this is how much we share

Тэен так долго и упорно боролся ради дебюта. Но дебютировать дважды в течение нескольких месяцев, даже для него было немного слишком. Это касалось не только практики и выступлений – он мог с этим справиться, он мечтал об этом годами. Это касалось экспериментов с новыми танцами, написанием новых рэп-частей и самое главное – хороших отношений с новыми мемберами. Каждый вечер он возвращался в общагу физически и ментально уставший. Парни только что вернулись с репетиции их танца к следующему выступлению и почти все засыпали стоя. Тэен должен контролировать много всего, что может пойти не так, особенно когда они так чертовски устают почти все время. Тэен сегодня заметил, что он неправильно распределяет силу во время партии перед припевом и поэтому Сычен и Донхек упали несколько раз на репетиции. Он заходит в свою комнату со стоном, потирая болящую спину и потряхивая уставшими руками. - Тэен-хен, – прозвучал тихий голос из темноты, и сердце забилось быстрее. Это неловко маленький Сычен, выглядывающий сквозь щелочку двери ванной комнаты. Тэен глубоко вздохнул, успокаивая свое бешено бьющееся сердце, и пропустил волосы сквозь пальцы. -Сычен-а, что случилось? – вздыхает он, но Сычен просто кивает головой, словно бы говоря: подойди. Его глаза нервно блестят, словно он пытается спрятать что-то. -П-поможешь? – он говорит так, будто бы чем-то напуган. Встревоженный Тэен идет за ним в ванную. В ванной очень тесно и узко, хотя Сычен практически сидит на раковине, а спина Тэена прижимается к двери. На верхней части сливного бачка лежит марля и спиртовые салфетки и еще много всяких бутылочек, которые выглядят как лекарства. Сычен старательно избегает пристального взгляда Тэена. -Сычен-а, что происходит? – серьезно спрашивает он, но Сычен только закусывает губу и нахмуривает лоб, усиленно подбирая слова для объяснения. -Я могу позвать Куна, если хочешь, - предлагает он, но Сычен отрицательно качает головой. -Кун-гэ…занят… - запинаясь, говорит он, корейский все еще сложный для него. -Не хочу обременять его… - стесняясь, говорит он и скрещивает руки на груди, и теперь он выглядит таким маленьким, хрупким и отчаянно-одиноким в глазах Тэена. -Пожалуйста, помоги, - шепчет он и тянет края своей рубашки вверх. И потом Тэен видит ушибы. Там есть один, самый большой, который простирается через живот Сычена, чуть выше его пояса. Есть еще два, которые доходят аж до его плеч, между суставами руки. И есть еще десятки других на его локтях, бедрах, предплечьях, некоторые из них бессистемно покрыты бинтами и повязками. Они темные, свежие и скорее всего жутко болят, на некоторых Тэен видит отошедшую кожу и кровь. Это шрамы от ремней, которые Юта и Марк использовали во время практики для того чтобы поднять Сычена. Каждый раз, когда им что-то не удавалось, когда они неправильно брали Сычена, или когда он падал, эти самые ремни натирали кожу Винвина до такого состояния. -О, Господи, - с ужасом выдыхает Тэен. Сычен опускает рубашку, скрывая раны от Тэена и берет лекарства, вручая их в руки Тэену. -Помоги, - повторяет он, на этот раз громче и интенсивнее. Тэен вертит бутылочки с лекарствами в руках и хмурится. -Крем для ног, - бормочет он себе под нос, - Крем от ожогов, экстракт ядовитого плюща, - он поднимает глаза вверх. -Сычен-а, ни один из них не поможет тебе, откуда ты их взял? И здесь Тэена осеняет, что Сычен еще никому не говорил о своих шрамах. Скорее всего парень просто пошел в аптеку и взял с полок все, что видел, не понимая, что ему нужно. Наверное, это стоило ему состояние. -Я сейчас вернусь, - говорит Тэен и ждет, пока Сычен не кивнет. Он быстро выскальзывает из ванной и идет в свою комнату, переворачивая практически все вещи, пока не находит антибиотики и заживляющую мазь. Когда он возвращается, то наблюдает как Сычен, поднявший свою рубашку вверх вновь аккуратно нажимает на свои ушибы, а они то бледнеют, то снова цветут темно-синим. Скорее всего, он сдерживал боль несколько дней, пока все не стало настолько плохо. И все это время Тэен сдерживал себя, чтобы не говорить с Сыченом снисходительно-обеспокоенно, словно с ребенком, потому что Сычен не глуп и он далеко не ребенок. Ему нужна поддержка, а не долгие обнимашки, ему нужно понимание, а не жалость. Но он не может скрыть острого беспокойства в своем голосе, пока он спрашивает: -Болит? -Я в порядке, - слишком быстро