Тернии и никаких звезд

Просидеть всю большую перемену в ожидании рядом с кабинетом директора было так себе перспективой, поэтому Стив с облегчением выдохнул, когда мисс Поттс, наконец, вышла оттуда. Стив встал со стула, поправил рубашку и подошел к двери. Вежливо заглянув внутрь, приоткрыв дверь, он увидел, что директор сидел за столом с прижатой к уху трубкой телефона. Заметив его в дверях, он жестом пригласил зайти и сесть в кресло. Быстро юркнув в кабинет, Стив закрыл дверь, смущаясь того, что та громко захлопнулась, хотя он понятия не имел, можно ли это сделать бесшумно. Он сел в кресло напротив директорского стола, и пока тот говорил по телефону (точнее, просто слушал), осмотрелся по сторонам. Роджерс не был здесь частым гостем, с поведением, посещаемостью и прочим у него было всё в порядке, так что рассмотреть декор было занятно. Через минуту телефонный разговор прекратился, директор положил трубку и повернулся к нему, сложив руки в замок на столе. — Мистер Роджерс, — приветливо улыбнулся он. — Мистер Старк, — тем же ответил Стив. — По какому вопросу? — Я не успел записаться на пересдачу, хотел узнать, можно ли еще что-то сделать. — Ты же сдал SAT, или я что-то путаю? — задумчиво прищурившись, заметил Старк. — Я сдал, но мне необходим балл выше. Директор удивленно и несколько снисходительно посмотрел на него молча. — Понимаете, это вопрос жизни и смерти, — Стив, не трогая кресла, придвинулся ближе. — Моё направление – искусство, и если я пойду в наш колледж, можно считать, что я буду априори безработным. — Ну, у тебя же должен был быть запасной план, верно? — Это он и есть. — И какой же основной, разреши узнать? — спросил Старк, подняв бровь. — Я… я очень, — запнулся Стив, на секунду опустив глаза в пол, — очень хочу служить в армии. Стив и правда хотел, но все вокруг твердили ему, что это глупая мечта. Начиная от друзей и заканчивая родственниками. Намекали мягко, говорили прямо, высмеивали и отговаривали, так что сейчас Стив приготовился услышать одну из тысячи фраз «это-не-твоё-ты-уверен-что-выдержишь-бла-бла-бла». — И какой род войск? — Что? — озадаченно спросил Стив. — Ну, морской флот, авиация… — О, оу, — он не сдержал нервный смешок, потому что, честно, не ожидал, — сухопутные, сухопутные войска. — Зеленый беретик, значит, — усмехнулся Старк, — а у меня был период, когда я хотел стать летчиком. Просто подумал, вдруг ты тоже. — Без диплома старшей школы это всё равно невозможно, но вы ведь сами видите, — Стив пожал худыми плечами. — Мама сказала, что если я буду каким-нибудь архитектором, ей будет спокойней. Старк слегка кивнул и осмотрел его, будто впервые увидел, как-то оценочно, но не неприятно. — Пересдача через две недели, — откинувшись на спинку кресла, сказал он. — Я должен попытаться, — стоял на своем Стив. Повисло молчание. Директор продолжал подозрительно смотреть на него, думая и слегка покачиваясь в подвижном кресле, но Стив не собирался умолять, возможно, потому что чувствовал – решение Старк уже принял. — Список составляла мисс Поттс, если она его еще не отправила, то я скажу ей, чтобы тебя тоже вписали, договорились? — Огромное, огромное спасибо, мистер Старк!

