Проблема чувств

Дэни смотрел на ливень за окном. Он подавил желание зевнуть. Шум дождя усыплял, но Дэни не собирался тратить вечер на сон. Он посмотрел на экран телефона, но ни единого сообщения от Дилана не увидел. Еще одна неделя простоя. От скуки он сходил с ума. От скуки он раздражался. От скуки он хотел кого-нибудь убить, лишь бы не прятаться от чертового ФБР, которого Дилан должен был обманывать еще черт знает сколько. Вообще-то Дэни все бы отдал за то, чтобы посмотреть, как Дилан это делает. — Я рад, что ты приехал. — Джек вернулся из ванной в одном полотенце, и то на волосах. Он смущенно улыбнулся, и Дэни отвел взгляд от него. Он снова посмотрел на ливень, ни о чем не думая. А ведь было о чем. — Я заметил, — ответил он наконец, когда Джек присел на край кровати. Джек посмотрел на него с сомнением, но ничего не сказал. Выражение его лица моментально стало по-детски обиженным, и Дэни вздохнул. Он протянул ему руку, и Джек принял ее, несмотря на свою демонстративную победу. Джек навис над ним, широко улыбаясь. Дэни вспомнил, с каким невероятным желанием набросился на него, осознав, что смог провернуть этот малыш. Между ними была не искра — вулкан огня, подогреваемый еще и откровенной влюбленностью Джека в него. Джек смотрел на него с таким восторгом, какой Дэни до того не был знаком. С тем же восторгом он смотрел на него и сейчас, только Дэни абсолютно ничего к нему не испытывал. Легкий интерес, не более. — Дилан не написал, — сообщил он Джеку, стараясь избежать этих мыслей. Секс был хорош, что еще ему было нужно? — Ну и ладно, ему в своем ФБР виднее, — пожал плечами Джек. Он прикрыл ладонью рот и широко зевнул. — Останешься? — спросил он более чем скромно, изучая его лицо. До сих пор Дэни был уверен, что уедет, но эти странные мысли остановили его. Ведь проблема не в Джеке, а в нем. Только он растерял весь этот огонь, весь интерес. Джек был достаточно хорош, интересен, постоянно тренировался и обладал талантами, которые Дэни были недоступными. Он подходил по всем чертовым параметрам, от цвета волос до размера члена, так какого черта Дэни плевать, есть он рядом или нет? Он был зол на себя. — Останусь, — произнес он, чем заслужил невероятно счастливый взгляд. Его моментально затошнило от этого взгляда. Он не обещал Уайлдеру ничего, кроме секса, почему он вообще думает обо всем этом? Хочет он его, не хочет, какая разница, зачем оставаться? Он подвинулся, позволив Джеку устроиться рядом с собой. Он смотрел на него с соседней подушки, а Дэни смотрел в потолок. Если Джек заикнется хоть словом о своих чувствах или подобной ерунде, Дэни встанет и уйдет в эту же секунду. Но он молчал, и Дэни наконец расслабился. Он переночует здесь и уедет в оговоренное убежище, ничего страшного не произойдет. Может быть, ему стоит сказать Джеку, что пора завязывать. Все хорошо в меру. Секс без чертового огня — просто телодвижения с минимумом удовольствия. Он ощутил, как Джек нашел его руку. Стоит ли ему позволить Уайлдеру прикосновения вне секса? Он уже решил, что бросит Джека, так почему нет? Дэни не отнял руки. Видимо, Джека это воодушевило. Он провел рукой по его руке, подбираясь к нему под бок. Он тошнотворно счастливо вздохнул. Дэни решил, что терпения ему не хватит. Он хотел скинуть его с себя, но Джек вдруг оказался над ним. — Я хочу еще, — произнес он тихо. Дэни изучил его взгляд, находя его весьма привлекательным. Может быть, он поторопился. Может быть, Джек еще способен вызвать в нем парочку крайне ярких моментов. Он кивнул, и Джек прижался губами к его шее, прикусывая кожу до острой, краткой боли. Дэни положил руку на его бедро, гадая, что превратило обычно нежного до отвращения Уайлдера в пародию на агрессора. Причина была ему интересна, но не так важна. Ему понравилось. Пожалуй, нет, он не будет бросать его завтра. Укус на его шее горел приятным возбуждающим огнем ноющей боли. Он посмотрел на Джека, угадывая его нерешительность. Это все портило. Если бы Уайлдер продолжил в том же темпе, Дэни забыл бы о любом намерении бросить его. Очевидно, его разочарование отразилось