Моя

Когда-то в детстве у меня была игрушка — конь-качалка. Я часто обращала на неё внимание, вот она бежит, бежит, не останавливаясь, постепенно тормозит, затем и вовсе прекращает свой путь. Но стоило до неё снова дотронуться, она начинает набирать обороты и скакать во весь опор… И всё же она стоит, никогда не сдвинется с места. Каково это осознавать, что ты не сделаешь ни одного шага, ни вперёд, ни назад, без чьей либо помощи? Что вечно будешь стоять или качаться как маятник, ждать каждый раз, когда тебя приведут в движение… Думаю, я так же жила. Заперлась в ванной, не дышала, закрыв ладонями рот, боялась, что услышат мои всхлипы, ведь у убийц драконов превосходный слух. Я чувствовала, как слёзы ручейками катятся из глаз, стекают по рукам и падают на кафель… Кап-кап… Из плохо закрытого крана над раковиной каплями срывалась вода, столкновение стихии и металла… Я думала, что мне будет легче. Что я забыла… забыла жёсткую кору дерева на спине, забыла грязные прикосновения губ и рук, забыла этот голос, забыла это лицо, забыла эту ночь. Я тогда так боялась… за себя, что убьёт, покалечит. Действовал инстинкт самосохранения, я просто не двигалась, сначала отталкивала, потом поняла, что не смогу его одолеть… я такая слабая… Это я виновата во всём случившемся. Я его спровоцировала. Но боже, как же мне страшно, вдруг он снова прикоснётся ко мне, снова сделает больно? Я не сдержала всхлип, зубы застучали, как от холода. Что будет, если все узнают? Меня возненавидят, будут стыдится, перестанут брать на задания. Я потеряю всех… Я не хочу, я боюсь. Не знаю, что делать… зачем? Зачем он так поступил? Я завыла, пыталась прижать ладони ко рту ещё сильнее. Получалось отвратительно. Хотелось слиться со стенкой, вжимаясь в неё, ногами отталкивая пол. Что он тут делает? Что забыл? Для чего пришёл? Я начала рыдать в полный голос. Спасите меня от этого кошмара. Я сделаю всё, только спасите. Нет, не нужно… хочу просто забиться в угол, чтобы никто меня не трогал, не видел. *** Сколько я так пролежала — не знаю. Моя истерика не прекращалась, хотелось захохотать, заплакать, содрать с себя кожу. Я такая слабая. — Люси! — кто–то обеспокоенно стучался в дверь, — Что случилось? Открой! Венди, милая Венди, мне так стыдно… — Мне так жаль, — зарыдала я с новой силой, — прости, прости… Стало жутко холодно… Грей… Грей… как я теперь к тебе на глаза попадусь? Мне так хотелось быть с тобой. Жить, смеяться… Теперь я грязная, я не достойна общаться с ним, нет, с ними. В поле зрения попала ванна… вода… А она сможет смыть мой позор? Открыла кран, залезла прямо в одежде, сначала полилась холодная, затем она нагрелась… тепло… мне его не хватало… хочу раствориться в нём. Дверь выбили. — Люси! Хм… Нацу? Что он тут забыл? Зачем пришёл? Сделать мне больно? Я не хочу… — Не надо, оставь меня, не надо, — истерично завизжала я, уворачиваясь от его руки. — Люси?! Что с тобой? — ошарашено спросил меня Саламандр, отскакивая. — Не трогай меня! — рыдала я, кусая руку. Со стороны двери послышался шум. — Уйди отсюда, — Эльза? Её я не боюсь… но не отвернётся ли она от меня? Титания подошла ко мне с полотенцем и аккуратно присела у ванны. — Я ни о чём не буду тебя спрашивать, просто вытащу тебя отсюда… Хорошо? Я всхлипнула, слёзы продолжали застилать глаза. Алая сильная, мы с ней дружили, проводили много времени вместе, она сможет меня защитить? Я так хочу спокойствия… Дождавшись кивка, девушка осторожно подошла ко мне и закутала меня в махровую ткань. Словно пушинку подняла и отнесла на диван, на котором я провела ночь. — Что с ней? — что здесь делает Лисанна? Я ничего не видела, только слышала. — Надо снять с неё эту мокрую тряпку, простудится, — кто–то обеспокоенно прошептал, голоса я не узнала. Но почувствовала, как с меня сняли мокрую ночнушку. — Что это? — восхищённый возглас юной убийцы драконов. О чём она? О белом знаке? — Укройте её, — строгий приказ Эльзы, и меня укутали в мягкое одеяло. Постепенно я успокаивалась, только продолжала всхлипывать. — Как так? Неужели она… но чья? — ошарашенный голос Лисанны сопровождался тихим скрипом кресла. Что это такое? Странное слово, что оно означает? — Амари… — Что это? — удивлённо спросила Венди. Я прислушалась, в тайне надеясь отвлечься от других мыслей… — Амари — это вторые половинки убийц драконов. Они влюбляются с первого взгляда и навсегда. Становятся вместе со своей парой во много раз сильнее. Их одолевает жажда защищать, уберечь… При этом они становятся жуткими собственниками и пойдут на всё, что бы на «их территорию» никто не посягнул. Эту задачу выполняют также печати, одну вы видели у меня, вторую только что на Люси. Они появляются после проведённой ночи со своей парой, — Лисанна горько вздохнула. — Но почему она… — Венди не закончила предложение, наверное, не смогла точно сформулировать свою мысль. — Думаю, что её дракон побоялся за неё. А быть может сильно приревновал… Я не знаю, но судя по её состоянию он насильно принудил её к ритуалу. Татуировка защитила разум Люси, позволила спокойно… относительно спокойно пережить стресс. Но видимо не до конца, что–то пробило стену, и наша заклинательница… — Убью подонка! — взревела Эльза, не дослушав девушку. Дальше я ничего не соображала… Теперь на один вопрос у меня есть ответ. Но лучше от этого не стало.