***

Зайдя, Стив захлопнул дверь и повернул замок. Директор Старк отложил ручку, которой писал. На нем не было пиджака, а рукава рубашки закатаны по локоть. Он поворачивал кресло вслед за Стивом, который целенаправленно обошел стол, встав прямо напротив. — Хочешь что-то мне сказать? Он осматривал его с ног до головы и будто видел насквозь, худощавого и нескладного, отвечающего решительным дерзким взглядом, компенсирующего всё с лихвой. — Вроде того. Старк в ответ усмехнулся узкими губами, вокруг которых росли черные усы и бородка, открытые сильные руки спокойно лежали на подлокотниках кресла. От него шло дикое обаяние, он выглядел охренительно хорошо. Стив опустил взгляд на его черный длинный галстук, потом ниже, ниже, и остановился на ширинке. Он облизнул губы, опустился на колени и расстегнул её. К сожалению, в тот момент в ванную постучала мама, предупредив, что собирается стирать. Стиву пришлось отвлечься от своих мыслей и ответить, что он только лег в полную ванну и, в принципе, ближайшие пятнадцать-двадцать минут потерпит без горячей воды. Он как раз успеет додумать сюжет в кабинете директора. Готовые сценарии уже были, вообще-то. Любимым был тот, где Старк сидел в кресле, а он сам – на его члене, но Стив не доставал ногами до пола, и директор насаживал его, сжимая по бокам своими крепкими пальцами. Обычно этого хватало, но иногда Стив додумывал дальше, как Старк раскладывал его на столе, чаще лицом вниз, сметая все лежащие на столе бумаги. А еще Старк говорил всякую грязную чушь, которую мозг Стива мог сгенерировать в те моменты. Скажи Стиву подобное средь бела дня, он, вероятно, отшатнулся и ответил бы, что это какой-то бред, если не мерзость. А так, ну вот прямо сейчас, например, Стив неслышно отвечал «да, сэр», когда директор называл его хорошим мальчиком и хвалил умелый ротик, в то время, как Стив виртуозно ему отсасывал. На самом деле этого не было и не могло быть, да и в мастерстве минета Стив себе льстил. Он чуть не задохнулся, когда решил опробовать такое на банане (без осуждений, он был один, и ему было скучно), но это его фантазии, они никого не касаются. Он мог надумать себе и пресс, и плечи пошире, но Старк в его воображении находил худощавость и бледность очаровательными. Так что какая разница. В воде не так страшно стимулировать себя пальцами, к тому же воспоминания кабинета были еще ярки и остры в памяти, и Стив кончил без проблем. Выйдя из ванной, он пошел в свою комнату. Серенькая старая пижама валялась около подушки. На столе лежали открытые учебники и почти исписанная решениями тетрадь, отведенная под черновик. До сна еще около получаса, и Стив думал, на что, собственно, его потратить, пока сушил волосы полотенцем. Настроение странное, подавленное и расслабленное одновременно. За две недели подготовиться к пересдаче SAT было непростой задачей, если учесть, что Стиву следовало набрать баллов на сто больше, чем он получил в первый раз. Ощущение напряженности из-за переломного момента в жизни следовало как-то снять, либо Стив не заснет сегодня. Он взял альбом и карандаш, упав на кровать. Рисование чего-нибудь простого, каких-нибудь каракулей или набросков равнялось мастурбации, только для мозгов. Вторым Стив занимался чаще, если учесть, что он рос в приличной протестантской семье. История со всем этим началась совершенно случайно: Стив практиковался рисовать человека, и как-то получилась картинка достаточно неприличного содержания. Но почему именно мысли о директоре доводили его до оргазма быстрее всего, он не понимал. Почему-то на окружение оно срабатывало лучше, чем, допустим, на звезд или актеров. Наверное, потому что вероятность переспать с кем-то, кого видишь каждый день, больше, чем с Бритни Спирс, хотя и на какой-нибудь миллионный процент. У Стива был знакомый, у которого был друг, у которого были обнаженные фотки своей кузины, и вот это-то как раз было странно. А Старк был ему ни друг, ни тем более родственник. О, нет, он был вежлив, умен и красив до искр в штанах. Разумеется, никаких надежд на взаимность Стив не испытывал. Он планировал семью, жену, с которой они бы понимали друг друга с полуслова, пару детишек и хороший дом. Мама уверяла, что он еще молод, всё будет, какие его годы, и в том, что он даже не целовался ни разу, нет ничего зазорного. У Стива не было причин ей не верить. К тому же, вся школа знала, что директор встречается с мисс Поттс. Они иногда выходили из школы за ручку. Некоторых чуть передергивало, но большинство находило их милыми, и Стив относился, скорее, ко вторым. Но была у него одна мечта. Он пытается решиться отдать Старку его портрет в профиль, который нарисовал давным-давно. Засыпая, он снова сказал себе, что возьмет и отдаст его прямо завтра, но утром, естественно, специально забыл.