на лице, потому что Джек моментально подарил ему второй укус, чуть ниже. Дэни одобрительно погладил его бедро, притягивая к себе. В целом он обнаглел, считая Джека попросту неинтересным. Его тело было в отличной форме, его улыбка делала его уникальным, а его язык вытворял попросту неприличные вещи. Что Дэни еще было нужно? Более того, Уайлдер был влюблен в него тем самым восторженным чувством, что добавляет любому сексу преданности и самоотверженности. Джек поднял голову, встречая его взгляд. На долю секунды Дэни снова неприязненно подумал о чувствах Джека. Чувствах. Само слово было весьма отвратительно. Он сжал рукой его подбородок, вовлекая его в грубый и мокрый поцелуй, лишь бы не видеть щенячьего выражения его глаз. Даже его поцелуй был полон этого чувства. Дэни хотелось вытрясти из него всю эту чертову дрянь, сладкую сентиментальность, которая так его портила. Джек прижимался к нему, подставляясь под его руки, и Дэни великодушно гладил его, сравнивая невольно со щенком, разве что хвост был не на той стороне. Он снова напомнил себе, что Уайлдер весьма хорош и в жизни, и в постели. Но нет, его ответ рукам Дэни только смешил его. Он поймал себя на мысли, что хотел бы просто взять его сзади, как обычно, и просто уснуть, наутро свалив безо всякого обещания на возвращение. Джек жарко дышал ему в шею, раздражая своими прикосновениями. Иллюзия, вот что такое был его укус. Дэни запустил руку в его волосы, заставляя запрокинуть голову. Вся его кожа была абсолютно гладкой и идеальной. Почему же Дэни это так бесило? Он сжал кожу на его шее, оставляя метку. Джек зашипел от боли и оттолкнул его. Взъерошенный и обиженный, он прижал руку к шее, смотря на него каким-то иным взглядом. Дэни покопался в себе и нашел жалкие остатки стыда. Джек ничего плохого ему не сделал, а все проблемы Дэни родом из его головы. Он вздохнул и притянул к себе Джека за талию, в качестве извинения целуя его в губы. Он был прощен с первой же секунды поцелуя. — Останься и завтра, — прошептал Джек, прижимаясь лбом к его лбу и потираясь носом о его нос. — Пожалуйста. — Дилан запретил, — немедленно нашелся ответ у Дэни. Этот детский жест снова его взбесил. — Я и сегодня не должен был приезжать, — укоряюще произнес он, и Джек действительно устыдился. Он потер лоб, после чего слегка отстранился. — Не хочешь, да? — спросил он прямо, не собираясь влиять на него обиженным видом или чем-то еще. Дэни с усилием вытащил еще каплю стыда. Ему предлагают отличный секс, ничего не требуя взамен, ну, почти, а он устраивает тут внутренние монологи. Он вздохнул еще раз. Разбаловался, решил он, опуская Джека на кровать и оказываясь над ним. Он вспомнил то потрясающее ощущение внутреннего удовлетворения, которое возникло в нем в первую же ночь с Джеком. Не могло это все исчезнуть бесследно. Он провел языком по его губам, ловя его рваный выдох. В его глазах снова было чертово восхищение. Он закрыл их. Слава богу. Дэни отстраненно гладил его бедра, спускаясь языком по его животу. Идеальное тело. Идеальный член. Все слишком чертовски идеально. Вот что бесило Дэни. Он оставил еще одну метку на его плоском животе, но чуть нежнее, чем на шее. Он заслужил легкий, слабый стон, который моментально отозвался в его члене. Ну хоть что-то. Дэни провел рукой по его животу вниз, обхватывая его член. Джек смущенно улыбнулся, закрывая глаза рукой. Стеснялся, он стеснялся, черт возьми, минета. Кто вообще такого стесняется? Дэни обхватил губами головку его члена, скучающе соскальзывая вниз. Он легко преодолел рвотный рефлекс, принимаясь ритмично двигаться вдоль его члена, создавая лишь легкий вакуум движением щек. Джек под его руками был тих, напряжен и почти не двигался. Дэни обнаружил, как Джек закусил губу, словно бы был на грани оргазма. Чертовски быстро. Вне зависимости от своих ментальных проблем, Дэни все равно хотел его. Он был возбужден, хоть и не до боли, не до желания содрать кожу с члена, вбиваясь в него, но в какой-то более легкой версии. Он оставил его член мокрым от слюны и максимально твердым, после чего обнаружил протянутый