпадает ли время на Никсосе с земным. Я сама всё ещё лежала в пентаграмме. Захотелось крикнуть что-то вроде «Демон явился — не запылился», но не хотелось шевелить даже пальцем. Скосив взгляд, я заметила рядом с собой кучку пепла и… никакого дневника. Черт! Вот же… — Отлично! Просто отлично! — зло бормотала я, пытаясь встать хотя бы на четвереньки. Через некоторое время мне это удалось, и я поползла к очередному огромному дереву, корни которого образовали подобие природного алькова. Сойдет за место для сна. Земля была сырая, но сил на то, чтобы устроиться поуютнее не было и я отрубилась, подтянув ноги к груди. Проснулась я уже в некоем подобии хорошего настроения: тело немного оклемалось, хоть и не радовалось сну на земле, и я больше не чувствовала себя опустошенной. Снова была ночь. Где-то недалеко журчала вода. Повезло! Подобрав пустую флягу и пуговицу (сыграло мое жлобство), я побрела на звук, потирая заспанные глаза. Следовало для начала умыться. Став на колени возле речушки, я поплескала водой себе в лицо и вытерлась кофтой. — Твою мать! — резко выдала я, вглядываясь в подрагивающее отражение. От когда-то полностью белых волос не осталось и намека — моя шевелюра походила на гребанную радугу. Вот только вместо 7-ми цветов, она пестрела ещё и оттенками, отчего цвета переходили плавно. Намочив волосы, и немного потерев, я поняла, что это безрезультатно. — Пиздец, — вслух резюмировала я. — Вот вам и подарочек на День рождения. Наслаждайтесь, так сказать. Что ж, если моя раса и судьба предоставили такой поворот событий, надо с ним смириться и идти дальше. А то ходить полулысой, с клочками радужных волос (а как ещё самому стричься с помощью ножа) не хотелось. И тут-то до меня дошло… А куда мне, собственно, идти? Дневника больше нет, компас ничем не поможет, ага. Песец подкрался незаметно, хоть виден был издалека. Решив положиться на судьбу, я пошла по течению речушки, поняв, что не мешало быискупаться при наличии хотябы небольшой заводи. Пока шла, замечала, что русло понемногу расширяется. Ну, хоть с этим мне повезло. Наконец я нашла место, которое искала: широкое, с небольшим течением и нормальной глубиной. Вода была чистая и прозрачная. Отлично! Быстро раздевшись, я, не раздумывая, прыгнула и невольно взвизгнула — вода, по ощущениям, была ледяная. Я принялась интенсивно плавать туда-сюда и вскоре согрелась. Стала нырять, рассматривая камни на дне и мысленно благодаря отца, что научил меня плавать. Хотя вряд ли он сделал бы это, если уже тогда знал, что я не человек. Вынырнув в очередной раз, я замерла, увидев парня, который откровенно на меня пялился. — Отличная фигура! Особенно хорош зад, — сообщил он, насмешливо улыбаясь. Видимо ждал, как же я отреагирую. — Благодарю, — с ехидцей выдала я, выходя из воды. У парня отпала челюсть. — Что, ожидал визгов и попыток прикрыться? Челюсть захлопни, а? А то скоро слюни на землю потекут, — продолжала я с сарказмом. — Полотенца не найдется? Мой невольный зритель продолжал изображать статую. — А жаль, мне бы пригодилось, — сказала я, начиная натягивать одежду прямо так. Ступор продолжался, а я разглядывала его: черные короткие волосы, непримечательные черты лица, походная одежда. — Да что ж такое! Голую бабу никогда не видел что ли? — шутливо возмутилась я и, закончив одеваться, подошла к парню, чтобы пощелкать пальцами перед его лицом. Наконец-то он отмер и закрыл рот. — Ничего себе! Да ты самая безкомплексная девушка, которую я когда-либо видел! — восхищенно выдал он. — Ты мне льстишь. Зачем было что-либо делать, если ты и так все видел? Вода ж прозрачная. Да и вообще, зачем рыпаться? Ты ж меня трогать не рвался, — говорила я, возвращаясь к воде за рюкзаком. — Кстати, я — Лин. А тебя как величать? — Дарен, можно и просто Рен. Приятно познакомиться, — сообщили мне. — Угу, приятно. Физически тоже? — скосила я взгляд на встопорщенную ткань брюк. — Ты там мыслишки успокой, я не собираюсь помогать тебе с такой проблемой. — Эээ, — покраснел парень. — Тьфу ты! Краснеешь, как девица, — фыркнула я. — Слушай, просто Рен: ты часом не знаешь, как добраться до Сумрачной Академии? — Часом знаю, — улыбнулся парень, похоже, всё-таки, перестав представлять меня голой. — Ты тоже поступать, радужноволосая? — Ой, неужели ты заметил столь невыразительную деталь? — мне нравилось подкалывать этого паренька. На вид он был моложе меня, но это ничего не говорило. Мне казалось, что в такие учебные заведения людям путь заказан, значит, ему с равным успехом могло быть 18, 133 и даже 1000. — А ты язвительна, как я посмотрю, — сказал Рен, улыбнувшись. — Надеюсь, тебя это не смущает. Так как, если да, то наши пути разойдутся, как только дойдем до Академии. — А?.. — Имеешь в виду, что мы будем учиться на одном курсе? — оборвала я Дарена. — Ты просто перестанешь для меня существовать, ибо, на самом деле, мне плевать, что ты думаешь о моём характере. — Что я думаю о тебе и твоем характере? Я думаю, что ты самая интересная девушка, которую я встречал, — начал свою речь парень. — Ты имеешь привлекательную внешность, совершенно не скромничаешь в демонстрации оной; плюешь на мнение окружающих, что, как я думаю, для девушки величайшая редкость; ещё ты имеешь острый язычок, и это только добавляет пикантности. Это всё, что я знаю о тебе на данный момент, но надеюсь, что смогу узнать больше. — Ты снова мне льстишь, — ответила я, проигнорировав намек. — Что ж, ладно, пойдем. Как раз доберемся к началу отбора.