***

В школе они встретились совершенно случайно. Стив шёл по коридору на урок, а директор направлялся к своему кабинету, на ходу подбирая ключ к замку. Как только нужный был найден, Старк поднял взгляд и увидел его. — Здравствуйте, — поздоровался Стив. — Здравствуй, — ответил Старк, шагая с ним по коридору. — Я поговорил с мисс Поттс, всё в порядке, можешь не переживать. — Спасибо. — Пожалуйста. У тебя, кстати, что там не получается, словесность? — Нет, математика, — вздохнул Стив, остановившись около директора, пока тот открывал дверь. — Зайди ко мне, я дам тебе хорошую методичку. — Вы очень добры. — Напомни мне после уроков, хорошо? — собираясь зайти, сказал он. — Хорошо, сэр, — благодарно кивнул Стив. Сегодня Тони пришел на работу раньше исключительно потому, что дома сломался фен, и Поттс, выходя из душа, в официальной форме предупредила, что опоздает. Натягивая носки, он остановился, осмотрелся вокруг на наличие скрытых камер и неловко сказал «ладно». Так что Пеппер пришла на полчаса позже и обнаружила Тони, стоящего на стуле около стеллажа с книгами. — Пеп, а где мои методички? — спросил он сразу же. — Без понятия, — моргнула Пеппер, стягивая с хрупкой шеи шелковый шарфик. — В кабинете, наверное. — Я их все оставил там, да? Эх. — А чего это ты про них вспомнил? — Да думал Роджерсу отдать. Ладно, потом схожу. Развернувшись, он спрыгнул на пол и пошел к столу, потому что, ну потому что Пеппер пришла, надо работать, а у него даже компьютер не включен. — Ты бы лучше так трясся за тех, кто провалился в прошлый раз, — вытаскивая документы из сумки, заметила Поттс. — Да их всего двое, — ответил Тони тоном, дававшим понять, что совершенно не волнуется. — С репетиторами может как-нибудь подготовятся, а Роджерс сам всё делает. Она согласно кивнула, сев в кресло. Тони отвлекся от компьютера на неё. Совершенно было непонятно, что что-то пошло не так с феном, Пеппер выглядела как всегда замечательно, и это был плюс и одновременно минус работы с ней – засмотреться было проще простого. — Знаешь, отец его очень любил, — задумавшись, сказал Старк. — В смысле? — Ну, вот, в прямом. Любимчиком у него был. — Да ты что, — слегка рассмеялась Поттс. — Ага, — поддержал смех Тони, — Мне кажется, он бы его усыновил, если б мог. Я даже как-то ревновал, когда он рассказывал о нём. — И почему же ты решил тогда помочь Роджерсу? — Чтобы папа не приходил во сне и не ругал меня за это? — пожал плечами он. — Хотя я не уверен, что он сейчас-то мной доволен. — Ты был хорошим учителем физики, — улыбнулась Пеппер. — И директор из тебя тоже хороший, не загоняйся с утра. — Да, дорогая. Пеппер фыркнула: её забавляло и раздражало, когда он поддакивал ей так, будто они давно женаты, но демонстрировать старалась лишь последнее. А Старк замолчал, подперев голову рукой, видимо, пытаясь понять графики работы, которые Пеппер успела переслать ему на почту.