ему Джеком тюбик. Его щеки покраснели, а взгляд наконец потерял свою восторженность, сменившись обычным порочным желанием оказаться под ним. Дэни взбесила даже его готовность. Он перевернул его чуть более грубо, чем хотел. Его тело было знакомо, даже слишком, и не было никаких проблем в том, чтобы войти. Он едва ли замедлился, чтобы сделать это. Он протянул руку, устраивая ее сперва на животе, но в этом не было никакого удобства. Он положил руку на его шею, заставляя его запрокинуть голову. Он ощущал каждое движение кадыка Джека. Джек выгнулся ему навстречу, соглашаясь терпеть это положение. Он весь был слишком… Покорный. Дэни закрыл глаза, думая только об удовольствии проникновения. Он так сосредоточился на этом, что просто забыл о том, что под ним был Джек, просто растворился в движениях в нем. Он был слишком близко, когда входная дверь с треском распахнулась. Дэни вздохнул. — Кончить можно? Нельзя? Ну, я так и думал. *** Дэни смотрел на Дилана через стол. Хуже всего было то, что Дилан был в ярости за обе свои роли. Дэни пожал плечами, отводя взгляд. Да плевать. Он выполнил все его требования и сидел тихо целый месяц. Иногда и потрахаться нужно, знаете ли. Он лениво зевнул, демонстрируя, что этот допрос его не интересует. Лысенький мужик тут же слился, велев Дилану «разобраться тут». Как только дверь за ним закрылась, Дилан нажал кнопку на свих часах. Он снял пиджак. Дэни был заинтригован. Ярость Дилана его абсолютно не пугала. — По какой причине я не должен врезать тебе, Атлас? — спросил он спокойно. Дэни поерзал на стуле, признавая, что таких причин океан, но ни одна ему не понравится. — А избить тебя придется. Я позвонил Мерритту, он перехватит вас по пути в тюрьму. — Только без нотаций, надо, так бей, — пробормотал Дэни, не так спокойно принимая эту мысль. — Можно было просто сообщить об этом и не ставить под угрозу все Око, — продолжал спокойно говорить Дилан. Ярость была лишь в его глазах. Дэни смотрел, как он снимает кобуру, доставая оттуда пистолет. Блеск металла в его руках выглядел… привлекательно. Дэни отвел взгляд, ощущая себя больным придурком. — Как захочу кого-нибудь трахнуть, сразу приду за твоим благословением, — кивнул он Дилану, понимая, что он крутит в руках пистолет не просто так. — Продолжай, чтобы мне было не стыдно тебя бить, — попросил его Дилан, усмехнувшись. — Больной извращенец. — Да любой захотел бы его трахнуть, в чем чертова проблема? — повысил голос Дэни. Удар застал его врасплох. Переносица взорвалась болью. Он сглотнул кровь, ощущая, как она стекает к губам. Он моментально определил, что нос Дилан ему не сломал. О своей боли он не сообщил ничем, кроме выражения лица. Он посмотрел на Дилана скучающим взглядом, собираясь сообщить ему, что не он один здесь больной извращенец. Он взглянул на Дилана другими глазами. Его холодная ярость показалась Дэни опаснее, чем раньше. Он снова сглотнул порцию крови, смотря на то, как Дилан садится на стол напротив него. — У меня проблема. Мне нравится тебя бить, Атлас, — развел он руками. — А еще я больной придурок. — Дэни вытер кровь под носом предплечьем. — Может, так разойдемся? Или доломаешь? Хотя я вообще-то люблю свой нос. — Отвали от Джека, — вдруг произнес Дилан. Дэни поднял голову, разглядывая его мрачное выражение лица. Его тело странно отреагировало на этот взгляд. Пистолет в его руках вдруг стал объектом странных фантазий. — А то что? — спросил он хрипло, оценивая Дилана иначе. В нем было чрезвычайно много силы. И сумасшествия. Все это Дэни не нравилось, но вот его импульсивность и пистолет в руках ему нравились. Он снова сглотнул остатки крови. — Да в самом деле. — Он увернулся лицом, но Дилан не собирался бить его по лицу. Боль в животе была не острой, а тупой. Он закашлялся, сгибаясь пополам. Боль делала его каким-то другим. Живым. Он смотрел на пол, переоценивая происходящее. Дилан. Он снова посмотрел на него снизу вверх, моментально видя себя под ним. Все тело моментально заныло от огненного желания подставиться под него. Именно подставиться, хотя Дэни никогда не выбирал эту роль. Он достиг странной степени неадекватности, поддаваясь его взгляду. — Трахни меня, — произнес он. — Есть проблема.