отвечает Сычен. Его голос звучит правдоподобно, но его глаза все еще закрыты и это выдает его. Тэен приседает так, что оказывается на одном уровне с самым большим синяком Сычена на животе и начинает вбивать крем кончиками пальцев. Он не профессионал, поэтому Винвин шипит. -Извини, извини, - шепчет Тэен и двигается к ушибам на плечах Сычена. Сычен пытается быть спокойным после этого, поэтому Тэен быстро наносит антибиотики и накладывает повязки на те места, где раны кровоточат. Он поднимается, потягивается, разминая больную спину и Сычен воспринимает это как сигнал об окончании, поэтому он отпускает вниз свою рубашку. -Тэен-хен ты… - он запинается и поджимает губы, нахмурившись. Сычен снова открывает рот, но выглядит так, будто он не может подобрать слов. -Wenrou? – пытается он сказать на китайском, но Тэен просто качает головой. Сычен стесняется и колеблется, словно бы спрашивая разрешения и потом кладет одну руку на локоть Тэена. Тэен замирает, не дыша, в то время как Сычен другой рукой легко касается его предплечья, касается так легко, что он почти не чувствует прикосновения. -Мягкий, - заканчивает на корейском Сычен, и опускает руки, будто бы смущаясь. Что-то в груди Тэена замирает с голосом Сычена, и он поднимает руку, ероша его мягкие волосы. -Нежный, - исправляет Тэен. –Ты думаешь, что я нежный. Это... Спасибо тебе, Сычена-а, - тихо заканчивает Тэен. -Спасибо, хен, - неумело благодарит Сычен, и неловко уходит от прикосновений его руки. Он улыбается, но эта улыбка неестественно широкая, такая, что Тэен может видеть еще пока не исправленные клыки Сычена и его щербинку между зубов. В скудном свете лампы его щеки кажутся чересчур румяными, а еще Тэен может видеть маленькие прыщики на его носу. Есть и другие недостатки, которые Тэен может заметить, когда они стоят так близко – слишком острое правое ухо, несимметричные веки, мешки под глазами. Они все безумно устали после бесконечных практик – Сычен даже больше, у него ведь даже нет способности сказать на корейском, что все его тело испещрено ссадинами и ушибами. Губы Тэена сжимаются в тонкую линию, потому что он знает, как тяжело так широко улыбаться, когда испытываешь такую сильную боль. -Дай мне знать, если захочешь поменять повязки, - все, что он может сказать на выдохе, и он отворачивается, пытаясь дать Сычену немного личного пространства и пробуя собраться со своими мыслями и чувствами. Но он не успевает даже открыть дверь, как Сычен сильно хватает его за запястье. Тэен поворачивается и удивляется напору, который он видит в его глазах. Напор, смешанный с грустью и разочарованием. -Я… исправлюсь, - медленно говорит Сычен, - Я обещаю. Я тебе верю, думает Тэен. Он знает, что речь здесь идет не только о корейском Сычена, не только о его пении или рэпе. Речь идет о храбрости, что Сычену пришлось набраться, чтобы уехать из родного города, о храбрости, чтобы бороться в чужой стране, о способности быстро забывать о трудностях, с которыми он сталкивался и с которыми ему еще придется столкнуться. Тэен видел десятки стажеров, которые бросали компанию, поступали в колледж, в надежде на более легкую и счастливую жизнь. Он видел многих великих артистов, которые страдали от хейтерских комментариев и разочарования. Тэен тоже думает о том, чтобы бросить все, когда мыслями возращается назад туда, где его мемберы враждебно смотрели на него и страдали от его глупых детских ошибок. Может быть Сычен поступит, как и остальные, Тэен не знает. Но это не остановит его от заботы о нем сейчас, не остановит от того, чтобы держать его руку сейчас, когда ему нужна дополнительная поддержка и сила. Я защищу тебя, думает Тэен. Но если он скажет это, то не уверен, что Сычен поймет. -Я верю в тебя, - говорит он так убежденно, что знает, что Сычен поймет, если не все дословно, то поймет то тепло, что он вкладывает в эти слова обещания, что он дает ему. Они слышат громкий взрыв смеха из кухни, и стукание чашек и тарелок. Наверное, мемберы решили сбросить с себя всю усталость, накопленную за неделю практики, и веселятся, подшучивая друг над другом. -Пойдем, присоединимся к остальным, - предлагает Тэен и Сычен широко улыбается так, что сразу видно, что улыбка настоящая. Эта улыбка показывает его зубы, его глаза превращаются в маленькие щелочки, а яблочки щек становятся видимыми. -Хорошо, - говорит Сычен, и когда Тэен берет его за руку, то он не сопротивляется.