***

Экзамен был уже завтра. Все материалы, которые дал Старк, лежали стопкой на столе. Половину Стив даже не открывал, но зачем-то всё равно взял, ведь директор был так любезен, предлагая их. В один из дней Стиву невероятно повезло провести в кабинете с ним целых два часа, общаясь и помогая. Тогда он и услышал мельком, как директор заказывает столик на двоих в ресторане, чтобы отметить день рождения. Оно выпадало на выходные, поэтому поздравить Стив его не смог. Это было бы просто неуместно, на самом деле. Но у него впервые появился реальный шанс отдать ему портрет. Как благодарность, на день рождения. По крайней мере, можно было бы прикрыться этим. Стив перевернулся на бок и дотянулся до нижнего шкафчика тумбочки, выдвинул его и достал изрисованный альбом, хранимый лишь из-за одного единственного рисунка. Положив его на пол, Стив включил светильник и пролистал, вырвал нужный лист. Директор на рисунке смотрел куда-то вперед и чуть улыбался. Стив поставил его под лампу, чтобы тот стоял и не свалился на пол. Через некоторое время после того, как Стив выключил свет, он снова открыл глаза. Рисунок правда можно подарить? Это не будет слишком? Он вообще хороший? Чем больше Стив на него смотрел, тем больше ему казалось, что он ужасен, а сама затея глупая. Он резко перевернулся на спину и положил руку на лоб. Часы показывали половину второго. Стив еще раз взглянул на портрет Старка, выругался и залез рукой в штаны. Нужно успокоиться. Нужно успокоиться, сделать это и поспать. Стив закрыл глаза. Он представил, как подходит к хорошему двухэтажному дому с большим гаражом слева. Директор удивляется, видя его на пороге, потом забирает все книги, которые дал за две недели и которые решил вернуть Стив. Потом он пригласил войти, предложил чаю, и Стив, конечно, согласился. А когда он сел за стол, достав портрет и раскрыв его, Старк подошёл сзади, оперевшись рукой о поверхность стола, практически нависая над Стивом. И он сделал то, что никогда не делал до этого – поцеловал. Стив тут же открыл глаза, вздрогнув. Стало даже как-то противно. Второй рукой он потянулся под кровать, выудил похищенный мамин крем для рук, одернул одеяло и только потом продолжил, отмотав события чуть назад, не думая о поцелуе. Стараясь не думать.

***

На следующий день, уже после того, как SAT был позади и оставалось только надеяться на удачу, Роджерс подобрал все учебники и пошёл возвращать их назад. Он совершенно не вспоминал о том, о чём думал еще ночью. Не смущаясь, постучался в кабинет и зашел. Увидев, какую ношу он нёс, директор подхватил стопку и поставил на стол. — Спасибо вам большое, — оглядев её, сказал Стив. — Пожалуйста. Ну, как дела? — ответил он, имея в виду, конечно, тест SAT. — Ну, в словесности мне попалось задание, которое я решал, так что, думаю, всё должно быть хорошо. — А математика? — Да, с ней получше, чем в прошлый раз. — Ты молодец, Стив, — Старк вдруг положил руку на его плечо. — Правда. Я надеюсь, что у тебя всё получится. — Спасибо, сэр, — смущенно ответил Стив, кивнув. Это прозвучало слишком трогательно, как прощание, и ничего не оставалось, кроме как уйти. Стив направился к двери, но остановился, вспомнив. — Мистер Старк. — Да? Всё было готово. Рисунок лежал в рюкзаке, Старк не был занят, стоял тут, весь во внимании, никого вокруг не было, Стив даже набрал воздуха в легкие, но сказал совершенно не то, простояв несколько секунд в молчании. — С прошедшим днем рождения вас, Мистер Старк. — Оу, — прозвучало так, будто Старк этого не ожидал, — спасибо. Он тихо закрыл за собой дверь, а дома, несмотря на сданный экзамен, был зол и расстроен настолько, что, очищая рюкзак от всего школьного барахла, выбросил портрет, смяв. Всё равно учебный год кончился, еще раз он увидит директора только на вручении дипломов, а значит, ничего уже не имеет значения.