— Дилан присел перед ним, заставляя его поднять голову. — У меня на тебя не встанет, Атлас. — Он почти нежно провел рукой по его лицу, убирая его волосы и задирая его голову, потянув за них. — Не представляю, у кого вообще встанет на такой кусок дерьма. — Дай подумать, может быть, у Джека? — произнес Дэни, усмехаясь. Отказ ударил его явно больнее кулака. Он разозлился. На его беду, имя Джека привело Дилана в похожее состояние. Очередной удар пришелся снова по лицу. Дэни сжал зубы, переживая боль глубоко в себе. Он смотрел на Дилана с ненавистью. Чертов Джек. — Мне нахуй не сдался Джек, — улыбнулся он, ощущая потребность довести Дилана до похожего состояния ненависти, какую испытывал он. — Отлично отсасывает, отлично дает. — На этот раз он даже не уворачивался. — Одна проблема, пиздит много. О любви и прочем дерьме. — Тебя что-нибудь заткнет, Атлас? — с интересом спросил его Дилан. — Твой член, — немедленно ответил Дэни, снова усмехнувшись. — Нет, ты попробуй, рекомендую, только вот когда затошнит от приторности, я уже не предложу тебе свою задницу, Дилан. — Даже если меня ебнет кирпичом по голове, я не стану спать с тобой, Атлас. Дэни приготовился к еще одному удару, но вместо этого Дилан оставил его одного в комнате. За ним пришли через несколько минут, молча ведя в камеру. Проходя мимо комнаты для допроса с Джеком, он посмотрел на лицо Шрайка. Он испытал желание стукнуться головой о стену. *** Мерритт продолжал ржать, иногда похрюкивая. Он привез их в свою квартиру, успешно утащив из служебной машины. Наконец он успокоился. — Сука, вот прям так и сказал? Можно кончить? — Он снова заржал, заставляя Дэни усмехнуться. Вероятно, Мерритт подошел бы ему, и даже очень. Но он не интересовался парнями, да и мало чем, похоже, кроме алкоголя. Дэни посмотрел на себя в зеркало и тут же обнаружил в отражении этот щенячий взгляд Уайлдера. Он мысленно застонал. Все внутри него горело лишь от имени Дилана. Он стоял перед зеркалом, заклеивая нос. Вообще-то это дикое желание по отношению к Дилану вряд ли можно было назвать нормальным, но он горел от желания испытать всю его грубость и силу на себе. Он не отпускал эту мысль от себя всю дорогу, испытывая то, что потерял с Уайлдером. Все его больные фантазии множились вокруг Дилана, включая боль. Много боли. Он хотел ее. Хотел всего, что не включает эти идиотские чувства. Он ощутил, как Джек коснулся его руки. Он хотел ударить его к чертовой матери, но лишь появление Дилана его остановило. Он вызывающе посмотрел на него, но Дилан одарил его лишь презрением. Дэни это абсолютно не смутило. — Если тут кто-то еще с кем-то недотрахался, то лучше сообщить об этом сразу, — произнес он вполне спокойно. Мерритт снова заржал. Он поднялся на ноги, сообщив Дилану, что опасается заразительной голубизны, после чего Дилан скривился, отпуская его. Дэни снова повернулся к зеркалу. Происходящее казалось ему каким-то нелогичным. Он игнорировал Джека, но тот все равно лез к нему. Пожалуй, еще минута, и даже присутствие Дилана не остановит его от удара. — Ему плевать на тебя, а ты лезешь, — с долей разочарования произнес Дилан. — Вся эта дерьмовая ситуация поставила под угрозу нас всех. — Я знаю, — неожиданно для Дэни ответил Джек. — Это мое дело, Дилан, — с глухим раздражением произнес он. Дэни мельком посмотрел на него — на лице Джека не было ничего, кроме гнева. Бить его сразу расхотелось. Он нашел в себе силы повернуться лицом к Дилану. — Ебануться, — вздохнул Дилан. — На ваше счастье, пленки с задержания я случайно утерял, так что миру не станут известны ваши развлечения на досуге. Однако это стоило мне отстранения от дела Всадников. Так что если вдруг ваши задницы забудут о повышенном внимании к вам, я вытащить вас больше не смогу. — Возьми спасибо и засунь его себе в задницу, — пробормотал Дэни, до сих пор испытывая ярость и обиду от его отказа. Он просил едва ли не об изнасиловании, что явно входило в список извращений Дилана Родса, о насилии, которое он так любил, и оно прямо просилось в этой чертовой комнате для допроса, но он, Атлас, видите ли, слишком плох. Недостаточно хорош. Не встанет у него. Он в ярости сжал кулаки, мечтая о том, чтобы Дилан умолял его о сексе. Но, конечно, встретив его не менее злобный взгляд, он осознал, что его фантазия не реальна ни на секунду. — Спасибо, Дилан, — просто произнес Джек, снова пытаясь взять Дэни за руку. — Дай мне посмотреть, — попросил он. — Отъебись ты от меня, — простонал наконец Дэни вслух, чувствуя себя на американских горках отвращения и равнодушия к нему. — Нет, — ничуть не был обескуражен Джек. — Не знаю, что с тобой не так, но я не собираюсь… — В какой чертовой Вселенной к твоей внешности забыли добавить высокой самооценки, Уайлдер? — не вытерпел Дилан. Он снял плащ, присев на спинку дивана. Дэни захотел просто выйти отсюда. Дилан хотел Джека. Джек хотел Дэни. Дэни хотел Дилана. Отличный треугольник. Театр абсурда, в котором он вообще не хотел участвовать. Он просто хотел секса без сраных чувств, в чем он так не прав? — Дело не в оценке, — уже тише ответил Джек. Дэни натолкнулся на его взгляд. Да в конце концов, есть же Шрайк, влюбись в него, и будет всем нам счастливый конец. Но нет, его руки все равно тянулись к Дэни, и Дэни дернулся в сторону от них. Джек не сдавался. Он сжал его запястье, заставляя смотреть на себя. Словно Дилана тут и не было. — Если тебе надо потрахаться с кем-то еще, пусть, я не против, но вернись ко мне, — произнес он твердо, отчего-то абсолютно не выглядел жалким. Но поводок на своей шее Дэни вдруг ощутил в полной реальности. — Сколько хочешь и с кем хочешь, — уточнил он, начиная приобретать этот щенячий взгляд заново. — Джек, — мрачно позвал его Дилан. — Подойди ко мне. — Приказ Ока? — поднял бровь Джек, явно не собираясь его выполнять. Но Дилан одарил его странным взглядом, которого Джек по каким-то причинам не мог ослушаться. Дэни изучал его с жадностью, прекрасно понимая, что его извращенное сознание выбрало Дилана не на секунду и не на день. Он хотел его силы, его грубости и жестокости. Вкус крови нравился ему до легкого головокружения. Он думал о металле его пистолета, представляя себе весьма грязный способ его использования. Опасный. Смертельно опасный. Он смотрел лишь на Дилана, абсолютно не замечая Джека. Джек послушно подошел к нему, словно загипнотизированный. — Я дам тебе все, что ты захочешь, — произнес Дилан достаточно громко. — И даже больше, чем этот урод. — Мне ничего от тебя не нужно, — столь же громко ответил Джек. Дэни закрыл глаза. Просто согласись на его чертово предложение. Какой вообще может быть выбор между ним и Диланом? Да никакого. Все, что важно в сексе между мужчинами, — долбаная сила, с которой он может вдалбливать тебя в любую поверхность, а тут Дэни явно уступал Дилану. И все же этот придурок отказывал ему. — Хотя вообще-то нужно, — вдруг произнес он жестко, что было странно для него. — Говори, — склонил голову Дилан. Джек слегка покраснел, что было видно только Дэни. Он видел, как тяжело ему произносить слова, которые он считал явно неприличными. Дэни ощутил вспышку интереса. Что, черт возьми, придумал этот больной на голову мальчишка? — Трахни его, — произнес он с трудом. — Может быть, тогда он снова станет нормальным. — Спасибо, я и так ничего, — рефлекторно съязвил Дэни, в целом абсолютно, ни на грамм не возражая, какие бы там мотивы Джек себе не придумал. — Ты был другим, пока не началось все это, — бросил ему Джек, даже не смотря на него. Дилан наградил его задумчивым взглядом. — Нет, — ответил он кратко. Джек расстроено посмотрел на него одним из вариантов щенячьего взгляда. И этот, казалось бы, абсолютно безэмоциональный Шрайк поддавался. — Я его не хочу, — так же спокойно объяснил Дилан. — Не встанет. Вот если бы ты попросил его убить, я бы с радостью. — Я сделаю все, что нужно, чтобы ты смог, — еще напряженнее добавил Джек. Дэни онемел, разглядывая его. Таких странных предложений от Уайлдера он еще не слышал. Но это было очень ему по душе, даже слишком. Он смотрел на Джека и не узнавал его. В нем было какое-то отчаяние и незнакомая ярость. Дэни понравилось это, даже очень. — Ради чего? — только и спросил Дилан, протягивая руку и касаясь его лица. — Не стоит быть жертвой ради него. — Это мне решать. И я не жертва, — поспешно добавил Джек, смотря прямо ему в лицо. — Может быть, если он перебесится с тобой, он снова вернется ко мне. — То есть мне ты отказываешь? — уточнил Дилан, кладя руку на его шею и заставляя его приблизиться к себе. — На сегодня нет, а так… да, — произнес Джек вполне уверенно, не вырываясь. Дэни нашел его покорность отчасти возбуждающей. Большую часть своего внимания он дарил Дилану, предвкушая секс с ним. Его абсолютно не волновало, хотел Дилан этого или нет. Этого хотел Дэни, и просьба Джека была ему словно подарок. — Извини, — тут же добавил он, вызывая у Шрайка легкую улыбку. — Жаль, — отозвался он, склоняясь к его лицу. — Очень жаль, — повторил он, целуя его в странной, властной манере. Дэни прислонился к стене, наслаждаясь представленной ему картиной. Он никогда не считал Джека непривлекательным. Он был красив. Лишь его чувства были его недостатком. Дэни любовался им в руках Шрайка, в общем-то, далекого от представлений Атласа о привлекательности, но это выглядело гармонично. Он жадно следил за руками Дилана, уверенно расстегивающими рубашку Джека. Джек помогал ему, но Дэни отлично видел, что Джеку это не по душе. Толика принуждения была отличной приправой. — А врезать ему можно? — спросил Дилан тихо, но Дэни отлично разобрал его слова. Джек усмехнулся, но покачал головой. Жаль. Дэни закусил губу, стараясь промолчать и не потерять шанс на секс с Диланом. Он смотрел на них и уже представлял себя под ним. — Останься со мной, — просил он Джека, ловя его в ловушку губ и рук, до сих пор не проявляя того, что так нужно было Дэни. В нем было какое-то идиотское восхищение Джеком, и Дэни расхотел наблюдать за этим. Он начинал разочаровываться во всем этом. К черту все эти чувства и эмоции, разве сложно просто друг друга оттрахать и разойтись по домам? Он поймал на себе взгляд Джека. Джек… Сомневался. Но вместо радости Дэни испытал лишь раздражение. Сомневается он. — Нет, — снова произнес он достаточно уверенно. Он закрыл глаза, позволяя Дилану делать с собой все, что тот только захочет. — Подумай, — предложил ему Дилан, обхватывая его бедрами и вовлекая в новый поцелуй. Дэни был абсолютно согласен: подумай и отвали от меня к нему, к кому хочешь со всеми своими привязанностями и странными чувствами. Однако он, словно приклеенный, смотрел за их поцелуем, обнаруживая, что ответ Джека Дилану его раздражает. Возбуждает и раздражает. Джек поднял взгляд на Дилана, и Дэни знал этот взгляд в совершенстве. И это его взгляд. Дэни переваривал эту мысль. Странная какая-то мысль. Что значит его взгляд? Джек не был его собственностью. Джек расстегнул пуговицы на его белой рубашке, снимая ее с его плеч. Дэни смотрел за этим безо всяких мыслей, кроме какого-то незнакомого оттенка раздражения. Это не было привычное ему раздражение по отношению к Джеку, а к ситуации в целом, словно он не желал участвовать в этом. Но ведь в действительности хотел. Может быть, он психически болен? Дилан откинулся назад, падая на диван и увлекая Джека за собой. Джек засмеялся, оказываясь на нем. Дэни сглотнул. Смех Джека был тоже чем-то очень… его. Очень личным. До сих пор Дэни не представлял, что между ними может быть что-то личное. Он двинулся к одному из кресел, опускаясь в него и наблюдая за тем, как Джек улыбается. Улыбается, черт возьми. Его улыбка явно заслуживала Оскара. Он должен был хотеть Дилана, но что-то пошло не так. Все его мысли крутились вокруг Джека. Его взгляд был прикован к его телу, которое, как ему казалось, он выучил до тошноты. Но парадокс был в том, что его тело в чужих руках показалось ему абсолютно незнакомым. И красивым, как всегда, словно он на время ослеп и снова увидел Джека таким, какой он есть. Дилан поменялся с ним местами, положив его на диван под собой. Джек был смущен, и это смущение больше не бесило Дэни. Оно казалось ему привлекательным, и даже очень. Что за бред с ним творится? Его стоило бы обследовать и лечить, если все, что ему было нужно — не трахнуться самому, а посмотреть, как кто-то трахает его Джека. Его Джека. Джек не смотрел на него. Он закрыл глаза рукой, позволяя Дилану скользить языком по всему его телу. Дэни приказывал себе смотреть на широкую сильную спину Дилана, но не получалось. Его взгляд скользил вместе с губами Дилана по такому знакомому и такому чужому телу. Он хотел Джека. Джека, не Дилана. Хотел как-то иначе. Быть может, Дилан ударил его достаточно сильно, чтобы в его голове что-то встало на место? Он захотел, чтобы Джек посмотрел на него. Джек словно услышал его мысли. Его темные глаза смотрели на Дэни с укором. Дэни едва не сорвался с места в его сторону. Но это тоже было глупо и неправильно, ведь Джек шел на это ради него. Он уже не знал, чего он хочет: секса с Джеком или Диланом. Мягкости или грубости. Силы или скорости. Джек отвернулся от него с разочарованием, словно ожидал увидеть в Дэни ревность. Дэни не ревновал. Дэни снова его хотел. Как в первый день его возвращения. Он потер свой возбужденный член сквозь штаны. Ему было странно осознавать, что в этом виноват один лишь Джек. Его взгляд жадно лапал Джека, накрывал его полуоткрытые губы. Джек слегка выгнулся от неожиданности, когда Дилан взял его член в рот. Он запустил руку в его волосы. Дэни почувствовал его руку на своих волосах, что было невозможно. Он пропустил взгляд Джека. Он застал его врасплох. Джек слегка улыбнулся. — Иди ко мне, — прошептал он, и Дэни точно не мог его услышать, но каким-то образом его голос прозвучал прямо у него в ушах. Он встал, словно не имея над собой воли. С каждым его шагом он все больше замечал, как великолепно Джек реагирует на чертов обычный минет. Он тяжело дышал. Все его совершенное тело было напряжено. Его щеки горели пламенем стыда. Джек смотрел на него, не отрываясь, словно ему было плевать, кто отсасывает ему. Словно личность Шрайка не имела никакого значения. Дэни буквально слышал его голос в своей голове, укоряюще спрашивающий, понимает ли он, на что Джек готов ради него. Он опустился на колени рядом с диваном, не отрывая своего взгляда от него. Джек улыбнулся еще шире, что в сочетании с его взглядом, полным возбуждения и желания, выглядело невероятно привлекательно. Дэни склонился к нему, проводя по его губам языком. Джек застонал, словно поцелуй значил для него больше, чем минет. Он отвечал Дэни с яростным отчаянием, скользя языком по его губам. Дэни провел по его лицу руками, заставляя его открыть глаза. Он не помнил, чтобы Джек смотрел так. — Я хочу тебя, — произнес он против воли. Глаза Джека расширились еще больше. Он перестал дышать, смотря на него с недоверием. — Господи, так возьми уже, — прошептал он. Как будто Дилана не существовало. Дэни повернулся посмотреть на него. Дилан смотрел на него в ответ, усмехнувшись. — Если нужно ебануть тебя от стену, в любое время, Атлас, в любое время, — произнес он едко, и Дэни ощутил странное притяжение и к нему, словно был способен на желание в отношении сразу обоих. Он переместился к нему, вступая в сражение взглядами. Поцелуй с Диланом был абсолютно иным, полным равнодушной борьбы. Его присутствие сбрасывало счетчик предыдущих мыслей и желаний, обновляя Атласа. — Я запомню, — произнес он, понимая, что абсолютно не хочет Дилана. Ни в какой чертовой позе. Возможно, он ударил его достаточно сильно, чтобы подлечить больные фантазии Атласа. Дилан усмехнулся еще шире, прекрасно понимая. — К сожалению, я не собираюсь выходить оттуда так, — задумчиво произнес он. Дэни скользнул взглядом по его бедрам. Он вдруг повернулся к Джеку, словно прося разрешения. Странный рефлекс. Странная потребность в разрешении. Он увидел, как медленно и неуверенно кивнул Джек. Его взгляд был одновременно самым возбуждающим и самым полным чувств, которые Дэни уже не бесили. Он провел по бедру Джека, решая, как это будет. Вся судьба этого вечера зависела лишь от него. Он перевел взгляд на Дилана, угадывая, так ли он против секса с ним. Что-то в его ответном взгляде подсказало Дэни, что он достаточно возбужден всей ситуацией и Джеком в целом, чтобы закрыть глаза на отвращение к Дэни. Дэни положил ладонь на грудь Дилана, сталкивая его с дивана. Шрайк с любопытством послушался, поднимаясь с дивана. В его фигуре все же оставалось что-то возбуждающее, чего не было в Джеке. Либо Дэни попросту был слишком возбужден, чтобы разбираться, чего он хочет. Его хватило только на одно положение, которое устроило бы всех. И он, согласно всем своим больным фантазиям, собирался принимать сразу обоих. Он протянул руку Джеку, и тот принял ее. Джек тоже не понимал его задумки. — Прости меня, — вдруг произнес он в его губы, проводя по его волосам. — Я знаю тебя больше, чем ты думаешь, — ответил ему Джек, пытаясь скрыть улыбку. Дэни усмехнулся в ответ, не собираясь с этим спорить. Он обошел диван сбоку, перегибаясь через мягкий подлокотник. Он притянул Джека к себе, проводя руками по его члену. Он надеялся, что Дилану хватит и такого приглашения. Джек был прямо перед его глазами. Как бы он не демонстрировал недовольство от всего этого раньше, на данный момент он хотел этого не меньше Дэни. Дэни подался назад, ощутив ладони Дилана на своих бедрах. Дилану явно нравилась идея владеть наглым и самодовольным Атласом именно так, но Дэни, в общем-то, было плевать. Все, чего он хотел, — это извиниться. Он накрыл член Джека губами, отлично зная, что поможет ему кончить максимально быстро, а что задержит оргазм. Он дразнил его почти невесомыми прикосновениями губ к горячей чувствительной коже. Он хорошо знал его и устал от него, даже не представляя, что Джек способен на подобное. На секс втроем. Он не собирался отрицать, что Дилан заставлял его стонать и подаваться навстречу его бедрам. Но все это было одной лишь реакцией его тела. Простой физиологией ритмичных и сильных движений. Все его сознание было направлено лишь к Джеку. Он не замечал собственного удовольствия, игнорировал тело, которому так нравилось принимать, делая все, чтобы Джек простил его. Он использовал язык так, как никогда раньше. Он брал так глубоко, как не старался никогда. Стон Джека стал для него наградой, о возможности которой он даже не предполагал. Джек проводил по его волосам, заставляя его ускорить ритм. Он рвано дышал и смотрел на Дэни тем взглядом, что должен был бесить Атласа. Но уже не бесил. Дилан оставил их первым. Дэни даже не стал оглядываться на него, не ощущая от секса ничего, кроме обычного саднящего ощущения. Все его возбуждение концентрировалось лишь в том, как Джек реагировал на его минет. Когда Джек кончил, Дэни проглотил всю его сперму, поднимаясь к нему. — Прости, — произнес он снова, уткнувшись носом в его шею и ловя знакомый запах. — За что? — За то, что ебнутый, — подумав, озвучил Дэни. Джек улыбнулся ему, не собираясь ни подтверждать это, ни опровергать. Он поменялся с Дэни местами, помогая ему достичь оргазма всего за несколько движений языком. — Определенно ебнутый, — весьма философски подтвердил Дилан, застегивая штаны. — Впрочем, интересные у вас методы. — Он натянул на плечи рубашку. — А то ты у нас образец нормальности, — моментально ответил ему Дэни. Он был застигнут врасплох грубым и быстрым поцелуем Дилана, находя его по-своему приятным. Он смотрел, как Дилан целует Джека: чуть дольше, мягче и определенно с намеком. Дэни испытал укол ревности, хотя до этого вечера о ее существовании даже не догадывался. — Да в самом деле, — усмехнулся Дилан, не прощаясь. — Прости, — снова обратился он к Джеку. Тот закусил губу, пытаясь перестать улыбаться. Дэни растянулся на диване во весь рост, лениво думая о душе. — Я серьезно. — Что? — Если захочешь или устанешь, то я не против. Только, — он помолчал, — вернись ко мне потом. — Если меня ебнет, можешь смело уйти к Дилану, — вполне серьезно произнес Дэни, не возражая против веса Джека на себе. Он подлез частью на него, частью на остаток дивана, устроив голову на его плече и щекоча Дэни мокрыми прядями темных волос. — Или ты, или никто, — тихо ответил Джек. Дэни поморщился. Только не снова.